Life of miserable

Запах Бруклина состоял из выхлопных газов, дешевых сигарет и спальных дайнеров. Тамара Ривз знала эти запахи с детства, в маленькой квартирке на втором этаже, жилось довольно бедно, хотя в комнате девушки ее мама разрешала вешать и клеить все что угодно, не смотря на крики и жалобы хозяйки-арендодателя. Их улица в Бруклине пахла реальной жизнью, без той пафосной картинки которую видели туристы со всего мира на Манхэттене. Яна Ривз — она же Яна Григорьевна Зеркаль, преподаватель английского из Львова, приехавшая в Штаты с дочкой 2 недель от роду на руках и дипломом, который здесь никому не был нужен. Первое время, подрабатывала домработницей в доме богатого владельца компании по производству консервов. Но затем, нашла работу по своему профилю в школе для мигрантов. За малышкой Томочкой, как ее ласково называла мама, присматривала соседка по их этажу - Джемма, афроамериканка лет 63. Яна в первые годы работы в школе для иммигрантов почти каждый день возвращалась домой с красными глазами, но при виде дочери улыбалась. «Все хорошо, Тома — У нас все будет хорошо». И поблагодарив Джемму за терпение и её доброту душевную, продолжала плакать в подушку, пока рядом на одной кровати спит Тома. И действительно, то ли бог, то ли судьба, приподняла обоим подарок… Гэри Ривз вошёл в их жизнь как луч ясного солнышка. Высокий, сутулый, с вечно оттопыренным карманом рубашки, куда он засовывал очки для чтения и запасные ручки для учеников. Балагур и человечный по натуре. Был он учителем английской литературы в той же школе где работала Яна. Вдовец. Он увидел Яну на школьном собрании, когда она защищала одну из своих учениц от несправедливого отношения со стороны учеников и влюбился с первого взгляда — так, как бывает только в дурацких ромкомах, которые крутят по телевизору после полуночи. Но это было было настоящей правдой. Для трехлетней Тамары, Гэри заменил ей биологического отца. Он привил девочке хороший вкус к книгам, кинематографу. Водил ее на экскурсии по музеям и спектакли на знаменитом Бродвее. Он называл её «птичкой» и никогда не повышал голос, потому что это не было в его характере. — Ты будешь кем захочешь — говорил он, гладя её по голове своей большой и теплой рукой. — Главное — будь смелой и никогда никого не слушай, в частности, постарайся не привязываться к незнакомым людям. Через 5 лет, Гэри, Яна и Тома переехали в Балтимор, так как туда перевели обоих взрослых по работе в новую школу, куда и пошла Тамара. Купили маленький домик и обустроили его в стиле “провинциальной готики”, но с нежно-фиолетовыми тонами. Так прошли счастливые и теплые 17 жизни Томы. А потом папа ушёл на работу — и не вернулся… Оширный инфаркт. Прямо у доски, после фирменной шутки “я скалолаз, а меловая доска - это скала. Ученики думали, что учитель просто неудачно упал и ударился головой. Через двадцать минут приехала бригада 911, но было уже поздно… Тамаре тогда исполнилось двадцать. Она училась на последнем курсе колледжа на историка искусств и подрабатывала официанткой, прям как Шелли Джонсон из “Твин Пикса”. Во время смены ей позвонила мама — голос был хриплым и будто прожженым. — Тома... папы больше нет… Секунды осознания, а затем глухой крик и фартук в зубах. Похороны были скромными. Яна стояла у гроба и все время плакала, теребя платок в бледными пальцами. Тамара держала её за плечи и чувствовала, как мать медленно превращается наподобие призрака. С дальше, всё пошло как под откос…