If I Told You | muke

      Когда в понедельник утром сработал будильник на моем телефоне, я ничего не хотел, кроме как выбросить его из окна и вернуться в теплую, мягкую кровать. Жалко, что есть такая вещь, как школа. Я не приложил никаких усилий, чтобы сдержать стон разочарования, схватил телефон и встал, полностью завернувшись в одеяло. Я вышел из своей комнаты и спустился по лестнице босыми ногами, но меня это не смущало. Мне всегда нравилось ходить босиком, когда я был своем доме. Это было своего рода освобождением.       — Привет, мам, — сказал я сонным голосом, протирая глаза.       — Доброе утро, дорогой! — сказала она, натягивая куртку и собираясь уйти. — Ты выглядишь мило, — улыбнулась она, прежде чем обнять меня и мое одеяло. Я уткнулся лицом в ее плечо, обнимая в ответ.       — Увидимся вечером, мам, — она поцеловала меня и слегка помахала, выходя из дома. Я решил сделать себе чашку кофе, проверяя свой твиттер. Две лучшие вещи в жизни.       Минут через десять моя чашка опустела, я поставил ее в раковину и снова поднялся наверх, чтобы бросить одеяло на кровать. Я вздрогнул от окутавшего меня холода и быстро накинул на голову какой-то большой свитер. Я также надел черные скинни джинсы, но это не было для меня чем-то необычным. Поскольку я не долго переодевался, у меня оставалось достаточно времени, чтобы уложить волосы так, как я хотел. То, как мои волосы выглядят в течение дня, оказывает большое влияние на мое настроение, и мне повезло, что сегодня они превратились в отличную прическу, как только я закончил их укладывать.       — Дива, — зевая, с насмешкой сказал мой старший брат Джек, входя в ванную все еще в пижаме.       — По крайней мере, мои волосы выглядят великолепно, — ухмыльнулся я в ответ, взглянув на его взлохмаченные после сна волосы. Он рассмеялся и покачал головой, когда я похлопал его по плечу, выходя из ванны. Внизу я почистил зубы, натянул куртку, взял наушники и накинул на плечо сумку. Музыка помогла мне почувствовать себя менее одиноким.       Я вошел в школу с высоко поднятым подбородком, чувствуя себя более чем волшебно с уложенными волосами (а еще потому, что мне действительно не хотелось снова натыкаться на случайных парней с красными волосами).       В коридорах было довольно оживленно, но я увидел Калума, стоящего перед своим шкафчиком издалека. Я почти подошел к нему и закричал — Эй, Кэл, — прежде чем кто-то встал на моем пути, достаточно быстро, что я не сразу заметил. Я споткнулся и чуть не упал лицом вниз, но мои запястья успели поймать как раз вовремя, но все равно было чертовски больно.       — Блядь, — выдохнул я, когда поднял глаза и увидел широкую ухмылку Эштона. А кто еще собственно? Я также увидел Майкла, стоящего рядом с ним и смотрящего на меня, и тогда мое сердце пропустило удар. А может и два.       Я быстро встал. — Что, черт возьми, с тобой не так? — спросил я у Эштона угрожающим тоном, хотя это было, наверное, так же страшно, как чучело единорога.       — Я мог бы лучше спросить тебя об этом, ты, маленькая шл… — прорычал он и хотел сделать шаг ко мне, но был прерван Калумом, который внезапно встал между нами и оттолкнул нас друг от друга.       — Чуваки, перестаньте драться! Не могли бы вы заткнуться? — он спросил. Эштон раздраженно фыркнул, и я закатил глаза. Не сегодня, Калум. Не сегодня.       — Только не с этим придурком, — ляпнул я. И, прежде чем я успел осознать это, ко мне подошла новая пара рук, и с довольно большой силой прижала меня к шкафчикам. Я застонал от боли и тут же закрыл глаза, потому что моя спина все еще сильно болела после субботы. Когда я снова открыл глаза, клянусь, у меня сразу случился сердечный приступ. Это был Майкл.       — Не смей больше так называть Эштона, — пригрозил он, глядя мне прямо в глаза. Мне пришлось сдержаться, чтобы не завизжать, потому что черт возьми, Майкл прижимал меня к шкафчикам. Я уже и не чувствовал боли, только легкое покалывание в животе.       — И что ты собираешься теперь делать? — нахально спросил я, ухмыляясь ему и облизывая губы. Он на мгновение отвлекся, и мне очень повезло, что в этот момент прозвенел звонок, поэтому я смог вырваться из его хватки и исчезнуть в толпе прежде, чем он успел что-либо сделать.       Я понятия не имел, откуда взялся этот порыв уверенности, но в тот день я не мог перестать ухмыляться про себя. О, как я любил дни с хорошей прической.