Glitch Hearts

      Центральный зал цирка казался слишком ярким даже для самого цирка. Огромные цветные конструкции поднимались вверх, складываясь в нелогичные башни и арки - красные, жёлтые, зелёные блоки громоздились друг на друге, будто кто-то собрал пространство из детского конструктора и забыл, что у него есть предел. В самом центре этого хаотичного, почти игрушечного пространства стоял длинный стол. Он выглядел неуместно спокойно. Ровная поверхность, аккуратно расставленные тарелки, чашки, еда слишком идеальной формы, как всегда в цирке. После прошлых приключений, паники и ощущения утопления, которое до сих пор не отпускало, даже этот “завтрак” не воспринимался как что-то привычное.       Помни сидела ближе к краю, слегка ссутулившись, пальцами лениво касаясь края тарелки, но не ела. Ощущение прошлого "опыта" всё ещё иногда возвращалось, как фантомное давление где-то в груди, от которого трудно было избавиться. Рядом сидел Джекс, развалившись на стуле так, будто ему здесь было скучно всегда и везде. Он время от времени лениво бросал комментарии, цепляя кого-то из остальных, но в его голосе уже не было прежней лёгкости, скорее привычка заполнять тишину, чем реальное желание раздражать. Гэнгл тихо ковыряла еду, нервно поглядывая на стол и время от времени вздрагивая от собственных мыслей о прошлом приключении. Зубл выглядела так, будто уже заранее устала от всего происходящего, но продолжала наблюдать за остальными с ленивым интересом. Рагата сидела ровно, как обычно, с привычной мягкой улыбкой. И всё же, несмотря на напряжение и усталость, они сидели вместе.       Кейн возник резко, не столько как движение, сколько как внезапное ощущение присутствия, заполняющее пространство без остатка.       - Доброе утро, мои замечательные участники! - его голос разнёсся по залу, наполняя паузы между людьми, заставляя тишину сжаться. - Надеюсь, вы хорошо отдохнули после предыдущего… водного опыта! - Тишина стала плотнее, и никто не поднял головы.       - Да-да, я знаю, знаю! - Кейн взмахнул рукой, легко и почти радостно. - УТОПЛЕНИЕ, паника, экзистенциальный кризис, всё как обычно! - Он наклонился вперёд, слишком резко и слишком доверительно, будто собирался раскрыть секрет. - Но! Новое приключение будет… спокойным. Гэнгл тихо выдохнула, почти не двигаясь, будто даже воздух вокруг мог выдать её.       - Ты всегда так… - фраза повисла рядом с ней с усталой привычностью, как что-то давно заученное, она нервно дёрнулась, и голос её прозвучал почти шёпотом, с той знакомой дрожью. - И это никогда не правда… - но даже сказав это, она не выглядела спокойнее. Кейн, впрочем, уже не слушал, как будто слова участников были не частью разговора, а фоновым шумом.       - Сегодня вас ждёт ботанический комплекс! Огромные оранжереи, мягкий дождь, дружелюбные растения и минимум… - он на секунду задумался, будто действительно подбирал честный вариант - трагедий!       Помни медленно подняла взгляд, слово “минимум” зацепилось в ней неприятным холодом, как тонкая трещина в уже знакомом обещании. Джекс тихо хмыкнул, не отрывая взгляда от Кэйна, будто наблюдал не за объявлением, а за очередной плохо спрятанной ловушкой.       - Отлично. Растения. Что может пойти не так? - Кейн радостно захлопал в ладони, слишком искренне, слишком легко, словно сам факт опасности делал ситуацию лучше.       - Прекрасно! Тогда не будем терять времени! И прежде чем кто-то успел вдохнуть глубже или возразить, Кейн щёлкнул пальцами.       Они оказались перед оранжереей так внезапно, будто всё это время стояли с закрытыми глазами и только сейчас позволили себе их открыть. Свет ударил мягко, но настойчиво, заставляя инстинктивно прищуриться, как после долгой темноты.       Перед ними поднималась оранжерея - огромная, почти невозможная по масштабу, уходящая вверх и в глубь так далеко, что её границы терялись в зелёном свете и стеклянных слоях. Снаружи стояла ночь - глубокая, плотная, с тем самым спокойствием, которое бывает только у настоящей темноты. Бесконечное поле тянулось до горизонта, а дальше, почти на грани восприятия, темнел лес, тяжёлый и неподвижный. По полю медленно двигались светлячки, рассыпаясь точками живого света, и среди них поднимались маленькие цветы, похожие на жёлтые одуванчики, но с внутренним свечением, будто сами удерживали в себе слабый, тёплый свет.       Рагата чуть расслабилась, будто сама обстановка на секунду позволила ей поверить, что ничего страшного не произойдёт. Она медленно обвела взглядом пространство, задерживаясь на светящихся точках в траве и мягком движении светлячков над полем.       - Всё… выглядит достаточно мило, - произнесла она осторожно, и сразу посмотрела на остальных, пытаясь уловить их реакцию.       Королёр уже стоял чуть в стороне, отделившись от группы почти естественно, как будто ему всегда было привычнее наблюдать, чем участвовать. Его внимание было полностью поглощено светлячками - он следил за их движением с тихой сосредоточенностью, будто пытался понять в них закономерность. Генгл и Зубл переглянулись и, после короткой паузы, почти синхронно кивнули Рагате, соглашаясь с её словами. Чуть поодаль стояли Помни и Джекс, и именно вокруг них одуванчики светились заметно ярче - мягким, почти живым светом. Кукла смотрела на них дольше, чем следовало - слишком долго для случайного взгляда, слишком внимательно для простого любопытства. Она не сразу поняла, что именно зацепило её, пока взгляд снова не вернулся к ним - к Помни и Джексу, стоящим чуть в стороне от остальных. И только тогда это сложилось в мысль, от которой стало неприятно.       Помни не просто стояла рядом с Джексом. Она как будто выбирала это место не случайно. И от этого внутри Рагаты тут же поднялись обрывки старых образов, неясных, размытых, как воспоминания, которые никто не просил возвращать.       Рагата первой нарушила тишину, переводя взгляд с него на остальных.       - Королёр… не совсем с нами сейчас, да? Зубл коротко кивнула, проследив за направлением её взгляда.       - Он вообще как будто выпал. Гэнгл нервно прикусила губу, оборачиваясь к Королёру.       - Он уже минуту не моргает… это нормально вообще?.. Джекс тихо хмыкнул, но без привычной насмешки, скорее оценивающе.       - Он не “выпал”. Он просто нашёл что-то интереснее нас. Плохой знак, кстати. Помни чуть нахмурилась, тоже глядя на него.       - Светлячки его… как будто расслабляют? После короткой паузы Рагата выдохнула и приняла решение, которое уже витало между ними.       - Гэнгл останется с ним. Гэнгл резко подняла голову.       - Что? Я?.. почему я?       - Потому что если он пойдёт дальше в таком состоянии - он просто уйдёт, - спокойно, но твёрдо сказала Рагата. - Нам нужно, чтобы кто-то был рядом и следил, чтобы он не отошёл от входа. Джекс слегка наклонил голову.       - То есть нянька для чудика Гэнгл возражать не стала - только кивнула, хоть и неуверенно.Рагата перевела взгляд на остальных.       - Тогда так, я, Джекс, Помни и Зубл идём на разведку. Узнаём, что здесь вообще нужно сделать, чтобы закончить это приключение.       Уже на самом входе, прямо там, где стеклянная арка переходила в густую зелёную полутьму, они нашли книгу, и записку. Посленая была закреплена слишком аккуратно почти демонстративно, будто кто-то специально хотел, чтобы её заметили сразу, но не раньше нужного момента. На белом листе всего одна строка, выведенная ровным, слишком чистым почерком: «Найти Лунариус Блум - цветок, распускающийся только под искренними чувствами». Название звучало неправильно красиво, как что-то, что не должно существовать вне чьего-то воображения. И всё же оно было заданием.       Они продвинулись глубже в первую оранжерею почти молча, никто не спешил говорить вслух, что это место кажется спокойным - после всего пережитого само слово “спокойствие” звучало слишком подозрительно. Стеклянные своды уходили высоко вверх, растворяясь в зелёной дымке, где свет и влажность смешивались так плотно, что теряли границы. Искусственный дождь здесь стал чуть гуще, капли падали медленно, с задержкой, словно пространство само решало, когда им упасть. И именно в этой почти убаюкивающей плотности первой дрогнула Рагата.       - Эм… - она замедлилась, прищурившись, будто не доверяла собственному зрению. - Эти цветы… они двигаются?       У стен оранжереи росли крупные растения с лепестками, похожими на полупрозрачное стекло - тонкие, почти хрупкие на вид. Они не просто качались под искусственным дождём, они поворачивались, будто реагировали не на движение, а на внимание. И от этого становилось сложно понять, кто здесь на самом деле наблюдает за кем. Когда Рагата подошла ближе, один из цветов чуть заметно изменил положение, и это движение было слишком точным, чтобы быть случайным. Он раскрылся сильнее, почти осторожно, и его лепестки вдруг стали янтарного цвета, будто внутри него зажгли мягкий свет.       - О-о! - Рагата чуть наклонилась вперёд, и на её лице появилась осторожная, почти неверящая улыбка. - Привет?       Цветок “ответил” не звуком и не движением в привычном смысле. Он просто раскрылся ещё сильнее, и вместе с этим жестом его свет стал чуть глубже, словно он действительно откликнулся, пусть и на своём, непонятном языке. Помни тут же отступила на полшага, словно сам факт того, что цветок “ответил” Рагате, уже был достаточным поводом для тревоги. Её взгляд задержался на стеклянных лепестках, и в этом взгляде было то знакомое напряжение, которое появлялось раньше мыслей.       - Мне не нравится, что оно с тобой говорит… - тихо сказала она, не сводя глаз с растения. И это было только начало.       Когда в зону реакции вошла Зубл, цветы перестали тянуться вперёд с мягким светом. Они потемнели, не агрессивно, а так, будто их внутренний свет стал осторожнее. Лепестки утратили ту самую приветливую яркость, становясь тяжелее. Несколько растений у самой стены медленно опустили листья, словно им пришлось экономить собственную энергию. Зубл ничего не сказала. Только остановился на секунду, оценивающе глядя вперёд, и пошла дальше, будто не заметила перемены или просто не сочла её важной. А потом пришёл Джекс. Казалось, ему всё это не слишком интересно.       - Ну давай, - пробормотал он, оглядывая растения с едва заметной усмешкой. - Покажи мне свои “дружелюбные растения”       Фиолетовый цвет пришёл не как постепенная смена, а как сбой, будто кто-то резко поменял настройку. Цветы, ещё секунду назад спокойные и мягко светящиеся, словно одновременно “вспомнили” что-то неправильное. Их лепестки стали насыщенно фиолетовыми, глубокими, почти давящими на взгляд. В этом оттенке не было агрессии, но было явное напряжение, как реакция на то, что система не может объяснить. Помни заметила это краем глаза и сделала шаг вперёд, подходя ближе к Джексу. Сначала действительно ничего не произошло, цветы просто… смотрели. Медленно, синхронно, с той неприятной точностью, которая больше напоминала наблюдение, чем естественное движение. А потом началось раскрытие. Один за другим, лепестки разворачивались медленно, но неумолимо, и вместе с этим их цвет уходил из фиолетового в алый, будто они впитывали саму плотность света вокруг Помни. Стебли выпрямлялись, становясь более уверенными, почти напряжёнными. Даже искусственный дождь над ней выглядел иначе - капли казались мягче, теплее, словно пространство пыталось “подстроиться” под неё.       - Эй… - тихо сказала Рагата, и в её голосе впервые за сцену появилось настоящее сомнение. - Помни?       - О, - протянул Джекс. Он скользнул взглядом по цветку и добавил уже тише, с привычной язвительностью:       - Поздравляю, Помни. Даже растения теперь считают тебя драматичнее всех нас. Помни резко отвела взгляд от цветка на Джекса.       - Очень смешно, - коротко бросила она, и в тот же момент ближайшие к Помни цветы засветились изнутри. Их свет стал глубже, плотнее, будто они “узнали” результат раньше, чем она сама успела его осознать. Лепестки раскрывались медленно, но теперь в этом раскрытии было что-то почти торжественное.       Рагата медленно отступила на шаг, не отрывая взгляда от происходящего, и в её голосе впервые прозвучала настоящая осторожность.       - Вот что они имели в виду...- тихо сказала она. Рагата медленно переводила взгляд - с Помни на Джекса и обратно. В её лице появилось то самое выражение, когда тревога ещё не оформилась в мысль, но уже перестала быть просто ощущением. Она явно пыталась понять, где здесь закономерность… и почему она всё больше похожа на что-то слишком личное.       Помни резко отвела взгляд от Джекса - почти слишком быстро, будто сама испугалась того, что именно она только что сделала. И в тот же миг ближайшие цветы дрогнули, как единый организм, синхронно отреагировав на это едва заметное движение. Их свет на секунду стал слабее, лепестки чуть опустились, и часть из них медленно закрылась, словно не просто “реагируя”, а воспринимая это как отказ. Джекс тихо фыркнул, но в этом звуке не было привычной резкости, скорее сухое отрицание происходящего.       - Это глупо, - сказал он, будто пытаясь вернуть этому месту хоть какую-то нормальность. И цветы рядом с ним тут же “сжались” сильнее, словно не стали спорить вслух. Их свет стал холоднее, а лепестки сложились плотнее, будто они закрывались не от него, а от самого смысла сказанного.       Они двинулись дальше, вглубь, почти не нарушая ритма этого места, будто сама оранжерея не возражала против их присутствия, пока они двигались “правильно”. Воздух оставался тёплым, и искусственный дождь всё так же падал сверху с мягкой настойчивостью. Цветы вокруг продолжали жить своей слишком аккуратной жизнью. Они мягко светились, медленно поворачивались, раскрывались и закрывались, реагируя на проходящих мимо, считывали не движения, а что-то глубже. Коридоры стекла и зелени расходились мягкими дугами, так что четкая развилка появилась не сразу, она просто “сложилась” из пространства, как будто оранжерея решила, что дальше единый путь им больше не нужен.В одном направлении дождь звучал гуще, тяжелее, будто там всё было плотнее. В другом - свет становился теплее, а растения начинали светиться мягче, почти приглашающе. И между этими направлениями не было явной границы, только ощущение выбора, от которого почему-то становилось не по себе. Джекс лениво осмотрел развилку и сунул руки в карманы.       - Обожаю такие моменты, - пробормотал он. - “Разделимся, это точно не приведёт к проблемам”.       - У нас не так много вариантов, - спокойно заметила Зубл, проводя рукой по широкому влажному листу у стены. - Если будем таскаться всей толпой, это займет вечность.       Помни молчала. Она стояла чуть ближе к одному из проходов, рассеянно глядя куда-то вглубь стеклянного коридора, будто прислушивалась к пространству вокруг. Рагата заметила это первой.       - Может… мы просто быстро посмотрим оба пути? - осторожно предложила она. - Недалеко. Зубл кивнула почти сразу.       - Логично. Джекс тихо хмыкнул, но спорить не стал. Повисла короткая пауза - та самая неловкая секунда, когда решение уже почти принято, но никто не хочет произносить его первым. И именно поэтому Рагата сказала это сама:       - Тогда я пойду с Помни. Джекс чуть повернул голову в их сторону.       - А мы? - лениво бросил он, глядя уже на Зубл.       - Подождём здесь, - закончила та за него. - Кто-то должен остаться у развилки, если эта "теплица" опять решит перестроиться. Рагата уже сделала шаг к проходу, но перед этим всё же обернулась:       - Мы недолго.       - Угу, - отозвался Джекс автоматически.       Рагата и Помни двинулись по выбранному коридору почти сразу, не оглядываясь слишком часто, словно лишние взгляды могли изменить решение, которое уже было принято. Стеклянные стены постепенно сменились плотной зеленью. Лианы сплетались над головой и по бокам, образуя живой тоннель, в котором свет становился мягче и глубже. Воздух здесь ощущался чуть тяжелее, замедляя шаги. Иногда капли искусственного дождя просачивались сквозь листву и падали уже почти неслышно, теряясь где-то между листьями и тишиной. Коридор вывел их в более открытое пространство.       Оно оказалось неожиданно большим - как будто внутри оранжереи кто-то вырезал отдельный зал и заполнил его растительностью. Стеклянные стены здесь отступали дальше, и потолок уходил выше, позволяя свету собираться в центре мягким, рассеянным куполом. В середине этого пространства стоял фонтан. Он был крупным, когда-то явно рассчитанным на движение воды, но сейчас оставался полностью неподвижным. Подойдя ближе, можно было заметить странность, которую сначала легко пропустить. Внутренняя чаша фонтана не имела привычного дна. Камень уходил вниз ровно, без видимого завершения - так, будто пространство внутри продолжалось дальше. И чем дольше смотришь в эту глубину, тем сложнее отделаться от ощущения, что фонтан бездонный.       - Помни… - осторожно начала Рагата. Она стояла у края фонтана, чуть ссутулив плечи, будто сама до конца не была уверена, стоит ли начинать разговор. Пальцы медленно сцепились перед ней, больше от внутреннего напряжения, чем от привычки. Помни остановилась не сразу. Только через пару шагов замедлилась и обернулась через плечо.       - Что такое Рагата? Она не ответила мгновенно. На секунду её взгляд скользнул вниз, в тёмную глубину бездонного фонтана, будто она пыталась собрать мысли в одном месте.       - Я хотела спросить… про Джекса. Имя прозвучало спокойно, почти нейтрально. Но Помни всё равно чуть напряглась. Это было заметно только по тому, как она отвела взгляд в сторону стеклянных стен, избегая смотреть прямо на куклу.       - А что с ним? Рагата медленно выдохнула.       - Вы стали больше времени проводить вместе...ты не приходишь на чаепития с Генгл и Зубл... Помни ничего не ответила. За прозрачными стенами медленно двигались светящиеся растения, и их мягкий свет скользил по её лицу, делая выражение ещё более растерянным.       - После всего, что произошло… - тише продолжила Рагата, всё ещё подбирая слова осторожно, - мне кажется, ты просто пытаешься держаться за что-то стабильное. Она подняла взгляд на Помни.       - Это не так, - сказала последняя, но голос прозвучал заметно тише, чем должен был. Рагата заметила это. И именно поэтому её тон стал ещё мягче.       - Я не говорю, что это плохо. Когда всё вокруг рушится, ты невольно тянешься к тому, кто кажется устойчивым. Помни отвела прикованный к Рагате взгляд на каменную чашу фонтана. Пальцы её медленно оглаживали ее, ощущая прохладу камня даже сквозь перчатки. Рагата помолчала секунду, а потом всё-таки сказала главное:       - Его вечное “мне всё равно” - это не спокойствие.       Тишина между ними стала плотнее. Где-то сверху тихо стекала вода, и этот звук почему-то делал её слова только тяжелее. - Он не умеет удерживать людей рядом, - уже почти шёпотом закончила Рагата. - Потому что сам всё время стоит на краю.       Помни резко посмотрела на неё, будто слова Рагаты задели что-то слишком личное, слишком близкое к тому, что она сама всё это время старалась не трогать внутри себя. До этого она стояла вполоборота, больше глядя в глубь фонтана, чем на Рагату, но теперь её взгляд наконец вернулся к ней, напряжённый, почти злой.       - Ты не знаешь… - тихо сказала Помни. Голос прозвучал слабее, чем хотелось. Она тут же отвела глаза снова, словно сама испугалась того, насколько резко ответила. Плечи чуть напряглись, пальцы медленно сжались в кулаки, и именно в этот момент память ударила слишком внезапно, Джекс сидел тогда слишком близко. Его взгляд, непривычно серьёзный, без привычной насмешки. Секунду тишины перед тем, как всё произошло. И сам поцелуй - неловкий, горячий. Помни резко моргнула и перевела взгляд вновь на Рагату, будто собственные мысли внезапно стали чем-то, что нельзя показывать даже случайно.       Рагата стояла напротив спокойно, только чуть сильнее сцепив руки перед собой, и эта осторожная тишина ощущалась тяжелее любого прямого спора. Её взгляд не давил,а наоборот, в нём было слишком много понимания, от которого становилось только неуютнее.       - Но я знаю, все видят это.., - тихо сказала она. Её голос стал мягче, почти уставшим. - И я знаю, как выглядит момент, когда человек начинает думать, что ему лучше рядом с тем, кто сам тонет. Помни медленно повернула голову переводя взгляд в глубину фонтана, лишь бы не смотреть на Рагату в этот момент. За прозрачными панелями оранжереи всё ещё двигались цветы - плавно, лениво, в своём странном живом ритме. И ей вдруг показалось, что их свет стал темнее. Не яркий алый, как раньше, а глубже, агрессивнее, будто сами растения уловили изменение в её состоянии раньше неё самой. Рагата осторожно сделала шаг ближе к Помни собираясь протянуть к ней руку.       - Я не прошу тебя отдаляться от него... просто что я не хочу, чтобы после всего… ты снова оказалась в ситуации, из которой нельзя выбраться.       После этого наступила тишина. Даже искусственный дождь наверху будто начал звучать приглушённее. Помни долго смотрела на протянутую руку Рагаты, будто пыталась решить, что именно сейчас будет правильным - принять её или окончательно разорвать этот момент. Затем медленно подняла взгляд. И в нём уже не осталось той осторожности, с которой она раньше уходила от разговора. Она резко оттолкнула руку Рагаты и отступила на пару шагов назад, будто само прикосновение могло причинить больше боли, чем слова.       - Хватит. Слово прозвучало коротко, резко. Рагата замерла, не сразу даже убрав руку, словно сам жест ещё не успел “дойти” до неё до конца.       - Ты не понимаешь, - продолжила Помни, и голос у неё стал быстрее, тяжелее, словно каждая следующая фраза вырывалась раньше, чем она успевала её остановить. - Ты вообще не понимаешь, о чём говоришь! Рагата чуть приоткрыла рот, собираясь ответить, но Помни не дала ей вставить ни слова.       - Это я не знаю, какого стоять на краю? - она коротко усмехнулась, и в этой усмешке не было ни капли юмора. Только усталость и что-то почти злое. За стеклянной стеной ближайшие цветы дрогнули, и их свет на секунду стал глубже, насыщеннее, будто пространство мгновенно уловило всплеск эмоций. - Рагата, - голос Помни стал тише, но именно поэтому прозвучал опаснее, - после той аварии… после всего этого хаоса... - Она запнулась на вдохе, будто само воспоминание царапнуло её изнутри. - Я просто перестала падать каждую секунду.       Рагата стояла неподвижно. Но взгляд у неё изменился. В нём больше не было попытки переубедить или защититься. Она просто слушала, будто только сейчас начала понимать, насколько глубоко зашла в разговор. Помни отвернулась на секунду, провела рукой по предплечью, словно пыталась стереть холод, которого здесь не было.       - Когда я была в той машине… рядом не было никого. Никого Голос дрогнул. Но она всё равно продолжила.       - А он… - Помни резко выдохнула, будто пыталась успокоить саму себя быстрее, чем эмоции окончательно перехватят голос. - Он хотя бы был рядом. Тишина снова попыталась вернуться между ними, осторожно, почти незаметно. Но Помни не позволила ей закрепиться. Она снова посмотрела на Рагату - теперь прямо, без попытки спрятаться за раздражением или отвести взгляд.       - Он не делал вид, что всё нормально. Не говорил “всё будет хорошо”, как будто это вообще что-то исправляет. Рагата тихо выдохнула.       - Помни… Но та уже не слушала.       - И знаешь что? - голос Помни сорвался сильнее. - Да, он грубый. Он раздражающий. Он ведёт себя так, будто ему плевать на всё. Она резко выдохнула через нос, будто сама устала от того, насколько отчаянно сейчас звучит.       - Но он рядом, и мне этого достаточно. За стеклянными стенами цветы дрогнули и вспыхнули чуть ярче, словно пространство вокруг уловило изменение в её голосе раньше, чем сама Рагата успела что-то ответить. Помни сделала шаг вперёд. Теперь между ними почти не осталось дистанции, и разговор окончательно перестал быть спокойным, даже несмотря на тихие голоса.       - А ты сейчас делаешь то же самое, что делают все остальные, - сказала она тихо, но каждое слово прозвучало слишком чётко. Рагата опустила взгляд на секунду, будто эти слова всё-таки задели её сильнее, чем она ожидала. Когда она снова посмотрела на Помни, в её лице уже не было прежней уверенности.       - Я не пытаюсь решать за тебя. Помни резко качнула головой.       - Нет. Пытаешься. - её голос стал хриплее от накопившихся эмоций. - Ты просто думаешь, что если мне “показать правду”, я вдруг пойму. Помни отвела взгляд лишь на секунду, будто собирая остатки самообладания, потом снова посмотрела на Рагату.       - Рядом с ним… мне впервые стало легче дышать в этом цирке... И впервые за весь разговор стало окончательно ясно - это не попытка оправдать Джекса. Это правда, за которую Помни держится из последних сил. Рагата долго молчала.       Она больше не пыталась что то сказать. Только смотрела на Помни внимательно и почти печально, словно теперь понимала куда больше, чем хотела. И когда она наконец заговорила, голос её стал заметно мягче:       - Я не хочу отнимать у тебя это чувство. - Она ненадолго отвела взгляд в сторону бездонного фонтана. - Я просто боюсь, потерять тебя. - После этого тишина всё-таки вернулась. Но теперь между ними стояло уже не недопонимание. А что-то гораздо сложнее.       Рагата ещё несколько секунд ждала хоть какой-то реакции, но Помни так и не посмотрела на неё снова. Тогда Рагата тяжело выдохнула и медленно отступила назад, медленно развернулась спиной к фонтану и к Помни, и пошла в сторону выхода. Она почти дошла до входа в основную часть оранжереи, когда пространство впереди внезапно ожило движением. Из-за стеклянных перегородок и лиан появились Джекс и Зубл.       Они вышли как раз навстречу, будто специально выбрали этот момент, и Рагата на секунду замерла, столкнувшись с ними прямо у перехода между секциями. Зубл первой заметила, что с Рагатой что-то не так. Она ничего не сказала сразу, просто подошла ближе и положила руку ей на плечо, коротко, почти буднично, но достаточно уверенно, чтобы вернуть её в реальность.       - Эй, - бросила она, чуть наклонив голову. - Ты сейчас выглядишь разбитой... Что произошло? Рагата не ответила сразу. Только чуть опустила взгляд, словно пытаясь найти правильную форму для ответа, которой не существовало. И именно в этот момент мимо них прошёл Джекс. Он даже не замедлился, просто лениво скользнул взглядом по Рагате и Зубл, а потом направился прямо к Помни. Он остановился перед ней слишком близко, как обычно, с той самой привычной лёгкой ухмылкой.       - Ну и что у вас тут случилось? - протянул он. - Вы как будто сцену из драмы отрепетировали без меня. Помни резко отвела взгляд и сделала шаг назад.       - Ничего, - отрезала она. Джекс чуть прищурился. Улыбка на секунду стала менее ленивой.       - Ага, - протянул он, явно не поверив. - “ничего”. Он наклонился ближе, ловя её взгляд, но Помни снова отвернулась, будто физически избегая контакта. Это уже начало его раздражать.       - Серьёзно? - тихо бросил он. - Ты сейчас решила в молчанку поиграть? Он резко, без особой грубости, но достаточно уверенно перехватил её за запястье и слегка потянул на себя, заставляя повернуться обратно. И тут же, не давая ей времени ответить, развернулся вполоборота к Рагате и Зубл, будто всё уже решено.        - Раз уж мы все снова собрались в одну кучку, давайте уже двигаться дальше. Мне это приключение начинает надоедать. Он сказал это так, будто не заметил, что Помни только что попыталась отстраниться. И продолжил стоять рядом, всё ещё удерживая ситуацию так, как будто её реакция не имела значения.       Через какое-то время коридоры начинают расходиться шире, влажные стены из стекла и лиан постепенно уступают место более открытому пространству. Шаги эхом расходятся по плитке, пока группа не выходит в большой зал, скрытый внутри главной секции комплекса. Здесь всё выглядит чуть иначе: дорожки из влажного камня расходятся мягкими дугами, светящиеся лианы свисают с высоты и тянутся вдоль стен. И в центре этого пространства, среди пересечения дорожек и мягкого зелёно-золотого свечения, появляется тонкий столб тёплого света. Он поднимается прямо с небольшого постамента, словно обозначая единственную точку внимания во всём зале. Когда они подходят ближе, становится видно, что на постаменте стоит пустой цветочный горшок. Его поверхность слегка поблёскивает в свете лиан, а сам он выглядит так, будто всё это пространство было выстроено вокруг него. Тот самый объект, который они должны заполнить по условиям приключения, наконец оказывается перед ними, подчёркнутый тишиной и странной торжественностью момента.       Первой тишину нарушает Рагата. Она делает небольшой шаг вперёд заглядывая в горшок, и взгляд её задерживается на пустом горшке дольше, чем у остальных.       - Лунариус Блум… - тихо произносит она, будто вспоминая что-то давно прочитанное или услышанное. - Это же тот самый цветок? Помни переводит на неё взгляд, не до конца понимая.       - Какой «тот самый»? Рагата чуть сжимает руки перед собой, явно подбирая слова осторожнее, чем обычно.       - Цветок из задания, распускается только под искренними чувствами Зубл слегка приподнимает бровь, переводя взгляд с горшка на остальных.       - Искренние чувства… это вообще как измеряется? - лениво уточняет она. Джекс фыркает, скрещивая руки на груди.       - Отлично. Очередной цветок с эмоциональным IQ выше среднего. Помни смотрит на горшок чуть дольше, чем на остальных, и в её взгляде появляется лёгкая растерянность.       - То есть… нам просто нужно что-то почувствовать? - неуверенно спрашивает она. Но ответа не последовало. Зубл открыла книгу которую они взяли еще в начале приключения у записки начиная ее пролистывать. Помни осторожно берёт горшок, словно он может оказаться куда более хрупким, чем выглядит, и свет вокруг него тут же становится чуть ровнее, будто реагируя на прикосновение. Постамент остаётся позади, а тонкий золотистый отблеск, который сопровождал их всё это время, начинает мягко тянуться следом, как указание направления.       - Ладно, - выдыхает Зубл, закрывая книгу. - Раз цветок такой чувствительный, давайте просто не будем его бесить по дороге.       - Это вообще не план, - устало замечает Рагата, но всё же идёт рядом, чуть ближе к Зубл.       Джекс идёт чуть позади, засунув руки в карманы и время от времени поглядывая на пустой горшок с выражением человека, которому только что выдали проблему с эмоциональной подоплёкой вместо нормального квеста.       - «Искренние чувства», - лениво тянет он. - Гениально. То есть нам нужно либо начать коллективно плакать, либо устроить групповую терапию прямо в коридоре? Помни слегка хмурится, не отрывая взгляда от горшка.       - Может, он реагирует не на любые чувства… а на конкретные? - неуверенно предполагает она. - Типа… радость или что-то плохое?       - Или наоборот, - вставляет Зубл, - на то, что вы обычно тщательно прячете.       Рагата на секунду замедляет шаг, будто эта мысль задевает её сильнее, чем должна, но быстро берёт себя в руки. Джекс фыркает, но уже без привычной насмешки.       - Отлично. Значит, у нас не квест, а эмоциональный экзамен. И пока они идут к выходу, горшок в руках Помни остаётся тихим и пустым. Они почти доходят до выхода, когда световая дорожка начинает тускнеть, а стеклянные стены снова становятся ближе и холоднее. Помни аккуратно ставит горшок на пол рядом у выхода, и этот жест выглядит слишком осторожным для чего-то, что по сути является просто частью задания.       Группа останавливается вокруг него почти автоматически, образуя неровный круг. Но ощущение единства здесь обманчиво: Рагата мысленно держится в стороне. Её плечи немного напряжены, взгляд постоянно уходит мимо горшка. Вся её поза выдаёт не привычную собранность, а тихую тяжесть, которая так и не отпустила после их ссоры. Помни это замечает, но ничего не говорит. Просто чуть сильнее сжимает пальцы в перчатках и переводит взгляд обратно на горшок. Зубл лениво присаживается на пол, скрещивая руки на груди и оглядывая сцену с тем же ехидным спокойствием, которое не меняется даже в странных ситуациях.       - Ну и что дальше? - тянет она. - Ждём, пока он решит, что мы достаточно «искренние»?       - Мы слишком усложняем, - тихо отвечает Рагата. Помни слегка хмурится, не отрывая взгляда от горшка.       - И что тогда делать?.. - неуверенно спрашивает она. Рагата несколько секунд молчит, будто собираясь с мыслями, а потом медленно выдыхает и наконец поднимает взгляд в сторону выхода из оранжереи.       - Может… просто выйдем отсюда ненадолго, - тихо предлагает она. - Здесь уже невозможно нормально думать.       Помни на секунду замолчала, затем, не глядя ни на кого, медленно наклонилась и подняла горшок с Лунариус Блум.       - Идём, - коротко бросила она, уже разворачиваясь к выходу. Никто не стал спорить. Они вышли из комплекса вместе. И только когда стеклянные стены оранжереи остались позади, а влажная тяжесть воздуха наконец сменилась на более холодный, настоящий ветер, стало понятно, насколько они были напряжены всё это время.       Свежий воздух ударил в лицо почти резко, возвращая ощущение реальности после замкнутого пространства. На секунду никто не говорил. Только трава мягко колыхалась под ногами, и свет снаружи казался менее искусственным, чем всё, что было внутри.       Цветок в руках Помни дрогнул, и это движение сначала показалось почти случайным, лёгкая вибрация горшка, словно растение внутри отреагировало на свежий воздух. Но уже в следующую секунду Лунариус Блум начал медленно подниматься из под земли и раскрываться. Лепестки раскрывались один за другим плавно, будто цветок распускался не снаружи, а изнутри самого света. Золотистое сияние становилось всё ярче, разливаясь по полю тёплыми волнами и окрашивая траву мягким светом. Всё вокруг словно наполнилось этим свечением: светлячки вспыхнули ярче, одуванчики начали мерцать в такт Лунариус Блум, который выглядел так, будто ему не место в цирке вообще. Помни смотрела на него, не моргая. Рагата медленно выдохнула, и впервые за долгое время её плечи чуть заметно расслабились. И в эту короткую, почти хрупкую секунду всем действительно показалось, что приключение закончилось. Что они наконец сделали всё правильно. Но ничего не произошло. Кейн не появился, как появлялся всегда в конце удачного приключения. Не открылся портал, не изменилось пространство. Поле осталось прежним, тихим, залитым золотистым сиянием Лунариус Блум. И именно отсутствие привычного финала первым нарушило ощущение победы, незаметно возвращая напряжение обратно. Помни заметила это первой. Её взгляд дёрнулся в сторону пустого пространства, а затем медленно вернулся к цветку.       - Подождите… - тихо произнесла она, и в голосе почти сразу появилась тревога. - А где Кейн?       Никто не успел ответить. Свет вокруг цветка становился всё ярче, но теперь в этом сиянии появилось что-то неправильное. Лепестки раскрывались всё шире, выгибаясь под неестественными углами, словно цветок больше не помещался в собственной форме. Из центра послышался влажный треск, сначала тихий, почти как ломающееся под дождём дерево, но с каждой секундой он становился тяжелее и отвратительнее, будто внутри что-то двигалось и пыталось выбраться наружу.       Помни вздрогнула первой, когда стебель резко дёрнулся вверх прямо у неё в руках. Движение было настолько внезапным, что она инстинктивно отшатнулась, не удержав горшок. Он выскользнул из пальцев и с громким треском разбился о плитку, разлетаясь осколками по траве. Но хуже было не это. В ту же секунду корни рванули наружу, пробивая землю и камень с сухим хрустом. Они мгновенно проросли сквозь плитку, расползаясь длинными тёмными отростками. Трава начала сминаться и темнеть, светящиеся одуванчики гасли один за другим, а сам Лунариус Блум продолжал расти, как что-то живое, почти с голодной скоростью, будто всё это время он только ждал момента, чтобы перестать притворяться цветком.       - …Ну конечно, - выдохнула Помни почти обречённо. -Конечно это оказался монстр. И именно в этот момент рядом совершенно невозмутимо раздался хлопок ладоней. Джекс, не сводя взгляда с разрастающегося чудовища, лениво поднял руку в сторону Зубл.       - Ну что, - с заметным удовлетворением протянул он, - а я говорил, что нас попытаются убить. Зубл даже не колебалась.       - Ага, - фыркнула она, со всей серьёзностью отбивая ему пять. - Наконец-то приключение снова стало честным. Хлопок ладоней прозвучал настолько буднично на фоне ломающейся плитки и рычащего растения, что Помни уставилась на них почти с оскорблённым недоверием.       - ВЫ СЕЙЧАС СЕРЬЁЗНО?!       - Очень, - спокойно ответил Джекс, уже отходя на пару шагов назад, пока за его спиной корни продолжали вспарывать землю. - Если в квесте слишком долго всё спокойно, значит более мучительной будет наша смерть в конце.       Монстр резко дёрнулся, заставив корни под землёй заходить ходуном, а лепестки вспыхнуть болезненно ярким золотом. Из сердцевины вырвался рваный влажный звук, от которого задрожали стеклянные стены оранжереи и пошли трещины по панелям. Светлячки разлетелись в стороны, будто заранее почувствовали опасность. А потом в воздухе появилась пыльца.       Сначала её почти невозможно было заметить. Лёгкие золотистые частицы медленно поднимались вокруг монстра, кружась в тёплом свете, как светящийся снег или пепел. Они выглядели слишком красиво для чего-то опасного. Пыльца оседала на траву, листья, одежду и волосы, покрывая всё мягким мерцающим слоем. И только через секунду стало ясно, что что-то не так. Помни резко закашлялась первой, инстинктивно хватаясь за горло. Воздух будто изменился внутри лёгких, стал густым и тяжёлым, каждый вдох ощущался как попытка вдохнуть воду. Рагата согнулась следом, зажимая рот рукой, в её глазах мгновенно появилось паническое непонимание. Гэнгл судорожно пыталась вдохнуть, цепляясь за маску, а Зубл выругалась сквозь кашель, отступая назад, пока золотой туман расползался по полю. Пыльца забивала лёгкие слишком быстро.       Звуки начали глохнуть, будто мир уходил под воду. Движения замедлялись, золотой свет расплывался перед глазами мутным пятном. Помни чувствовала, как ноги перестают её держать, а жжение в груди становится невыносимым. Она попыталась вдохнуть глубже, но воздух будто исчез. Последнее, что она увидела сквозь темнеющее зрение, - огромный силуэт цветка и золотой туман, полностью поглотивший поле.       Резкий вдох вырвался сам собой, рваный и болезненный, будто лёгкие снова заставили работать насильно. Помни дёрнулась и резко открыла глаза. Цирк ударил в лицо яркими цветами и ровным светом. После золотого тумана всё казалось слишком резким и ненастоящим. Она всё ещё лежала на полу. Воздух был обычным, но грудь сжимало остаточное удушье. Рядом послышался кашель. Помни приподнялась и увидела остальных: Рагата тяжело дышала, Гэнгл явно была на грани паники. Джекс уже стоял, но выглядел непривычно серьёзно.       - ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС С УСПЕШНЫМ ПРОИГРЫШЕМ! - радостный голос Кейна разнёсся по залу настолько бодро, будто ничего необычного только что не произошло.       Он появился прямо посреди комнаты с широкой улыбкой, раскинув руки так, словно встречал победителей какого-нибудь праздничного шоу, а не группу людей, которые несколько секунд назад буквально задохнулись насмерть.       - Честно говоря, я впечатлён! - продолжил он с искренним энтузиазмом. - Не каждый день команда умудряется активировать финальную стадию босса, полностью пропустив ВСЮ цепочку подсказок! Зубл медленно подняла голову, всё ещё сидя на полу.       - …Подсказок? - переспросила она с таким выражением лица, будто только выбирала, закричать или ударить кого-нибудь. - О КАКИХ ИМЕННО ПОДСКАЗКАХ СЕЙЧАС ИДЁТ РЕЧЬ? Кейн на секунду замолчал и задумчиво постучал пальцем по "подбородку".       - Ну-у-у… - протянул он. - Разве вы не нюхали цветы? В зале повисла тишина. Помни медленно моргнула. Рагата всё ещё выглядела слишком вымотанной, чтобы даже злиться. Джекс уставился на Кейна так, будто впервые всерьёз рассматривал вариант убийства. И только Гэнгл совсем тихо пробормотала:       - …Надо было нюхать цветы?.. Все одновременно отрицательно покачали головами. Кейн удивлённо раскрыл глаза.       - О-о-о. Ну тогда да, это многое объясняет! Он пожал плечами с абсолютно беззаботным видом, будто речь шла не о смертельной ловушке, а о неправильно собранном пазле.       - Ладно! Учту на будущее! Следующее приключение постараюсь сделать чуть более… простым.       - НЕ НАДО СЛЕДУЮЩИХ ПРИКЛЮЧЕНИЙ ВООБЩЕ, - моментально рявкнула Зубл.       - Отличная обратная связь! - радостно сообщил Кейн, уже начиная растворяться в воздухе. - Совсем её проигнорирую! И прежде чем кто-то успел ответить, он исчез вместе со вспышкой света, снова оставляя их одних посреди цирка, уставших, злых и всё ещё ощущающих в горле фантомный вкус золотой пыльцы.       Главный зал цирка снова наполнился привычной искусственной “нормальностью”, которая всегда возвращалась после приключений, будто ничего важного не происходило. Но в этот раз что-то всё равно изменилось. Рагата и Помни больше не стояли рядом. Не было ни сцены, ни открытой ссоры, только тихое расстояние, которое ощущалось сильнее любых слов. Рагата пару раз будто хотела заговорить после возвращения, но каждый раз останавливалась раньше, чем фраза успевала сформироваться. Помни же просто избегала её взгляда, не пытаясь ни разрядить тишину, ни сделать вид, что разговор у фонтана ничего не изменил. Потому что изменил.       Рагата впервые сказала вслух то, чего боялась. А Помни впервые слишком явно показала, к кому на самом деле тянется. И теперь они обе понимали друг друга лучше - но легче от этого не становилось.