Гангстерша? Да я её почти не знаю

Жизнь с работой определённо становилась лучше. Солнце светило ярче. Птицы пели громче. Ступени перед её квартирой пахли сигаретным пеплом и чужим потом уже не так сильно. Соседка наконец вынесла гору коробок из-под пиццы. Всего-то после трёх напоминающих сообщений. И лучше всего было то, что мужчина в магазинчике перестал брать с неё деньги за её ежедневный сэндвич и огромный чёрный кофе. Конечно, Гермиона пыталась заплатить, особенно теперь, когда у неё наконец появилась перспектива зарплаты, но мужчина всегда только отмахивался и велел следующему покупателю проходить вперёд. А может, просто не заметил. В то утро он вообще избегал смотреть ей в глаза, что было странно для человека, который обычно говорил, что она выглядела бы симпатичнее, если бы чаще улыбалась. Ещё страннее было то, каким бледным и нервным он казался и как дёргался каждый раз, когда Гермиона двигалась. Она надеялась, что он просто заболел. Гермиона никогда не болела гриппом в августе, но сомневалась, что летом это переносится легче, чем зимой. Хотя, по крайней мере, он явно старался не распространять микробы: когда Гермиона достала банковскую карту, он тут же накрыл терминал обеими руками. Как мило с его стороны. Когда у неё снова появятся наличные, она обязательно оставит чаевые. Подходя к Black Books — её месту работы! — Гермиона едва сдерживалась, чтобы не вприпрыжку пойти дальше. Настоящая работа. Наконец-то. Впервые почти за три месяца она действительно почувствовала, что в этом городе для неё всё-таки может найтись место. И как же ей повезло встретить такую справедливую и щедрую женщину, как Беллатрикс Блэк. И именно тогда, когда она так нуждалась в помощи, особенно после всех работодателей, которые просто вышвырнули её ни с чем. Наконец-то начальница, которую можно уважать. — Ты рано. Гермиона вздрогнула и крепче сжала в руке бумажный стаканчик с кофе. Будь в нём хоть капля, она наверняка расплескалась бы через край. Гермиона резко обернулась и заметила силуэт в густой тени узкого переулка рядом с Black Books. Если бы женщина не заговорила, Гермиона бы и не поняла, что это Беллатрикс. Интересно, сколько раз за последние месяцы та стояла здесь, пока Гермиона сидела в кофейне через дорогу, и оставалась совершенно незамеченной? — О, доброе утро. — Гермиона едва заметно улыбнулась, стараясь скрыть бешено колотящееся сердце. — Простите, я вас не заметила. Вы, кажется, потрясающе умеете скрываться в тени. Беллатрикс сухо усмехнулась и растянула губы в короткой улыбке. — Профессиональный навык. — Мне казалось, быть тихими и незаметными — это скорее про библиотекарей. Беллатрикс вопросительно посмотрела на неё, слегка сведя брови. Тёмные глаза внимательно изучали Гермиону, а тонкая чёрная бровь чуть заметно приподнялась. От этого взгляда по шее Гермионы неожиданно разлилось тепло, и она неловко переступила с ноги на ногу. — Просто мне казалось, что для книжного магазина не совсем нормально, когда сотрудники умеют так хорошо растворяться в тенях. Лицо Беллатрикс на мгновение застыло. Она медленно моргнула, будто мысленно перебирая что-то своё. — Боже. С утра пораньше — я к этому не готова. Она поднесла руку ко рту, и между её пальцев мелькнула белая сигарета. Кончик вспыхнул оранжевым, когда Беллатрикс глубоко затянулась. Выпуская дым, она будто расслабилась, а вот Гермиона только поморщилась. Кто вообще сейчас курит? И прямо рядом с магазином, полным легковоспламеняющихся книг. Настоящий «451 градус по Фаренгейту», только спичку поднеси. — Что? — Беллатрикс стряхнула пепел о кирпичную стену рядом с собой. — Только не говори, что такая правильная девочка, как ты, никогда не курила и сейчас начнёт лекцию о том, как сигареты меня убьют. Разумеется, Гермиона никогда не курила. Ну, почти. Однажды она попробовала из любопытства, но кроме цены и отвратительного запаха выяснилось, что она вообще не умеет нормально затягиваться, не заходясь кашлем. В конце концов Гермиона решила, что её лёгкие для такого не созданы, и выбросила остатки пачки вместе с другими своими неудачными попытками: проигрышным лотерейным билетом, липкой одноразовой вейп-ручкой, которую она так и не поняла, как нормально чистить, и каким-то бессмысленным буклетом саентологов. Но рассказывать об этом кому-либо, кроме собственного дневника, она, конечно, не собиралась. Поэтому Гермиона только пожала плечами. — О вреде курения и вейпов сейчас знают все. Думаю, вы и без меня прекрасно в курсе побочных эффектов, особенно учитывая, какими огромными буквами их печатают на пачках. Я скорее рада, что вы хотя бы курите на улице. И потом, кто я такая, чтобы осуждать чужие способы справляться со стрессом? Сквозь медленно рассеивающийся дым на лице Беллатрикс растянулась медленная, почти кошачья улыбка. Она чуть запрокинула голову и тихо, хрипло рассмеялась, отчего у Гермионы внутри всё перевернулось так же резко, как её пиджак после стирки в машинке. — О, милая. Эта сигарета просто помогает дотянуть до чего-то поинтереснее. Мой любимый способ снимать стресс не практикуют на людях. Ухмылка стала шире. — По крайней мере, легально. — Добавила она. И та же стиральная машинка появилась у Гермиону в животе и будто переключилась на ледяной режим. Хотя Гермиона и знала, что люди употребляют наркотики ради развлечения, ей ещё никогда не доводилось слышать, чтобы кто-то признавался в этом вот так открыто. Вообще-то люди редко в чём-либо ей признавались. Со временем Гермиона поняла, что большинство считает отличников либо стукачами, либо наркополицейскими, и это, между прочим, был ужасно заезженный стереотип. Она точно такой не была. После тщательного изучения темы Гермиона вообще выступала за легализацию некоторых веществ и сопутствующих принадлежностей, и при желании могла бы приложить к этому научные исследования и академические статьи. Вот только ни в одном научном исследовании не объяснялось, как реагировать, когда твоя новая начальница признаётся в незаконной деятельности прямо перед началом твоего первого рабочего дня. К тому же на работе, которая тебе жизненно необходима. Гермиона переступила с ноги на ногу и постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, но по всё более явному блеску в тёмных глазах Беллатрикс, когда та снова поднесла сигарету к губам, стало ясно: скрывать эмоции у неё получалось плохо. — Ну… — медленно начала Гермиона, отводя взгляд к кирпичной стене за спиной Беллатрикс. — Это просто не совсем моё. Рука Беллатрикс застыла на полпути ко рту. На её лице появилось выражение почти искреннего ужаса. — Не твоё? Гермиона неловко пожала одним плечом. — Наверное, я просто никогда не понимала, в чём тут удовольствие. — Никогда не понимала? — Беллатрикс выдала хриплый смешок, будто с утра выкурила целую пачку ментоловых сигарет. — Ты что, всю учёбу просидела запертой в библиотеке и даже ни разу нормально не поэкспериментировала? Я знаю, что ты мазохистка, но это обычно идёт рука об руку. По крайней мере, в лучших случаях. Щёки Гермионы слегка порозовели. — Ну… я немного экспериментировала. Перед глазами тут же всплыл тот единственный косяк, после которого она словила паническую атаку на полу ванной в родительском доме. — Просто оказалось, что это не мое. — Продолжила она. — Господи. — Беллатрикс закрыла глаза, покачала головой и глубоко затянулась сигаретой. — Прости за грубость, но ты хотя бы нормально попробовала? — Ну… кажется, я немного словила кайф, но ничего такого, что оправдывало бы все сложности. — Но удовольствие тебе всё-таки понравилось. Дым медленно выскользнул из её рта и носа. Гермиона снова пожала одним плечом. — Тогда, похоже, ты просто не нашла подходящий вариант. Или подходящий… — её взгляд скользнул сквозь сигаретный дым по брючному костюму Гермионы из и её практичным, но потёртым туфлям, — …тип. — Может быть. — Гермиона поджала губы, ковырнув носком ботинка бетонный тротуар. — Но сейчас это не особо в списке приоритетов. Я едва могу позволить себе аренду, не говоря уже об этом. Беллатрикс лукаво приподняла бровь, задержав взгляд на её лице. — С трудом верится, что кто-то вообще позволил бы тебе заплатить. Гермиона нахмурилась. — Ну, тогда это просто плохой бизнес. — Что? Беллатрикс вдруг закашлялась, почти поперхнувшись дымом, но даже почти согнувшись пополам, не сводила с Гермионы широко распахнутых глаз. — Подожди… ты хочешь сказать… — Деньги в обмен на товары или услуги — основа любого бизнеса. — Твою мать, Грейнджер, только не говори мне, что последние несколько лет ты нанимала проституток вместо того, чтобы просто сходить с кем-нибудь на свидание. — Что?! — пискнула Гермиона, мгновенно побледнев. — Нет! — Тогда о чём, чёрт возьми, ты вообще говоришь? — Наркотики! — голос Гермионы прозвучал почти шёпотом-криком, пока она нервно оглядывалась через плечо, словно боялась, что их могут услышать. Хотя улица была пустой, она всё равно отступила глубже в переулок, так что носки её обуви почти коснулись края тени, в которой стояла Беллатрикс. — Потому что ты сказала, что употребляешь запрещённые вещества как свой способ снимать стресс. На мгновение Беллатрикс просто смотрела на неё, приоткрыв рот, а затем резко запрокинула голову и расхохоталась — громко, пронзительно. Смех отразился от узких кирпичных стен, разлетелся по переулку и будто ударил Гермионе в уши, осел глубоко в груди, вызывая странное, но неожиданно приятное ощущение в животе. — Полагаю, есть больше чем один порок, который нельзя демонстрировать на публике. — В её тёмных глазах плясали искры, а улыбка стала опасно широкой. — Но я говорила о сексе, милая. — О… о! — глаза Гермионы расширились ещё сильнее, на щеках вспыхнул ярко-красный румянец. — Секс. Да, у меня определённо был секс. Секс, за который я не платила. Не то чтобы с работой в секс индустрии было что-то не так, но… Смех Беллатрикс снова прервал её. — Ты очаровательна, когда смущаешься, Грейнджер. — Она затушила сигарету о стену и бросила её в открытый мусорный бак. — Но приятно знать, что ты всё равно на моей стороне, даже если бы я вдруг оказалась гордой наркоманкой. — Мне так жаль… — Тише, я просто дразню тебя, милая. Это слишком весело. — Она ухмыльнулась, подходя ближе, и её голос снова стал низким, дымным и хриплым. — Это может стать моим новым… способом снять стресс. Рука Беллатрикс обхватила Гермиону за локоть и мягко, но уверенно повела её к двери. Гермиона автоматически поддалась, но мысли ускользали — она чувствовала лишь лёгкое давление длинных изящных пальцев сквозь рукав и странное учащение пульса в груди. — Другие сотрудники скоро подойдут. — Беллатрикс толкнула деревянную дверь одной рукой и завела Гермиону внутрь другой, чуть сильнее сжав её локоть. — Лучше подождём их внутри. Она провела Гермиону за стойку и включила кассовый аппарат. Машина выглядела настолько старой, что Гермиона невольно подумала о модеме dial-up из детства. Неужели за десятилетия они так и не нашли времени обновить технику? И как он вообще может принимать оплату, если это ископаемое не поддерживает ни Apple Pay, ни Venmo? Да и может ли он вообще безопасно обрабатывать карты или запускать хоть какое-то современное ПО после Y2K? И ещё страннее было то, что при всей своей древности аппарат выглядел почти нетронутым: выцветший жёлто-белый корпус, но кнопки — идеально чистые, без единого следа использования. Судя по всему, магазином пользовались не так уж часто. Пока касса загружалась, а Беллатрикс что-то быстро печатала в телефоне, Гермиона выбросила пустой стаканчик из-под кофе в мусорное ведро. Она замерла на секунду, заметив среди прочего мусора точно такой же стакан. Она выбросила свой кофе здесь вчера? Она вообще пила кофе здесь вчера? Резкий бодрый ритм высоких, пронзительных струн, заполнивший крошечный книжный магазин, оборвал её мысли. Она обернулась к Беллатрикс, которая лениво прислонилась к стойке у входа и делала вид, что равнодушно смотрит в телефон, но её ухмылка её выдавала. — Ты что… слушаешь Бритни Спирс? Улыбка Беллатрикс только шире расползлась в довольную усмешку, когда она наконец подняла взгляд на Гермиону. — Ну ты же недавно читала её мемуары, верно? Я подумала, тебе понравится. — Да, но… я не думаю, что Toxic создаёт правильную атмосферу для выбора книг. Беллатрикс театрально запрокинула голову и громко, насмешливо вздохнула. — Как трагично. Нельзя же допустить такого ужаса. Она снова улыбнулась, листая телефон. — Можно, например, уйти в раннюю Бритни: Oops!.. I Did It Again или I’m a Slave for U. — Она вдруг подняла взгляд, глаза сверкнули. — Хотя постой… Criminal! Вот это уже звучит куда уместнее. Гермиона дёрнула глазом и застыла с приоткрытым ртом. — Что?! И тут входная дверь с грохотом распахнулась, и внутрь ворвались двое мужчин лет двадцати с небольшим, всё ещё на ходу споря. Худощавый блондин в безупречном костюме шёл впереди, яростно расстёгивая пальто с неожиданно изящными, точными движениями, а за ним тяжело шагал более крупный шатен в мешковатой рубашке с горчичным пятном на груди и таким выражением лица, будто он одновременно злился и ничего не понимал. — В последний раз говорю, — резко бросил блондин глубоким, но неожиданно резким голосом, — это балаклава, а не пахлава. Второй мужчина уставился на него и почесал затылок. — А в чём разница? — Одно — это то, что надевают на лицо, когда кому-то колени ломают. А другое — ближневосточный десерт! — Ага… ага… — кивнул тот так, будто понял, но его брови только сильнее сошлись. — А что из этого что? — Как ты вообще утром с кровати встаёшь? Блондин с тяжёлым, раздражённым вздохом провёл руками по лицу. — Просто в следующий раз уточняй, ладно? Когда я говорю принести балаклавы на всю команду, я не имею в виду, что надо скупить половину пекарни. Гермиона нахмурилась. Зачем кому-то балаклавы в августе? И какая работа вообще может их требовать? Разве что… банковские грабители. Но разве сейчас вообще грабят банки, когда деньги в основном цифровые? Хотя… причём тут тогда книжный магазин? Может, он и правда имел в виду пахлаву? Тёплый запах табака и ванили внезапно заполнил её нос, ладонь мягко легла ей на спину, и мысли Гермионы резко рассыпались, теряя нить. — Джентльмены. От одного этого слова оба мужчины вздрогнули. Брюнет почти сразу ссутулился в каком-то покорном поклоне, опуская взгляд вниз, хотя и повернулся лицом к стойке. Когда он всё же поднял глаза, в них мелькнуло смятение при виде Гермионы, а затем это смятение сменилось смутной тревогой, стоило ему заметить Беллатрикс. Блондин же, напротив, выпрямился и развернул плечи. Он высоко держал подбородок, всем своим видом демонстрируя высокомерие. Его взгляд был светлее, чем у Беллатрикс, но он всё же чем-то напоминал Гермионе его. Такой же цепкий, оценивающий, холодно разбирающий на детали. Взгляд задержался на её одежде, и верхняя губа презрительно скривилась, но Гермиона успела заметить, как у него чуть расширились глаза, когда он увидел руку Беллатрикс у неё на пояснице. От этого ей стало не по себе. Брюнет источал робкий страх, а блондин — самоуверенную наглость и браваду, но было ясно видно, оба по-своему опасались женщины рядом с Гермионой. — И кто эта девица? — наконец спросил блондин, голос у него стал ниже, чем когда он вошёл. Несмотря на ровное, успокаивающее давление ладони у себя на спине, Гермиона напряглась, и в голосе прорезалась ядовитость: — У «девицы» есть имя. Гермиона Грейнджер. Беллатрикс лишь закатила глаза. — Прости ему отсутствие манер. Это Драко и Гойл. Гойл неловко поднял руку в слабом приветствии, но Драко тут же её опустил. Он держал подбородок ещё выше, выпятив грудь, словно пытаясь выглядеть угрожающе, но в своём чёрном костюме, белой рубашке и гладко зачёсанных светлых волосах Гермионе он напомнил скорее пингвина. Тем не менее она почти вежливо улыбнулась и слегка кивнула. — Рада познакомиться с вами обоими. От её сухого тона Драко приподнял бровь. — На особо впечатляющую ты не тянешь. В чём твоя специализация? — Американская литература начала двадцатого века. Маска Драко окончательно треснула. Плечи и грудь чуть обмякли, а на лице появилось искреннее непонимание. — Чего? — Ну конечно, — пробормотала Беллатрикс с усталым вздохом и покачала головой. Дверь снова скрипнула, и в помещение вошли ещё двое мужчин в белых рубашках и чёрных костюмах. Их одежда почти повторяла стиль Драко и Гойла. Гермиона прикусила щёку и посмотрела на свои розовую блузку и поношенные туфли. Какая же она глупая — даже не спросила про дресс-код. Настоящая ошибка новичка. Только что пришедшие мужчины взглянули на неё с лёгким недовольством, но тут же выпрямились и сменили выражение лица, взглянув на Беллатрикс. — Тео. Блейз. Комната будто затаила дыхание, когда Беллатрикс произнесла их имена. Её спокойный, неспешный голос почему-то звучал куда опаснее любого крика. Рука исчезла со спины Гермионы, оставив странный холод. И в тот же момент она едва не вздрогнула, когда ладони Беллатрикс легли ей на плечи. Чёрные пряди её волос коснулись щеки, давление пальцев ощущалось через ткань, а по коже у Гермионы пробежала дрожь. — Это Гермиона Грейнджер, — протянула Беллатрикс, и голос её скользнул по коже, как бархат. — Она будет работать с нами. Щёки Гермионы вспыхнули. Все взгляды в комнате сосредоточились на ней — с любопытством, оценкой, сомнением. Она сглотнула, горло пересохло. Ей вдруг показалось, что она снова на первом курсе, когда добровольно вызвалась выступать первой с презентацией, или когда на первом занятии задавала слишком много вопросов по программе. — Ну что ж, — наконец сказал Драко, скрестив руки на груди, и его губы едва заметно дёрнулись. — Добро пожаловать в команду. Уверен, остальные, — его взгляд скользнул в сторону Беллатрикс, — будут в восторге от знакомства с тобой. Пальцы на плечах Гермионы чуть сильнее сжались, и Беллатрикс ответила почти холодно: — Будут. Неужели будет кто-то еще? Гермиона огляделась, уже замечая, что помещение кажется тесным даже для шестерых. Сколько вообще сотрудников нужно маленькому книжному магазину? — Спасибо. А вы случайно не тот человек, который будет обучать меня работе с кассой? — спросила Гермиона у Драко. Тео и Блейз одновременно нахмурились, Драко приподнял светлые брови и бросил Беллатрикс вопросительный взгляд, но Гойл опередил всех. — Касса? Ты о чём… — Гойл! — резко бросила Беллатрикс. Её тон выпрямил спины всех мужчин, но у Гермионы от него по спине пробежала странная горячая дрожь. — Долохов ждёт твой отчёт. Вся уверенность, которая у Гойла вообще могла быть, испарилась в один миг. Его лицо побледнело сильнее, чем его рубашка с горчичным пятном. — Да, сэр, — пробормотал он, но тут же запнулся, встретившись взглядом с её тёмными глазами. — То есть… мэм. Да, мэм… Беллатрикс чуть приподняла подбородок. Гойл окончательно сжался, после чего поспешно выскочил из комнаты. Дверь сзади с глухим щелчком закрылась, вскоре послышался торопливый топот его ботинок по лестнице, затем приглушённый вскрик и тяжёлый грохот, от которого задребезжало всё помещение. А потом длинная, изобретательная очередь ругательств. Гермиона моргнула. Для человека, который не отличал балаклаву от пахлавы, у Гойла явно был очень богатый словарный запас. — В основном мы работаем в задней части магазина, — наконец сказал Драко. — Раньше работу в зале распределяли между сотрудниками по очереди, — добавила Беллатрикс, лениво рисуя большими пальцами круги у неё на плечах. Голос её будто обвивал Гермиону со всех сторон, заставляя почти инстинктивно расслабиться. — Особенно учитывая, что бизнес здесь бывает довольно медленным. Теперь ты будешь в основном работать здесь, а остальные — в задней магазина или наверху. Гермиона медленно кивнула. — Эти места будут включены в сегодняшнюю экскурсию? Ногти на её плечах на мгновение впились чуть сильнее, почти до болезненности. Гермиона вздрогнула, и тут же мягкие круговые движения вернулись, словно извиняясь за это ощущение. — Не сегодня, милая. Там хранится… кое-какой ценный материал. Лучше пока держать всё под замком. Для задач, которые от тебя требуются, тебе достаточно быть в этом зале. Остальное — закрытая зона. Глаза Драко расширились от того, как Беллатрикс назвала её, но Гермиона этого почти не заметила — она уже разглядывала помещение и пыталась понять, где вообще может находиться склад. Все обернулись, когда дверь снова открылась, и внутрь вошли двое мужчин постарше в костюмах. Один — с длинными светлыми волосами, надменным взглядом и ухмылкой. Второй — с жирными чёрными волосами, крупным носом и выражением лица, будто он уже заранее всех презирает. — Почему, чёрт возьми, здесь играет Бритни Спирс? — резко спросил блондин, переводя взгляд на Драко, который подозрительно на него походил. — Кто опять дал Драко колонку? Пальцы на плечах Гермионы скользнули выше, чёрные ногти почти невесомо прошлись по шее, оставляя за собой цепочку мурашек. Гермиона изо всех сил старалась не шевелиться. В конце концов, это было довольно непрофессионально — когда начальница касается сотрудницы вот так, да ещё в первый день. Это вообще из разряда того, что должно автоматически запускать встречу с HR или пассивно-агрессивное письмо про «соблюдение границ на рабочем месте» и «недопустимый физический контакт при коллегах», которое все тут же отправляют в спам. Но, боже, у Беллатрикс действительно были волшебные пальцы. Тёплый румянец пополз по шее и лицу Гермионы, пока с губ почти незаметно сорвался тихий выдох. Давление стало чуть увереннее, подушечки пальцев мягко прошлись по мышцам шеи, разглаживая чувствительную кожу и снимая напряжение, о котором Гермиона даже не подозревала, попутно разминая узлы, которые она никогда раньше не замечала. С точки зрения HR это, конечно, нарушение, но жалоб Гермиона точно подавать не собиралась. — Гермиона у нас фанат, — промурлыкала Беллатрикс, наблюдая за ней с одобрительной улыбкой. — Я подумала, это будет приятным способом поприветствовать ее в команде. Холодные серые глаза блондина скользнули по Гермионе с таким выражением, которое она обычно видела только у людей, уверяющих, что Джейми Линн Спирс умеет играть. — Дай угадаю, — протянул он с презрением в голосе, — твоя любимая песня — I’m Not a Girl, Not Yet a Woman? Гермиона моргнула, а пальцы на её плечах замерли. Этот изысканный мужчина сейчас что, действительно сослался на саундтрек подростковой драмы двух тысячи второго года с Бритни Спирс в главной роли? И это её здесь ещё оценивают? За её спиной Беллатрикс тяжело вздохнула. Её руки исчезли с плеч Гермионы, оставив после себя прохладу и остаточное напряжение. — Удар ниже пояса, Люциус, — лениво протянула она, выходя из-за стойки, каблуки чётко отбивали шаги по деревянному полу, — поздно ночью пересматривал Crossroads? Мужчина прищурился. — Скорее вопрос в том, где была ты прошлой ночью. Ты пропустила ужин, если помнишь. Беллатрикс лишь слегка закатила глаза. — В городе возникли дела. Пришлось съездить. Серые глаза Люциуса снова вернулись к Гермионе. — Это я вижу. Скрестив руки на груди, Беллатрикс встала между ними. Гермиона заметила, как напряглись мышцы спины и плеч под её чёрным пиджаком. Пальцы Гермионы почти сами собой захотели протянуться и снять это напряжение, но она осталась на месте. На сегодня с HR-нарушениями было явно достаточно. — Я понимаю, что одного твоего присутствия недостаточно, чтобы развлечь мою сестру, но это уже не моя проблема, — сказала Беллатрикс. — Советую научиться лучше удовлетворять свою жену. Гермиона приподняла брови. Значит, это зять Беллатрикс. А судя по хихиканью Тео и Блейза и тому, как Драко покраснел до корней волос, уставившись в пол, это ещё и его отец. Семейка, однако. — Не то чтобы это было не увлекательно, — протянул мужчина с жирными чёрными волосами. — Но у меня назначена встреча. — Как всегда весельчак, Северус. Поговорим в задней комнате, — Беллатрикс кивнула в сторону двери, затем обернулась к Гермионе через плечо. — Я скоро вернусь, милая. Можешь включить любую песню Бритни, если хочешь. Особенно из её эпохи Circus. Северус закатил глаза, но последовал за Люциусом и Беллатрикс в заднюю комнату. Гермиона взглянула на то, как дверь закрылась. Она осталась наедине с тремя мужчинами, которых она почти не знала. Она переминалась с ноги на ногу, пока Драко с закрытыми глазами откинулся на книжный шкаф с тихим вздохом. Рядом с ним Блейз нервно дёргал коленями, не глядя ни на кого в комнате, а Тео что-то печатал в телефоне. Гермиона прикусила губу. Стоит ли что-то сказать? Но что именно? Ни один из них не выглядел как типичный сотрудник книжного магазина. Их вид скорее подходил корпоративному офису или похоронному бюро, чем к месту, где обсуждают разницу между Kindle и чтением с телефона или терпят вопросы про очередную безвкусицу Колин Гувер. Но имело ли это значение, если магазин и так выглядел странно: потрёпанные детективы в стиле pulp fiction, пыльный набор сезонов сериала Клана Сопрано на DVD и нелепо много виски и сигар на почти пустых полках. Гермиона уже хотела заметить отсутствие лицензии на алкоголь, но раз бутылки были наполовину полны, вряд ли их вообще кто-то покупал. Может, это какое-то сатирическое высказывание или социальный-ироничная демонстрация, которую она не улавливает? Всё здесь казалось слишком странным. И, боже, почему всё ещё играет Бритни Спирс? — Ты же знаешь, что Драко был тем, кто создал мем «Оставьте Бритни в покое», да? Громкий и совершенно неуместный вопрос Блейза заставил Гермиону вздрогнуть так сильно, что она ударилась коленом о стойку. Она тихо выругалась, потирая ушибленное место, но Блейз был слишком увлечён смущением Драко, чтобы заметить. — Блейз! — лицо Драко стал красным. — У него минимум четыре футболки с надписью «Free Britney», — продолжил Блейз с широкой ухмылкой. — И на его пистолете выгравировано «Это Драко, сучка». — Ты говоришь так, будто твоя любимая караоке-песня не «NYSNC — Bye Bye Bye», — огрызнулся Драко. Блейз прижал руку к груди с притворным возмущением. — О, Джастин, обесцвеченный Ромео моего детства. Неужели так уж плохо надеяться, что однажды он снова найдёт путь к своей Джульетте в укороченном топе? Драко закатил глаза. — Это безнадёжно. Пока Гермиона с удовольствием раздумывала бы над запутанной и довольно сомнительной историей отношений Джастина Тимберлейка и Бритни Спирс десятилетней давности, её зацепило совсем другое из сказанного Блейзом. Она нахмурилась и моргнула. — Подождите, а зачем Драко пистолет? Улыбка Блейза мгновенно сползла, он быстро переглянулся с Драко. — Эээ… Тео! — он резко развернулся и хлопнул Тео по плечу. — Тео, ты там чем занят? Тео даже не поднял головы, листая телефон. — Да, я на Amazon пытаюсь купить тостер. — Тостер? — Драко склонил голову. — Ты же только что купил новый. — Знаю, — Тео закатил глаза. — Моя идиотка-жена постоянно кидает их в ванну с водой, когда злится. Блейз открыл рот. — Чувак… — Ага, знаю, — устало кивнул Тео. — Почему все горячие обязательно ещё и сумасшедшие? — …может, просто не покупать ей новый тостер? — осторожно предложила Гермиона. Он пожал плечами. — Да она всё равно что-нибудь другое туда кинет. Тостер хоть дешёвый, двадцать баксов. Должен быть вообще десять, если бы этот дурацкий купон сработал. Гермиона медленно кивнула, а трое мужчин уставились на него. — Подожди, — она нахмурилась. — А почему в ванной вообще вода? Нельзя просто слить ее? Драко прищурился. — Да, Тео. Почему там вода? Только не говори, что в ванне в этот момент находишься ты... — Не, не, — Тео отмахнулся. — Она просто заранее включает воду в ванной или на кухне. Говорит, ей нравится вспышка света. — Ты имеешь в виду электрическую вспышку? — с ужасом уточнила Гермиона. — Ага, — кивнул он. — Её это… заводит, или типа того. — И ещё отключает свет во всём здании, — пробормотал Блейз. Тео вздохнул. — Я знаю, это странно, но секс потом просто лучший. Ну знаете… что я могу с этим сделать? Драко закрыл глаза и потер переносицу. — Господи, Тео. Теперь каждый раз, когда ты опаздываешь, я буду думать, что ты либо сгорел, либо тебя ударило током из-за дешёвого Amazon-тостера ради странного секса. Тео ухмыльнулся. — Ну, такая смерть не самый плохой вариант. Блейз рассмеялся и хлопнул его по спине, Драко покачал головой, а Гермиона смотрела на всё это с тихим ужасом. Она не собиралась осуждать чьи-либо сексуальные предпочтения, но вот безрассудные финансовые решения — это уже другое дело. Особенно если они могли привести к ремонту ванной за несколько тысяч долларов из-за скачка напряжения. Гермиона была уверена: никакой секс не стоит кредита под двадцать пять процентов годовых. Но прежде чем она успела что-то сказать, дверь снова распахнулась. Внутрь ворвалась женщина с коротким каре и в чёрном платье. Даже под большими очками от Chanel чувствовалась ярость, будто у неё за спиной в данный момент кипела буря. — Почему вы все стоите без дела? — резко бросила она, захлопнув дверь каблуком Louboutin. Не смотря на то, что она говорила так, будто была здесь главной, Гермиона заметила, как остальные закатили глаза, но всё равно расступились. Значит, она была не просто с характером — её здесь действительно опасались. — Ну здравствуй, Пэнси, — сухо сказал Блейз. — Тебя солнце сегодня слишком сильно ослепило? — Эта сука снова украла мою почту, — прорычала Пэнси, чеканя каждое слово. — Я её убью. — Ты заявила в полицию? — спросил Тео, не отрываясь от телефона. — И что, по-твоему, они сделают? — резко ответила Пэнси. Тео лишь пожал плечами и снова уткнулся в телефон, а Драко и Блейз демонстративно разошлись по разным углам комнаты, делая вид, что с особым интересом изучают стены, пока Пэнси, всё ещё кипя от злости, запихивала солнечные очки в сумку. — И там был мой новый браслет Cartier, который я заказывала несколько месяцев. Чёртова стерва. — Ты не думала просто заказывать другие вещи? — тихо спросила Гермиона. Блейз отреагировал мгновенно: замотал головой и провёл пальцем у горла, жестом предупреждая её остановиться. Пэнси резко перевела на неё тяжёлый зелёный взгляд, оценивающе скользнув по её одежде с растущим презрением. — Мне всё равно, кто ты, — сухо сказала Пэнси. — Но если ты сейчас предложишь Temu, я задушу тебя рукавом этого отвратительного пиджака. Гермиона напряглась, но голос удержала ровным. — Я имела в виду заказывать вещи, которые имеют значительно меньшую ценность, чем украшения. Например, отправить что-то, что заставит человека чувствовать вину: урну или дешёвый траурный венок. Или, возможно, что-то с угрозой… например, набор ножей? Пэнси медленно повернулась к ней, и на её лице расползлась широкая улыбка. — А ты мне нравишься. Её взгляд снова скользнул по Гермионе. — Вкуса в одежде у тебя нет, но с этим я могу работать. Гермиона опустила взгляд на свою блузку из Old Navy и поношенные туфли. Похоже, её утренние старания с глажкой тут никто не оценил. — Спасибо? — Набор ножей это разве угрожающе? — спросил Тео, наконец убирая телефон в карман. — Мне кажется, это довольно обычная вещь для заказа. Если он новый и в коробке, ножи выглядят довольно безобидно. Она, скорее всего, ничего не заподозрит. Гермиона пожала плечами. — Тогда добавь угрожающий контекст. И сделай его очевидным. — Ага, просто отправь ей тостер от жены Тео, — пробормотал Драко. Пэнси бросила на него растерянный взгляд, но Гермиона продолжила: — Может, найти мясника, который согласится отправить грязный нож... Не обязательно, чтобы она знал, что это не человеческая кровь. — Зачем останавливаться на этом, если можно сразу в стиле «Крёстного отца»? — Сухое веселье в голосе Беллатрикс разрезало комнату и снова заставив всех обратить на неё внимание, она уже вернулась обратно в помещение вместе с Люциусом и Северусом. На секунду Гермиона подумала, что она снова подойдёт к ней, но слегка нахмурилась, когда Беллатрикс остановилась у противоположного конца стойки. Это лёгкое разочарование быстро исчезло, когда Беллатрикс опёрлась руками о деревянную поверхность, и Гермиона заметила чёрное кружево в распахнутом вороте её блузки. — Думаю, большинство мясников сейчас предпочитают более традиционные виды красного мяса, — протянул Люциус, натягивая кожаные перчатки. — Ладно, — пожала плечами Беллатрикс. — Тогда попробуйте что-то в духе Se7en — Обязательно ли поощрять насилие с утра пораньше? — спросил Северус, стряхивая с рукава несуществующую пылинку. Чёрные блестящие глаза снова обратились к Гермионе, и на губах Беллатрикс появилась почти игривая, саркастичная усмешка. — Что скажешь об этом, милая? Отведя взгляд от её декольте, Гермиона несколько секунд пыталась собраться с мыслями, прежде чем ответить. — Я… не видела ни один из этих фильмов. Тихий хриплый смешок Беллатрикс окончательно разрушил остатки её профессиональной собранности. — Разумеется, не видела, — протянула она, затем повернулась к Пэнси. — Твоя задача на сегодня — сводить Гермиону за новой одеждой. — Шопинг? — Гермиона напряглась. Из всего, что могло стать её задачей сегодня, почему именно это? Это же не её вина, что ей никто не объяснил правило дресс-кода. — Прости, детка, но я не позволю, чтобы первый человек, которого видят мои клиенты, был одет во что-то, кроме лучшего. — Детка? — Пэнси замерла на полушаге, её взгляд стал неожиданно серьёзным, скользнув по Гермионе. — Да, я поняла. Она снова повернулась к Беллатрикс: — Мы говорим только о деловой одежде или включаем коктейльные и вечерние варианты тоже? — Хм, — Беллатрикс задумчиво постучала пальцем по подбородку, оценивающе проходясь взглядом по фигуре Гермионы. — Пару нарядов для таких случаев точно не помешают. Гермиона сглотнула. — Я вообще-то не могу себе позволить… — Ерунда, — сказала Беллатрикс. Она небрежно отмахнулась изящной рукой. — Я покрою все расходы. А когда вернёшься, Драко покажет тебе, как тут всё устроено. Драко моргнул. — Как тут всё устроено? Улыбка Беллатрикс потемнела, и она чуть приподняла бровь. — Да. Как тут всё устроено. — Сказала Беллатрикс с нажимом.

***

Шопинг с Пэнси оказался для Гермионы самым близким аналогом монтажной сцены из фильма. Очень хаотичной, подавляющей и откровенно вымогательской монтажной сцены. День прошёл в размытом потоке магазинов, к витринам которых Гермиона в обычной жизни даже не подходила бы ближе, чем на несколько метров. Пэнси щёлкала пальцами на растерянных продавцов, заталкивала Гермиону в отдельные примерочные и швыряла через дверь ворох одежды, которую требовала немедленно примерить. К счастью, это не касалось откровенно вызывающего белья, которое тоже оказалось в её подборке. Гермиона даже задумалась, не является ли покупка нижнего белья сотруднице за счёт компании в первый же день нарушением каких-нибудь правил. Но кто она такая, чтобы спорить? Тем более судя по тому, как Пэнси фыркнула при словах «HR» и «должностная инструкция», в Black Books ничего подобного просто не существовало. Она быстро поняла, что Пэнси лучше не задавать вопросов — даже когда видела абсурдные ценники или когда та настаивала на покупке образа в стиле «горячая тихая бухгалтерша, совершившая финансовые преступления». Впрочем, Гермиона всё равно оказалась в магазине без распродаж, так что Пэнси, по сути, делала ей одолжение. Немного напрягало только то, что на ней теперь одежда дороже месячной аренды и что продавцы выглядели искренне напуганными Пэнси. Но к концу шопинга главным её вопросом стало, как она вообще всё это унесёт домой. Драко провёл ей экскурсию по магазину, которая заняла от силы две минуты. Был уже вечер, поэтому Гермиона спокойно устроилась за стойкой и читала первые страницы «Крёстного отца», пока Пэнси и Драко спорили о том, являются ли джинсы с низкой посадкой преступлением против моды. Она даже не заметила, как дверь открылась и закрылась, пока не услышала знакомый стук каблуков по дереву. — Наконец-то читаешь «Крёстного отца», — сказала Беллатрикс, постукивая ногтямями по бутылкам на пыльной полке. — И как впечатления? — Довольно жестокая книга, — Гермиона закрыла её, даже не закладывая страницу. Дочитывать она не собиралась. — Не уверена, что понимаю, в чём её привлекательность. Беллатрикс тихо усмехнулась и взяла бутылку и хрустальный стакан. — О, уверена, поймёшь. Гермиона скептически пожала плечами. — Посмотрим. Беллатрикс улыбнулась по-кошачьи и кивнула. — Итак, ты пережила первый день. Впечатления? Гермиона опёрлась локтями о стойку. — У вас здесь очень… эклектичный коллектив. Хотя, возможно, это не совсем подходящее слово. — О? — Пэнси, кажется, готова совершить уголовное преступление, если узнает, что мой новый костюм вместо химчистки постирали в машине. — Справедливо. — Блейз сказал, что Драко — причина, по которой Джейми Линн Спирс отключила комментарии в Instagram. — Не уверена, что это правда, но не удивлюсь. — А ещё Тео сказал, что его жена кидает тостеры в ванну, когда хочет секса. Беллатрикс слегка усмехнулась и приподняла бровь. — И что ты об этом думаешь? — Это крайне безответственно. Беллатрикс запрокинула голову и громко расхохоталась — зло, хищно, так что виски едва не выплеснулся из стакана. — Только не говори, что ты настолько ханжа. — Нет. Я просто считаю, что существуют более безопасные и финансово разумные способы добавить в сексуальную жизнь страх или адреналин. Или хотя бы практиковать игры с электричеством без риска устроить пожар. — Игры с электричеством? — обе брови Беллатрикс поднялись ещё выше, а тёмные глаза блеснули над широкой улыбкой. — Значит, ты не такая уж нежная, как я думала. Щёки Гермионы вспыхнули. Внизу живота что-то тяжело перевернулось, почти выбивая дыхание. — Я просто люблю читать. — Ага. Эротические романы, — фыркнула Беллатрикс, наклоняясь ближе. — Скажи-ка… подобные книги ты тоже добавляешь в свой Goodreads-список? Запах ванили и табака смешался с лёгкими древесными нотами виски в дыхании Беллатрикс. Он кружил голову, размывая привычную ясность мыслей Гермионы. После такого длинного дня ей почти захотелось податься навстречу, спрятаться в этом тепле и позволить себе раствориться в нём. Но она сдержалась. Не только из-за рабочих границ. Она знала эту женщину меньше суток. И пусть её новые коллеги были совершенно ненормальными, ей неожиданно нравилось находиться рядом с ними. Потерять работу так быстро из-за внезапной влюблённости в собственную начальницу казалось крайне глупой идеей. — Иногда, — ответила Гермиона, выпрямляясь. — Зависит от количества страниц. — Разумеется, зависит, — тихо рассмеялась Беллатрикс, проводя ухоженным пальцем по краю стакана. — Налить тебе? Это Macallan тридцатилетней выдержки. Гермиона поджала губы. Последние несколько слов вообще ничего ей не сказали. Если бы Беллатрикс не крутила янтарную жидкость в стакане, Гермиона и не поняла бы, что речь о виски. Она покачала головой. — Уже поздно. И мне ещё ехать на метро через весь город. — М. — Игривость исчезла из взгляда Беллатрикс. Она поставила стакан и сделала небольшой глоток. — Тогда до завтра? В её голосе появилось что-то новое. Мягкость. Осторожность. Гермиона склонила голову, стараясь не замечать, как сбивается собственное сердце, пока наблюдала за тем, как Беллатрикс рассеянно водит пальцем по узору древесины на стойке между ними. — Да, — тихо ответила Гермиона. — Увидимся завтра. — Прекрасно. — Медленная улыбка снова тронула губы Беллатрикс. — Кажется, ты задержишься здесь дольше, чем я думала. Тёмный взгляд медленно скользнул по Гермионе с ленивым одобрением. — Может, тебе здесь даже понравится.