Недосказанная любовь

Кэсси осторожно вышла из машины и, как только её ноги коснулись асфальта, сразу остановилась, даже не закрывая дверцу до конца. Перед ней словно раскрылся совершенно другой мир. Огромный парк аттракционов раскинулся впереди настолько яркий, шумный и живой, что у неё на секунду буквально перехватило дыхание. Казалось, здесь всё существовало отдельно от обычной жизни. Повсюду мигали сотни разноцветных огней, хотя солнце ещё даже не успело полностью уйти за горизонт. Огромное колесо обозрения медленно вращалось где-то вдали, возвышаясь над всеми аттракционами. Его кабинки сверкали стеклом, отражая закатное небо. Чуть правее взлетали вверх и с дикими криками падали американские горки, а где-то совсем рядом доносились громкая музыка, звонкий детский смех, радостные визги и звуки игровых автоматов. Воздух был наполнен запахами сладкой ваты, карамели, попкорна, жареного теста, ванили и чего-то ещё невероятно тёплого, что моментально возвращало в детство. Мимо пробегали дети с огромными плюшевыми игрушками в руках, кто-то тащил воздушные шары, кто-то уже сидел на плечах у родителей, а подростки группами носились от одного аттракциона к другому. Кэсси медленно повернулась вокруг своей оси, внимательно рассматривая всё вокруг широко распахнутыми глазами. На её лице медленно появилась улыбка, а затем ещё одна, уже совсем счастливая. — Тут так красиво, — тихо произнесла девушка, переводя взгляд на Эвана, который как раз вышел из машины и захлопнул дверь. Он остановился рядом, засунув руки в карманы, и просто несколько секунд смотрел не на парк. На неё. На то, как свет гирлянд отражался в её глазах. На её улыбку. На то, как она пыталась скрыть восторг, но совершенно не умела этого делать. Эван слегка улыбнулся и подошёл ближе. — Я знал, что тебе понравится, — произнес парень, не отводя от неё взгляда. — Когда узнал про этот парк, почему-то сразу подумал о тебе. — Серьёзно? — удивлённо спросила девушка, внимательно посмотрев ему в глаза. Эван слегка приподнял бровь и едва заметно усмехнулся. — А похоже, что я шучу? — спросил он, продолжая смотреть на неё так спокойно. И вот теперь её сердце предательски дрогнуло. Кэсси почувствовала, как внутри всё стало каким-то слишком тёплым. Настолько, что захотелось улыбаться ещё сильнее. Девушка вдруг резко шагнула вперёд, быстро схватила его за руку и крепко сжала ладонь. — Тогда это значит, что мы идём развлекаться! — воодушевлённо произнесла она, резко потянув его вперёд. — Мы с тобой вообще везде покатаемся! Она потащила его к огромным воротам парка так быстро, будто ей снова было лет десять. Эван от неожиданности даже не сразу пошёл следом. — Кэсси! — засмеялся он, едва успевая за ней. — Подожди хоть немного! Но девушка уже тащила его дальше, совершенно не слушая. — Нет! Никаких подожди! — воскликнула она, оборачиваясь через плечо и продолжая тянуть его за собой. — Я неделю сидела среди проводов, клиентов и проблем! Сегодня я отдыхаю! — Мне уже страшно. — Поздно бояться! Они прошли через вход, и Кэсси практически сразу остановилась посреди широкой аллеи. Её глаза буквально разбегались в разные стороны. Слева был тир с огромными плюшевыми медведями. Справа автоматы. Чуть дальше карусели. Ещё дальше батуты. Оказавшись внутри парка, Кэсси словно на несколько секунд потеряла связь с реальностью, потому что вокруг всё было слишком ярким, слишком шумным и слишком живым одновременно. Она крутила головой так быстро, будто боялась упустить хоть одну деталь: разноцветные вывески переливались над головой, воздушные шары качались в руках у детей, продавцы сладкой ваты и попкорна окликали проходящих людей, а где-то вдалеке уже раздавались крики с американских горок, смешанные с музыкой и смехом. Воздух был густым от запахов карамели, ванили, жареного теста и сахарной пудры, и всё это вместе создавало ощущение, будто она попала не в парк, а в чей-то яркий, счастливый сон. Она шла рядом с Эваном, но в какой-то момент резко остановилась. Остановка была настолько внезапной, что Эван, который спокойно шёл рядом, едва не врезался в неё и резко притормозил, недоумённо повернувшись в её сторону. — Кэсси? — начал он, но она уже не слышала его, потому что её взгляд намертво зацепился за огромную карусель впереди. Эта карусель была словно из другой эпохи: медленно вращающаяся, сияющая десятками тёплых лампочек, с расписным куполом, украшенным золотыми узорами, и белыми, кремовыми и золотыми лошадками, которые плавно поднимались и опускались под мягкую музыку. На ней сидели дети, смеясь и махая родителям, кто-то визжал от восторга, кто-то тянул руки к свету, и всё это выглядело настолько сказочно, что на секунду даже шум парка вокруг будто стал тише. Глаза девушки засияли, губы приоткрылись в едва заметной улыбке, и она медленно, почти осторожно повернулась к Эвану, а потом, не дав ни ему, ни себе времени на раздумья, она резко схватила его за руку и потащила вперёд, почти бегом направляясь к карусели. — Пойдём покатаемся! — радостно произнесла девушка, даже не оборачиваясь. Эван сначала даже не успел отреагировать, потому что всё произошло слишком быстро, но когда понял, куда именно его ведут, резко остановился, буквально «врос» в землю, и Кэсси дёрнула его за руку ещё раз, пытаясь сдвинуть с места, но он не сдвинулся ни на миллиметр. — Нет, — спокойно произнёс он. Кэсси моргнула, не сразу понимая услышанное. — Что значит нет? — удивлённо спросила она, слегка наклонив голову. Эван медленно поднял руку и указал в сторону карусели. — Только не на этих лошадях, — произнёс он так, словно это было не обсуждаемым правилом. Кэсси несколько секунд молча смотрела на него, потом перевела взгляд на карусель, снова на него и обратно, и в её взгляде уже начинало появляться подозрение. — Почему? — медленно спросила она. Эван тяжело выдохнул, провёл рукой по затылку и, будто сдаваясь, всё же начал говорить. — Потому что однажды Чейз скинул меня с такой лошади, — произнёс он. — Что?! — Мы были маленькими, — продолжил он, — и Чейзу тогда очень понравилась одна девочка. Кэсси слушала максимально внимательно, даже чуть наклонившись вперёд. — И он решил… быть крутым, — Эван на секунду усмехнулся, — хотел покатать её именно на этой лошади, чтобы произвести впечатление. — И?.. — нетерпеливо спросила Кэсси. — И столкнул меня. А потом Кэсси резко согнулась пополам от смеха, не удержавшись ни на секунду, и буквально схватилась за живот. — Реально? — сквозь смех произнесла она, почти задыхаясь. — Он правда тебя столкнул? Эван смотрел на неё с выражением человека, который уже тысячу раз пожалел, что начал эту историю. — Да, — спокойно ответил он. — Ради девочки? — Да. И после этого Кэсси уже почти не могла стоять ровно, потому что смех становился только сильнее, а люди вокруг начали оборачиваться, не понимая, что происходит. Эван только покачал головой, сдерживая собственную улыбку. — Но Лене лучше не знать, — добавил он с лёгкой усмешкой, — иначе Чейзу конец. Кэсси попыталась успокоиться, глубоко вдохнула, но стоило ей снова взглянуть на карусель, а затем на Эвана, как она снова рассмеялась. — Всё, — выдохнула она, вытирая слёзы с уголков глаз, — тогда я сама пойду. И резко ткнула его пальцем в грудь. — Но ты со мной пойдёшь на колесо обозрения. — Это угроза? — ответила она ему. — Да. Он на секунду сделал вид, что серьёзно обдумывает ситуацию, а потом спокойно кивнул. — Договорились, — произнёс он. — Я тебя хотя бы пофотографирую. — Вот это уже нормально, — с улыбкой ответила она и почти сразу пошла покупать билет. Эван стоял чуть в стороне и просто смотрел на неё. Потому что она выглядела настолько счастливой, будто этот парк был создан только для неё. Через несколько минут работник помог ей устроиться на белой лошадке с золотыми элементами. Карусель медленно начала движение, музыка снова зазвучала, и Кэсси моментально преобразилась: спина выпрямилась, глаза загорелись, а улыбка стала настолько искренней, что невозможно было отвести взгляд. Она смеялась, поднимаясь и опускаясь вместе с движением карусели, и в этот момент выглядела настолько живой и настоящей, что Эван даже не заметил, как достал телефон. Он просто начал снимать. Кэсси сначала не видела его, но через несколько секунд всё-таки заметила. Их взгляды встретились, и она на мгновение замерла прямо на движущейся лошадке, а потом вдруг улыбнулась так ярко, что у Эвана внутри что-то сжалось. Она медленно поднесла пальцы к губам и отправила ему воздушный поцелуй. А потом сразу резко смутилась и отвернулась, будто ничего не было. И стоял посреди шумного парка с телефоном в руке, глядя на неё и понимая, что улыбается так, как не улыбался уже очень давно. Когда карусель остановилась, Кэсси почти спрыгнула с лошадки и буквально побежала к нему. — Это было так круто! — радостно произнесла она, хватая его за руку. — Ты это видел? Эван тихо рассмеялся, не отводя от неё взгляда. — Не сомневаюсь, — ответил он. — Хочешь сладкую вату? — Хочу! Они шли по центральной аллее парка, и здесь всё ощущалось особенно живо: запах жареного сахара смешивался с горячим воздухом аттракционов, вокруг постоянно двигались люди: кто-то смеялся, кто-то спорил у касс, дети тянули родителей к очередному аттракциону, и весь этот шум складывался в непрерывный фон, который будто подталкивал двигаться дальше, не останавливаться. Эван остановился у палатки со сладкой ватой почти сразу, просто кивнул продавцу и оплатил одну сладкую вату. Кэсси заметила это движение и слегка приподняла брови, но ничего не сказала, только наблюдала, как в его руках появляется сладкая вата. Когда он протянул ей одну, она приняла её аккуратно, чуть наклонив голову. — Спасибо, — произнесла девушка. — Для тебя всё что угодно. Кэсси тихо усмехнулась и оторвала небольшой кусочек ваты, пробуя его и на секунду замедляясь, потому что вкус был слишком простой и знакомый, почти детский, и от этого становилось неожиданно спокойно. — Я, кажется, начну скоро к этому привыкать, — сказала она чуть тише, чем обычно, и посмотрела на него сбоку. — Ну и отлично, — произнёс он, — буду тебя и дальше баловать. Через пару минут она резко остановилась и повернулась к нему. — Пойдём уже на колесо, пока я не передумала. — Ты передумаешь сто раз по дороге. — Не передумаю, — уверенно сказала она и взяла его за запястье, потянув в сторону аттракциона. Очередь была недолгой, но шумной: рядом обсуждали, кто боится высоты, кто хочет сидеть у края, кто уже сто раз катался. Кэсси стояла, переминаясь с ноги на ногу, и всё время смотрела наверх, где медленно двигались кабинки. — Если не хочешь, можно не идти. — Хочу. Просто давно не каталась, — ответила девушка. Когда они сели в кабинку и дверь закрылась, шум парка стал приглушённым, будто кто-то убавил громкость мира. Колесо медленно начало подниматься, и с каждой секундой парк под ними становился шире и меньше одновременно. Кэсси прижалась ближе к стеклу, наблюдая за движением огней. — Снизу это всё кажется больше, — сказала она, не отрывая взгляда. Эван сидел рядом, опершись локтем о колено. Кэсси, не теряя ни секунды, снова протянула ему сладкую вату, чуть наклонившись ближе, и с лёгкой улыбкой сказала. — Попробуй вату, — произнесла девушка. Эван взял небольшой кусочек, попробовал и коротко кивнул, сдержанно признавая. — Вкусная. И в этот момент кабинка медленно начала подниматься вверх, мягко покачиваясь, а под ними открывался всё более широкий вид на парк, на огни, на людей, которые становились всё меньше, и на вечернее небо, уже начинающее темнеть, но всё ещё сохраняющее остатки мягкого закатного света. Кэсси прижалась ближе к стеклу, наблюдая за тем, как огни постепенно складываются в целую картину, и её глаза светились таким искренним восторгом. Эван, заметив это, чуть наклонился к ней и спокойно, почти лениво произнёся. — Главное не застрять. — Ну это даже романтично, — произнесла девушка, слегка улыбнувшись, — застрять на самой высоте и смотреть на всё вокруг… хотя, конечно, немного страшно. Колесо продолжало медленно вращаться, поднимая их всё выше и выше, пока город и парк не начали казаться почти игрушечными, а их кабинка не оказалась где-то между небом и землёй. Когда колесо остановилось и дверь открылась, внутрь снова ворвался шум парка, и им пришлось выйти. Они вышли с колеса обозрения в уже чуть более спокойную часть парка, где музыка звучала тише, а огни аттракционов отражались в тёмнеющем небе. Кэсси всё ещё была под впечатлением от высоты, время от времени оборачиваясь назад. Вокруг пахло попкорном и сладкой ватой, а воздух был пропитан тихим гулом счастливых голосов. Эван шёл рядом спокойно, держа руки в карманах, и периодически поглядывал на неё. Она же шла чуть быстрее, иногда останавливаясь у очередных лавок и витрин, где продавали игрушки и светящиеся браслеты. В какой-то момент Кэсси резко остановилась. — Смотри, — сказала она, кивая вперёд, её глаза блеснули. Перед ними оказался тир: деревянные стойки, мишени, разложенные ряды воздушных шариков и мягких игрушек, которые висели над прилавком как призы. Там же стояли ружья для стрельбы, а вокруг собирались люди, кто-то смеялся после промаха, кто-то радовался редкому попаданию. Слышался тихий перезвон монеток и короткие выстрелы, которые эхом разносились по аллеям. Кэсси чуть прищурилась, рассматривая призы, и взгляд её сразу зацепился за большую белую плюшевую игрушку: медведя, который сидел на верхней полке. — Хочу вот того, — сказала она, чуть наклонив голову в сторону медведя. Эван проследил за её взглядом, посмотрел на игрушку, потом на тир и спокойно выдохнул. — Серьёзно? — уточнил он, поднимая бровь, и в его голосе прозвучала лёгкая усмешка. — А что? — она повернулась к нему, и её взгляд стал чуть более серьёзным. — Он красивый. Эван коротко усмехнулся, глядя на неё. — Это просто мишка. — Белый мишка, — уточнила Кэсси, и в её голосе прозвучало что-то настойчивое. — И он смотрит на меня. Он посмотрел на неё так, будто пытался понять, шутит она или нет, но в её выражении лица было слишком много уверенности, чтобы спорить. — Ладно, — сказал он и подошёл к стойке. Работник тира протянул ему винтовку и указал на мишени: — Пять выстрелов, нужно выбить минимум три, чтобы получить крупный приз. Эван взял оружие, на секунду взвесил его в руках, затем прищурился, выстраивая взгляд на мишенях. Кэсси встала чуть сбоку, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдала, как он делает первый выстрел: шарик лопнул сразу. — Один, — тихо сказала она, и её голос дрогнул. Второй выстрел тоже попал. — Два, — уже с лёгкой улыбкой произнесла она, и её глаза блеснули. Эван стрелял спокойно, без лишних движений, будто делал это не впервые. Третий, четвёртый, пятый: все попали почти без паузы, и шарики один за другим лопались с короткими хлопками. Работник тира даже чуть удивлённо поднял брови. — Отлично, — сказал он, снимая белого медведя с верхней полки. Когда игрушку передали, Эван повернулся к Кэсси и просто протянул её ей, без лишних слов. Кэсси на секунду замерла, потом осторожно взяла медведя обеими руками и прижала к себе, будто проверяя, настоящий ли он. Она почувствовала, как мягкий мех под её пальцами, и внутри у неё что-то согрелось. — Тебя Чейз так научил стрелять? — спросила она, прищурившись. Эван пожал плечами, и в его взгляде прозвучала лёгкая усмешка. — Он хвастался, что стреляет лучше всех, а я решил научиться. — Скромный твой брат, — усмехнулась она и прижала медведя сильнее. — Зато мишка теперь мой. Кэсси посмотрела на него и тихо засмеялась, чуть качая головой. Она почувствовала, как внутри у неё что-то согрелось, и её взгляд стал мягче. — Теперь идём дальше, — сказала она, беря его за руку, и потянула в сторону следующей аллеи, уже с медведем под мышкой и с той лёгкой улыбкой, которая не исчезала с её лица. Они ещё очень долго, почти бесконечно долго, бродили по просторам парка, намеренно не торопясь покидать это место, словно каждый новый поворот узкой. Кэсси то вдруг останавливалась у ярко освещённых лавок с сувенирами, разглядывая разноцветные безделушки, то громко смеялась над каким-то нелепым автоматом с игрушками, который снова и снова выдавал одни и те же плюшевые медведи, то пыталась уговорить Эвана попробовать выиграть ей ещё один приз, протягивая ему монету и умоляя взглядом. Но он каждый раз спокойно, с лёгкой усмешкой отвечал, что одного большого белого медведя, который уже уютно устроился на её руках, более чем достаточно, но не оставил от покупки сувенира для кота. В какой-то момент они решили, что голод настигает их снова, и купили ещё еды. Кэсси, сидя на старой деревянной скамейке с медведем, крепко зажатым на коленях, наблюдала за проходящими мимо людьми, их счастливыми и уставшими лицами, иногда слегка толкая Эвана плечом, когда замечала что-то смешное или странное в толпе. — Ты сегодня вообще устал? — спросила она, доедая последнюю крошку сладости и повернувшись к нему. Эван посмотрел на неё спокойно, чуть откинувшись на спинку скамейки, позволяя ветру слегка пошевелить волосы. — Нет. А должен? — Просто такой активный день, что я начинаю думать, что ты устанешь от меня, — сказала она, чуть прищурившись. — От тебя невозможно устать, — сухо ответил он, глядя куда-то вдаль, на огни города. — Тогда мне повезло, — произнесла она, прижимая к себе мягкого медведя ещё сильнее. Когда парк начал постепенно темнеть, и разноцветные огни стали казаться ярче и магичнее в наступающей ночи, они наконец-то вышли к главному выходу. На улице воздух стал заметно прохладнее, и оглушительный шум парка остался позади, сменившись спокойными звуками дороги и редких машин, проезжающих мимо. Эван привёл арендованную машину ближе к тротуару и открыл для неё дверь. — Садись, — сказал он спокойно. Кэсси на секунду остановилась, будто не хотела, чтобы этот удивительный день заканчивался, и задержалась на пороге, но всё же послушалась и села в машину, устроив медведя рядом с собой, словно это был настоящий спутник. Эван обошёл автомобиль, сел за руль и завёл двигатель. Дорога обратно прошла тише и спокойнее. Внутри машины играла негромкая музыка, создавая особую атмосферу, и Кэсси смотрела в окно, наблюдая, как мелькают огни города, иногда переводя взгляд на него. Он сосредоточенно вёл машину, держа руки на руле, но время от времени всё же бросал короткий, внимательный взгляд в её сторону, будто проверяя, всё ли в порядке, и думая о том, что сейчас происходит. Когда они подъехали к её дому, машина плавно остановилась, и на секунду в салоне повисла тяжёлая, но приятная пауза. Кэсси отстегнула ремень, повернулась к нему и чуть задержалась, будто подбирая слова, чтобы сказать что-то важное, но ничего не сказала. Вместо этого она наклонилась ближе и мягко поцеловала его в щеку. — До завтра? — тихо спросила она, — если ты ещё не уедешь. — До завтра, — ответил он, и в его голосе не было сомнений, — завтра точно буду ещё в городе. Кэсси улыбнулась, взяла медведя и вышла из машины. Она поднялась к подъезду, пару раз обернулась, чтобы ещё раз взглянуть на него, а потом скрылась внутри здания.