Лечение тапочной травмы в избежании рецидива

Следующая встреча произошла спустя десять дней, абсолютно случайно и в месте, полном двусмысленных возможностей: в овощном отделе большого супермаркета. Энис, погружённый в изучение степени зрелости авокадо (которое, как он мысленно отмечал, имело форму, подозрительно напоминающую один неприятный случай из практики), услышал знакомый голос, спорщиво что-то говоривший по телефону: «...нет, Иван, я не могу объяснить шестиклассникам принцип архимедовой силы на примере ванны! У нас в школе нет...» Энис медленно обернулся. У полки с огурцами, поглаживая подбородок и с мрачным видом разглядывая партию длинных, упругих, глянцевых овощей, стоял Дражен Крлежа. В одной руке у него была корзинка, в которой одиноко лежали макароны, в другой — телефон. Он выглядел сосредоточенным, усталым от быта, и совершенно беззащитным перед грядущей провокацией. Внутренний голос Эниса издал тихий, радостный звук, похожий. Он бесшумно подкатил свою тележку и остановился в полуметре, сложив руки на ручке. — Надеюсь, — раздался его ровный, слегка насмешливый голос прямо за спиной хорвата, — что вы покупаете эти огурцы с чистыми намерениями, господин Крлежа. И планируете помещать их в себя исключительно в порезанном виде, через предусмотренное природой верхнее отверстие. Дражен вздрогнул так, что чуть не выронил телефон. Он резко обернулся, и его зелёные глаза, широко раскрытые от неожиданности, встретились с карими, полными неподдельного (и злорадного) интереса. По лицу Дражена мгновенно разлилась густая, алая краска. Он выглядел так, будто его поймали на месте преступления, хотя в корзинке не было ничего, кроме макарон. — Вы!.. — выдавил он, забыв про телефон и Ивана на том конце провода. — Я, — кивнул Энис с предельной вежливостью. — Совпадение, не правда ли? Город, однако, невелик. Особенно для людей со, скажем так, специфическими интересами. Он позволил своему взгляду медленно перейти с лица Дражена на огурцы, а затем обратно, многозначительно приподняв бровь. — Просто предупреждаю, как коллега. Среди моих пациентов огурцы — это клише. Признак полного отсутствия фантазии. Прямо рядом с шариковыми ручками и мини-фонариками. Не хотелось бы, чтобы и вы пополнили эту печальную статистику. Учитель физики должен быть изобретательнее. Дражен, казалось, потерял дар речи. Он судорожно сглотнул, и его взгляд метнулся от Эниса к огурцам и обратно, как будто он только сейчас осознал всю компрометирующую природу своего местонахождения. — Я…я готовлю салат! — выпалил он, и голос его прозвучал неестественно высоко. — Овощной! — Ах, салат, — протянул Энис, делая вид, что размышляет. — «Овощной». Классическое алиби. Ничего не могу сказать, форма огурцов для салата действительно самая подходящая. Длина, гладкость. Прямо просятся, чтобы… нарезать их кубиками, верно? Дражен молчал, сжимая ручку корзинки так, что костяшки пальцев побелели. Смущение на его лице начало медленно вытесняться возвращающейся, знакомой Энису яростью. — Вы везде ходите и раздаёте свои неприличные комментарии? — прошипел он, оглядываясь по сторонам, не подслушивает ли кто. — Только там, где вижу потенциальную угрозу здоровью граждан, — с достоинством ответил Энис. — Это мой профессиональный долг. Профилактика. Вы же помните наш разговор о специализированных магазинах? Вот видите, даже в выборе овощей нужно проявлять осмотрительность. Чтобы не возникло путаницы в применении. Он взял с полки самый кривой и невзрачный огурец, демонстративно положил его в свою тележку. — Вот, например, этот. Абсолютно безопасен. Никаких двусмысленностей. Только салат или рассол. Дражен, наконец, нашёл в себе силы пошевелиться. Он швырнул в корзинку первый попавшийся под руку огурец (кривой, кстати, очень похожий на тот, что выбрал Энис) и сделал шаг прочь от полки, как от места преступления. — У меня всё, — процедил он. — До свидания, доктор. Надеюсь, больше мы не встретимся. Особенно в продуктовых магазинах. — О, не говорите этого, — Энис покатил свою тележку следом за ним, сохраняя почтительную дистанцию в полкорзины. — Город полон опасностей. Вот, скажем, баклажаны. Или кабачки. Или даже бананы… Вы даже не представляете, сколько бананов проходит через мой кабинет. Прямо планетарная катастрофа какая-то. Дражен шёл быстрее, направляясь к кассе, явно пытаясь оторваться. Но Энис не отставал, продолжая свой монолог спокойным, лекторским тоном. — Так что, если что, вы знаете, где меня найти. С огурцом, с бананом, с чем угодно. Лучше обратиться к профессионалу, чем к случайному овощу. Это я вам как врач говорю. У касс Дражен, не глядя, высыпал содержимое своей корзины на ленту, стараясь не смотреть на Эниса, который встал в соседний ряд. Когда его взгляд упал на тот самый кривой огурец, он снова покраснел и быстро отвернулся. Расплатившись, он схватил пакет и почти побежал к выходу, не оглядываясь. Энис, не спеша укладывая свои покупки, наблюдал за его исчезающей спиной. Улыбка не сходила с его лица. Он поймал взгляд кассирши, молодой девушки, которая слышала часть разговора и теперь смотрела на него с нескрываемым любопытством. — Старый друг, — пояснил Энис с лёгкостью. — У него…специфическая диета. Нужно следить, чтобы не навредил себе. На улице он закурил, глядя, как Дражен удаляется быстрыми шагами, будто спасаясь от погони. «Огурец для салата. Конечно, для салата, — думал Энис, вдыхая дым. — Ну что ж, физик. На этот раз ты увернулся. Но игра только начинается. И следующий раунд, я чувствую, будет ещё веселее. Особенно если ты действительно купил тот огурец для салата. Что, впрочем, крайне маловероятно». Он потушил сигарету и направился домой, чувствуя, что его вечер, начавшийся так скучно, внезапно наполнился смыслом и перспективой. Встречи в овощном отделе, конечно, не входили в стандартный протокол ведения пациента, но кто сказал, что медицина должна быть скучной? Особенно когда пациент весьма симпатичный, вспыльчивый и до смешного предсказуемый в своей непредсказуемости.