Случайность

Бар гудел. В тесном помещении, казалось, попытались втиснуться все офисные клерки из бизнес-центра по соседству и половины контор округи — чуть ли не сидя друг у друга на голове. Музыка басами била по ушам, смазывая разговоры за соседними столами, и никто даже не пытался говорить тише — наоборот. Люди почти кричали, перебивая друг друга, смеялись всё громче, чокались стаканами и устраивали шутливые потасовки. Воздух постепенно наполнялся запахами пролитого пива, химозных коктейлей, чего-то пережаренного с кухни и лёгким табачным дымом, который бесконечно таскали внутрь зала рубашки, худи и платья с курилки у чёрного входа. Неоновые вывески отражались в стекле бутылок и стаканов, в полированных столешницах, создавая ту самую атмосферу, в которой хотелось расслабиться и перестать думать о работе. У длинной стойки кто-то сидел на высоких стульях, а те, кому повезло меньше, стояли на своих двоих — плечом к плечу и иногда даже в обнимку. Люди в офисных рубашках с закатанными рукавами и расстёгнутыми воротниками, в пиджаках и галстуках, словно только что вышли из конференц-зала, в кожанках и худи, будто оказались здесь совершенно случайно. На поверхностях перемешались пустые и полные стаканы, салфетки и тарелки с закусками, телефоны и забытые ключи. Между столиками сновали официанты с подносами, умело расходясь в узких проходах со свежеприбывшими гостями, выискивающими знакомые лица и не очень свежими, уже расслабленными и иногда даже слегка помятыми, двигающимися в сторону уборной или курилки. Кто-то пришёл сюда выдохнуть после тяжёлой рабочей недели, кто-то — отпраздновать удачную сделку, кто-то — напиться из-за просранного контракта, а кто-то просто искал себе приключение на ближайшую ночь. В целом — вполне себе среднестатистический бар в бизнес-квартале в пятницу вечером, где можно было встретить и зелёного стажёра из IT-компании, и компанию юристов, и парочку руководителей среднего звена. Не настолько пафосный, чтобы простые смертные чувствовали себя тут лишними, но и не такая дыра, чтобы сюда стекались любители пропустить стаканчик и устроить драку на ровном месте. Именно таким был Crossroads— или просто Роудс, как его называли постоянники. У Роудса была особая атмосфера. Придя сюда дважды, уже можно было почувствовать себя как дома. Ненавязчивый интерьер, довольно чистый зал, удобные диваны и стулья, посетители, лица которых казались смутно знакомыми, приветливо кивающие бармены, улыбчивые официанты, охранники, стреляющие у тебя сигарету у чёрного входа. Будто стоило переступить порог один раз — и ты уже был своим. Так что не было ничего удивительного в том, что сейчас помещение едва ли не трещало по швам, стараясь вместить в себя всех постоянников, готовых прибухнуть даже стоя за неимением свободных мест. Где-то справа шумная компания праздновала то ли закрытие проекта, то ли просто факт наступившей пятницы. Тощий паренёк с повязанным вокруг лба галстуком пытался залезть на диван с бокалом в руке под одобрительный свист коллег. Девушка в коротком платье и с пухлыми губами в алой помаде, сидящая рядом с ним, смеялась так, что едва не пролила на себя маргариту, пока её подруга без особого успеха отбивалась от слишком разговорчивого менеджера с идеально уложенными волосами. Привычный пятничный вечер в Роудсе перевалил за экватор — и становилось только жарче.

***

Друзья сидели за своим столиком, который им учтиво придержала Имир. Она называла их своими любимчиками, то и дело отпуская им сомнительные комплименты, которые больше были похожи на подколки, заставляя Конни и Сашу хохотать, Кирштайна сердито бурчать под нос, а Армина краснеть. Микаса всегда оставалась невозмутимой, а Эрен искренне наслаждался каждой словесной перепалкой с этой язвительной барменшей, флиртуя с ней на уровне фола. Порой они спевались в такой дуэт, что от несущихся грязных шуточек уши в трубочку сворачивались даже у Саши и Конни, Жан обещал упиться до смерти, а Микаса хмурилась, провожая взглядом Арлерта, которому срочно нужно было отлучиться в туалет или кому-то перезвонить. Эрен только ехидно улыбался в ответ на такую же улыбку Имир, мысленно приписывая очередные «+1» одной из сторон. Они вели этот счёт уже почти год. Пока что Эрен отставал на два пункта. Сегодня победил он, так что Имир проставлялась. Он давно уже раскусил эту хищницу, не сводящую глаз с Хистории, которой от Имир никогда не доставалось подлых подколок, и знал, что столик каждый раз резервируется точно не за его красивые глаза и не ради того количество пива, которое выдуют за вечер Саша, Конни и Жан. А она, в свою очередь знала его секрет. Ей просто повезло оказаться однажды в правильном месте в нужное время. Имир оказалась не из болтливых, заслужив доверие Йегера, и пару раз они даже выпивали вместе, когда совпало настроение — одиночество душило, но шумной компании не хотелось. Не то, чтобы они стали друзьями. Просто понимали друг друга удивительно точно, этого хватило. Сейчас же Эрен был в том состоянии, что ему уже было глубоко плевать — в компании он или нет. Он был крайне раздражён. И, возможно, пойти выпить в Роудс — было не лучшим его решением. Но размышлять об этом было уже поздно. Настроение было отвратительным. Его достали эти качели в той части личной жизни, которую он усердно скрывал от друзей. Он уже буквально на стену лез, но даже поговорить с ними не мог. В понедельник у него сломалась машина, заглохнув прямо на светофоре посреди пробки, из-за чего он на час опоздал на работу. Работу, которую он уже ненавидел… Он уже почти жалел, что уволился из Нексуса и связался со Стерлингом. Хотя жаловаться особо было и не на что. Да, за год он дослужился от рядового специалиста до старшего аналитика, что стало для него полной неожиданностью. По этому поводу они и выпивали в этом же баре в позапрошлую пятницу. Тогда-то и началась эта грёбанная чёрная полоса. В тот вечер он уничтожил свой телефон, закрывшись в кабинке туалета и пытаясь набрать пьяное смс. Руки не справились с такой нагрузкой, и устройство улетело прямо в унитаз. Когда Эрен, борясь со рвотным рефлексом, всё же выудил смартфон из, слава Вселенной, пока что относительно чистой жидкости — он обнаружил только покрытое сеточкой трещин стекло и абсолютно мёртвый кирпич под ним, не реагирующий на внешние раздражители. Эрен был настолько пьян, что Кирштайну в итоге пришлось тащить его безвольную тушку в свою квартиру, которую они когда-то делили на двоих, переселившись в неё из общей комнаты в общаге после окончания универа. Оказалось, что его нового адреса никто из друзей не знал. Проснулся Эрен далеко за полдень в субботу, с ощущением, что лучше бы он умер — настолько было хреново. А когда разум догнал физику, и он вспомнил отрывки предыдущего вечера — стало только хуже. Эрен, скорчившись на диване и накрыв голову подушкой, умолял Кирштайна пристрелить его, чтобы не мучился — но подлый конь не согласился. О том, что было после — Эрен сейчас вспоминать не хотел. Худшие две недели в его жизни. Тогда он думал, что работа спасает, она стала его шансом отвлечься. Эрен был полон воодушевления показать себя с лучшей стороны, провёл полный аудит вверенного ему пространства и погрузился в систему. Тогда-то и начались странности. Слабости системы, казалось, были очевидны. Он был искренне удивлён — почему никто до него этого не заметил и не устранил? Эрен составил подробный отчет, с рекомендациями и ссылками, обосновал каждое предложенное решение и готов был работать дальше, нужно было только одобрение от начальников. И был почти сразу послан на три буквы. Его не то, что слушать не стали — ещё и усомнились в его компетенции. Это задело за живое. Да как они смели вообще? Он не просто так отпахал три года в команде Аккермана. Его не за красивое лицо туда взяли. Да это же было самым жирным плюсом в его резюме! Разве не ради этого его повысили?.. — Что вообще могут понимать эти свиньи, греющие свои задницы в удобных креслах? Да их жирные пальцы могут строчить по клавиатуре только в поисках порносайтов, уж точно не код писать и не строить системы безопасности! Эрен заводился всё больше, и дружеская беседа за столом превратилась в его эмоциональный монолог и друзей, участливо кивающих в согласии на каждую его реплику. Хистории сегодня не было, Микаса отошла в уборную, так что роль вежливых слушателей разбушевавшегося Йегера сейчас исполняли только Саша, Конни, Армин и Жан. Эрен был вне себя от возмущения. Да как эти придурки, оказавшиеся руководителями только из-за связей и подлых интриг могут смотреть на него свысока и отпускать подлые намёки на то, что он оказался в Стерлинге только потому что посрался с Риваем и тот его пнул из Нексуса? Что они вообще знают? Такой змеиной атмосферы в престижном холдинге он точно не ожидал.

***

Эрен продолжал вещать, переключившись на невыносимо писклявый голос: — «…сомнительно, что Вы могли бы заметить нечто такое, что не известно нашим штатным аналитикам, мистер Йегер…» — Эрен хмыкнул и откинулся на спинку стула, отбирая у сидящего рядом Кирштайна кружку с пивом. — Блять, верите? Блевать охота. Эрен сделал несколько жадных глотков, опустошив кружку наполовину. Жан тут же отобрал своё пиво назад, пытаясь стукнуть Эрена по затылку, но тот увернулся. Армин нахмурился, следя за движениями Йегера, руками перебирающего всю доступную тару вокруг. Казалось, ему уже было плевать, что он будет пить. Это настораживало. — Эрен, в самом деле. Может же быть так, что они и сами заметили то, о чём ты им сообщил? — он попытался как-то сгладить угол напряжения, но Эрен, казалось, завёлся ещё больше. — Ага, конечно. Заметили они. Ты их не видел, Армин! Всё, что выдаст тебе гугл про Стерлинг — чушь собачья! Вот они и требуют подписать договор о неразглашении. Это всё не для того, чтоб я их инстицон... Инсветс... Блять. Эрен сосредоточился на секунду, успокаивая свой язык, уже не способный вывернуть настолько сложное слово, но мозг всё ещё работал, хоть и не в полную силу. — Фонды. Не для того, чтоб я их фонды защищал, как специалист! Он даже стукнул себя по груди, будто это могло доказать, что он действительно хороший специалист. Армин грустно вздохнул. Было окончательно ясно — Йегер уже перешёл ту самую линию. Он не просто напился. Он потерял контроль. Нужно было срочно что-то решать. Тут очень некстати появилась Имир с порцией новых напитков, сунувшая Йегеру под нос такой же стакан с джин-тоником, с которого тот начал свой вечер. Да ещё и с двойным, судя по объёму жидкости. А затем выставила рядом ещё один. Армин хотел было предотвратить эту попытку приблизить катастрофу, которая точно произойдёт, если Йегер и дальше продолжить мешать в своём желудке всё подряд, но подлая барменша сделал вид, что не заметила его намёков, хлопнув Эрена по плечу и произнося: — Йегер сегодня отрывается за счёт заведения. А вы, дорогие — считайте монетки. Имир нагло подмигнула Армину и удалилась, заставив его хмуриться ещё больше. Саша и Конни беспечно бросили ей в спину пару шуточек, Кирштайн отодвинул своё пиво подальше от загребущих рук лучшего друга, а Йегер продолжал фонтанировать эмоциями, отпивая свежий напиток. — Шайка извращенцев! Поёбывают друг друга, чтоб определить, кто в их компании более верхний! И каждый готов подставить свой зад, чтоб занять местечко потеплее! Носят свои костюмчики. Да что они знают о том, как должен выглядеть настоящий деф! — Эрен не переставал отпивать из стакана, поглощая алкоголь с пугающей скоростью. — Просто рисуются, чтоб засветить своё ебало на обложке Менс Фьючер. «Сто холостяков августа со счетом из шести нулей!» Эрен с такой силой опустил уже пустой стакан на стол, что Армин почти подпрыгнул. Сейчас Йегер уже был не просто грустным или раздражённым. Он злился. Это пугало. Саша и Конни просто поддакивали другу, расплывшись по столу и явно не ощущая надвигающейся угрозы, Микасы всё ещё не было. Последняя надежда была на Кирштайна, но тот сидел по другую сторону от расходящегося Йегера, всё ещё высказывая своё «фи» на тему того, что Эрен отобрал у него несчастный стакан с пивом. Армину было никак не дотянуться до него, чтобы главный виновник его переживаний этого не заметил. А тот просто игнорировал происходящее, втыкая в телефон. «Да чтоб тебя, Кирштайн! Открой глаза!» — Армин изо всех сил искал способ, как подать знак другу включиться, и понять, что пора бы вмешаться. — … и все они ссутся, чтоб эти их поёбывания никто на скрытую камеру не заснял! ЗАМЕЧАЮТ они, как их рейтинги падают из-за того, что система у них дырявая, и клиентские данные утекают конкретно из-за проёбов их прекрасных аналитиков!.. Эрен уже не сдерживал выражений, и Армину было почти физически больно слушать его речь. Что ж. Они официально провтыкали тот момент, когда пьяненький, но адекватный Йегер превратился в Эрена-суицидника. Армин обречённо вздохнул, отпивая из своего стакана негрони. Это был всего второй за вечер. И определённо он будет последним. Теперь ему придётся выгребать. Он снова перевёл взгляд на Йегера, изо рта которого матерщины уже лилось больше, чем приличных слов. Даже Саша и Конни подняли свои тушки со стола, выровнявшись на диване напротив, осознавая, что атмосфера вокруг изменилась. «Браво. А раньше нельзя было додуматься?!» — Армин сверлил их внимательным взглядом, но они были сейчас целиком сосредоточены на речи Эрена, абсолютно его игнорируя. У Армина, кажется, начал дёргаться глаз. Где Микаса, чёрт возьми? И почему Жан так усердно втыкает в телефон? О нет… Армин буквально завыл внутренним голосом. «Серьёзно? Вы именно сейчас решили выяснить отношения? Лучшего времени не нашлось?!» Теперь ему было ясно, почему Кирштайн так усердно игнорирует происходящее. Был только один человек, который мог отвлечь его от долбанного Йегера. Как некстати. — … Да ты щель у себя заметь между ляшек, хлыщ ебаный!!! Эрен уже сорвался на крик, взмахнув рукой и расплескав вокруг джин-тоник, намочив рукав своей рубашки. Плохо дело. Надо бы уменьшить децибелы, исходящие от друга, чтоб охрана не поймала его в свой фокус и не выплюнула на улицу. — Фу, как грубо, Эрен. Откуда в тебе этот сексизм? — Что? Эрен прервался, отвлекаясь на Браус. — Что за щели?! Это невежливо, мы же уже об этом говорили! Ты грубиян! И абсолютно безнадёжен. — Прости, Саша. — И откуда взялось это гомофобство? Эрен перевёл удивлённый взгляд на Конни. — С чего ты взял? Где это ты такое услышал? — А что, другим нельзя поёбывать друг друга? Только тебе? Эрен внезапно очень ровно сел на стуле. — Да я не об этом вообще. — Ну конечно. Спрингер тут же расплылся в улыбке, а Йегер подхватил ближайшую салфетку со стола, скомкав ей и пытаясь попасть другу в нос. Конни легко увернулся, захихикав, а Эрен нахмурился, снова отпивая из своего стакана. — Ты сбил меня с мысли, козёл. Да неужели? Армин покачал головой, но всё же был благодарен друзьям, которые ненавязчиво вывели Йегера на диалог. Он теперь хотя бы реагировал на окружающую среду. Армин решил не терять преимущество и включился в разговор. — Эрен, ты же осознаешь, что неверно используешь понятие «хлыщ»? — Да поебать, Арм! — Эрен снова был возмущён. — Звучит как что-то мерзкое, и им определённо подходит. Хлыыыыщщщ… — Эрен сотворил невнятное движение рукой в воздухе в стиле Индианы Джонса, и чуть не опрокинул стаканы друзей, сидящих рядом. — И вот, десяток дегенератов — без яиц. Боятся признать, что их систему ебут во все дыры. Они же такие крутые… Куда мне до них, малолетнему агенту Смиту. Эрен хмыкнул куда-то в свой стакан и влил в себя очередную порцию алкоголя. Саша театрально вскрикнула, прижав руку к груди. Она снова наклонилась к столу, не отводя взгляда от Йегера. — Ты же хотел сказать Нео? Боже, скажи мне, что ты играешь за хороших парней… Эрен допил остатки своего джин тоника, оставив в стакане только подтаявший лёд, и откинулся на спинку стула. Он драматично вздохнул, окинув друзей мрачным взглядом. — Кто сказал, что быть Смитом — значит играть за плохих парней? Возможно, вы просто недостаточно преисполнились, чтобы познать истинную суть Матрицы. Армин вздохнул и прикрыл глаза. Эта пятница обещала стать незабываемой. Он ещё припомнит её Йегеру. Точно.