плечо

марио входит. медленно. так медленно, что луиджи чувствует каждый миллиметр - как растягивается кожа, как мышцы напрягаются, не пуская, как жжение расползается от центра куда-то вверх, к животу, к груди, к горлу. боль приходит первой. острая, режущая, глубокая. луиджи выгибается, вцепляется пальцами в простыню, в плечо марио, да вообще куда придётся. он не знает, куда себя деть, его начинает накрывать паника. ногти впиваются в кожу красного. дыхание застревает где-то в груди - ни вдохнуть, ни выдохнуть. -т-тяжело, - выдыхает он, и голос ломается на середине. - больно... марио, мне больно. слёзы текут по щекам, горячие, солёные, бесконечные. он не пытается их сдержать - но просто не может. марио останавливается. замирает внутри - ни туда, ни обратно. его лоб упирается в лоб луиджи, дыхание смешивается - горячее, прерывистое. здоровой рукой он гладит луиджи по щеке, большим пальцем вытирает слёзы. -дыши, лу, - шепчет марио. голос низкий, хриплый, но в нём нет паники. только сосредоточенность и что-то ещё - нежность, желание, усталость. - дыши. я здесь. я рядом. он склоняется ниже, целует уголок губ луиджи, щеку, мокрую дорожку под глазом. его пальцы - не торопясь - спускаются к груди луиджи, находят сосок, гладят, сжимают, отвлекают зеленого от ноющей боли. вторая рука ложится на бедро, осторожно, почти невесомо. -не сжимайся так, - шепчет марио. - расслабься. я не сделаю больно. луиджи всхлипывает, кивает - и заставляет себя выдохнуть. шумно, с присвистом, как будто выпускает из лёгких весь страх. марио двигается дальше - сантиметр за сантиметром, останавливаясь после каждого. его дыхание становится тяжелее, на лбу выступает пот. он стискивает зубы, потому что внутри по-прежнему туго, потому что хочется просто войти до конца, но он не позволяет себе. -умница, лу, - шипит красный сквозь зубы и бесконечное терпение. - уже почти. луиджи чувствует, как марио заполняет его. боль не уходит, но перестаёт душить - она просто есть, глухая, пульсирующая, и рядом с ней, сквозь неё, сквозь жжение и распирание, пробивается что-то ещё. тепло. полнота. луиджи открывает глаза - и не помнит, когда закрыл их. -уже... - выдыхает он. - почти, да? марио смотрит на него сверху - мокрый, сосредоточенный, красивый. -почти, - кивает он. - потерпи. последний толчок — и марио внутри до конца. луиджи замирает. не дышит. чувствует, как член пульсирует глубоко внутри, как марио упирается в него, горячий, тяжёлый. боль отступает на второй план, уступая место чему-то новому - странному, пугающему и притягательному одновременно. -я внутри, - шепчет марио. и в его голосе - облегчение и гордость. - ты справился. луиджи не может говорить. только смотрит - в тёмные глаза, в бинты на левом плече, в то, как марио закусывает губу, сдерживая себя от более грубых действий. марио начинает двигаться. медленно, плавно, как вода. каждый толчок - короткий, осторожный. он гладит бёдра луиджи, живот, член - влажный и твёрдый между их телами. его пальцы сжимаются в такт движениям, дразнят, гладят головку, отвлекают от распирания внутри. -ты такой... - шепчет марио. - тёплый. луиджи прикрывает рот рукой, стараясь сдержать тот всхлип, что рвётся из груди. -убери руку, - голос марио тихий, но твёрдый. - хочу слышать тебя. луиджи убирает - и тут же сжимает пальцами простынь, потому что стыдно, потому, что каждый толчок выбивает из него звук, не похожий ни на что. за окном по прежнему идет дождь. капли бьют по стеклу, царапают тьму. в комнате - только их дыхание: частое, сбитое, почти стоны. марио дышит тяжело, хрипло, иногда сглатывает - и луиджи слышит это сквозь шум воды с улицы. -попробуй быстрее, - выдыхает луиджи, и сам удивляется своей смелости. марио подчиняется. толчки становятся глубже, ритмичнее. он входит почти до конца и снова погружается, каждый раз задевая что-то внутри, от чего у луиджи темнеет в глазах. -вот так? - шепчет марио. -д-да, - луиджи почти плачет - от облегчения, от того, как правильно, как тепло. - да, пожалуйста, продолжай. луиджи больше не стесняется. он обхватывает марио за шею, притягивает ближе, прячет лицо в его плече - подальше от стыда, поближе к запаху пота и железа. марио отвечает - целует в висок, в макушку, царапает щетиной кожу. темп ускоряется. толчки становятся короче, но жёстче. марио стонет - первый раз за ночь - глухо, сквозь зубы, и этот звук заставляет луиджи выгнуться, прижаться сильнее. -ещё, - выдыхает марио. - ещё чуть-чуть. луиджи не знает, что он имеет в виду - продолжать или кончить - но кивает. и в этот момент он чувствует влагу под ладонями. под пальцами - бинты. мокрые. липкие. кровь. луиджи отстраняется, смотрит вниз - на левое плечо марио, где белая ткань стала тёмной, почти чёрной. расплывается пятно, прямо на глазах, в такт движениям. -марио... - голос луиджи срывается на шёпот. - у тебя... плечо... -не важно, - марио не останавливается. он даже не сбавляет темп. - потом. луиджи смотрит на пятно, которое становится всё больше. хочет сказать «остановись», но понимает, что эти слова не имеют значения. марио не остановится. он будет двигаться, даже если плечо разорвётся окончательно — потому что для него сейчас важнее довести луиджи до конца, чем беречь себя. и от этого осознания луиджи накрывает волной - не стыда, не боли, а чего-то такого, от чего слёзы текут с новой силой. он тянет руку к бинтам, осторожно касается - не задеть, не надавить, просто почувствовать влажную ткань под пальцами. -дурак, - шепчет луиджи. слёзы снова текут по щекам, - ты идиот. обещал, что всё будет хорошо, а сам... марио перебивает его поцелуем - жадным, мокрым, в уголок губ. его член пульсирует внутри, толчки становятся отрывистыми, почти судорожными. его дыхание сильно сбивается, мышцы напрягаются сильнее. -кончаю, - выдыхает марио в губы. - блять, лу... я кончаю. луиджи чувствует, как внутри разливается что-то горячее - толчками, порциями, и это последнее, что он осознаёт. его тело сжимается вокруг члена, выгибается дугой, и он кончает следом - не громко, не крикливо, а тихо, сдавленно, пряча лицо в шее марио. -блять… - только это слово. и дрожь. и слёзы, которые уже не вытирает никто. марио замирает. тяжело дышит. его лоб упирается в плечо луиджи, и так они лежат несколько секунд - слишком долго, но слишком коротко. потом марио осторожно выходит. медленно. член скользит наружу, оставляя после себя липкую дорожку из смазки и спермы. луиджи вздрагивает от пустоты - холодно, непривычно. марио замечает это, но ничего не говорит. просто садится на край кровати, тяжело дыша и опустив голову. его левое плечо кровоточит - не сильно, но достаточно, чтобы испачкать простынь. луиджи садится рядом. колени поджимает к груди, обхватывает руками - словно прячется от всего, что только что случилось. дрожит. мелко, противно, не в силах остановиться. не от холода - а от слабости, от того, как много всего вместило это тело за последние минуты. он не знает, куда смотреть. на марио - стыдно. в пол - пусто. на свои руки - они трясутся, и это ещё больше злит. дыхание всё ещё сбитое, рваное. внутри - ноет, пульсирует, напоминает о каждом толчке. он сидит так несколько секунд. может, минуту. время течет сквозь пальцы, не оставляя следа. а потом луиджи сглатывает. делает вдох - глубокий, медленный, как будто собирает себя заново по кусочкам. он поднимает голову. смотрит на аптечку - красную пластиковую коробку, которая стоит на тумбочке. оттуда вываливается бинт, кончик свисает, касается пола. луиджи тянется к ней. руки всё ещё дрожат, но он не убирает их. хватает ящик. ставит на колени. открывает крышку. -давай, - голос тихий, но твёрдый. - я перевяжу. марио поднимает голову. смотрит на него - усталый, счастливый, удивлённый. - я сейчас, - луиджи уже открывает баночку с мазью. - сиди смирно. он перевязывает плечо - аккуратно, быстро, привычно. бинты ложатся ровными слоями, закрывая рану. пальцы больше не дрожат. за окном - дождь. он шумит, моет стёкла, стучит по подоконнику. он здесь с самого начала - и он никуда не уходит. луиджи заканчивает, откладывает бинты. смотрит на марио - на бинты, на шрамы, на усталые глаза. он кладет руку на его лицо, проводит пальцами по его щеке, стирает пот и убирает руку. -ложись, -говорит зеленый тихо. - пора спать. марио ложится. тянет луиджи за собой - на здоровую руку, к теплому боку. луиджи не сопротивляется. утыкается носом в бинты, вдыхает запах мази, крови, пота. -прости, - шепчет марио в темноту. - что я... там... -замолчи, - перебивает луиджи. - потом. тишина. дождь. луиджи закрывает глаза и чувствует, как марио гладит его по спине - большим пальцем, кругами, медленно. как пульсирует там, внутри - ноющая, сладкая боль напоминания. -дурак, - шепчет луиджи в бинты. -твой, - отвечает марио. - теперь - твой. луиджи не отвечает. он просто дышит - ровно, глубоко, впервые за эту ночь спокойно. а за окном всё еще идёт дождь. он был здесь с самого начала. он провожал их до дома, слушал сквозь стены их шёпот и стоны, видел кровь на бинтах и слёзы на щеках. и он останется здесь, когда они уснут. молчаливый свидетель, которому они оба доверяют.