Дом для моего омеги

Выйдя из комнаты, Мин не сомневался, что найдет Чонгука в библиотеке. Тот, как и Чимин до этого, стоял возле дивана и смотрел на картину. “Это у них семейное” - пронеслось в голове Юнги. Заметив подошедшего, Чонгук кивнул на диван, приглашая Юнги присесть и давая возможность выбрать удобное место. Сам в это время направился к небольшому бару, стоящему у стены. – Что выпьешь? – Я за рулем. Юнги выбрал место так, чтобы они с Чоном могли сидеть напротив друг друга. Ему казалось, что так будет правильнее - смотреть друг другу в глаза. А пока он смотрел ему в спину, наблюдая, как тот разливает алкоголь явно на двоих. Когда Чонгук повернулся, в его руках действительно было два стакана. Один был наполнен на половину, в другом было буквально на пару глотков. Именно его Чон и протянул Мину. А на удивленно вскинутую бровь устало ответил. – Можешь просто пригубить. Пить один не хочу, а вспоминать всё это без алкоголя ещё не научился. Сев на диван напротив Юнги, Чонгук тяжело вздохнув, сделал глоток из стакана. Потом перевел взгляд на картину и, указав на альфу в костюме, начал свой рассказ. – С Намджуном мы дружили с детства. Ходили вместе сначала в садик, потом в школу. Мы были лучшими друзьями. Делились самыми сокровенными секретами и мечтами, обсуждали понравившихся омег, первый поцелуй и первый секс. С ним первый раз попробовали алкоголь в средней школе и первый раз напились на выпускном. Играли в баскетбол в школьной команде и участвовали в драках. Поддерживали при неудачах и искренне радовались победам. Отец Намджуна владел успешным бизнесом в Пусане и был весьма обеспечен. Он не хотел, чтобы сын вырос избалованным. Поэтому отправил их с папой сюда, в Тэгу, к дедушкам. Папа Намджуна был родом отсюда, и отец считал, что сыну будет полезно пожить здесь - вдали от роскоши и лишнего внимания окружающих. Когда пришло время выбирать, куда поступать, отец сказал Намджуну, что он будет учиться за границей, а когда вернётся, то возьмет на себя управление компанией. Намджун уехал в Англию, а я поступил на факультет управления бизнесом в Пусане и остался без лучшего друга. Я всегда был общительным и компанейским парнем и найти компанию единомышленников среди сокурсников было несложно. Но такого друга, как Намджун, найти не смог. Был один альфа - Хосок. Он стремился подружиться со всеми, в том числе и со мной. Но мне не хотелось. На первом курсе я часто приезжал домой на выходные, безумно скучал по другу и надеялся хотя бы так, бродя по знакомым местам, ощутить его присутствие рядом. А потом решил, что лучше заняться усерднее учебой. Папа очень переживал, что я стал реже приезжать. Надумывал себе, что я плохо питаюсь или связался с дурной компанией. Пригрозил, что или я буду приезжать чаще, или хотя бы раз в неделю буду заезжать в гости к его брату, живущему вместе с семьей в Пусане. Иначе папа грозился лично приезжать каждую неделю. Зная характер папы - Чонгук усмехнулся, – я решил, что лучше буду раз в неделю заезжать к дяде. В первый же раз приехав к ним, дверь мне открыл мой кузен, сказав, чтобы я проходил и чувствовал себя как дома, он развернулся и побежал в гостиную, на ходу бросив мне, что у них с Тэтэ важное дело. Важным делом оказалась игра в приставку. Они сидели на полу, активно нажимая на кнопки джойстиков и пытались победить какого-то монстра на экране. На тот момент им было по 14, запах еще не ощущался, но и без него было понятно, что Тэтэ - Чонгук снова указал на картину, на того парня, что улыбался в его объятиях и сам улыбнулся невероятно нежной улыбкой – был омега. Пока он сидел ко мне спиной, я изучал его затылок, не понимая, что же меня привлекло. А когда он обернулся я понял, что пропал. Ни один омега до этого не вызывал во мне таких эмоций. Тэхёна хотелось спрятать ото всех, оставить только себе. Хотелось узнать поближе, понять, что ему нравится и обязательно дать это, даже если для этого придется совершить невозможное. Но пообщаться с ним не получалось. Они с братом постоянно то убегали в комнату, то возвращались и снова убегали. А вернувшийся домой дядя завалил меня вопросами обо всем, явно готовясь к развернутому отчету перед моим папой. Я, отвечая на вопросы, по-моему, вообще невпопад, все время прислушивался, не ушел ли еще Тэхён домой. Мне представлялось, как я повезу его домой и, наконец, смогу остаться с ним наедине. Когда наступил вечер и у меня уже не было причин оставаться, я уточнил у Тэхёна как он будет добираться домой и предложил подвести. Он ответил, что за ним приедет старший брат. В этот момент в дверь позвонили. Каково же было мое удивление, когда в открывшуюся дверь вошел Хосок - Чон указал на альфу, что на картине обнимал Чимина, - оказавшийся тем самым старшим братом. Надо ли говорить, что с тех пор я стал активно дружить с Хосоком, чтобы больше узнать о его брате и с бОльшим удовольствием приезжать к дяде, надеясь снова пересечься с Тэхёном. И если мне это удавалось, то вечерами я названивал Намждуну с рассказом о том, какой потрясающий омега Тэхён. Намджун всегда выслушивал мои рассказы без возражений. Но однажды сказал фразу, что для него неожиданно, что его друга мог настолько сильно подчинить себе какой-то малолетний омега. Не знаю, что на меня тогда нашло. Может, приближающийся гон, может, обида на друга, что бросил меня, а теперь пытается давать советы, может, амбиции. Только я решил доказать, что это не так и отправился на ближайшую вечеринку. Подцепить там омегу не составило труда. И вот когда я понял, что можно уединиться, что омега согласен на ничего не значащий секс, я ясно представил лицо Тэхёна. В этот момент я почувствовал себя не только изменником, но и предателем, который предает что-то ценное, то, что никогда не сможет вернуть. Вернувшись домой и пытаясь смыть с себя ощущение налипшей грязи, я принял решение заняться фирмой отца. Все свободное время я решил посвятить семейному бизнесу, чтобы не думать о Тэхёне. Надеялся, что так или пройдет моя одержимость, или Тэхён подрастет. Это решение, надо сказать, дало свои плоды. Я с таким усердием работал, что смог из маленькой фирмы построить процветающую компанию. Больше всех рад был папа - я опять часто стал бывать дома. И теперь уже папа рассказывал мне, как дела у дяди и его семьи. А я, слушая, каждый раз надеялся услышать имя лучшего друга своего кузена. Хотя в университете я все так же общался с Хосоком и был в курсе основных событий его брата. После получения диплома работы стало больше, но связь с Хосоком я продолжал держать. Казалось, он сам, специально, каждый раз рассказывает мне о Тэхёне. И все же для меня стало неожиданностью, когда он сообщил, что Тэхён приглашает меня на свой школьный выпускной. Конечно, мы собирались приехать на выпускной к брату. Но быть приглашенным, пусть и на то же самое мероприятие, любимым омегой, заставляло с нетерпением ждать назначенного дня. А еще давало надежду, что мои чувства не безответны. На тот момент я уже окончательно понял и принял свою любовь к Тэхёну. Когда я поделился этой радостной новостью с Намджуном, он сказал, что обязательно приедет и пойдёт со мной. Уж очень хотелось ему посмотреть на того, кто смог так сильно влюбить в себя его лучшего друга. Намджун, как и обещал, приехал со мной на выпускной. Хосок пришел со своим лучшим другом Джином.- Чонгук снова показал на портрет, указывая на альфу, стоящего рядом с Намджуном. — С Джином мы были знакомы, встречались пару раз на вечеринках, куда его приводил Хосок. Джин для него был, как для меня Намджун - лучший друг детства. Быстро представив их друг другу я оглядывал зал, пытаясь найти того, ради кого пришёл и совсем не обратил внимание на то, как Джин и Намджун заинтересованно разглядывали друг друга. А увидев Тэхёна, повзрослевшего, ставшего еще красивее, я начал улыбаться. Чон снова улыбнулся своим воспоминаниям. Юнги и раньше видел, как улыбается Чонгук, но никогда он не видел на его лице такую ласковую улыбку. Альфе стало очень обидно за Чимина, ведь ему Чон никогда так не улыбался. Никогда не смотрел с такой нежностью, как на портрет Тэхёна. Юнги понял, что Чонгук никогда не сможет полюбить Чимина настолько же сильно, как он до сих пор любит Тэхёна. — Мне потом говорили, - продолжил Чонгук, — что в тот момент я был похож на вечно улыбающегося сумасшедшего. А я смотрел на его обворожительную улыбку и понимал, что она предназначается только мне. После церемонии Хосок сказал, что все отправляются к ним домой, отмечать окончание школы. Как оказалось, их родители организовали вечеринку, куда пригласили весь класс. Но, несмотря на огромное количество гостей, Тэхёну удалось найти укромное местечко, куда он затащил меня и поцеловал. А когда отстранился, то сказал, что ждал этого уже очень давно и теперь мне не отвертеться. Даже если он мне не нравится, то это ненадолго. Он специально поступил на ландшафтного дизайнера, чтобы прийти работать в мою фирму и быть все время у меня на виду. И уж тогда-то он точно сможет завоевать мое сердце. А моё сердце готово было выскочить из груди, ведь мои чувства оказались взаимными. Целовались мы в тот вечер долго. А потом погрузились в череду ежедневных свиданий. Я был так счастлив, что не обращал внимание на происходящее вокруг. А когда “огляделся”, оказалось, что Хосок начал встречаться с Чимином, а Намджун с Джином. Тогда, на выпускном, у этих двоих пробежала искра, что очень быстро переросла в отношения. И хоть они оба альфы, я никогда не считал это чем-то постыдным, а просто радовался счастью друга. Вот только отца Намджуна это не устраивало. Пару лет он закрывал глаза на увлечение сына, а однажды пришел и заставил Намджуна жениться. Он сказал, что общество не примет его отношений с другим альфой. Поэтому Намджун обязан жениться на омеге, сыне его партнера по бизнесу. Потом они родят наследника и Намджун получит бизнес отца в полное распоряжение. А любить и спать он может с кем хочет, отец не будет вмешиваться, но для общества необходимо создать красивую картинку. Намджун очень любил Джина и не хотел его предавать, поэтому сначала хотел отказаться от предложения отца. Но потом понял, что тот не позволит им быть вместе, пока сын не выполнит его указания. Намджун долго боялся рассказать всё Джину, опасаясь его реакции. Но дата свадьбы приближалась и ему пришлось это сделать. Сказать, что Джин был в бешенстве - ничего не сказать. Он рвал и метал. Говорил, что лучше вообще без Намджуна, чем в роли любовника. Но потом они смогли поговорить. Намджун убедил его, что это всего лишь показательное выступление, что на его любовь к нему это никак не повлияет. К тому же он общался с омегой. Того тоже заставляют жениться, хотя его самого интересует только шопинг и вечеринки, и семейная жизнь, а уж тем более ребенок, ему не нужны. Джин согласился, но захотел присутствовать на свадьбе. Он хотел увидеть своими глазами, что у Намджуна нет чувств к жениху. Накануне свадьбы мы все собрались в Пусане, свадьба должна была быть там. Вечером, перед днем свадьбы, Джин был очень нервным. Все пытались его отвлечь. И тогда Чимин сообщил неожиданную новость - он ждет ребенка. Юнги стало неприятно. Получалось, что ребенок, которого ждет Чимин не Чонгука, а этого, счастливо улыбающегося с картины альфы. Но зачем Чону чужой ребенок? Да и он сам неоднократно говорил, что ребенок его. Обдумывать промелькнувшие в голове мысли времени не было - Чонгук продолжал свой рассказ. — Они с Хосоком были очень счастливы. Хосок надеялся, что друг будет рад за него и сможет отвлечься от тягостных мыслей. Вроде бы получилось. В день свадьбы я был шафером и постоянно находился рядом с Намджуном. Ему тоже было тяжело. Играть роль счастливого жениха, а не кидать обеспокоенные взгляды на любимого. Тэхён, Чимин и Хосок присматривали за Джином. Тот поначалу держался. Знаешь, он всегда был веселым. Постоянно рассказывал анекдоты и шутки, над которыми сам же и смеялся громче всех. В тот день он тоже смеялся, и даже шутил, и мы решили, что он сможет пережить эту свадьбу. А потом он сорвался. После очередного “горько”, за которым последовал неизбежный поцелуй, Джин начал пить. Он закидывал в себя одну рюмку за другой. Мы предполагали, что на свадьбе может произойти неприятность, поэтому договорились - Хосок не будет пить и, при необходимости, увезет всех, чтобы не оставлять Джина одного. Но и оставлять Джина в Пусане казалось рисковано. Не хотелось давать ему возможность вернуться на свадьбу. Было принято решение отвезти его в мой дом здесь, в Тэгу. Поехать с ними я не мог. Свадьба была в самом разгаре и исчезновение шафера вызвало бы лишние вопросы. Да и оставлять Намджуна одного не хотелось, он все видел и готов был сам сбежать с собственной свадьбы. Я помог усадить Джина в машину. Хосок сел за руль, Чимин рядом, на пассажирское сидение, а Тэхён сел сзади, рядом с Джином, чтобы поддержать и успокоить его. По дороге у Джина началась истерика. Тэхён пытался успокоить его, но Джин вырывался, требуя выпустить его. Лишь на несколько секунд Хосок отвлекся от дороги, обернувшись посмотреть на друга. А когда повернулся обратно на них мчался грузовик. Пытаясь уйти от столкновения, Хосок повернул машину, подставив под удар свою сторону… Джин и Хосок погибли на месте. Чимин потерял ребенка, но остался жив, а Тэхён… Тэхён выжил, но впал в кому. Чонгук залпом допил всё, что оставалось в стакане. Юнги отзеркалил его жест. Затем подошел к Чону, взял его стакан и направился к бару. Теперь он понимал, почему Чонгук не может вспоминать всё это без алкоголя, ему и самому хотелось выпить больше, чем было предложено. Юнги наполнил оба бокала наполовину, надеясь, что ему разрешат воспользоваться одной из гостевых спален. Но, в случае чего, услугу “трезвый водитель” никто не отменял. Сейчас Юнги было даже жаль Хосока. Но еще больше ему было жаль Чимина. В один вечер тот потерял и любимого и ребенка. Тогда ребенок, которого он ждал сейчас, действительно от Чона. Но что привело к этому? Ведь, если Чимин смог если не влюбиться в Юнги, то хотя бы начать испытывать к нему глубокую симпатию, то Чонгук явно до сих пор любил Тэхёна. Да и Тэхён впал в кому, но не умер же. История явно не была закончена и Юнги очень хотелось узнать ее финал. Вручив Чонгуку его бокал, он вернулся на своё место на диване, приготовившись слушать дальше. Некоторое время Чон молча смотрел на свой бокал, который покручивал в руке, то ли подбирая слова, то ли заново переживая прошедшие события. — Первое время я разрывался между больницей, где лежал Тэхён, поездками в Пусан, где Чимин заперся дома в своей комнате и не хотел выходить, к Намджуну, который после похорон Джина напивался каждый день, и посещением полицейского участка в связи с расследованием аварии. Владельцы фирмы, которой принадлежал грузовик, узнали, что Хосок ехал со свадьбы и, решив свалить всю вину на него, пытались доказать, что он был пьян. Неожиданно мне на помощь пришел Кихен - муж Намджуна. У его семьи были нужные связи, позволившие доказать, что виновником аварии был водитель грузовика. Владельцы фирмы заставили его работать сверхурочно и он просто уснул за рулем. Я тогда был благодарен Кихену за помощь и когда он попросил некоторое время не навещать Намджуна, сказав, что после каждого моего визита тот становится слишком агрессивным, я не раздумывая согласился, решив, что другу нужно время, чтобы пережить случившееся. Мы договорились, что будем созваниваться и Кихен будет рассказывать о состоянии Намджуна. Сначала он отвечал на мои звонки, говоря, что все без изменений. А потом перестал отвечать. Когда я приехал к ним домой, меня не пустили даже на порог, сказав, что зря приехал и нарушать покой мужа мне не позволят. Позже я узнал, что Кихен не только одобрял стремление Намджуна напиться и даже сам ему наливал, но и подсадил мужа на наркотики. Чонгук, очевидно, хотел выпить весь бокал разом, но словно опомнившись, сделал всего один глоток. Оперевшись локтями о колени, он смотрел только на стакан, который держал в руках. Юнги казалось, что Чон настолько винит себя в случившемся, что боится смотреть даже на картину. Словно может увидеть упрек в глазах друга. — После этого он признал Намджуна недееспособным, сдал в психушку и стал полноправным владельцем его бизнеса. Я пытался навестить Намджуна в больнице, но меня не пустили. Пытался поговорить с Кихеном, уверял его, что ему достанется все - бизнес, деньги, имущество. Мы подпишем все, что нужно, пусть только разрешит мне забрать друга. Но передо мной был не беззаботный омега, которого принудительно выдавали замуж, а жесткий и надменный человек, уверенный в своем превосходстве. Так я снова остался без лучшего друга. Без любимого. И, казалось, без смысла жить дальше. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что могу закончить как Намджун и понял, что надо что-то менять. Ведь Тэхен все еще оставался в коме, но конкретных прогнозов никто не давал, а значит, шанс был. Тогда-то я и вспомнил про этот дом. Однажды я предложил Тэхену пожениться. Он ответил, что мы обязательно поженимся. Но сначала он закончит учебу, а я построю ему дом, наш дом. Он сделал эскиз дома, ландшафтный дизайн территории. Даже использовал его как курсовой проект - Чонгук усмехнулся, но тут же стал серьезным. — Но до внутреннего дизайна так и не успел добраться. Поэтому я и позвал тебя. Наслушался отзывов о твоих необычных работах, решил, что ты сможешь уловить настроение Тэ и воплотить в жизнь максимально близкое. Кстати, ты отлично справился. Юнги кивнул и сделал глоток. Он привык видеть уверенного и целеустремленного альфу. Сейчас же перед ним сидел человек, на лице которого эмоции менялись чаще, чем он успевал дышать. Любовь, тоска, гнев, раскаяние, страх. От всего этого круговорота, пожалуй, действительно можно было сойти с ума. — Несколько месяцев назад ко мне пришли родители Тэхена. Они врачи, биологи. Несколько лет назад они изобрели вакцину от какого-то смертельного вируса. В благодарность правительство подарило им лабораторию. Там то они и проводили основное время после похорон Хосока. Они сказали, что разработали методику, позволяющую определить возможность выхода Тэхена из комы. Проведенные исследования показали, что организм Тэ, поддерживаемый оборудованием, функционирует в норме, но стоит его отключить и все закончится. Они приняли решение отпустить Тэхена и готовы дать согласие на отключение системы жизнеобеспечения. Но, похоронив одного сына, им хочется оставить хотя бы что-то от младшего. Поэтому они решили изъять необходимый биоматериал Тэ и, воспользовавшись услугой суррогатного папы, "родить" внука. Зная, насколько сильно любил меня Тэ, отцом ребенка они предлагают стать мне. Заодно и найти омегу, который согласиться стать суррогатным папой. Сначала я был зол на них. Как они могли решиться на такой шаг? Но потом понял, что повлиять на их решение не смогу. Они родители, они имеют право решать. Я же для Тэхена не успел стать тем, кто имеет право голоса. Лишаться возможности оставить себе его частичку, стать отцом ребенка от любимого омеги, я не хотел. Они бы все равно выполнили задуманное, но без моего участия. Поэтому я согласился на их предложение, но с условием, что Тэхён останется в коме, пока ребенок не родится. Убедил их, что он должен увидеть своего сына. Хотя на самом деле я все еще надеюсь, что они ошиблись и Тэ очнется. Вот только выбрать подходящего суррогатного папу оказалось не просто. Родители Тэхена изобрели специальные инъекции, содержащие феромон отца-альфы и метка была не обязательна. Но даже в таком случае мне казалось, что я предаю Тэхена. И тогда я подумал о Чимине. Во-первых, он был другом Тэ и тоже бы хотел, чтобы его друг продолжал жить хотя бы в своем сыне. Во-вторых, мне показалось это отличной идеей, чтобы вывести Чимина из его замкнутого состояния. Я думал, что выносив эту беременность, он сможет отпустить свою потерю, ведь этот ребенок, в какой-то степени, будет и продолжением Хосока. Ну и к тому же, кто бы еще согласился мне помочь, как не брат. Не каждый омега согласится на ЭКО, когда все вокруг говорят о негативных последствиях, а Чимин… — Брат? - Юнги показалось, что он что-то упустил в рассказе, или неправильно понял. — Чимин твой брат??? — Да. - ответил Чонгук, удивленно смотря на Юнги. — Он мой кузен. Тот самый, который познакомил меня с Тэ. Юнги был в шоке. Он все это время ревновал Чимина к Чонгуку, а тот просто был его братом? Мир в глазах Юнги перевернулся на 360 градусов, а потом, не успев затормозить, крутанулся еще на 180. С одной стороны это означало, что Чимин свободный омега и Юнги может смело за ним ухаживать. С другой, даже зная про искусственное оплодотворение, ситуация, что омега носит ребенка своего брата, казалась неправильной. — Он тебе не сказал. — с усмешкой констатировал Чонгук, видя замешательство Юнги. Тот отрицательно помотал головой. - Это и не удивительно. Признаться, что вынашиваешь ребенка брата, при этом не вдаваясь в подробности, довольно сложно. Но эти самые подробности Чимину даются тяжело. Знаешь, когда я предложил ему это, он не раздумывая согласился. В его глазах, наконец-то, появился огонек жизни. Хотя печаль все еще часто мелькала в его взгляде. А потом появился ты. И Чимин начал оживать. Он стал чаще улыбаться, снова начал смеяться и проявлять интерес к жизни. Даже родители Тэ сказали, что его состояние стало значительно лучше. Мне начало казаться, что все налаживается. Пока однажды он не пришел и не сказал, что хочет предложить тебе встречаться. Не знаю, что на меня тогда нашло, но я разозлился. Я решил, что ты хочешь забрать у меня Чимина, ребенка и я опять останусь один. В этот раз навсегда. Я наговорил ему много обидного и когда ты сказал, что работу закончит один из твоих сотрудников, добил его, сказав, что ты не хочешь больше работать с нами. С тех пор все стало плохо. Если раньше Чимину требовался укол феромонов раз в 3-4 недели, то теперь их приходилось делать все чаще, впоследствии добавляя успокоительные. Чонгук кивнул головой в сторону комнаты омеги, словно намекал на тот препарат, что не так давно вколол Чимину. Потом посмотрел на Юнги. В его глазах стояли слезы, а во взгляде была мольба. — Юнги, - прошептал Чонгук, — помоги Чимину доходить беременность. Просто будь рядом. Если у тебя нет к нему чувств… я заплачУ. Считай это работой на оставшийся месяц. Я заплачУ сколько скажешь. Я.. я продам свой бизнес. Я отдам тебе все, что есть. Да даже этот дом… Только помоги этому ребенку появиться на свет. Юнги был в шоке и растерянности. Видеть Чонгука таким разбитым было тяжело. А еще очень хотелось увидеть Чимина. Юнги встал и направился к выходу. В дверях он обернулся. — Мне надо... — Да. - сказал Чонгук. — Тебе нужно время подумать. Юнги не стал ничего отвечать. Он вышел и направился в комнату к омеге. Чимин все так же спал, сжав руки в кулачки. Он казался таким маленьким и беззащитным, что альфе захотелось его обнять и укрыть от всего мира. Теперь, зная правду, ничего не мешало ему сделать это. Юнги аккуратно прилег за спиной омеги тихонько положил руку на живот. Как Чонгук мог предложить ему денег, если он сам готов заплатить за возможность быть рядом с Чимином.