Берег, который нас помнит.

      Пять лет назад в полночь обелиск в секретном хранилище банка Гринготс дал трещину прямо по руне, аккуратно выведенной гоблинской бронзой старым алхимиком. В тот же день утром самого Велимира не стало, а темноволосую волшебницу , находящуюся в тот момент внутри одной из древнейших пирамид Египта, накрыла болезненная волна воспоминаний, яростно выстраивающихся в пустоты сознания.       Она вспомнила мечущегося блондина из школы, их дружбу, безмолвную поддержку и особую связь. Вспомнила все мгновения той дружбы и войны рядом друг с другом, затем Яксли, проклятие. А затем их с Драко жизнь и странную болезненную привязанность. Все эти годы она чувствовала все ее оттенки, писала ее на своих картинах, чарами оживляя полотна , замуровывала ощущения в скульптурах и искала новые способы познания. Но никак не могла расшифровать, что же это и от куда.       Пробелы в памяти Рея объясняла защитой психики после войны, но внутренний голос шептал о колдовстве и вынужденной потере. Профессор Драгаш, у которого она училась гоблинской магии, лишь вскользь упомянул о долговой печати ее семьи. Он не раскрывал ей подробностей, сколько она не просила, говорил лишь, что она с гоблинами рассчиталась и теперь не стоит лезть туда. Рея предполагала что все это связано, но у нее не получалось собрать все кусочки мозаики. Поэтому она отправилась по миру изучать магические учения разных этносов, в надежде вернуть себе свою жизнь.       После Словении, она уехала в Румынию изучать древнюю кровную магию, параллельно устроилась волонтером в Драконоведческий заповедник. Там Рея в благодарность за работу получила сброшенную драконью чешую, костные драконьи иглы и даже слезы румынского Длиннорога. Именно этими слезами был напитан их с Драгашем обелиск, но она этого, конечно, не помнила.       После Румынии ее завлекла Чехия: старые алхимические башни, готические соборы с потрясающими витражами, кабалистические фолианты. Здесь Рея изучала Астрологию. Здесь же она вернулась к своим полотнам, у нее впервые получилось запечатлеть на холсте сложный перелив ощущений, который она не способна проявить на пленке своей памяти и осознать.        В Праге Рея прожила около года, пока изучая свои тетради и записи, не нашла старую вырезку из Придиры о школе Махотокоро в Японии. В ту неделю она подарила свои полотна местному детскому дому маглорожденных волшебников, от которых отказались родители, и отправилась простым самолетом с несколькими пересадками прямиком на остров Минами. Там она провела два года постигая самодисциплину, медитацию и учения.       Магия Махотокоро давалась Рее не легко, но завораживала своей красотой. В ее основе было состояние и сила намерения, поэтому Рее приходилось часами успокаивать свой ум и приводить тело в равновесие, прежде чем сенсеи допускали ее к занятиям. Волшебница постигла азы магии каллиграфных свертков и подарила профессору ароматные чернила, рецепту которых обучилась у мастера в Косом переулке, в Лондоне.              Здесь, в Японии, девушка впервые осознала силу своей чувствительности и проводимости. Ее полотна стали минималистичней, мазки выверенными и легкими, а чары воздушнее и утонченнее. В Японии Рея приняла себя и свою ситуацию, она отпустила обиду и чувство несправедливости, поселившиеся в ней еще в Любляне. Она перестала злится на учителя-алхимика, который ничего ей толком не рассказывал, а просто продолжила путь становления новой себя с тем, что она имеет. Там же впервые она распознает в своих картинах любовь. А затем, во сне, видит образ со спины - высокого стройного юноши с платиновыми волосами на краю астрономической башни Хогвартса.       На следующее утро Рея посетила своего мастера при школе и, с его позволения, сложила чемоданы и отправилась в Уганду.       Там жила жрица Намайя Са-Неферу, хранительница древнего круга сновидцев, которые умели путешествовать во снах. Рее предстояло найти ее и пройти испытание, после которого будет ясно, возьмет ли Намайя ее в ученицы.

***

      Намайя Са-Неферу была невероятно красивой женщиной, ее кожа угольно-фиолетового оттенка была обрисована несколькими слоями легкого прозрачного шифона молочного цвета. Седые волосы были собраны золотым платком в высокий тюрбан. Она пахла миррой и специями. Ее лицо украшали пухлые губы, кошачьи миндалевидные глаза и золотые татуировки с древней племенной письменностью. Рея нашла дом жрицы в горах, недалеко от школы Уагаду. Чтобы добраться до него необходимо было пересечь большое черное озеро в ночи, направление необходимо было считать по звездам. Затем, на противоположном берегу нужно было дождаться, пока солнце выглянет из берегов озера, и только тогда подниматься вверх в гору.       Небольшой храм из полированного черного камня волшебным образом открывшийся ее виду из-за плотной туманной дымки, стоял на высоких каменных сваях. Вокруг него было семь больших, таких-же как дом, черных каменных чаш с водой. Внутри чаш золотом были выгравированы созвездия. По кромке пола спускались с бордюров подвешенные латунные колокольчики с резными костяными язычками и медными символами. Влажный поток ветра толкнул Рею в спину, приглашая пройти внутрь храма.       Она сняла свои ботинки, аккуратно поставив рядом со ступенями, ведущими внутрь. Оставила там же сумку - дала себе минуту на молчание и осознание себя в том моменте. Почувствовав голыми босыми ступнями сырую землю, а макушкой теплые солнечные лучи. Рея сделала несколько вдохов и выдохов, очищая свой разум и тело, как ее учили в Японии.       Ей больше не нужна была окклюменция, для защиты, в Махотокоро она обучилась естественной силе удержания своего внутреннего состояние и недопуска туда никого более без усилий и заклинаний.       Рея шагнула внутрь черного храма и прохлада встретила ее мурашками по коже. Она делала шаг за шагом, ощущая голыми ногами воду скользящую по полу синхронно ее шагам. На стенах висели факелы, а длинный каменный коридор спускался пологим склоном вниз. Внутренний голос девушки подсказывал, не смотреть под ноги и не заглядывать в воду, она закрыла глаза и шла дальше так - «на ощупь». Вскоре голос в голове остановил ее в большой темной зале с купольным сводом.

      «Ты пришла заполнить свои дыры?» - женский голос эхом отдавался в черепной коробке, стараясь пошатнуть спокойствие Реи.

«Хочешь вернуть все? Вспомнить? Или потешить свое эго новыми сокровищами для интеллектуальной копилки?»

      Рея помотала головой ни произнеся ни слова.

«Ты пришла за ним, за его образом… я вижу все…»

      Рея сглотнула, и вновь помотала головой. Честно признаваясь самой себе, что мысли на этот счет оставались, но уже не были движимой силой. Она отпустила образ и не пыталась догнать его.

«Тогда, что тебе нужно?»

Рея сделала глубокий вдох, ощущая как жрица пробирается ей под кожу, стараясь дотянуться до разума.

- Я буду учиться у тебя.

«Самоуверенно. С чего ты решила, что я стану учить тебя? С чего ты решила, что ты готова и подходишь?»

- Это мой путь, я точно знаю, что должна перенять у тебя знания, которые ты будешь готова раскрыть мне. Я нашла дорогу к тебе и не оступилась ни на шаг, я достойна и готова учиться. Я твоя ученица, Намайя Са-Неферу, о прекрасная мать всех звезд и созвездий, чьи стопы прокладывают путь заблудшим, а ладони раскрываются объятиям всем нуждающимся. Я та, что не ждет ни ладоней, ни стоп твоих, та, кто готов поднять перед тобой голову и воззреть в глаза твои.

      Вихрь закружил водяные капли поднимая их круговоротом вокруг Реи, но та не шевелилась. Зал наполнился невыносимым звуком латунных колокольчиков, а голоса в голове твердили открыть глаза. Девушка не сдвинулась с места, пока все резко не затихло и капли не повисли в воздухе.       Рея сквозь закрытые глаза увидела перед собой высокую темнокожую жрицу в молочно-золотых прозрачных одеяниях. Она увидела залу расписанную цветными фресками растительной тематики. Огонь в факелах на стенах и каменный чаши с водой на полу.       Са-Неферу взяла себе в ученицы одну очень упертую сообразительную волшебницу с Когтеврана.       Через год жрица отправила Рею в пирамиды Египта, готовую к самостоятельным практикам сновидческих путешествий. Ей предстояло первый раз самостоятельно пройти в царство Великого Тота и погрузиться в тайны собственного сознания.       Там в Пирамиде Унаса Рею пронзило тысячью стрелами - фрагментами памяти, осколками ощущений и телесной памяти.       Когда на рассвете девушка вышла из пирамиды встречать солнце, ее красные опухшие от слез глаза были не готовы к рассветным лучам. Она упала на колени зарываясь руками в песок. Ее переполняла гамма своих старых, но ставшими непривычными для нее чувств. Было сложно в моменте понять, что же именно происходит внутри. Она чувствовала облегчение от возврата искомой памяти. Чувствовала ту любовь и тепло к юноше из прошлого, ощущала свербящую боль предательства, осознавая себя одной сейчас посреди этого мира, злилась на такой поток эмоций и невозможность их контролировать - она столько лет провела в практиках, дисциплинируя себя, а теперь рыдает посреди пустыни как школьница. Очень много разного проносилось в ее голове, очень много эмоций боролись за главное место сейчас в ее теле.       Из-за горизонта показалось небольшое темное пятнышко, отбрасывающее тень на волшебницу. Она поднесла руку к глазам, прикрывая их от лучей и увидела летящего к ней черного ворона.       Птица приземлилась на песок, рядом с девушкой, оставляя подле кулон в виде серебристого октаэдра. Тот самый, что в начале своего обучения у Велимира Рея собрала для него. Однако теперь внутри светилась серебристая нить - фрагмент памяти самого алхимика. Ворон издал резкий клокочущий звук, помогая Рее окончательно вернуться в реальность, и, взмахнув широкими крыльями, взмыл в небо, оставляя за собой невесомые песочные вихри.       Через несколько дней Рея вернулась к Намайе в Уганду. Она открыла жрице свое сознание и показала встречу с Бесом и Тотом по ту сторону реки в Египте. Са-Неферу к моменту приходу ученицы в храм знала, что к той вернулись все ее воспоминания. Она встретила девушку подругой и объявила об окончании ее обучения.

- Это все, чему тебе нужно было учиться здесь. Куда дальше лежит твой путь?

-Благодарю тебя. Я хочу вернуться в Лондон, мне нужно время вернуться в прошлое, и дальше отправлюсь в Латинскую Америку…

      Намайя одобрительно кивнула и молча смотрела на ученицу, ожидая продолжения.

- Могу я просить тебя о доступе к омуту памяти… - Рея достала из кармана кулон Велимира с прозрачными нитями внутри…. - это моего учителя Алхимика из Словении, полагаю его больше нет с нами.

-Ты знаешь, что там Фрея, -Жрица всегда обращалась к волшебнице только полным именем. - тебе больше не нужен омут, раз Тот отпустил тебя обратно, не уничтожив в своей обители.

      Девушка понимала все, что говорит ей Намайя. Но ее пытливый ум не переставал желать подтверждения. Сколько бы практик и знаний не получала Рея, ее мозг постоянно искал подтверждения правоты собственных ощущений. Будто эта генетическая программа вшита в нее с молоком матери. И теперь всегда самый первый соперник, встречающий ее на пути, это она сама - ее ум, анализ и недоверие собственному телу.

- Ты уверена, что стоит вернутся в Британию?

- Думаю да, я справлюсь…

      Намайя вспорхнула со своего каменного ложа, устеленного бархатными покрывалами, и легким движением, словно последний осенний лист, подхваченный дуновением ветра, элегантно приземлилась на пол рядом с Реей. Жрица развернула левую ладонь. В ней серебряно-золотыми переливами собирался в воздухе тонкий браслет. Серебрянные звезды хороводом опоясывали золотые солнечные блики и платиной вживались в единую цепочку.

- Левую ногу, Фрея.

      Девушка послушно выставила вперед аккуратную загорелую лодыжку, приподнимая штанину широких шелковых штанов. Намайя обхватила украшением ее ступню и браслет впечатался в кожу, оставляя блестящую татуировку, снисходящую к пальцам россыпью искр.