Случайно подслушанный разговор

Минерва Макгонагалл Сегодня ко мне пришли три ученика и снова жаловались на несправедливое снятие очков. Жалобы всегда касались одного человека — Северуса Снейпа. Если честно, он мне не особо нравился, но и ненавидеть его я не могла. Поэтому я решила всё-таки разобраться, в чём проблема. И нет, я не верила ученикам в том, что он просто так снимает с них очки. Конечно, он недолюбливает Гриффиндор, но он не глуп. Поэтому я взяла Гарри, Рона и Гермиону с собой и направилась в его кабинет. Прежде чем принять такое решение, я заглянула в книгу, где был учёт начисления и снятия очков. Действительно, с Гриффиндора слишком часто снимали очки. Мы спустились вниз и встретили Ремуса Люпина. Он тоже направлялся в кабинет Снейпа с какой-то просьбой. Мы уже подошли к двери, и он собирался постучаться, но тут мы услышали, как Снейп говорит сам с собой. Северус Снейп Я сидел в этом кабинете в теле Северуса Снейпа. Чёрт, я Сергей, а не он. Так как я никого не ждал, я мог позволить себе поговорить с самим собой. Обычно ко мне мало кто приходит, а если и приходят, то только если это было заранее обговорено. — Итак, тринадцатая попытка самоубийства завершена. Жаль, что неудачно. Чёрт, я даже умереть нормально не могу, это несправедливо. Какие там ещё варианты? Так, три раза пробовал яды — не получилось. У меня аномальная сопротивляемость. Два из них я лично создал, но толку ноль. Ужасное самочувствие на протяжении трёх дней: я даже встать не мог, но всё равно выжил. Что там дальше? Пять раз пытался сброситься с высоты, но почему-то не получалось: то большая птица спасёт, то маг какой-нибудь мимо проходит и помогает. Ладно, хотя бы додумался не в своём обличии скидываться, а то узнали бы меня, и всё. Два раза пытался утопиться — тоже безуспешно. Терял сознание, и меня выкидывало на берег. В ванной просто открывалась затычка, и вся вода пропадала. Две попытки вскрытия вен — тоже безуспешны.И последняя моя попытка самоубийства тоже безуспешна. Я пытался повеситься, верёвка порвалась, и что, собственно говоря, мне делать? И так есть еще пару вариантов: нанять убийцу на самого себя, на каникулах попробовать умереть от голода, ну и просто отрезать себе голову или в сердце ножом. Но к двум последним я обращусь, если не получится с другими вариантами. Есть еще вариант сдаться дементорам, но они почему-то даже не смотрят на меня, что обидно, неужели я не вкусный? Да, я сейчас плакать буду. Блин, уже два чертовых месяца пытаюсь убиться. Я думал, это будет легче. Всё-таки спасать меня никто не захочет, коллеги недолюбливают, так называемые друзья ищут выгоду. только Директор, возможно, и то он занят, у него дел больше, чем у кого-либо в этой стране. Жены, детей нет, домашних животных тоже. Ученики меня ненавидят, обоснованно. Их характера нужно закалять. Я не хочу, чтобы они после Хогвартса, где с ними все сюсюкались, попали в обычный мир без знания того, что он очень жесток. Я даже напиться не могу, алкоголь тупо не действует, наркотики, к слову, тоже. Я терпеть не могу алкоголиков и наркоманов, но мне было интересно. Надо будет в соседних странах искать убийцу. Осталось решить, надо просто прийти и сказать , чтобы он меня убил, желательно безболезненно, или нанять и сказать. Вот там живёт зельевар, он бесит меня, убей его. Деньгами не обижу. Ладно, всё, варинты попробую сначала, надо напрямую попробовать, пусть бомбарду в голову мне запустит. Ох, как же я надеюсь, что умру на этой неделе, мне уже не смешно, блин. Может, дождаться каникул, а там ещё раз попробую все варианты, хотя не все. Яд точно не буду пробовать, не хочу три дня валяться без возможности двигаться. Может, попробовать в вулкан упасть, вот там-то я точно не выживу. Как я раньше не подумал об этом? Да, на каникулах так и сделаю. Надо опять записку оставить где-нибудь, пусть все думают, что я сбежал, и все мои ценности будут переведены на счёт Хогвартса. Блин, я, наверное, с ума схожу, уже сам с собой разговариваю. Минерва Макгонагалл, Ремус Люпин, золотое трио: Ремус занёс руку, но не постучал, так как услышал разговор. Все они услышали голос, который звучал с обидой. Они думали, что к Северусу кто-то пришёл, но был только один голос, который говорил с обидой и грустью. Они все были в шоке: он только что сказал, что была тринадцатая попытка суицида, и это повергло их в шок. Они никогда даже не могли подумать, что он, самый молодой зельевар мастер, хочет умереть. Минерва и Ремус забыли, что тут дети, и им не стоит это слушать. Минерва: - Ремус, ты тоже это слышишь? У него явные проблемы - произнесла она шепотом. В её глазах был ужас, а в голосе звучала тревога. Ремус: - Давай дослушаем, - в его голосе было много беспокойства, а в глазах мелькнула решимость. Он явно что-то решил для себя. Рон, Гермиона и Гарри стояли рядом и пытались не дышать и не двигаться. Они не хотели, чтобы их отправили обратно, и понимали, что им это лучше не слышать. Гермиона не могла поверить, что их профессор не хочет жить. Рональд Уизли не мог понять, зачем это профессору. Гарри был в шоке: да, он почти ненавидел Снейпа, но ему стало жаль за все свои поступки. Снейп начал перечислять все свои попытки и почему они не удались. Глаза Макгонагалл расширились, она посмотрела на Ремуса, а Ремус, в свою очередь, уставился на неё. Минерва: - Р-Ремус, это точно не нормально. Нам надо сообщить директору, он обязательно поговорит с ним, - говорила она шепотом, её голос дрожал, и она запиналась. Ремус поджал губы и поднёс к губам палец, намекая на то, что лучше дослушать, а потом поговорить. Тут они услышали его рассуждения про коллег, родных, друзей и учеников. Мысли Минервы: да, возможно, его многие не долюбливают, но он действительно думает, что его не захотят спасать? Любой человек спасёт того, кто в этом нуждается. Мысли Ремуса: это грустно, но правда, он мало с кем общается, и похоже, он осознаёт, что друзей у него нет. Трое детей думали о одном и том же: он готовит нас к взрослой жизни, он сам это сказал. У всех на лицах было что-то между ужасом, шоком и печалью. Через какое-то время они услышали продолжение: он спокойным голосом рассуждал о том, как можно умереть. Они услышали его рассуждения, и это завершало все его мысли по поводу его психического здоровья. Ремус сначала подумал: "О, так ты осознаешь, что ты сошел с ума, это так мило", но тут же себя отругал. Когда речь закончилась, оба профессора осознали, что ученики тоже это слышали, но решили пока что об этом не думать и очень тихо уйти. Ремус: — Вы не должны об этом никому говорить и постарайтесь не думать об этом. Гермиона: — Хорошо, профессор. — Её голос был тихим, она сама уже пожалела, что услышала это. Теперь никто из них не сможет злиться на профессора. Когда ученики ушли, Минерва и Ремус направились в кабинет директора. Минерва: — Ремус, что мы скажем директору? Просто напрямую сообщим о проблеме и уйдём? Ремус: — У вас есть ещё какие-то предложения? Мы не сможем ему помочь, мы даже не знаем, почему он принял такое решение. Минерва: — Да, думаю, ты прав, но почему-то я не могу смотреть со стороны и ничего не делать. Оставшийся путь они прошли молча. Кабинет директора: Альбус сидел и перебирал документы, как вдруг понял, что к нему пришли два профессора (с помощью артефакта), а через секунду тридцать они постучались. — Войдите, — голос был добродушным. — Он как раз устал, и компания двух профессоров была лучше, чем компания документов. Они вошли, и первое, что подметил директор, — они были чем-то обеспокоены.