Глава 10. Финал
6 июня 2026 г., 13:12
Тэхён вышел во двор босиком. Просто ему так нравилось. За полгода он привык к острову и к лошадям. Ему нравился вкус свободной жизни — без охраны, наручников и наконец-то без отца.
— Чёрт, — выдохнул Ким и уставился на молодую кобылу, которая только сегодня утром сбросила его на землю.
Наступала уже третья попытка повторить элемент выездки. Чонгук называл его простым и обычным. Некий пируэт на месте и поворот вокруг задних ног. Кобылу парень выбрал красивую, серую в яблоках. Проблема была в том, что она вообще не понимала, чего от неё хотят. Сначала мотала головой, потом задирала хвост и в итоге просто выбросила Тэхёна из седла. Хорошо, что манеж был с мягким покрытием. Больнее, конечно, стало не телу, а самолюбию. Парень злился из-за того, что за шесть месяцев тренировок так и не смог научиться держаться в седле, как бог. Каждый раз что-то выходило из-под контроля.
— Да что с тобой не так? — спросил он у кобылы.
Та лишь фыркнула и отвернулась, типа обиделась.
— Не кричи на неё, — послышался знакомый голос, полный недовольства. — Она чувствует твоё раздражение, вот и нервничает. Я ж столько раз тебе уже объяснял.
Тэхён обернулся и увидел, как Чонгук расслабленно стоял в дверях манежа и опирался о косяк.
— Я не кричу, — огрызнулся Тэхён. — Мы тут это… Короче… выясняем отношения.
— С лошадью? — Чонгук усмехнулся и медленно пошёл к ним. — Животные не выясняют ничего, пойми. Они либо доверяют, либо нет. Твоя задача крайне проста и заключается в том, что ты обязан заслужить это доверие.
— Я пытаюсь.
— Не так, — отрезал Чонгук и встал рядом, почти касаясь его своим плечом. — Ты зажимаешься, — сделал замечание мужчина и положил руки на бёдра парня. — Сиди не на седле, а на лошади. Чувствуй её спину и ни в коем случае не зажимай колени. Тем самым ты демонстрируешь ей свою панику. Расслабь ноги, но держи её бока.
— Легко сказать, — буркнул Тэхён, но послушно постарался расслабиться.
— А теперь не сутулься… — сделал замечание Чон, и Ким тут же расправил плечи.
— Держи поводья так, как я держал тебя прошлой ночью. Подсказываю… Я делал это нежно, но требовательно.
— Держать её нежно? — засмеялся Тэхён. — Ты никогда не был со мной нежным.
— Был, может, ты не замечал. Давай, ты справишься, — поддержал Чонгук. — Доверяй лошади, ну и мне.
Тэхён сглотнул, потом кивнул и снова сел в седло. В этот раз получилось мягче. Кобыла оценила попытку и уже стояла смирно, хотя и навострила уши.
— Попробуй ещё раз, — предложил Чонгук.
Тэхён поехал шагом, затем осторожной рысью. Потом наступила попытка пируэта… Все замерли в ожидании. Кобыла занервничала, но подчинилась. Получилось не идеально, но прогресс уже был на лицо.
— Молодец, — похвалил Чонгук. — Не сбросила, слезай.
— Ещё разок, — попросил Тэхён.
— Слезай, я сказал.
Вдруг в голосе мужчины прозвучали нотки, которые парень знал слишком хорошо. Они были властные. Чон не терпел возражений, а Ким трепетал в подобные моменты. Он немного засмущался, но молча отвёл лошадь в денник. Парень быстро снял седло, а затем отпустил животное пастись.
Чонгук стоял в центре манежа с руками за спиной. Рядом с ним, на деревянной подставке, лежали два предмета, от которых у Тэхёна ёкнуло сердце. Справа был короткий жокейский хлыст. Обычный чёрный, кожаный, с маленькой петлёй на конце. Слева находилась длинная плётка для выездки. Изящный тонкий прут, которым тренеры указывают лошадям направление. Естественно, что Ким знал эти предметы и видел сотни раз в руках отцовских конюхов. Разница состояла в том, что те звери били лошадей за непослушание. Предметы внушали Тэхёну страх, но рядом с Чонгуком он приобрёл ещё и запретное волнение.
— Зачем ты их взял? — спросил парень.
— Чтобы ты перестал бояться, — спокойно объяснил Чонгук. — Для начала себя.
Он взял хлыст, провёл им по своей ладони, чтобы показать, что это просто инструмент.
— Иди сюда.
Тэхён приблизился, но остановился в шаге от Чонгука. В предвкушении чего-то интересного у парня участилось дыхание вместе с пульсом.
— Помнишь нашу первую ночь? — спросил Чонгук. — Когда ты учился говорить «пожалуйста»?
— Помню.
— Ты был идеальным учеником, не сопротивлялся, не спорил. Ты просто… принял.
— Я боялся.
— Нет. Ты боялся не тогда, а до этого, всю жизнь. В тот вечер, наверное, впервые Ким Тэхён понял, что я его не сломаю, а сделаю свободным.
Чонгук аккуратно поднял хлыст, чтобы Тэхён видел каждое его движение. Мужчина коснулся им подбородка Тэхёна, чем заставил поднять голову.
— Смотри на меня, — приказал он. — Не опускай взгляд.
Тэхён посмотрел прямо, а в глазах стояли слёзы. Парень ощущал нечто такое, что не умещалось в груди.
— Ты идеальный партнёр и любовник, Ким Тэхён, — уверенно произнёс Чонгук. — Не потому, что ты слабый, напротив, достаточно сильный, чтобы отдать контроль и доверить свою жизнь другому человеку. Ты позволяешь себя вести.
— Я…
— Не перебивай, — отрезал Чон, а инструмент скользнул по шее парня.
— Когда я беру хлыст, это не значит, что я собираюсь тебя бить, — продолжил Чонгук. — Я собираюсь тебя учить и направлять. Как лошадь, которая не знает своих сил, ты тоже не знаешь. Более того, понятия не имеешь, на что способен, когда перестанешь бояться.
— Я знаю, — прошептал Тэхён.
— Нет. Ты думаешь, что знаешь, но я покажу. — С этими словами Чон взял плётку, и в воздухе внезапно свистнуло.
— Повернись. — Потребовал мужчина, а парень подчинился.
Чонгук встал прямо за ним и дышал в затылок. Одной рукой обхватил Тэхёна поперёк живота и притянул к себе. Другой он провёл плёткой вдоль позвоночника, от шеи до копчика. Через тонкую ткань футболки Тэхён всё отчётливо чувствовал.
— Видишь, — прошептал Чонгук ему в ухо. — Не больно, а приятно. Потому что ты доверяешь, и ты мой.
Он провёл плёткой по бедру парня, потом по ягодице. Там, где кожа наиболее чувствительной. Тэхён выдохнул и закусил губу.
— Скажи мне, чего ты хочешь, — приказал Чонгук.
— Я хочу...
— Не бойся, давай, скажи мне.
— Я хочу подчиняться тебе. Всегда и во всём. Потому что ты… Только с тобой я перестаю быть сыном монстра и становлюсь просто… твоим.
Чонгук отложил плётку и развернул Тэхёна к себе лицом.
— Ты не просто мой, — сказал он серьёзно. — Ты вообще лучшее, что у меня есть. Ведь я никогда, слышишь, никогда не сделаю тебе больно. Хочу, чтобы ты жил только удовольствием и радостью.
Сразу после этих слов он нежно поцеловал Тэхёна.
— Теперь ты понял?
— Понял, — выдохнул парень и прижался к своему мужчине всем телом.
— Хороший мальчик, — прошептал Чонгук.
Они стояли так долго, настолько, что солнце поднялось выше и уже вовсю заливало манеж золотом.
— А теперь поехали кататься.
Они вывели лошадей.
Тэхён уверенно пошёл за той самой кобылой, которая недавно сбросила его. Чонгук же запряг своего друга Pearl Eclipse. Жемчужный жеребец за полгода стал ещё красивей, хотя левый глаз так и остался мутным. Благодаря Чонгуку конь научился компенсировать этот недуг поворотом головы.
— Не хочешь на нём прокатиться? — спросил Чонгук, кивая на перламутровую лошадь.
— Нет, — улыбнулся Ким. — Он член семьи и уже всё обо мне знает, я хочу научиться ездить на той, кто меня боится.
— Мы же выяснили, что не боится, просто не знает, что ты добрый.
— Добрый? — улыбнулся Ким. — Я вообще-то сын криминального авторитета.
— Был когда-то, а теперь владелец конного реабилитационного центра.
Тэхён засмущался, ведь ему всё ещё было неловко, когда Чонгук говорил о нём хорошее. Полгода, оказывается, слишком малый срок, чтобы отвыкнуть от негативных мыслей.
— Поехали, — бросил он, чтобы сменить тему.
Чон помог ему сесть в седло. Только не потому, что Ким не мог сам, а потому, что любил касаться своего парня. Ладонь на пояснице, короткое «оп-ля», и вот всадник уже на лошади.
— Тебе идёт, — заметил Чонгук, запрыгивая на Pearl Eclipse. — Похож на принца.
— А ты, как разбойник, — засмеялся Тэхён.
— Я и есть разбойник, который украл принца из дворца.
Они выехали из манежа, пересекли двор, но Чон вдруг остановился.
— Подожди, — сказал он, осаживая жеребца. — Ты сегодня чуть не расплакался от хлыста. Но держался. Почему?
Тэхён задумался, покраснел, но ответил.
— Потому что знал, что ты не причинишь мне боль. Даже если возьмёшь в руки плётку, осознавал, что это просто игра, в которой я доверяю тебе свою спину.
— Не спину, — поправил Чонгук. — Жизнь.
— Да. Жизнь.
— Ты боишься скакать галопом?
— Нет.
— А прыгать?
— Немного.
— А меня?
Тэхён посмотрел ему в глаза и прошептал:
— Тебя… никогда.
Мужчина улыбнулся, потянулся вперёд и ухватил парня за затылок, чтобы притянуть к себе. Поцелуй был долгим, и в нём звучало обещание оставаться рядом навсегда.
Лошади стояли смирно, а Pearl Eclipse жевал повод и смотрел в сторону моря. Он уже привык не мешать.
— Помнишь, — обратился к мужчине Тэхён, — ты сказал в горах, что станешь моей тенью?
— Помню.
— А я тогда подумал, ну какая же ты тень? Ты свет.
Чонгук провёл ладонью по красивой скуле.
— Я сказал, что стану твоим жокеем, тем, кто всегда ведёт к победе. Даже если изначально не знает, куда ехать.
— А если знает?
— Тогда просто держится в седле и не падает. Кажется… Я наконец-то понял.
Они спустились к любимому пляжу, где Чон тут же взбодрился.
— Давай наперегонки, — предложил он.
— Ты же знаешь, я проиграю.
— Не проиграешь, ведь я дам фору.
— Вот уж нахал, — улыбнулся Ким, а Чон рассмеялся и пустил Pearl Eclipse вперёд.
Жеребец тут же сорвался с места, подкидывая песок.
— Нечестно! — закричал Тэхён вслед и рванул вдогонку.
Ветер дул в лицо, смешиваясь с солёными морскими каплями. Шаги лошадей оставляли глубокие следы. Они мчали вдоль берега, где вода обдавала копыта.
Чонгук оглянулся и увидел Тэхёна, который скакал за ним и смеялся.
«Вот зачем я тогда прыгнул и выдержал все пули. Ради таких вот мгновений», — наслаждался моментом Чон, а потом крикнул во все горло.
— Догоняй!
Тэхён пустил лошадь быстрее и поравнялся с Pearl Eclipse.
Они скакали бок о бок, пока лошади не решили сбросить темп.
— Ты счастлив? — спросил Чонгук, когда они перешли на шаг.
— Да! — Незамедлительно ответил Тэхён с довольной улыбкой. — Я будто родился заново в тот день, когда ты украл моего коня.
— Я не крал, а спасал! — Возмутился Чонгук.
— И меня заодно.
— Знаешь, как говорят? — спросил Чонгук, когда они остановились. — Настоящий жокей умирает в седле.
— Глупости, — ответил Тэхён.
— А я думаю, это правда, ведь он умирает не телом, а оставляет то, кем был раньше. Потом, возможно, рождается заново.
Он слез с Pearl Eclipse и помог Тэхёну спуститься. Тот соскользнул прямо в его объятия.
— Мы с тобой, кажется, родились заново, — прошептал Чон.
— Тогда не отпускай поводья, — попросил Ким.
— Не отпущу.
Новый день начинался спокойно, ровно как и новый галоп.
«Отец строил империю из запуганных сердец и подставных побед. У него получился карточный домик, который держался на страхе. Только вот на этом чувстве далеко не улетишь. Один порыв… и домик рухнул. Мы же остались. Потому что вложили души в лошадей, сено и любовь. Теперь каждый наш галоп — это новая история, неподвластная ни ветру, ни времени».
