Пыльца трёх лун

Магия Эфирного Предела коварна. Когда три луны сошлись в одну линию, кровь омеги бабочки закипела. Течка началась в самый неподходящий момент, когда Джисон был дома один. Его кокон наполнился ароматом, который был слаще любого нектара призывным, густым, отчаянным. Джисон метался по своей постели из лебяжьего пуха. Его крылья жили своей жизнью они то раскрывались, занимая всё пространство комнаты, то судорожно сворачивались. Каждое движение причиняло сладкую боль. Д— Минхо.. Джисон звал эго, эго голос разносился по лесу магическим эхом. Минхо не заставил себя ждать. Он ворвался в дом, тяжело дыша. Его зрачки превратились в узкие вертикальные щели, а когти на руках непроизвольно выдвинулись. Запах Джисона ударил ему в голову сильнее, чем самое крепкое вино. М— Джи, я здесь. Джисон потянулся к нему, его кожа горела. Д— пожалуйста, Минхо.. я умираю мне так жарко. Д— помоги мне. Д— забудь про то, что мы друзья. Д— я больше не хочу быть просто другом. Минхо опустился перед ним на колени. Его руки, обычно такие жесткие и сильные, дрожали от нежности. Он начал покрывать поцелуями руки Джисона, его шею, обходя чувствительные основания крыльев. М— я буду беречь тебя, маленький мотылек. М— я никогда не причиню тебе боли. В эту ночь магия леса за окном замерла, давая место новой, более сильной магии магии истинной связи.