Marvel 11: Маска Героя

Стоя на балконе своей квартиры на тридцатом этаже в самом центре Нью-Йорка и глубоко затягиваясь сигаретой, я всеми силами старался расслабиться. Вообще-то, просто так я не курю, это, знаете ли, дурная привычка ещё с прошлой жизни – тянуться за куревом, когда на горизонте маячит проблема, которую я сам решить никак не могу. Три чёртовых года! Три чёртовых года я торчу в этом мире, грызу гранит местной, порой совершенно антинаучной науки и делаю всё от меня зависящее, чтобы перестать быть грёбаной жертвой, но даже так, почти восстановив формулу суперсолдата (да-да, ту самую), остаются вещи, которые нахрапом не возьмёшь и в пробирке не смешаешь. Кстати, стоит, наверное, представиться. Иезекииль Люциан Хаммер. Для друзей – просто Зик. Тот самый Иезекииль Хаммер, которого в этом мире каждая собака знает как гениального молодого учёного, сына Джастина Хаммера и, соответственно, его прямого наследника. И да, я попаданец. В прошлой жизни я был самым обычным человеком, ничем не выделялся, мир не спасал, тёмным прошлым не щеголял, разве что погиб до одури глупо: какой-то урод на фуре снёс меня к чертям собачьим, когда я уже перешёл дорогу. Так что получается, я не просто попаданец, а попаданец, так сказать, классический! Ну а что? Не через модную вирт-капсулу переместился, не по воле скучающего бога-идиота и даже не из-за древнего артефакта какой-нибудь погибшей цивилизации, а исключительно благодаря усилиям легендарного Грузовика-куна. Впору бы радоваться: новая жизнь, молодое здоровое тело, счета с кучей нулей – что я, собственно, и делал первые секунды после вселения. Тогда я ощущал себя королём мира, пока в голове не проснулась память оригинального Иезекииля, и до меня не дошло, куда именно я попал. Марвел, блин! Чёртов, мать его, Марвел! Да ещё и какой-то совершенно отбитый. А в чём отбитость, спросите вы? Ну, помимо того, что здесь в любой момент с неба может свалиться инопланетная армада или какой-нибудь мутант решит уничтожить человечество... Проблема этого мира кроется в людях, а точнее, в абсолютном равенстве полов. Здесь совершенно неудивительно увидеть женщину-солдата в штурмовом отряде, накачанную женщину-пожарного с топором наперевес или женщину-шахтёра, матерящуюся и пьющую наравне с мужчинами после смены. А я, с моим воспитанием из прошлой жизни, постоянно влипал из-за этого в максимально неловкие ситуации. Подал девушке руку, когда она выходила из машины? Посмотрели как на идиота, благо не сказали ничего. Пропустил даму вперёд, отодвинул стул в ресторане или уступил место? Оскорбил до глубины души, за что ещё и по лицу отхватил… Просто представьте себе: вы подходите к суровому такому мужику, скажем, лесорубу, и нежненько так берёте его под локоток, помогая спуститься со ступенек, ну или дверь перед ним распахиваете с поклоном. Вот примерно так здесь выглядит наша банальная вежливость по отношению к женщине. Дичь несусветная! Но да ладно. Чего это я всё о женщинах да о женщинах? В конце концов, кривые взгляды местных эмансипированных дам – это даже не основная моя проблема, а так, мелкие брызги. Куда важнее то, что все мои влажные иллюзии о счастливой и беззаботной жизни богатенького буратино пошли прахом на следующий же день, потому что на меня совершили покушение, в котором я выжил исключительно чудом и благодаря жертве моих телохранителей. Затем было ещё одно, потом ещё и ещё… Однажды мне даже пришлось убить. Знаете, дерьмовое это чувство, если честно: когда ты смотришь на свои руки, а они в чужой крови. И пусть это кровь известного наёмного убийцы Шокера, который пришёл по твою душу... легче от этого не становится, ведь одно дело – киношки смотреть про жестоких антигероев, и совсем другое – самому отнимать жизнь… Глубокий вдох. Медленный выдох. Очередная затяжка. Спокойствие, Зик, только спокойствие, как говорило одно приведение с мотором, дикое, но симпатичное. Соображалка у меня присутствует, так что мы ещё побарахтаемся! В этом мире я вообще редко курил, ведь понимал, что уж в мире Марвел проблем, которые невозможно решить нет, однако сейчас я чувствовал себя откровенно паршиво – мой отец умирает. Джастин Хаммер в последний год сильно сдал, к своему стыду, я этого сначала и не заметил, ведь с отцом мы общаемся не так часто, да и мужик он кремень, а потому слабости свои не демонстрировал, но, когда он впервые при мне начал кашлять кровью, я понял, что дело дрянь. Естественно, я тут же вцепился в него мёртвой хваткой, забив на субординацию и семейный политес, я буквально силой заставил его сдать анализы и лично взял образцы крови. С моими мозгами и полным доступом к самым передовым лабораториям «Хаммер Индастриз», я был уверен, что смогу вылечить всё что угодно. Я прогнал его кровь через все мыслимые и немыслимые тесты. Искал всё: от банальной онкологии и изощрённого отравления тяжёлыми металлами до следов радиационного облучения, экзотических вирусов и каких-нибудь инопланетных патогенов, ведь в этом сумасшедшем мире можно подхватить какую-нибудь иномирную заразу, просто перейдя улицу не в том месте (Привет, Веном). И знаете что? Результат оказался нулевым. Ни-че-го. Показатели были чистыми, оборудование выдавало, что мой отец, в общем-то, здоров, не считая странного общего истощения, а этот «здоровый» человек тем временем продолжал угасать у меня на глазах. Моя хвалёная гениальность, как и вся уверенность в своих силах просто с размаху впечаталась в бетонную стену. Поняв, что центрифуги, спектрометры и микроскопы мне ни черта не дадут, я перешёл к допросам с пристрастием: вломился к отцу и буквально припёр Джастина к стенке. Спрашивал: куда он влез? С кем пересёкся? Какие, мать его, тёмные артефакты или незаконные технологии он пытался использовать, чтобы в очередной раз утереть нос Старк? Но старик оказался упрямее чем я предполагал: Он лишь отмахивался, натягивал на лицо свою фирменную фальшивую ухмылочку акулы бизнеса, хлопал меня по плечу и советовал «не забивать голову взрослыми проблемами, сынок» (тьфу, блин!). Ни единого слова по теме, ни одной грёбаной зацепки! Джастин молчал как партизан, словно уже окончательно смирился с тем, что скоро откинет концы и это его тупое, совершенно не свойственное нам, Хаммерам смирение бесило и выбивало меня из колеи хлеще любого пережитого нападения. Вот чего он такой… такой? Видит же, гад, что я волнуюсь, но нет! Ничего не говорит! Ладно хоть сегодня он, кажется, созрел. Джастин сам назначил встречу и, глядя мне прямо в глаза, пообещал, что разговор будет предельно честным и откровенным, без этих его странных увёрток. Посмотрим. Я сделал последнюю, глубокую затяжку, чувствуя, как горький дым оседает в лёгких, и с силой впечатал окурок в дно тяжёлой хрустальной пепельницы. Резко выдохнув остатки серого облака в ночное нью-йоркское небо, я раздражённо стряхнул пепел с руки и, раздвинув панорамные стеклянные двери, шагнул с балкона обратно в квартиру. Моя холостяцкая берлога, занимающая весь тридцатый этаж элитного небоскрёба, выглядела под стать прямому наследнику оружейной империи – дорого, просторно и офигительно технологично. Огромные бронированные окна нашего производства во всю стену, через которые город сиял тысячами огней, строгие линии мебели, тёмное дерево, холодный металл и чёрная кожа. Система «умный дом» здесь была довольно продвинутой: по голосовой команде моей поделки под Джарвиса (которого я ласково назвал «База») квартира могла как заварить эспрессо, так и, например, заблокировать этаж бронеплитами, выпустив скрытые турели. Создать искусственный интеллект я так и не смог, но что-то вроде относительно продвинутой нейросети, способной выполнять базовые команды (оттого и имя), сварганить получилось, пусть и ценой многих бессонных ночей и привлечения нескольких доверенных программистов, работающих на отца. Я только успел прикрыть за собой створку балкона, отсекая шум ночного города, как на огромном угловом диване в центре гостиной зашевелился плед. Из-под мягкой ткани показалась взлохмаченная светлая макушка. Сладко, по-кошачьи потянувшись и издав тихий зевок, с дивана поднялась Линда. Линда Л. Тэйлор. В недавнем прошлом – моя строгая учительница, натаскивавшая меня на выживание и рукопашный бой, и по совместительству профессиональная наёмница, которую Джастин нанял после очередного покушения на жизнь его любимого сына. Сейчас же она – мой личный телохранитель и официальный, высокооплачиваемый сотрудник «Хаммер Индастриз». Вышло конечно дорого – Линда требовательная женщина, но оно того стоило на все двести процентов! Сверхчеловек в личной охране на дороге не валяется, а ведь Линда обладала не только физическими показателями, многократно превосходящими пределы обычного человека – силой, скоростью, рефлексами, но и невероятно полезной мутацией: способностью становиться абсолютно невидимой, о чём никто кроме нас не знал. И пусть невидимость распространялась только на саму наёмницу, для телохранителя, как по мне, это просто отличная способность. Девушка сонно потёрла глаза и вопросительно уставилась на меня, грациозно поправляя сползшую лямку спортивной майки. Глядя на её точёную, хищную фигуру, которую не скрывала даже домашняя одежда, я невольно усмехнулся краешком губ. Несмотря на наши, вроде-как, сугубо деловые отношения и её вечную «колючесть», я-то прекрасно видел, как меняется её отношение ко мне. Наблюдательность, вбитая в меня этой молодой учительницей, подсказывала однозначно: Линда уже почти созрела. Ещё немного времени, пара правильных шагов с моей стороны, и наши профессионально-дружеские отношения гарантированно перетекут в нечто гораздо более близкое, горизонтальное и приятное. Девушка она видная, и упускать такой шанс я не собирался, и плевать что мне всего 17 лет, меньше желания от этого не становится (скорее только больше). Но это всё потом – амурные дела могут и подождать. Сейчас мне нужно было собраться с мыслями и выбить, наконец, из отца правду о том, что же его убивает. — Утречка, Лин, — насмешливо бросил я, невольно задержав на девушке взгляд. Короткие светлые волосы, ясные голубые глаза, изящная фигура, внушительная грудь… Да, красавица, ничего не скажешь. — Подъём, соня, дела сами себя не сделают! — нарочито бодро заявил я, развалившись в кресле напротив. Я частенько читал здесь книги, и, честно говоря, кресло было подозрительно удобным. Настолько, что я уже начал всерьёз думать, что до того, как попасть ко мне, оно принадлежало какому-нибудь магу. — А дела не могут подождать? — зевнула девушка, специально выгибаясь так, что я невольно сглотнул и поспешно отвёл взгляд в сторону, пока не случился конфуз. Вот же чертовка! — Нет, — всё же ответил я после короткого вздоха, пытаясь успокоиться. — Так что давай побыстрее. — Ну ладно, — фыркнула блондинка, лениво поднимаясь с дивана. — Дай мне десять минут. Я не стал заморачиваться и заранее натянул привычные тёмно-синие джинсы и простую белую футболку. Сборы не заняли много времени, на самом деле и пяти минут не прошло. Выйдя в гостиную, я замер, удивлённо изогнув бровь. Линда стояла у панорамного окна в... коротких джинсовых шортах, выгодно подчёркивающих её длинные ноги, и точно такой же, как у меня, белой футболке. — Я не понял, — усмехнулся я, подходя ближе. — Ты почему оделась как я? У нас что, парный косплей намечается? Линда лукаво блеснула глазами, обернувшись ко мне. — Дама и кавалер должны быть одеты в одном стиле, босс, — хмыкнула она, но тут же картинно нахмурилась и ткнула в меня пальцем. — И вообще-то, это ты украл мой стиль! Раньше ты только в своей школьной форме и всяких дорогущих непонятных костюмах бегал, как самый настоящий папенькин сынок. — Этот «папенькин сынок», — парировал я, окинув её оценивающим взглядом, — ходит в школу, где форма обязательна. И, к твоему сведению, он прекрасно знает, что твоя одежда стоит как половина месячной зарплаты обычного американца. — Главное – это качество ткани! — ничуть не смутившись, фыркнула наёмница. — И вообще… Что там скрывалось за этим «вообще», я так и не узнал, потому что девушка внезапно замолчала, махнула рукой и первой направилась к дверям. Ну и ладно, женские приколы оставим на потом. Мы спустились на лифте в просторный холл первого этажа, там нас уже поджидали двое крепких ребят в строгих костюмах – личная охрана, заботливо приставленная отцом. — Доброе утро, господин, — слаженно и почтительно кивнули они, стоило нам выйти из кабины. Я коротко кивнул в ответ. Один из охранников тут же отступил вглубь холла – он останется в здании и будет следить, чтобы ни одна крыса не пролезла в мою квартиру, пока меня нет, а то знаю я этот мир – попадался… Второй же направился следом за нами на улицу, где у обочины уже тихо урчал бронированный седан, модернизированный «Hammer Industries». Охранник привычно занял место рядом с водителем, а мы с Линдой устроились на заднем сиденье. За рулём сидел Кайл Хэви – отличный парень и настоящий профессионал своего дела. Темноволосый и крайне немногословный оперативник из Службы Безопасности Хаммеров. С ним, как и с Линдой, мы бок о бок уже почти три года и по какой-то совершенно непонятной мне причине этот суровый мужик воспринимал меня то ли как младшего брата, то ли вообще как сына. При этом профессионализм брал верх, и обращался он ко мне не иначе как «молодой господин» или «господин Хаммер». В последнее время я слышал именно второй вариант. Машина плавно тронулась с места, вливаясь в утренний нью-йоркский трафик. Глядя в тонированное окно на проносящиеся мимо небоскрёбы, я невольно погрузился в свои мысли. Три года. Как же много я успел сделать за это время, и как же этого, чёрт возьми, всё ещё мало! Мой личный проект, «Шоковая Броня», всё ещё находился в стадии прототипа. Да, она уже работала, но выдавала лишь самый минимум заложенных функций – до полноценного боевого костюма, способного тягаться с тем же Старком, который здесь женщина ей было ещё далеко. Зато с наручами Шокера всё сложилось куда удачнее. Технологию, которую я извлёк из трофейных перчаток этого ублюдка после того злополучного покушения, удалось доработать и миниатюризировать. Теперь генераторы вибраций почти не занимали места. На моём правом запястье прямо сейчас красовался небольшой металлический браслет, выглядящий как самое обычное украшение, но эта «безделушка» была способна выдать три кинетических выстрела такой чудовищной мощности, что они без проблем смяли бы в гармошку легковой автомобиль. Вполне себе надёжный аргумент в любой непредвиденной ситуации, а если этого будет мало – у меня всегда с собой пистолет, ставший для меня чем-то вроде символа защищённости, ведь именно из него я в своё время прикончил не ожидавшего атаки Шокера. А ещё сыворотка. Я был уверен, что почти подобрался к решению проблемы формулы суперсолдата, мне не хватало всего одного крошечного шага, одной переменной, которую я почему-то никак не мог нащупать. Я просто не знал, что именно нужно сделать для стабилизации мутации, и единственная моя реальная надежда на прорыв – это тот самый радиоактивный паук, который должен укусить Петру Паркер на грядущей экскурсии в «Озкорп». Я мысленно тяжело вздохнул, вспомнив про Петру. Ох уж этот гендерно-сдвинутый мир... — Приехали, господин Хаммер, — прервал мои размышления спокойный голос Кайла. Машина плавно остановилась. Линда, сидевшая рядом, шутливо ткнула меня локтем в бок и щёлкнула пальцами перед глазами, привлекая внимание. — Эй, гений, мы на месте. Выходи из астрала. Я усмехнулся, сбрасывая оцепенение. И как давно она перестала звать меня «мелкий»? Толкнув тяжёлую дверцу, я вышел из салона на улицу и поднял взгляд. Передо мной возвышался родовой особняк Хаммеров – массивный, дорогой и помпезный, а ещё, только никому не говорите, натыканный системами безопасности как ёжик иголками. Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри разгорается упрямая решимость. Сегодня я вытрясу из отца правду, чего бы мне это ни стоило.