Пингвины +1

Мы дошли до торгового центра пешком. Адель всю дорогу весело болтала, обсуждая какие-то дурацкие трейлеры, которые увидела в сети, и крепче сжимала мою руку каждый раз, когда мы равнялись с прохожими. Она была счастлива. По-настоящему счастлива, впервые за долгое время. А я шла рядом, улыбалась механически, как заведённая кукла, и чувствовала, как в кармане джинс буквально жжёт кожу мобильный телефон. Туда только что упали грязные деньги. В полумраке кинотеатра пахло попкорном, карамелью и застоявшимся кондиционированным воздухом. Адель уверенно подошла к терминалу, вывела на экран схему зала и обернулась ко мне. — Кис, тебе какой ряд? Повыше, чтобы целоваться, или поближе, чтобы спецэффекты в лицо летели? — Давай повыше, — тихо ответила я, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Она приложила свою карту к сканеру. Экран загорелся. «Оплата прошла». Адель забрала билеты, а у меня внутри всё перевернулось. Эта копейка с её карты была честной, заработанной мозолями на баре, а карамельный попкорн и колу, которые я вызвалась купить следом, я оплачивала со своего счёта. С криминального. Мне казалось, что парень на кассе сейчас посмотрит на меня и всё поймёт. Заметит, как у меня трясутся пальцы, когда я подношу телефон к терминалу. Когда мы зашли в зал и сели на самые дальние места, Адель сразу же по-хозяйски закинула длинные ноги на соседнее пустое кресло и притянула меня к себе, обнимая за плечи. — Ну всё, расслабься, — прошептала она мне в макушку, когда свет в зале окончательно погас, и на огромном экране побежали первые кадры. — Никаких школ, никаких придурков, никаких родителей. Только ты и я. Я уткнулась носом в её плечо, вдыхая родной запах кофе, и заставила себя смотреть на экран. Показывали какой-то динамичный боевик: взрывы, погони, крутые парни в черных куртках. Зал то тонул в грохоте звуковых систем, то замирал. И именно в одну из таких минут затишья, когда на экране главный герой беззвучно крался по тёмному коридору, мой телефон в кармане снова завибрировал, два раза подряд. Я похолодела. Медленно, стараясь не привлекать внимания Адель, я прикрыла экран ладонью и опустила глаза под кресло. Экран высветил новое сообщение от скрытого номера: Неизвестный: -Клиент на третьей точке пишет, что пусто. Сказал, перерыл всё под корой. Лея, ты решила поиграть со мной? Адрес перепроверь или возвращай деньги с процентами. У тебя тридцать минут, пока он не ушёл. У меня перехватило дыхание. В ушах зашумело так, что звук фильма отлетел куда-то на задний план. Не может быть. Я же сама лично вдавила этот синий зип-лок глубоко под трухлявую кору, зафиксировала, сфотографировала...  Шкуроходы? Чайки? Случайные пацаны нашли? Или клиент врёт, чтобы получить перезаклад? Я почувствовала, как Адель шевельнулась рядом. Её ладонь мягко легла на мою коленку. — Лея? Ты чего замерла? Что там в телефоне? Опять твои собачники? Я судорожно заблокировала экран и заставила себя повернуться к ней. В темноте зала её глаза блестели, отражая свет от экрана. Она смотрела на меня с легким прищуром, и в этом взгляде уже зарождалось её фирменное, опасное подозрение. — Да... — голос сорвался, и я быстро кашлянула. — Хозяин лабрадора пишет. Говорит, пёс дома скулит, кажется, лапу поранил на прогулке со мной. Просит приехать посмотреть, где мы гуляли, вдруг там стёкла... Адель, мне надо отойти на полчаса. Я быстро, туда и обратно, ладно? Адель медленно убрала руку с моего колена и откинулась на спинку кресла. Её лицо мгновенно стало серьёзным и холодным, как тогда в кофейне, когда вошла Алиса. Она смотрела на меня в упор, и я поняла: она мне не верит. Ни единому слову. — Извини, Адель, я правда очень быстро! Я просто обязана проверить, иначе места себе не найду, — затараторила я, на ходу вскакивая с кресла. Я не дала ей вставить ни слова. Развернулась и почти бегом бросилась вон из полумрака кинозала, чувствуя на своей спине её тяжелый, обжигающий взгляд. Внутри всё дрожало от страха. На ходу застегивая куртку, я вылетела из торгового центра прямо в прохладу майского дня и побежала в сторону того самого старого сектора. У меня было меньше двадцати минут. Если этот неизвестный решит, что я его кинула, нашей спокойной жизни с Адель придёт конец. Когда я, тяжело дыша и задыхаясь от быстрого бега, влетела на заброшенную детскую площадку, то сразу увидела его. У ржавой горки стоял парень. Высокий, подтянутый, в стильном свободном бомбере и дорогих кроссовках. У него были аккуратно уложенные темные волнистые волосы и на удивление приятное, даже красивое лицо - совсем не похожее на лица тех типичных, дерганых наркоманов, которых я иногда мельком видела в этих районах.  Он задумчиво вертел в руках телефон, явно сверяясь с фото, и хмурился. — Привет, — задыхаясь, выдохнула я, подходя ближе. — Ты… ты ищешь то, что под бревном? Парень вздрогнул от неожиданности, обернулся и удивленно изогнул бровь. На его лице не промелькнуло ни злости, ни агрессии. Он спокойно оглядел меня с ног до головы, оценил мой растрепанный вид и понимающе улыбнулся. — Привет. Ну да. Мой куратор скинул эту точку, но тут под корой вообще пусто. Я уже подумал, что меня швырнули, — его голос звучал мягко и абсолютно спокойно, без какого-либо наезда. — Нет, никто тебя не швырял, я лично его прятала, — я подошла к трухлявому бревну и опустилась на корточки. Парень присел рядом, обдав меня приятным парфюмом с нотками табака и свежести. — Смотри, ты не туда смотрел. Не сверху под кору, а с самого низу, у земли, где прогнило сильнее. Я запустила пальцы в сырую древесную труху у самого основания бревна, нащупала знакомый пластик и аккуратно потянула его наружу. Синий зип-лок, плотно обмотанный изолентой, оказался в моих руках. Он просто немного провалился глубже в гниль под собственным весом. — Вот, держи, — я протянула ему сверток. Парень перехватил вес, его пальцы на секунду коснулись моих, и он снова мягко улыбнулся, пряча находку в глубокий карман. — Ого. Слушай, круто, спасибо. А то я уже мысленно попрощался с деньгами, — он поднялся, отряхивая джинсы, и засунул руки в карманы. — Меня, кстати, Том зовут. Не думал, что такие милые и симпатичные девчонки занимаются… ну, этим. Я смущенно поднялась вслед за ним, поправляя капюшон и стараясь не смотреть ему в глаза. Мне было жутко неловко. — Мне пора, меня ждут, — буркнула я, собираясь развернуться. — Эй, подожди, — Марк сделал шаг вперед, преграждая мне путь, но сделал это очень мягко. Он достал свой телефон и заблокировал экран. — Ты рисковая девчонка, Лея верно? Тебя же так зовут? Давай обменяемся номерами. Не по работе. Просто… ты мне понравилась. Попьем как-нибудь кофе, поболтаем? Обещаю вести себя прилично. Я растерянно перевела взгляд с экрана его телефона на улыбающееся лицо.Том  выглядел дружелюбно, даже мило, но у меня внутри всё буквально кричало от паники. Времени не было, а сама мысль о том, чтобы дать свой номер клиенту, казалась чистым безумием. — Извини, — шумно выдохнула я, делая шаг назад и качая головой. — Это… это опасно. И меня правда очень ждут. Пока! Я не стала дожидаться его ответа. Развернулась и бросилась бежать прочь с заброшенной площадки, краем глаза заметив, как Том удивлённо приподнял брови, но остался стоять на месте. Лёгкие жгло от быстрого бега, сердце колотилось где-то в районе горла, а в голове крутилась только одна мысль: «Успеть. Главное - успеть до конца фильма». Я неслась по знакомым дворам, перепрыгивая через майские лужи, и судорожно пыталась придумать, как зайти в кинозал так, чтобы Адель ничего не заподозрила. Когда я на негнущихся ногах влетела в прохладный холл торгового центра, на часах оставалось ещё минут двадцать до конца сеанса. Я кое-как отдышалась, вытерла вспотевшие ладони о джинсы и постаралась вернуть лицу максимально спокойное выражение. Я тихо приоткрыла тяжелую дверь кинозала. Внутри всё так же грохотали спецэффекты, а на экране вовсю шла финальная битва. Я поднялась по ступеням к нашему последнему ряду и аккуратно скользнула на своё кресло. Адель даже не повернулась. Она продолжала сидеть, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, пристально глядя на экран. Но её плечи были настолько напряжены, что я сразу поняла — она не смотрела фильм. Она ждала меня. Я робко потянулась к её руке, но Адель плавно, почти незаметно убрала ладонь, так и не взглянув на меня. По телу пробежал ледяной трепет. Финальные титры поползли по экрану под оглушительный саундтрек, и в зале медленно загорелся тусклый верхний свет. Зрители потянулись к выходу, переговариваясь и шурша пустыми ведрами из под попкорна. Адель поднялась первой. Молча, резко, не проронив ни слова. Она даже не посмотрела, иду ли я следом, просто направилась к дверям своей привычной, размашистой походкой. Я послушно семенила сзади, чувствуя себя нашкодившим подростком, хотя масштаб моей лжи был куда страшнее обычной подростковой шалости. Мы вышли из торгового центра. На улице уже окончательно стемнело, зажглись фонари, и майский воздух стал по-весеннему кусачим. Адель резко остановилась у парапета, достала из кармана пачку сигарет и щелкнула зажигалкой. Огонек на секунду выхватил её идеальный, словно высеченный из камня профиль и плотно сжатые губы. Она сделала глубокую затяжку, выпустила струю дыма в сторону и наконец перевела на меня свои темные, пугающе проницательные глаза. — Ну и? — тихо спросила она. В её голосе не было крика, но от этого спокойствия мне захотелось провалиться сквозь землю. — Как там лапа у лабрадора, Лея? Спасла собачку? — Адель, там правда… — я попыталась сделать шаг к ней, но она лишь слегка приподняла руку с зажатой сигаретой, заставляя меня замереть на месте. — Не надо, — оборвала она меня. — Не держи меня за идиотку. Ты бежала так, будто за тобой черти гнались, у тебя изо рта пар шел. И вернулась ты с грязными кроссовками и сорванным дыханием. Твой «хозяин собаки» живет в трех кварталах отсюда, в старых хрущевках, так ведь? Я видела, в какую сторону ты рванула. Я сглотнула сухой ком, судорожно соображая, что врать дальше просто бессмысленно - она видит меня насквозь. Но сказать правду... сказать, что я раскидываю наркоту по району, чтобы платить за нашу комнату? Да она же собственноручно заставит меня всё бросить, даже если нам придется голодать. — Ты мне не доверяешь, — глухо продолжила Адель, бросая окурок под ноги и растирая его носком ботинка. — Ты сбежала со мной, мы живем вместе, я думала, мы… команда. А ты прячешь телефон, дергаешься от каждого звука и врешь мне в лицо. Если у тебя проблемы с Сашиными родителями или с долгами почему ты молчишь? Она сделала шаг ко мне, и в её глазах на секунду мелькнула такая отчаянная, затаенная боль, что мне стало физически больно. Она ведь искренне верила, что защищает меня от всего мира, пока я сама добровольно лезла в петлю. — Я просто хотела всё уладить сама, — тихо, почти искренне ответила я, опуская голову. — Правда. Это касается денег, Адель. Я не хочу быть для тебя обузой, пока ты пашешь на этой работе. Адель тяжело вздохнула, подошла вплотную и крепко взяла меня за плечи. Её пальцы слегка подрагивали. — Дура ты, кис. Какая обуза? Мы со всем разберемся вместе. Но если ты еще раз соврешь мне и убежишь посреди дня… я просто не выдержу. Пошли домой. Она обняла меня за шею, притягивая к себе, а я уткнулась ей в плечо, кусая губы, чтобы не разрыдаться от собственной беспомощности. Всё обошлось.  Она поверила в версию про деньги и долги. Но в кармане куртки лежал телефон, куда в любой момент могло прийти новое сообщение от куратора, а на заброшенной площадке остался парень, который знал моё имя и моё новое хобби.