Лис для Бога

— Где Чуя? — Дазай только проснулся, но уже потерял своего лисёнка. — Хранитель сейчас отошёл, но он просил передать, что завтрак уже готов и… — Лу не договорил, так как Дазай с мольбой впился своими глазками в глазки духа. — Мне нужно к нему, — простонал Осаму. — Отведёте? — он жалобно посмотрел на духов. — Конечно! — те радостно запрыгали по храму.       Они открыли шкаф. — Здесь его нет, — проронила Жу.       Затем они открыли духовку. — Тут тоже пусто, — пробормотал Лу.       Дазай решил внести свою лепту в общее дело, открыл холодильник и увидел там портал. — Похоже, я что-то нашёл.       Духи подскочили к нему и энергично закивали. — Это Красный переулок, — подсказала Жу. — Накахара, видимо, там. — Идём, — Лу взял Дазая за руку и вместе с Жу повёл его внутрь холодильника.       Троица вышла на узкую улицу, пропитанную красными оттенками. Повсюду виднелись неоновые вывески кафешек, баров и сувенирных лавок. Дазай покорно шагал за своими провожатыми. Он заметил Чую издалека по его рыжим волосам. Наглый лис вместо выполнения своих обязанностей в храме спокойненько стоял рядом с несколькими вульгарными девицами, пьющими винишко, и миленько с ними общался. — И чё ты тут делаешь? — подошёл Дазай с обвинениями. — Я тебя в храме весь обыскался.       Чуя с раздражением повернул свою недовольную морду к Богу, а затем с прищуром поглядел на духов. — Зачем вы его сюда притащили? — раздражённо прошипел он. — Так вот чем ты занимаешься, — с укором произнёс Осаму, — пьёшь?       Чуя с тяжёлым вздохом перевёл взор своих голубых глаз обратно на Божество. — Тебя не должно волновать, чем я тут занимаюсь, — сказал как отрезал лис. — Свали. — Ну и забухайся тут, — Дазай гневно развернулся и пошёл прочь.       Правда, спустя минуту оказалось, что он не помнит, откуда пришёл. А ещё через минуту он понял, что заблудился окончательно. Он заметил какого-то духа впереди и подошёл к нему. — Дядя, не подскажете, где здесь выход?       Дядя обернулся к Богу своей страшной мордой и грозно зарычал: — Я ТЁТЯ!!!       Тётя с гневом накинулась на Дазая, а тот бросился тикать куда глаза глядят. — Спасите-помогите! — кричал он, носясь от бешеной тётки по бордовым кварталам.       Рыжая тень проскользнула мимо него, а затем позади раздался ор тётки: — Пусти меня! Он меня за мужика принял! — орала она на Чую. — Я его в клочья разорву!       Накахара не отошёл, он лишь спокойно сказал: — Я сам его порву, а вы идите отдохните, не тратьте время на это чучело.       Тётка успокоилась и ушла, а Накахара с раздражением подошёл к Дазаю, схватил его за шиворот кимоно и потащил за собой. — Почему ты вечно влипаешь во всякие неприятности? — злобно прошипел Чуя. — Ты Бог всего три дня, а уже успел вляпаться во всё, что только можно. — Просто тебе нужно лучше за мной присматривать, а не бухать, — насупился Осаму. — И почему я сразу чучело-то? — Потому что! И, вообще-то, я не пил! — зло выпалил Чуя, бросив Дазая на землю. — И как я причастен к тому, что ты вчера умудрился застрять в дупле, а?! А потом ещё угодил в болото! Это я ещё молчу про осиный улей, который ты в меня кинул, приняв его за мяч! — Я же уже извинился за это… — Я вечно спасаю твою задницу, а ты только и делаешь, что дурачишься и во всём обвиняешь меня! — всё никак не переставал закипать хранитель. — А почему ты всё время меня оскорбляешь, а?! Ни одного комплимента от тебя не услышал! — Потому что нечему делать комплименты! Ты ничего не умеешь, только и делаешь, что ноешь и влипаешь в беды!       Дазай вдруг почувствовал страшную обиду. Он ведь всего пару дней назад как Богом стал, и на самом деле он очень старался. Да, он часто влипал во всякое, но это же мелочи… Вчера, например, он почти весь день записывал просьбы прихожан, перемыл весь храм, а уж про сорняки и говорить нечего, он ими в каждую свободную минуту занимался. И он уже начал учиться магическому мастерству. Правда, у него не особо что из этого выходило, но он прилагал максимум усилий! — Ты жестокий! — сказал наконец Дазай. — А не жестоко ли было перечёркивать всю мою жизнь насильным поцелуем? — тихо спросил Чуя. Его хвост гневно взметнулся, а затем безжизненно опустился вниз. Накахара открыл в воздухе портал и уже шагнул в него одной ногой, но перед полным своим исчезновением добавил: — Может, для тебя это ничего и не значит, но для меня тот твой поступок изменил всё. Хотя кому я пытаюсь что-то объяснить? Тебе плевать на всё, я для тебя лишь игрушка, просто лисёнок на побегушках… — уши лиса поникли. — Я буду в храме, а ты делай что хочешь.       Чуя исчез в мерцающем облаке, похожем на туманность, а Дазай поднялся с асфальта и так и остался стоять в одиночестве. Обида и раскаяние закружились в бурном танце внутри него, и он даже не знал, обижаться ему или извиняться. Он помнил, как Лу с Жу говорили, что хранители нуждаются в Богах, что Чуя будет только рад, если у него появится Бог… Но почему же на деле всё оказалось совсем по-другому. — Здравствуйте. Вы Дазай? — раздался позади женский голос.       Осаму обернулся и увидел одну из вульгарных дам, с которой недавно общался Чуя. В руке её дымилась кисэру. Выглядела женщина богато и держалась словно императрица. — Да, это я, — ответил Дазай. — Так вы и есть новый Бог счастья? — она хмыкнула и сделала затяжку. — Понятно. — Я так полагаю, Накахара про меня уже понарассказывал… — Отнюдь, — дама улыбнулась. — Я владелица местного бара, можете звать меня Ханой. Накахара раньше часто сюда приходил. Так жаль его было, страдал лисёнок, — она снова затянулась. — А сейчас он пришёл ко мне, сказал, что больше не придёт. Я рада, что он наконец-то обрёл своё счастье. Вы уж не ругайтесь с ним, он очень вас ценит.       Дазай удивлённо вскинул голову. — Ценит? Не похоже, что я ему приятен.       Дама лишь покачала головой. — Я думаю, вы и сами уже поняли, что Накахара проявляет любовь не совсем обычным способом.       Она развернулась и ушла прочь, а Дазай так и остался в непонятках. — Слышь, придурок, — обратился к Дазаю лис, когда тот вернулся в храм через портал, — иди спрячься в свою комнату и не высовывайся. — Чё? — Дазай так и прифигел с такого бестакства. — К нам сегодня прибудет Богиня преданности. Она хочет познакомиться с тобой, но ты явно не готов к такой встрече, так что я сказал ей, что ты болеешь. Сиди у себя и не рыпайся. — Но я_       Лис не дал ему договорить, схватил его, закинул в комнату и запер дверь. — Лу, Жу, спасите меня, — начал хныкать Дазай.       Духи появились рядом с Дазаем. — Накахара правильно делает, — попыталась успокоить Бога Жу. — Он не хочет, чтобы вас обидели. — Другие Боги могут быть жестокими, а, увидев вашу слабость, могут захотеть забрать ваш храм и вашего хранителя. — Что? — Дазай понятия не имел, что может лишиться своего лиса. — Да, хранителя могут забрать, если вы умрёте или если будете недостаточно сильны, — Жу прильнула к Дазаю. — Пожалуйста, не отдавайте никому нашего Чую, он тут по-настоящему счастлив. — Если связь между богом и хранителем слабая, то хранителя так же могут увести, — мрачно проговорил Лу. — Так что не ругайтесь с Накахарой, он правда очень хороший. И он впервые… — Лу смущённо замялся. — Впервые что? — глаза Дазая загорелись любопытством. — Ну… он впервые так счастлив.       Жу вдруг хихикнула и мечтательно протянула: — Похоже, сакура скоро зацветёт…

***

      Накахара сидел перед Богиней и попивал чаёк. Его хвост медленно качался из стороны в сторону, елозя по полу. — Я бы всё же хотела познакомиться с Богом счастья, — произнесла Богиня. — Зачем же вам это?       Вместо Богини в разговор вмешался её хранитель. Беловолосый парень с волчьим хвостом ехидно улыбнулся: — Просто мы слышали, что он обычный человек, так ещё и абсолютно бездарный. — Богиня, следите за языком вашего хранителя, — со спокойной улыбкой проронил Чуя. — Хорошо, — так же с улыбкой проронила Богиня. — Но и вы не забывайте, что вы всего лишь лис. Я слышала, что вас насильно сделали хранителем. Не повторится ли история из прошлого?       Накахара раздражённо дёрнулся. — Меньше верьте слухам, — коротко бросил он. — А вы меньше хамите. — Госпожа, ну чего вы ожидали от жалкого лиса? — вставил свои пять копеек подхалимный волк. — Какой хранитель, такой и Бог. — Я думаю, ваш Бог просто испугался встречи с другим Богом, вот и схоронился где-нибудь, — Богиня отпила немного чая. — Если он такой же никчёмный, как и вы, то это и неудивительно. — Он не никчёмный, — сдержанно ответил Чуя, хотя на самом деле давно уже мечтал о том, чтобы выпереть отсюда этих хамку и волчару. — Раз он не никчёмный, — продолжала Богиня, — то почему же он выбрал вас в качестве хранителя? — она остановила свой взгляд на глазах Накахары. — Вы же всего лишь жалкий лис. И ваше прошлое ни капельки вас не красит.       И тут в комнату ворвался Дазай. Нацепил, блин, ещё на себя какое-то самое красочное кимоно (где он его только нарыл?). Он присел рядом с Чуей и уставился на Богиню. — Ещё одно слово в сторону моего хранителя, и вы вылетите отсюда, как пробки от шампанского, — проговорил он тихо, но так веско, что Чуя едва ли узнал в нём дурачка, коим тот обычно являлся. — Следите за язы_ — Это вы следите, — перебил Дазай Богиню. — Пришли сюда и смеете оскорблять Накахару?! Вы только лишь разгневали меня.       Богиня встала и окинула Дазая холодным взглядом. — А вы знаете, кто такой этот ваш Накахара? — она ехидно улыбнулась. — Я могу рассказать, что он делал в прошлом.       Дазай взглянул на съёжившегося лиса. «Ему страшно?» Этот вечно самодовольный и нахальный парень сейчас выглядел маленьким испуганным ребёнком. В храме вдруг похолодало, и свет будто потускнел. — Я не хочу ничего слышать, — коротко сказал Дазай. — Уходите. — Дазай, Бог счастья, вы пригрели под своим боком убийцу и прости_ — Убирайтесь, — голос Осаму стал угрожающим.       Богиня какое-то время неподвижно стояла на месте, вглядываясь в Осаму, но затем всё же кивнула своему волку, развернулась и направилась к выходу. — Вы ещё натерпитесь с ним бед, — сказала она на прощание.       После их ухода, Дазай облегчённо вздохнул. — Наконец-то они ушли, — пробубнил он. — Я уж думал мне с ними драться придётся. — Сказал же тебе не вмешиваться… — повернулся к нему Чуя. — Эта Богиня сильна, она могла…       Дазай лишь обнял Чую, и тот в удивлении вскинул голову. — Прости, что раньше не вмешался, — прошептал Осаму. — Ты у меня молодец, столько делаешь для меня. Спасибо. — Не понимаю, о чём ты, — тихо ответил Чуя. — И ты разве не хочешь спросить меня о прошлом? Не слышал разве, кем меня назвали?       Дазай вгляделся в подёрнутые слезами голубые глаза. Ушки лиса упали, и у Осаму сложилось такое впечатление, что тот сейчас заплачет. — Мне всё равно, кем она тебя считает. Ты мой хранитель, а остальное неважно, — сказав это, Дазай вдруг заметил, как в храме снова потеплело, а свет вновь стал ярким-ярким.       «Тебе для счастья так мало нужно», — с нежностью подумал Дазай. — Чем хочешь сейчас заняться? — весело спросил Дазай, выпуская Чую из объятий. — Готовить обед… — скромно проронил тот. — А пойдём погуляем? — Осаму вскочил с места. — И обед я сам потом приготовлю, если ты не против, конечно.       Чуя нерешительно поскрёб пальцами по полу. Такое поведение Дазая его удивляло, и он совсем не привык к такому хорошему обращению. — Я… — Идём, — Дазай взял Чую за руку и повёл его за собой на улицу.       Он смотрел на Накахару счастливым взглядом, и сердце его быстро билось от осознания того, что его хранителю сейчас хорошо.