Кардио для влюбленных

Пятница наступила слишком быстро, я даже оглянуться не успела. Весь день я была как на иголках, нервная. Работа валилась из рук, а в голове бесконечным циклом крутилась та самая сторис Криса про лавандовый цвет. Он ведь сделал это специально. Зараза такая. Когда я подошла к дверям зала, ладони вспотели так, что пропуск едва не выскользнул из рук. «Спокойно, Чеён. Ты пришла просто тренироваться. Ты сильная, независимая... и ты опять позоришься перед симпатичным блондином», — прошептала я себе под нос, проходя через турникет. Я зашла в зал, и мой взгляд первым же делом, словно по навигатору, метнулся к стойке для приседаний. Его не было. Я разочарованно выдохнула, но тут услышала знакомый голос: — О, Чеён! — Крис стоял у тех же штанг, что и в прошлый раз, вытирая лицо полотенцем. Его дыхание было сбитым, а кожа — разгоряченной. — А я уж думал, ты испугалась моей обещанной тренировки без пощады. Я постаралась улыбнуться как можно увереннее. — Привет, Крис. Я не из пугливых, — ответила я, хотя в душе была той ещё трусихой. — Просто дел было много. — Да неужели? — он хитро прищурился, окинув меня быстрым взглядом. — Ну что, готова? Сегодня мы не будем баловаться с маленькими гантелями. Сегодня я научу тебя правильно приседать. Я с опаской посмотрела на тяжёлый гриф. — Со штангой? — Ага, пойдём. Мы подошли к стойке. Крис снял лишние блины, оставив только пустой гриф — для начала. — Вставай под него. Ноги чуть шире плеч, носки в стороны, — он начал объяснять, но в его звуке не было строгости. Я послушно встала в раму, положив холодный металл на плечи. — Теперь приседай. Медленно. Спину держи... Нет, не так. Он зашёл мне за спину, и я чувствовала его присутствие каждой клеточкой своего тела. Выполнять его поручения и не сойти с ума от такой близости было той ещё задачкой. — Супер, ты хорошо справляешься, — похвалил он. После ещё парочки подходов мы закончили. Я облегченно выдохнула и плюхнулась на пол, жадно впившись в бутылку с водой. Крис с этого только посмеялся. — А сколько килограмм ты можешь поднять? — я метнула взгляд к грифу. — На данный момент я остановился на двухстах килограммах. — Сколько?! — удивленно вскрикнула я. — Ты шутишь? Это же сколько тренироваться надо... Хотя чего я удивляюсь, ты тут почти каждый день бываешь, — рассуждала я вслух. — Хочешь, покажу? Мои глаза загорелись. — Давай! — я тут же встала как по стойке смирно. Крис навесил тяжелые блины на гриф. Я с замиранием сердца смотрела, как он готовится. Он сосредоточился, его лицо напряглось и покраснело, а вены на руках и шее проступили так отчетливо, что это стало для меня выстрелом на поражение. Когда он уверенно поднял этот нереальный вес, а затем опустил гриф с глухим грохотом, единственное, что я смогла выдавить, было тихое: — Вау... Да, признаю, в голове промелькнула мысль, что он сможет поднять меня как пушинку, но к этому вернемся позже. — Это выглядит впечатляюще. Крис улыбнулся. — Спасибо. Годы стараний и усердных тренировок. Когда тренировка подошла к концу, мы направились к выходу. Я чувствовала усталость, но она была приятной. Мы шли рядом, разговаривая о предстоящих выходных. — Так что, собираешься отдыхать все выходные? — спросил Крис, когда мы оказались у выхода из зала. — Да, наверное, — я пожала плечами. — Планов пока никаких. Он остановился и посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то. — Слушай, Чеён, — он немного помолчал, словно подбирая слова. — Может, хочешь как-нибудь встретиться не в зале? Ну, не знаю, может, кофе выпить? Или просто прогуляться? Моё сердце забилось чаще. Это было то, чего я так ждала, но когда это произошло, я всё равно почувствовала себя так, будто меня застали врасплох. — Да, — я улыбнулась ему так широко, как только могла. — Я бы с удовольствием. — Отлично! — он достал телефон. — Тогда... когда тебе удобнее будет? Мы обменялись номерами, попрощались, и как только я удостоверилась, что пропала из его поля зрения, сменила свой спокойный шаг на радостные прыжки. Он пригласил меня погулять. Это было единственное, что крутилось в моей голове. Почти рано утром в субботу ко мне пришла Соён, решившая, что только она сможет собрать меня. — Да я даже не знаю, свидание это или нет, не надо меня тут наряжать так сильно! — возмутилась я, когда она вытащила из шкафа какое-то сногсшибательное платье. — Да какая разница, пусть думает, что ты всегда так роскошно выглядишь, — отрезала она, протягивая мне брюки и топ. — Смотри, это идеальный образ для того, чтобы не вспотеть и замёрзнуть под вечер. Ты спросишь, зачем тебе мерзнуть? А я тебе отвечу: чтобы он дал тебе кофту. Главное, чтобы она на нём была. — Да Господи, вот именно! У него её может даже не быть, и что мне, мёрзнуть, что ли? — Чеён, он дурак, что ли? Отведёт тебя тогда в кафешку согреться, — Соён подмигнула. К обеду я была уже готова. Мы сидели с ней, как коршуны, над моим телефоном и ждали сообщения. Мы уже почти заснули, как раздался звук уведомления. Я сразу подскочила и схватила телефон, чтобы Соён ничего не увидела. — Эй, ну что он там тебе написал? Покажиии! — зашипела подруга. gnabnahc Привет. Может, прогуляемся сегодня? Если свободна, то давай к 17 я подойду к твоему дому. — Предложил погулять в 17, — сообщила я, стараясь звучать как можно непринуждённее. — Ну нормально, это через час с чем-то. Соглашайся! — прошипела Соён.

chaeyoung

Привет, пойдем, я свободна.

— Ну всё, вали давай отсюда! Нервируешь только. Соён цокнула и закатила глаза. — Ты такая вежливая. — Какая есть, — я мило-язвительно улыбнулась, хлопая ресницами. Прошло чуть больше часа, и вот я уже стою на пороге своего дома, наблюдая, как по улице идёт Крис. Он выглядел иначе, чем в зале – в обычной толстовке и джинсах, но всё равно был таким же притягательным. Он остановился, когда увидел меня, и его улыбка стала ещё шире. — Привет, Чеён, — он подошёл ближе. — Ты готова? — Привет, Крис, — я постаралась, чтобы голос звучал ровно. — Готова. Мы пошли по улице, и я решила начать разговор, задав вопрос, который интересовал меня с момента, как я услышала его имя. — Ты ведь не кореец, да? — спросила я, стараясь не выглядеть слишком любопытной. — Я имею в виду, твоё имя… — Я из Австралии, — ответил он, взглянув на меня. — Мои родители корейцы, но я родился и вырос там. Поэтому у меня есть второе имя — Крис. А моё корейское имя — Чан. — А, понятно, — я кивнула. Мы шли рядом, и я всё ещё чувствовала себя немного неловко, но Крис легко поддерживал разговор. Он спрашивал меня о моих увлечениях, о том, почему я начала ходить в зал. Я, в свою очередь, решила язвительно пошутить, ведь уже не чувствовала такой скованности, и мой характер теперь начинал проявляться. — Ты всем девушкам в спортзале так помогаешь, а потом гулять зовёшь? — спросила я, приподняв одну бровь. — Только тем, кто мне симпатичен, — ответил он, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Думала пошутить, а в итоге подставила себя. Я промолчала, вспомнив, как с первого дня на него запала. Вечерело, и воздух становился прохладнее. Я, как и предсказывала Соён, начала немного мёрзнуть, кутаясь в свой топ. Крис, заметив это, остановился и снял свою толстовку. — Вот, держи, — он протянул её мне. — Не замёрзни. Я забрала её, чувствуя, как он смотрит на меня. Пропитанная его запахом, толстовка казалась невероятно уютной. — Спасибо, — прошептала я, кутаясь в неё. — Пожалуйста, — он улыбнулся. Мы шли дальше, и тепло его огромной толстовки постепенно расслабляло меня. Запах Криса — смесь свежего парфюма и чего-то очень уютного — окончательно вытеснил остатки моей неловкости. — Кстати, — он засунул руки в карманы джинсов и слегка замедлил шаг, — мы гуляем уже второй час, а я до сих пор не знаю, чем ты занимаешься в те часы, когда не пытаешься покорить беговую дорожку. Я усмехнулась, поправляя длинные рукава, которые полностью закрывали мои ладони. — Я графический дизайнер. Работаю на фрилансе, так что мой офис — это ноутбук и любая кофейня с хорошим вай-фаем. Рисую логотипы, оформляю сайты... В общем, творческий хаос. А ты? Крис рассмеялся, и этот звук в вечерней тишине прозвучал особенно мелодично. — Я музыкальный продюсер. Пишу биты, занимаюсь аранжировкой, свожу треки. У меня есть своя небольшая студия, где я пропадаю сутками. Я замерла на месте, едва не споткнувшись. — Продюсер? — переспросила я, и мои глаза, кажется, стали размером с блюдца. — Ты серьезно? Ты создаешь музыку? Крис остановился и с любопытством посмотрел на меня. — Да, а что? Это так странно выглядит? — Нет, это... это просто потрясающе! — я заговорила быстрее, не скрывая восторга. — Для меня музыка — это всё. Я буквально не могу работать без наушников. Когда я рисую, музыка создает всё настроение. Это же магия — создавать звук из ничего. Я увидела, как в глазах Чана вспыхнул ответный интерес. Моё искреннее восхищение явно застало его врасплох, но было ему чертовски приятно. — Ого, — он улыбнулся, и его ямочки стали еще глубже. — Нечасто встретишь человека, который так глубоко это чувствует. — То, что ты этим занимаешься... это делает тебя в моих глазах еще более... — я осеклась, подбирая слово, чтобы не выдать себя слишком сильно, — талантливым. Чан сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. Теперь я чувствовала не только тепло его толстовки, но и тепло его самого. — Знаешь, — тихо произнес он, — когда я работаю над треком, я часто представляю какой-то визуал. Кажется, нам с тобой было бы о чем поговорить часами. Я засмотрелась на него, пораженная тем, как этот сильный парень из спортзала может быть настолько тонким и творческим. Моё восхищение им только что пробило потолок. — Дашь мне послушать что-нибудь из своего? — я посмотрела на него снизу вверх. Чан усмехнулся и потянулся к моему лицу, аккуратно поправляя выбившуюся прядь волос. Его пальцы на секунду коснулись моей щеки, и я забыла, как дышать. — Только при одном условии, Чеён. — Каком? — прошептала я. — Если ты нарисуешь обложку для моего следующего проекта. Я улыбнулась, кутаясь посильнее в его толстовку. — По рукам, Чан. Мы продолжили идти, и я почувствовала, что вечер стал ещё уютнее. Хоть воздух и холодил щёки, внутри у меня горел маленький огонёк восторга. — Слушай, — Чан вдруг остановился, — я тут подумал. Ты уже замёрзла, и если мы продолжим гулять, ты превратишься в сосульку. Может, зайдём куда-нибудь выпить кофе или горячий шоколад? Как раз смогу показать тебе кое-что из своих наработок. Мои глаза загорелись. Горячий шоколад, его музыка и он рядом. Идеально. — Отличная идея! Чан улыбнулся и указал на небольшую, ярко освещенную кофейню чуть дальше по улице. Она выглядела уютной и почти пустой. Мы зашли внутрь, и меня тут же окутал тёплый аромат кофе и свежей выпечки. Мы выбрали столик у окна, где можно было наблюдать за вечерним городом. Пока мы ждали свой горячий шоколад, Чан достал телефон. — У меня тут есть несколько демо-версий, над которыми я сейчас работаю. Ещё сырые, но... тебе, как ценителю, должно быть интересно. Моё сердце ёкнуло. Демо-версии его музыки! Он доверял мне то, что ещё не готово миру. Он протянул мне один из своих наушников. Я надела его, и в ухе зазвучала музыка. Это был глубокий, мощный бит с обволакивающим басом, поверх которого ложились нежные, но цепляющие синтезаторные мелодии. Иногда проскакивал его голос — хрипловатый, но очень приятный. Я закрыла глаза, погружаясь в звук. Это было намного круче, чем я могла себе представить. Музыка была… настоящей. В ней чувствовались и сила, и меланхолия, и какой-то необъяснимый грув. Она вибрировала прямо в груди. — Вау, Чан, — прошептала я, когда трек закончился. — Это... это просто невероятно. Мне нравится, как ты сочетаешь эти глубокие басы с такой лёгкой, почти воздушной мелодией. И твой голос... он очень органично ложится. Я сразу представляю себе возможную обложку для этого. Он внимательно слушал меня, и на его лице появилась довольная улыбка. Когда наши кружки опустели, и кофейня начала пустеть, мы решили пойти. На улице стало ещё холоднее, но в его толстовке и с этим теплом внутри я чувствовала себя прекрасно. Мы шли в комфортной тишине, лишь иногда перекидываясь фразами. Я чувствовала, как его рука несколько раз ненавязчиво скользила по моей, будто невзначай, но так и не решилась взять её. Вскоре мы оказались у моего дома. Огни фонарей мягко освещали улицу. — Ну вот, — произнёс Чан, останавливаясь у калитки. — Мы пришли. Спасибо за отличный вечер, Чеён. Мне очень понравилось. — И тебе спасибо, Чан, — я посмотрела на него. Его лицо было слегка освещено уличным фонарем, и ямочки казались ещё глубже. — Музыка у тебя... очень крутая. И твой голос. Он улыбнулся, и в его глазах появилось озорное мерцание. — Я рад, что ты так думаешь. Наступила неловкая, но приятная пауза. Мы стояли совсем близко, и я чувствовала биение своего сердца где-то в горле. Чан наклонился чуть ближе. Его взгляд скользнул от моих глаз к губам. Он слегка коснулся моей щеки кончиками пальцев, затем медленно убрал руку. — Спокойной ночи, Чеён. Увидимся в зале. И не забудь про обложку. Он отступил на шаг, развернулся и пошёл прочь, легко махнув мне рукой. Я стояла на месте, пока его фигура не скрылась за поворотом. Сердце всё ещё колотилось, а на щеке горело лёгкое прикосновение. С толстовкой Криса, пахнущей им, я вошла в дом. Соён, которая явно не спала и так и не ушла, тут же подскочила с дивана. — НУ, ЧТО ТАМ БЫЛО?! — Было, — выдохнула я, падая на диван. — Он показал мне свою музыку, Соён. И попросил нарисовать ему обложку для трека. А еще отдал свою толстовку. Соён издала такой визг, что, кажется, стёкла задребезжали. — Чеён, он тебе уже музыку свою доверил. Ты сто процентов ему нравишься. Ещё и толстовку отдал. Я улыбнулась, прижимая к себе его тёплую, пахнущую им толстовку. Кажется, этот уикенд был намного продуктивнее, чем я могла себе представить.