Хён, позволишь мне?..

Целоваться в офисе с тем, с кем состоишь в тайных отношениях – омерзительное клише, но удержаться Джин не мог. Когда в понедельник по традиции зашёл в кабинет Намджуна, чтобы пригласить на кофе, когда увидел, как парень соскакивает со своего стула и нервно сглатывает, откровенно залипая на чужие губы. Тощей заднице на твёрдом столе было не место – она тут же начинает болеть. Но когда под ягодицы заползают большие ладони, сжимая их, это покрывает все неудобства. Длинным ногам не место на чужих бёдрах, но когда поцелуй в такой позе длится возмутительно долго, их становится просто некуда день. Рукам, в отличие от вышеназванных частей тела, самое место на шее и на лице Ким Намджуна. Как же здорово гладить его, ласкать, изучать. И наслаждаться такой честной реакцией. Парень сразу прикрывает глаза, постанывает своим хрипловатым голосом и всячески показывает, как ему это нравится. А ещё языку вышеназванного Кима обязательно нужно находиться во рту другого господина Кима. Тут всё было правильно и сошлось просто идеально. Особенно, когда язык этого талантливого руководителя проходился недалеко от зубов. Заигравшись в своей голове в офисные метафоры, Джин резко охнул, когда Намджун прижался к нему всем телом, резко вдавливая таз в чужую ширинку. – Хорош, – пробормотал Сокджин, отрываясь от таких манящих губ и пытаясь восстановить дыхание. – Или мы трахнемся прямо здесь. – А что, секс на рабочем месте – это теперь преступление? – невинно поинтересовался Джун, но всё же послушно отступил. Хмуро посмотрел вниз и принялся одёргивать брюки и так и эдак, чтобы внушительная эрекция была не так сильно заметна. – Пора на джинсы переходить, – хмыкнул Джин, поправляя волосы и с интересом наблюдая за безуспешными попытками любовника. – В них не так заметно. – Зато в них больнее, – пропыхтел младший, всё ещё испытывая дискомфорт от приглашения коллеги на кофе. В этот момент зазвонил телефон и Джун, подпрыгнув, как школьник, бросился к аппарату. Первые секунд десять говорил нервно и невпопад, затем профессионализм взял верх – успокоился, начал давать советы, тут же что-то записал. Положил трубку, и… – Ура! – Да уж, работа – лучшее средство от потенции, – рассмеялся Сокджин. – Теперь-то мы идём пить кофе? После долгих и нудных разговоров по душам (а это то, что Джин ненавидел сильнее всего), парни решили попробовать встречаться. К счастью, эти идиотские разговоры заняли не все выходные. Хватило времени и шикарный секс, и на кучу вкусной еды, и на видеоигры. В сексе Намджун оказался хорош (даже слишком), в играх как всегда был плох, так что баланс Вселенной не был нарушен. Сокджин всё ещё скептически относился к идее отношений с натуралом (или с не осознавшим себя геем, чёрт его пойми), но уговоры, жалобные глаза младшего и достаточно глубокий для полного отсутствия навыков минет сделали своё дело. И неудивительно. Он никогда не мог отказать Намджуну, чего бы он ни попросил. В кофейню парни решили не идти, слишком много времени заняли ласки на рабочем столе Джуна. Взяли кофе в автомате и устроились в пустой комнате для переговоров. Только успели отхлебнуть по глотку, как дверь кабинета со стуком распахнулась. – Юнги, ты… – девушка в красивом длинном платье осеклась, застав боссов за мирным кофепитием. – Ой, извините, не хотела мешать. – Да всё в порядке, Джулия, – произнёс Намджун с доброжелательной улыбкой. – Может, присоединишься? – парень отсалютовал кружкой с кофе. Джин согласно кивнул. В чьей-то компании гораздо ниже вероятность наворотить дел и удержать себя в рамках приличия. – Нет, спасибо, я мистера Мина ищу… – сконфузившись, тихо ответила коллега. – Надо пару моментов уточнить. – Решила от него напрямую все согласования получать? Похвально, – хмыкнул Джун. – Но я бы посоветовал начать поиски с его кабинета, а не с переговорки. Так шансы будут выше, знаешь ли. – Извините ещё раз, – Джулия тихонько прикрыла дверь и ушла. – Тебе не кажется это странным? – задумчиво произнёс Намджун, сюрпая кофейной пеной. Жалко, что на верхней губе не осталось молочных «усов». Был бы вполне пристойный повод прикоснуться к его лицу. – У дамочки немного сбит прицел. Бывает, – пожал плечами Джин, закидывая в рот третье печенье. Стараясь сладким тестом вытеснить странные мысли. – Она его сначала по имени назвала и только перед нами – мистером Мином, – задумчиво продолжил друг. – Ладно, пойдём работать, детектив, – рассмеялся Сокджин, с сожалением глядя на оставшееся печенье. Ну ничего, он с ним позже расправится. Первая половина дня прошла спокойно. Джин сделал запрос на пару посадок, поставил дизайнерам задачи на макеты для этих самых посадок. Без конца трезвонил провинившийся подрядчик, желая принести извинения и возобновить сотрудничество. Сокджин в конце концов просто перестал брать трубку. Работа, требующая внимательности и концентрации, давалась сегодня очень легко, не нервировала и не напрягала. Может быть, потому что везде, куда бы ни посмотрел, Джин видел Намджуна и его дурацкую смущённую улыбку. Руки скользили по клавиатуре, мозг генерировал идеи, а сердце не переставало удивляться тому, что произошло спустя столько лет. Как он мог не замечать? Как он мог не догадаться, не сообразить, что нравится Намджуну? Все эти его особенные взгляды… Джин проверял, да нет, буквально мысленно замерял, насколько по-другому мелкий смотрит на остальных. Не замечал, потому что привык. Потому что на старших всегда смотрят с некоторой долей восхищения. Потому что самая надёжная защита для гея в гомофобном обществе – никогда не воспринимать дружбу, как что-то большее. Никогда не вестись на все эти «ты лучший», «я чуть не влюбился в тебя» и так далее. Парни легко бросаются такими словами. Сокджин открыл файл с договором, ткнул на кнопку «печать». Принтер с первого раза не загудел, поэтому пришлось нажать несколько раз. Тихонько побрёл к машине, встал возле неё и залип, наблюдая за тем, как листы бумаги уплывают в одно отверстие и появляются в другом. В отличие от Намджуна, роль безутешно влюблённого страдальца не для него. И никогда не была. Ким Сокджин – человек простой. Как только понял, что слишком зацикливается на серьёзных глазах и ямочках на щеках, сделал то, что было нужно. Чтобы сохранить будущее, которого они смогли достичь вместе. Никакой драмы, никаких слёз. Только чёткое осознание реальности. Задумавшись, парень как-то не обратил внимания на то, что печать длится слишком уж долго. Когда принтер затих, достал ещё теплые листы, просмотрел их и вздохнул. Семь копий договора. Неэкономно. Тихо ворча, Джин двинулся к столу. Засунул ненужные шесть копий в нижний ящик. Там хранились бумаги, вторую сторону которых ещё можно было использовать для заметок. Сокджин ещё доделывал какие-то задачи, когда к нему зашёл Намджун. Сначала вежливо постучал, затем скромно заглянул в кабинет: – Можно? – Нет, нельзя, блин, – вздохнул Джин, стараясь не смотреть на эту улыбку, от которой все текущие дела теряли свою важность. Потому что он – младший брат. Его нужно баловать, ему нужно уделять внимание. Так мать в школьные годы говорила. Или же… Джун, не обращая внимания на сарказм, зашёл и плотно прикрыл за собой дверь. Сокджин ждал, что тот набросится на него с поцелуями, но мелкий остался стоять у входа. Наклонил голову, совсем как в школе, и продолжил сверлить своими умными глубокими глазами. – Обедать пора, хён. – Сейчас-сейчас, – отозвался Сокджин, удивляясь, как грубо прозвучал его собственный голос. Очередная защитная реакция, чтобы окончательно во всём этом не утонуть. – Куда пойдём? – В один уютный ресторанчик, – спокойно ответил Джун. Он достал телефон из кармана, кому-то быстро ответил. – Мы там с Хоби недавно были. – Хорошо, – коротко ответил тот. К лифту вышли вместе, как в старые добрые времена. Громко переговаривались и смеялись. Мэгги, неизменно занимавшая свой пост у входа, с удивлением наблюдала за этой переменой. Намджун внезапно достал из-под пиджака коробочку конфет и положил на стол девушки. Заговорщически подмигнул и сказал: – Мы, наверное, задержимся. Если будет что-то срочное – звони на личный. К удивлению Сокджина, помощница спокойно убрала конфеты в ящик стола, как будто ожидала чего-то подобного. Кивнула им обоим и пожелала приятного аппетита. Пока шли, очень много говорили. Джун болтал без умолку, накидывал какие-то планы на будущее – куда полететь в отпуск, когда навестить дядю Сокджина на ферме. Джин, конечно, улыбался и поддакивал, хотя их совместное будущее видел довольно смутно. Но если парень хочет помечтать – пожалуйста, сколько угодно. Пару раз пришлось осадить наглого младшего, когда тот попытался сплести их пальцы. Зачем эта показуха? Особенно там, где их никто не знает. Однокурсник Джина делал так же – становился смелее, когда чётко осознавал, что знакомых поблизости нет, а простым прохожим всё равно. Пробная версия смелости, которая может ни к чему не привести, а потому бесполезна. Когда официант привёл их к заказанному столику, Сокджин удивлённо вздёрнул брови: за ним уже расположились Юнги и Хосок. Странно. Почему-то Джун ему об этом не сказал. Да и зачем звать парней? Он-то думал, что обед будет только для двоих, в романтичной обстановке. Ну да ладно. Ребята поздоровались, быстро сделали заказ и с аппетитом набросились на принесённую им еду. Сокджин пытался подавить неуместное разочарование, поэтому в разговорах почти не участвовал. – Джуни, колись давай, зачем позвал, – протянул Хосок, отодвинув пустую тарелку. Взял салфетку и принялся вытирать губы. – Ты же знаешь, я жутко занят. Пришлось из-за твоих хотелок перенести тренировку. Благодаря тебе я закончу работу на час позже. Большое человеческое спасибо. Джин непонимающе глянул на младшего. – Прости, Хоби, – Намджун смущённо улыбнулся. – Я подумал, что лучше сделать это лично, так что… – Да ладно?! – воскликнул Юнги с нелепой смесью восторга и изумления на лице. Он аж привстал со стула. – А я-то думал, почему… Только не говори, что… – Раздражаете, – пробубнил Сокджин, раздражённо убирая чёлку со лба. У него появилось дурацкое чувство, что за этим столом сейчас раскроется заговор, о котором знали все, кроме него. – Намджун, говори. – Ладно, – Джун отпил воды, прочистил горло. Встал. Потом снова сел. Да что это с ним? Репетирует свою речь на случай вручения Нобелевской премии? – Я решил, что лучше вам узнать как можно быстрее, чтобы потом не было неловких ситуаций. Вдруг Ким Сокджин похолодел. В груди зародилось нехорошее предчувствие, по спине побежали неприятные мурашки. Этот дурак же не собирается… – В общем, мы с Джин-хёном теперь встречаемся. Он мне очень нравится. Хотел, чтобы вы знали, – выпалил Намджун почти без пауз. Сказал и тут же вновь схватился за стакан с водой, словно эта короткая фраза полностью его иссушила. Вышеназванный Джин-хён остолбенел. Он буквально застыл, не мог ни единым мускулом двинуть. Происходящее стало казаться чем-то далёким и нереальным. Он признался… сделал это… вот чёрт… – Чего? Да ну нет!!! – Воскликнул Хоби, отбрасывая в сторону скомканную салфетку. – Правда? Не врёте? Вы – геи, получается? И скрывали? Ну капец, обалдеть просто! Пока Чон Хосок в порыве эмоций махал руками, будто отгонял насекомых, Намджун осторожно прикоснулся к руке Джина, пытаясь заглянуть в глаза. Увы, они ничего не выражали, в таком сильном шоке он находился. – Официант, а можно нам чего-нибудь сладкого, алкогольного и праздничного? – спросил Юнги, подзывая к ним юношу в фартуке. Он один не утратил самообладания. – Очень сладкого? – Переспросил паренёк. С сомнением оглядел компанию из взрослых мужиков, трое из которых как воды в рот набрали, и неуверенно предложил: – У нас сегодня акция, четыре бокала апероля по цене трёх. Летний, яркий, с апельсиновым вкусом. Подойдёт? – Отлично, нам как раз четыре порции, – улыбнулся Юнги. Когда официант ушёл, спохватился: – Чёрт, Хоби, тебе же ещё танцевать сегодня. Ну ладно, четвёртый без тебя приговорим… – Да нет, я выпью, – внезапно выпалил Хосок. Он даже раскраснелся от столь неожиданных новостей, – За такое грех не выпить. Я-то думал… ну ведут себя, как попугайчики-неразлучники, ну что ж. Такая долгая дружба, ничего удивительного. – А на самом деле не совсем дружба, – понимающе кивнул Юнги, откидываясь на спинку стула. – Бывает и такое. Сокджин потихоньку начал отходить от устроенного Джуном цирка. Подозрительно нахмурился. Слишком уж Юнги спокоен, как-то быстро сориентировался. Ещё и праздничную пьянку тут же организовал – ну что за вечный алкоголизм. Получается… – Так ты знал?! – Джин-хён, только не ругайся, ладно? – Мин Юнги поднял руки в извиняющемся жесте. – Я узнал совсем недавно. Меня, знаешь ли, тоже нелепое враньё Намджуна заколебало. И я, между прочим, настаивал, что нужно во всём тебе признаться. Хён уже набрал полные лёгкие воздуха, чтобы отчитать Юнги, но вернулся официант и принялся расставлять высокие бокалы с ярко-оранжевым напитком. – Да ладно тебе, Сокджин-а. Я ж не обижаюсь, что не знал. Хотя мог бы, – протянул Хосок, беря свой бокал. – Давай выпьем, и вы расскажете свою задушевную историю. А потом мы разбежимся по работам. Ничего ж такого. – То есть вам нормально? Ничего такого? – на всякий случай уточнил Сокджин, нервно выдёргивая руку из-под ладони Джуна. Тот сдаваться не думал и снова сжал его пальцы. Хоби наблюдал за этим почти с умилением. – Я точно знал, что ты не отвернёшься от нашего страдальца, – ответил Юнги, тоже беря бокал. – Но что прям так… что ж. Главное, что ты счастлив, хён. – Мы пить будем или нет? – недовольно спросил Хосок. – Сейчас там весь лёд растает! Давайте, за… э-э-э… образование новой парочки! Все чокнулись и выпили. После того, как Джин от души пихнул Намджуна в бок и проворчал, что о таком надо предупреждать заранее, парни дружно рассмеялись. После этого неловкость куда-то делась, разговор стал более расслабленным. Хоби всё пытался выведать, как же так получилось – как любой уважающий себя одиночка-трудоголик, он коллекционировал романтические истории. Джун отбивался, как мог. Юнги просто молча улыбался и, казалось, был абсолютно доволен происходящим. Обеденное время закончилось слишком уж быстро. Сокджину показалось, что с момента признания прошло не больше пяти минут – и вот уже коктейли выпиты, счёт оплачен, и они идут обратно под жарким солнцем. Намджун вновь предпринял попытку взять его за руку, и на этот раз Джин не стал вырываться. Потому что понял, что для Ким Намджуна это всё не просто так. Что планы, которые он строил на будущее, совместный отдых, о котором говорил ранее, не были мечтой или красивой сказкой. Джин с лёгкой грустью глянул на широченную фигуру, вышагивающую рядом. Мелкий вырос. Вырос, поумнел и каким-то образом подошёл Сокджину по всем параметрам. По крайней мере, в прошлые выходные. А ещё сегодня. И точно завтра. А там видно будет. Да, всё только начинается. Но сейчас они вместе, а потому Ким Сокджин, будучи человеком простым, решил отпустить ситуацию и просто наслаждаться. И раз уж Джун проявил чудеса храбрости, то почему бы не сделать ответный шаг? – Намджун-а, – позвал ласково, стараясь приглушить вечно несерьёзные нотки в голосе. Он тут же повернулся на зов, улыбнулся слегка. Лёгкий ветерок растрепал короткие волосы, делая его похожим на забавного ежа. Но от этого Ким Намджун не стал менее красивым. И ямочки, дурацкие ямочки на его щеках, с которых всё и началось, не перестали быть ужасно милыми. Джин сжал его руку покрепче и произнёс: – Ты мне тоже нравишься.