Часть 5
11 мая 2026 г., 20:41
Дикие Хребты встретили их пронизывающим ветром и узкими, каменистыми тропами, петляющими над пугающими обрывами. Колонна двигалась медленно, вытянувшись в одну линию.
Чимин ехал в центре, стараясь держаться в седле так же уверенно, как и гвардейцы. Несмотря на выданный Юнги теплый шерстяной костюм, под него Чимин все же надел рубашку из невероятно дорогого сапфирового шелка. Высокий шелковый воротник с изящной вышивкой выглядывал из-под грубого меха, приятно прилегая к коже и защищая шею от колючего холода — небольшая дань привычной роскоши, от которой он не собирался отказываться даже в горах. Ледяной ветер трепал его светлые волосы, отросшие до самых плеч, выбивая непослушные пряди из наскоро завязанного хвоста.
Буран оказался своенравным, но умным конем. Он чутко реагировал на малейшее натяжение поводьев, хотя временами недовольно фыркал, когда тропа становилась слишком крутой.
К середине дня небо затянуло тяжелыми, свинцовыми тучами. Температура резко упала, и в воздухе закружились первые колючие снежинки.
Внезапно где-то высоко над ними раздался резкий, гортанный крик горного орла, эхом отразившийся от скал. Следом послышался пугающий грохот — из-за облаков по склону покатились камни. Небольшой камнепад, не способный навредить людям, но достаточно шумный, чтобы напугать животных.
Буран испуганно заржал, вставая на дыбы прямо на краю узкой тропы. Каменное крошево брызнуло из-под его копыт в пропасть.
Несколько гвардейцев впереди тревожно обернулись, но тропа была слишком узкой, чтобы они могли развернуть коней и прийти на помощь.
Чимин инстинктивно вцепился в поводья, подаваясь вперед и плотно прижимаясь к шее коня.
— Стой! Тише, Буран, тише! — скомандовал он, вкладывая в голос всю твердость, на которую был способен. Его сердце колотилось где-то в горле, но тело сработало на мышечной памяти местного аристократа. Он резко, но уверенно натянул поводья, заставляя жеребца опустить передние копыта на твердую землю, и тут же успокаивающе похлопал его по напряженной шее. — Все хорошо, мальчик. Держись тропы.
Конь тяжело задышал, переступая с ноги на ногу, но все же подчинился, отступая от опасного края.
Чимин шумно выдохнул, пытаясь унять дрожь в руках.
Сзади послышался хруст камней под тяжелыми копытами. С ним поравнялся огромный вороной жеребец Герцога. Юнги, чье лицо было наполовину скрыто меховым воротником плаща, смотрел на Чимина темным, нечитаемым взглядом.
— Вы неплохо держитесь в седле в критической ситуации, Пак, — голос Юнги был ровным, но в нем не было привычной ледяной издевки. — Большинство столичных неженок на вашем месте уже летели бы на дно ущелья, крича о помощи.
Чимин выпрямился в седле, поправляя выбившиеся на ветру светлые пряди. На его лице медленно проступила легкая, абсолютно сдержанная полуулыбка — лишь едва уловимый изгиб плотно сомкнутых губ, без малейшего намека на зубы или лишние эмоции. Дорогой сапфировый шелк рубашки блеснул в тусклом свете из-под расстегнутого ворота походной куртки.
— Инстинкт самосохранения творит чудеса, Ваша Светлость, — спокойно ответил он. — К тому же, я обещал не создавать вам проблем в пути. Я привык держать свое слово.
[Система: Великий Герцог Мин Юнги анализирует ваши действия. Вы сломали его стереотипы о вас.]
[Система: Симпатия: +5% (Текущая: 37%)]
[Система: Навык «Уверенная верховая езда» повышен до Уровня 2!]
Юнги ничего не ответил, лишь коротко кивнул. Но вместо того, чтобы вернуться в начало колонны, он придержал своего коня, оставаясь ехать бок о бок с Чимином. Огромный вороной жеребец Герцога шел так близко, что их стремена иногда соприкасались, словно Юнги негласно взял на себя роль его личного щита от края пропасти.
Снег усиливался, превращаясь в настоящую горную метель. Видимость стремительно падала. Впереди послышался зычный голос Чонгука:
— Ваша Светлость! Впереди старая заброшенная застава! Метель расходится, дальше идти по тропе слишком опасно!
— Направляй отряд к заставе, капитан! — крикнул в ответ Юнги сквозь завывание ветра. — Переждем бурю там.
Герцог бросил быстрый взгляд на Чимина, чьи волосы уже покрылись белой изморозью, и слегка пришпорил коня, жестом приказывая следовать за ним к спасительным каменным стенам, виднеющимся сквозь пелену снегопада.
Заброшенная застава встретила их гулким завыванием ветра в полуразрушенных каменных башнях. Массивные дубовые ворота давно сгнили, но толстые стены все еще могли служить надежным укрытием от бушующей горной метели.
Отряд быстро спешился, заводя лошадей в уцелевшие конюшни. Чимин перекинул ногу через седло и спрыгнул на землю, но замерзшие мышцы подвели его — колени предательски подогнулись. Он почти упал, однако чья-то крепкая рука в кожаной перчатке вовремя перехватила его за локоть, с легкостью удерживая на ногах.
Чимин поднял голову и столкнулся с внимательным взглядом Мин Юнги. Морозный ветер выстудил Чимина до костей, заметно заострив его черты: от холода и усталости его лицо казалось еще худее и утонченнее, словно оно было искусно высечено из бледного мрамора.
— Ноги затекли, — коротко констатировал Герцог, не спеша отпускать его локоть. — Идите внутрь, Пак. Мои люди сейчас разведут огонь.
В главном зале заставы было сумрачно, но широкие своды надежно укрывали от падающего снега. Гвардейцы во главе с Чонгуком быстро расчистили место в центре комнаты и развели жаркий костер из остатков старой мебели и сухих веток, которые нашлись в углах.
Чимин сел на поваленный каменный блок поближе к спасительному пламени, вытягивая к нему озябшие руки. Тяжелый шерстяной костюм удержал большую часть тепла, но холод все равно пробирался под воротник, где блестел дорогой сапфировый шелк.
Спустя пару минут рядом с ним на каменный блок опустился Юнги. Герцог молча вынул из-под плаща металлическую походную флягу и протянул ее Чимину.
— Сделайте пару глотков. Это согреет кровь.
Чимин принял флягу, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Он сделал осторожный глоток — горло обожгло крепким, пряным северным вином, которое мгновенно разлилось приятным теплом по всему телу.
Он повернул голову к Герцогу. В неровном, танцующем свете костра глубокие карие глаза Чимина мерцали мягким, спокойным светом, резко контрастируя с ледяной стужей снаружи. Он вернул флягу и чуть склонил голову в знак благодарности. На его губах появилась привычная сдержанная полуулыбка — лишь легкий изгиб плотно сомкнутых губ, без малейшего намека на зубы, но в этот раз в ней читалась искренняя признательность.
Юнги смотрел на него, не отрываясь. Его взгляд скользнул по похудевшему, изящному лицу Чимина, задержался на выразительных карих глазах и светлых волосах, спадающих на плечи.
— Вы перестали жаловаться, — внезапно нарушил тишину Юнги, его низкий голос почти тонул в треске поленьев. — Прошлый Пак Чимин нашел бы уже десять причин обвинить меня в этой метели и потребовал бы немедленно доставить его во дворец. Вы же... молчите. Даже когда вам страшно.
— Жалобы не заставят метель утихнуть, Ваша Светлость, — тихо ответил Чимин, глядя на танцующие языки пламени. — И я уже говорил вам: прошлый Пак Чимин остался лежать у подножия той лестницы. Тот, кто сидит сейчас перед вами, предпочитает беречь силы для выживания.
[Система: Великий Герцог Мин Юнги чувствует вашу внутреннюю силу.]
[Система: Симпатия: +8% (Текущая: 45%)]
[Система: Внимание! Достигнут порог симпатии для разблокировки личной истории персонажа!]
Герцог сделал долгий глоток из фляги, задумчиво глядя в огонь.
— Выживания... — эхом повторил он. — Знаете, почему я так ненавидел вашу идею с помолвкой? Не потому, что вы были шумным или избалованным. А потому, что Север сожрал бы вас за одну зиму. Я не хотел нести ответственность за гибель человека, который не приспособлен к реальному миру. Но сейчас... глядя на вас... я начинаю сомневаться в своих прежних суждениях.
Снаружи завывал ледяной ветер, разбиваясь о толстые каменные стены заставы, но внутри, у горячего костра, дистанция между ледяным Герцогом и столичным графом стремительно таяла.
Чимин внимательно слушал, не перебивая. Отблески жаркого пламени мягко ложились на его утонченное, поразительно красивое лицо, делая точеные линии скул и подбородка еще более выразительными. В его глубоких, невероятно теплых карих глазах отражался танец огня, когда он перевел взгляд на Герцога.
— Вы недооцениваете меня, Ваша Светлость, — негромко произнес Чимин. На его губах вновь появилась та самая мягкая, загадочная полуулыбка, плотно скрывающая зубы, но полная внутреннего спокойствия. — Я понимаю, куда мы направляемся. И перед тем, как напроситься в эту поездку, я провел немало времени в библиотеке. Я читал «Хроники Северных Земель», написанные леди Мин Анджелой и ее верным компаньоном, исследователем по имени Филмс.
Юнги замер, так и не донеся флягу до губ. Он медленно повернул голову, уставившись на Чимина с нескрываемым шоком.
— Вы... читали труды Мин Анджелы? Моей прабабки? — голос Герцога дрогнул, потеряв всю свою ледяную броню. — Эти рукописи считаются самым скучным чтивом среди столичной аристократии. Никто на Юге не интересуется способами выживания в снегах.
— А я нашел их весьма увлекательными, — Чимин изящно пожал плечами, чувствуя, как дорогой сапфировый шелк под курткой скользит по коже. — Особенно главы о том, как ухаживать за землей и выращивать устойчивые к холоду растения в условиях вечной мерзлоты. Тот, кто умеет работать с землей, никогда не пропадет, даже на Севере.
[Система: Скрытый параметр «Интеллект» оценен по достоинству!]
[Система: Великий Герцог Мин Юнги поражен вашими знаниями о его семье. Симпатия: +10% (Текущая: 55%)]
Юнги смотрел на него так, словно видел впервые в жизни. Этот хрупкий на вид юноша с длинными светлыми волосами продолжал рушить все его представления слой за слоем.
Их уединение прервали громкие шаги. Из темноты зала к костру вышел Чонгук, неся в руках небольшой полотняный мешок. Капитан выглядел уставшим, но на его лице все равно играла бодрая ухмылка.
— Прошу прощения, что прерываю вашу светскую беседу у костра, Ваша Светлость, — Чонгук поклонился и повернулся к Чимину. — Ваше Сиятельство, походная кухня отстала во время метели. Из запасов у нас остались только жесткие сухари и вяленый северный лосось. Боюсь, это совсем не та еда, к которой привык ваш благородный желудок, но другого нет.
Чонгук протянул Чимину деревянную миску с нарезанной рыбой, явно ожидая брезгливой гримасы и капризов. Юнги тоже напрягся, наблюдая за реакцией графа.
Но Чимин с искренней благодарностью принял еду.
— Вы зря за меня переживаете, капитан, — Чимин взял кусочек вяленого лосося. — Рыба — это невероятно вкусно, а главное, полезно для здоровья. В таком климате это именно то, что нужно для восстановления сил.
Он спокойно принялся за еду, не обращая внимания на ошарашенные взгляды обоих мужчин. Чонгук в недоумении почесал затылок, переглянувшись с Герцогом, но Юнги лишь покачал головой, пряча в уголках губ едва заметную улыбку.
За стенами старой заставы продолжала бушевать снежная буря, занося каменные стены белым снегом, но внутри, возле жаркого костра, впервые за долгое время воцарилась по-настоящему теплая атмосфера. Чимин чувствовал на себе долгий, задумчивый взгляд карих глаз Юнги и понимал, что лед между ними наконец-то начал таять по-настоящему.
