На одной странице

      Немолодые новобрачные стояли на пороге спальни в слегка помятых фраках, усталые, довольные, немного растерянные.       — Вы по-прежнему прогнозируете, что практический подход к консумации поспособствует укреплению нашего стратегического альянса, милорд?.. — подал голос сэр Хамфри Эплби, прекрасно знавший: его бюрократические повадки Джима Хэкера до сих пор заводят. Не самая странная ролевая игра.       Он не ошибся.       — Да! — и лорд Джеймс Хэкер не будь дурак, увлёк мужа к кровати.       Раздевались, не торопясь: помогая один другому с галстуком и запонками, пуговицами, пряжками ремня и шнурками.       В постель улеглись, устроившись на боку, нос к носу. Смотрели в глаза друг другу и целовались, и шептали милые неловкие нежности...       Джим первым потянулся за смазкой, погрел тюбик меж ладоней. Выдавил достаточно себе и Хамфри в руку, затем обхватил его член. Хамфри ответил тем же: скользнул кистью между их телами, чтобы взяться за член супруга.       — Правильно, — одобрительно пробормотал Хэкер, — всё как полагается в первую брачную ночь.       Пара продолжала ласки в неторопливом темпе, едва ли не лениво, прикрыв глаза и соприкасаясь лбами.       Через некоторое время Хэкер, чертыхнувшись, заметил:       — Колено начинает ныть. Хампи, давай-ка ты...       Они осторожно поменялись местами и подложили больше подушек. Конечно, и гель для суставов обновили, прежде чем вернуться к полировке «исторических ценностей».       — Так гораздо лучше. Мы словно две ложечки на полке, — прокомментировал тактическую смену диспозиции Джим.       Он обнял мужа сзади: облапил поперёк корпуса, что пресловутый лев единорога. Крепко прижался к его спине грудью и возобновил уверенные, но очень плавные движения кисти. Хамфри завёл руку назад, чтобы дотянуться до члена супруга, пальцы бережно заскользили по стволу.       Неспешный ритм обоих стал синхронным, сердца бились в унисон, стоны сливались в один. Время от времени Джим останавливался, чтобы расцеловать шею и плечо Хамфри, прижимаясь всё плотнее. Поза ложек оказалась на удивление удобна: минимум нагрузки на бёдра, поясница не напряжена — можно по-настоящему расслабиться...       Наслаждение постепенно нарастало, пока не накрыло обоих почти одновременно: последовал прерывистый вздох Хамфри, вторящий ему тихий стон Джима. Мир не взорвался фейерверками, ничегошеньки подобного, просто качал и баюкал их тёплой волной блаженства, снова и снова, до прилива счастливого умиротворённого изнеможения.       — Я думал, что закрыл эту сентиментальную страницу с поцелуями и прочими нелепыми телодвижениями, давно и навсегда, лет пятнадцать назад... — хриплым полушёпотом признался Хамфри мужу, когда, отдышавшись, повернулся к нему лицом. Заботливо поправляя седую прядь его волос, упавших на высокий испещрённый морщинами лоб, добавил: — Или поменьше?.. Мы тогда разругались в пух и прах в самый последний раз. Но сейчас, как это ни странно, я не жалею, что мы опять эту страницу открыли... Ты ведь всё ещё чертовски хорош в этом.       Хэкер теперь ухмылялся уж чересчур самодовольно, но голос его чуточку задрожал от нахлынувших чувств:       — Согласен, не самая плохая первая брачная ночь получилась, — он притянул мужа к себе для очередного поцелуя, нежного и глубокого: отнюдь не так, как они демонстрировали публике в регистрационном офисе днём. Бороду упрямец Хамфри так и не сбрил, но Джиму определённо начинало нравиться, как она щекочет ему подбородок, а иногда и другие части анатомии. — И, буду надеяться, не последняя. Прошу отметить, справились даже без помощи небесно-голубых пилюль!       — Да, мой лорд...       Очевидно, в их случае эмоциональный фактор довлеет над фармакологическим.