Боги Олимпа

Глава 3 -Эта идея уже не кажется мне хорошей. До свадьбы мне всё же удалось выпросить собственные покои, хотя Адонис совсем не был рад такому моему желанию. Но сегодня этот день настал. Дядя на мгновение останавливается, но затем снова продолжает расчёсывать мне волосы. -Это нормально. Ты выходишь замуж не по любви, так что сомнения вполне естествены. -У меня плохое предчувствие,-пытаясь унять внутреннюю дрожь я перебираю в руках ткань совсем непривычного мне тёмно-синего платья,-не только по поводу свадьбы. -Это мандраж, милая,-Ахиллес как-то неуверенно улыбается,-всё будет в порядке. Нам пора. Я поднимаюсь, едва чувствуя силу в ногах не только из-за того, что произойдёт с минуты на минуту, но и из-за того, что чахну здесь, где мне не предоставлены ни одна служанка, где одежда и устои и совсем другие, даже волосы мне приходится по здешним порядкам носить не в причёске. И солнце... Солнца мне ужасно не хватает. Единственная радость-мои щенки, которые за три дня уже стали в два раза больше. С Адонисом мы перемолвились лишь парой слов, потому что все мои попытки поговорить он пресекал и уходил. Поэтому всё время я проводила с дядей, которые почти безуспешно пытался развеселить меня. Перед тем как выйти в главный зал, я делаю тяжёлый вдох, а затем, дядю под руку, захожу, распрямляя плечи. Собравшаяся толпа смешанная реагирует на моё появление, приветствуя редкими хлопками и частыми перешёпываниями. На небольшом возвышении стоит Адонис,одетый в гиматий алого цвета, который лишь едва открывает его кожу, дополнительно укрытую накинутым чёрным плащом с серебряными нитями, образующими диковинный узор. Чуть дальше, словно в тени, как орлы или стервятники, за происходящим следят Периклис и Ликандр. Пожалуй, всё это больше напоминает погребение. -По их обычаям дальше ты должна идти сама,-тихо говорит Ахиллес, останавливаясь примерно на половине пути. Следуя примеру Адониса я не отрываю от него гордого взгляда и иду навстречу, уже не обращая внимания на ненужные мне голос не моего народа. За несколько шагов до того, чтобы остановиться рядом, парень протягивает руку, и я удивлённо вкладываю свою ладонь в его, всё такую же ледяную. Стоит нам оказаться друг напротив друга, на возвышении также появляется полностью седой старик, плотно закутанный в мантию, показывающую лишь его лицо и бороду. -Сегодня мы соединяем судьбы Геры, со двора Зевса, и Адониса, со двора Аида,-он подходит к нам и подаёт золотой кубок с вином, сплетая наши руки друг с другом белой тканью. Вероятно, это единственное светлое, что здесь есть,-как этой священной тканью мы сплетаем их ладони, так сплетаем их судьбу, пока смерть их не разлучит. Если оба согласны с этим, то испейте же вина из рук друг друга. Сначала юный принц, затем юная королева. Открытое платье снова заставляет меня трястись от холода, поэтому кубок дорожит, когда Адонис губами касается напитка. Уверенно он помогает сделать это мне, после чего старик развязывает наши руки и забирает вино, провозглашая: -Да будет так. Присутствующие взрываются аплодисментами, а Адонис, впервые за эти дни улыбается мне, накидывая на плечи свой плащ и закрепляя его: -От того, что вы стали моей женой, вам не перестанет быть здесь прохладно, анасса. -Мы не должны закрепить союз поцелуем?-удивляюсь я, но тут же осознаю глупость вопроса. -Я не желаю делать ничего против твоей воли,-просто отвечает парень, пытаясь согреть мои руки,-к тому же, у нас это не обязательно. Только если вы сами желаете. На мгновение сердца уходит в живот от его слов, но я умело отгоняю это чувство, поэтому уверенно улыбаюсь: -Не сегодня,юный принц. -Разумеется. Народ спешит к столу-нам надо бы последовать их примеру. Действительно, стоит мне посмотреть в зал, как люди стремительно удаляются, на месте неподвижно остаются лишь три фигуры в чёрных мантиях, от которых дыхание замирает, а время словно начинает течь медленнее. Губы сами произносят: -Мойры. Вот что это было за предчувствие. Фигуры широкими шагами приближаются всё ближе, когда Адонис чуть отодвигает меня за себя. Инстинктивно я оборачиваюсь но, кроме нас пятерых, в зале никого нет. -Не стоит вертеть головой, милая. Голос раздаётся пугающим эхом, и неясно, какая из мойр говорит это. -Наши слова только для молодых. -Нам ни к чему ваше присутствие,-говорит Адонис таким твёрдым тоном, какого я от него ещё не слышала,-не стоит омрачать праздник и пугать людей. -Ты видишь здесь кого-то, кроме нас, мальчик?-женский голос скрипуче смеётся,-наше предсказание только для вас. Позвольте нам сказать, и мы уйдём. -Чтобы то, что слетит с ваших ртов, наверняка сбылось?-с каждым новым словом голос парня становится всё мрачнее. Эхо теперь раздаётся совсем близко, хотя мойры стоят на месте: -Оно и так сбудется. Мы лишь хотим предупредить. Несмотря на то, что мойры- предшественницы зла, и их стоит опасаться, я всё же понимаю, что они правы, поэтому заставляю Адониса повернуться ко мне, и говорю тихо: -Позволь им сказать, иначе мы простоим так вечность. Всё уже предначертано, так лучше будет услышать раньше. Он поджимает губы, кивает, а затем обращается к мойрам: -Говорите и убирайтесь. Их мантии вдруг подлетают, не оставляя за собой ничего, но соединяются в огромный шар, который ослепляет всё вокруг, заставляя прикрыть глаза. Голос теперь раздаётся прямо в голове, каждым словом проникая прямо под кожу: -Свершился союз-изломан вечный закон, Смешалась запретная кровь под тенями времён. Не знали миры, чтобы сливались Аид и Зевс, И ныне трещит полотно небес. Не свет он несёт-лишь гибель, разлад, Он станет падением царств и преград. Воскреснет война, пожирая богов и людей, И крик её эхом пройдёт сквозь ветви теней. Разорваны цепи, державшие тьму, Титаны поднимутся, зов окликнув ему. Из бездны, где вечность скрывала их гнев, Они выйдут, ломая судьбы-жизни всех. Запомните: брак этот-метка, печать на судьбе, Где близость лишь гибель в каждой борьбе. Живите в страхе-он станет вам верным спутником в час, Во весь этот год никто не останется вне смерти из вас. Стоит пророчества закончится, как шар с пышкой исчезает, оставляя нас в зале вдвоём с Адонисом, который тут же встревоженно смотрит на меня, всё ещё держа свою ладонь на моём локте: -Всё в порядке? Страх не успел сковать меня полностью, однако всё же завладел значительной частью тела. -Да,-несмотря на это отвечаю я и нервно усмехаюсь,-к нам всего лишь заявились мойры, которых уже давно никто не видел, и предсказали полный хаос. Всё хорошо. -Нам пора,-парень кивает,-никому не говори о пророчестве. Поговорим об этом и всём остальном в моих покоях. Пока делай вид, что ничего не произошло. В соседнее помещение с огромными столами, за которыми обедает несколько десятков людей, мы заходим в полной тишине, каждый погружённый в тяжёлые мысли. Задерживая взгляд на мне дядя вопросительно приподнимает бровь, но я лишь чуть качаю головой, следуя за новоиспечённым мужем во главу стола, всё ещё обдумывая слова предсказания. -Тебе следует держать голову выше,-шепчет Адонис, когда мы оба не хотя приступаем к еде. -Держать голову выше?-я хмурюсь от глупости его слов,-когда мы только что узнали о... Парень не даёт мне договорить, резко примыкая своими губами к моим. Присутствующие тут же хлопают в ладоши, а я резко отстраняюсь, непонимающе смотря на Адониса, глаза которого весело со щурина. -Что ты делаешь?-вопрос получается тихим, потому что,помимо удивления, сердце что-то колыхнулось. -Я просил не говорить об этом,-просто отвечает он, отпивая вино,-не говори, иначе я повторю. Лучше ешь. Вся эта еда в нашу честь. И вся эта еда, как и вино, чудесно. Я чуть поворачиваю с корпусом к Адонису, кивая: -Так налей мне вина. Пока он занимается этим, я закидываю в рот несколько кусочков сыра и ягод винограда, внимательно наблюдая за движениями парня. Когда он наконец ставит передо мной кубок, я почти касаюсь напитка губами, но в последний момент протягиваю его обратно, чуть наклоняя голову в бок, прищуриваясь, смотря на Адониса: -Ты знаешь, как умер мой отец? Что ж, пожалуй, об этом знают все. -Вы боитесь,анасса?-не отводя от меня взгляд парень делает небольшой глоток, а затем возвращает кубок мне,-что ж, умрём так вместе. Довольно улыбаясь я почти залпом выпиваю всё, а Адонис один за другим наполняет наши кубки, с каждым из которых становится теплее и веселее, а по телу разливается приятная слабость. Когда я предпринимаю попытку снять плащ, парень мягко останавливает меня: -Не стоит. Сейчас жарко-потом заболеешь. -Поднимем бокалы для молодых,-Периклис поднимается с места, недалеко от нас, напротив моего дяди, прожигая меня взглядом,-и за короля Адониса, каковым он стал сегодня благодаря женитьбе. Надеюсь, его правление будет справедливо, а юная королева вскоре подарит нам столь желанного наследника! -Хотелось бы присоединиться,-дядя также встаёт, в отличие от Периклиса смотря с улыбкой и на меня, и на Адониса,-вспомнить меня в годы... Что ж, приятно, но не для культурной публики. Поэтому от всего сердца мне бы хотелось пожелать наслаждаться жизнью и друг другом, слушай свои желания и следовать своим целям. Выпьем же за это! Люди с криками радости чокаются, а от слов Ахиллеса на мои глаза наворачиваются слёзы. Я порываюсь встать, но Адонис нажимает мне на плечи, заставляя оставаться на месте. Он наклоняется ко мне, как бы обнимая, но на самом деле шепчет: -Не сейчас. Скоро мы пойдём, и втроём поговорим с твоим дядей, чтобы безопасно вернуть его наверх. -Безопасно?-не понимаю я. -Пойдем сейчас. Мой человек приведёт Ахиллеса к нам. Я не успеваю снова задать вопрос, потому что Адонис поднимается, взяв меня за руку, и кивает своему отцу, после чего, под очередные овации, мы с парнем скрываемся в одном из коридоров, куда почти сразу заходит мой дядя, явно удивлённая, почему его так резко вырвали с застолья. Впрочем, как и я. -Вас вернут в ваш двор,-тихо начинает говорить Адонис,-усилите охрану у дворца, не допускайте чужих, не принимайте еду из рук не своих, займитесь усилением армии. -Что-то грядет,юный король,-Ахиллес понимающе кивает,-полезный совет: если чувствуешь опасность-бей первым. И защищай мою племянницу, если хочешь жить. Она-твоя жена и истинная королева всех дворов. Мужчины жмут друг другу руки, а я лишь хлопаю глазами, не понимая, что происходит. Дядя крепко обнимает меня, утыкаясь носом в плечо: -Будь сильной,дитя. И следуй своим целям. Мы правим громом и судьбами. Ты правишь ими. После этих слов он так же резко отпускает меня, покидая нас. Сердце защемляет, становится больно почти как тогда, когда я только вступила на ту лестницу. -Гера,-Адонис кладёт ладони мне на плечи, смотря прямо в глаза, застеленные пеленой слёз,-с ним всё будет хорошо. -Я не понимаю...-я всхлипываю,-что происходит... -Я постараюсь объяснить. Идём в покои. Комната Адониса, разумеется, значительно больше той, в которой огромная кровать с балдахином, шкафы, книги, ковры, картины, несколько огромных окон. -Теперь это и твоё, пока мы здесь,-кивает парень, садясь на массивный вырезной стул недалеко от небольшого дивана,-том, о чём мы будем говорить сейчас, останется только между мной и тобой, хорошо? Я расскажу тебе как есть-ты расскажешь мне чего хочешь. Правда за правду. -Правда за правду,-киваю я, опускаюсь на наимягчайшую кровать, которая чуть проваливается подо мной. -Поскольку я стал твоим мужем и королём, а ты королева, мы имеем права на владения друг друга, но моего отца и брата не устраивает потери власти. Их никогда не устраивала быть на втором месте. Один сын-неприятность, но решаемая, два-уже опасность, поэтому оба меня не любят. Но не сейчас стоит говорить о наших семейных отношениях. Потенциальных владений у них теперь ещё больше: кто-то останется здесь, кто-то начнёт править двором Зевса, и это не будет не по праву. Но перед этим... Перед этим они уберут сначала твоего дядю, а затем нас обоих. Возможно, промежуток между этим всем будет приличным, чтобы затуманить наше внимание, но он будет. Нам придётся что-то сделать с ними. Что-решим после твоего рассказа. -Я желаю вернуть себе власть, которая была у моего отца,-я закидываю ногу на ногу, складывая пальцы в замок,-мне понадобятся твои армия и ум. Вероятно, в подобных делах вы всё же разбираетесь лучше. Будете мне верны и полезны-займёте место короля рядом. -Полезны?-Адонис усмехается, поднимаясь и медленно подходя ко мне,-это тебе стоит быть полезной мне,анасса. Не давая ему подойти ещё ближе я встаю и смелов вскидываю голову: -Что ж, возможно, нам нужно быть полезными друг другу. -Следующим утром мы с армией начнём осуществлять наш план,-парень всё же делает шаг, останавливаясь совсем рядом со мной. Так, что я первый раз чувствую его дыхание. -Что ты сделаешь с отцом и братом?-теперь я робко поднимаю на него глаза. -То, что они хотели сделать всё это время со мной,-Адонис кладёт ладонь мне на щёку,-послушаю совет твоего дяди, но не сейчас, а когда мы будем уверены в том, что всё задуманное получится. Пока у меня нет такого доверенного лица, в чьих руках я мог бы оставить свой народ. Не бойся: они не тронут нас. Пока. Им всё же нужен наследник. -Я не боюсь,-голос дрожит, но не от страха. -Конечно, смелая королева,-он перемещает ладонь мне на волосы, шумно вздыхая, а затем отпускает, возвращаясь на диван,- ближайшие дни будут тяжёлыми. Вам бы выспаться. Я облегчённого выдыхаю, понимаю, что исполнять супружеский долг сегодня не придётся, поэтому сажусь, опираясь на спинку кровати, складывая руки на груди: -Я не хочу спать. Давай поговорим. -Вино развязало тебе язык?-Адонис усмехается, внимательно следя за мной. -Он и не был завязан,-я всё-таки снимаю плащ, складывая его и убираю в сторону,-ты будешь ночевать здесь? -Я здесь живу,-чуть удивлённо отвечает парень. -Сколько тебе? -Я всего на два года тебя старше. -И почему раньше не женился? -Не лучше окружать себя обществом нескольких женщин, пока не остановишься на одной? Я прищуриваюсь и ложусь на живот, лицом к донесу, подпирая щёку рукой: -И сейчас продолжишь? Он хитро улыбается, расслабленно чуть расставляя ноги шире, а руки закидывая себе за голову: -Продолжу что? -Окружать себя обществом нескольких женщин,-цитирую я. -Я ведь теперь женат,-парень качает головой, а с его губ всё ещё не сходит улыбка,-подумаю. Мы ведь каждый всего лишь преследуем свои цели. -Если увижу тебя с другой женщиной,-теперь я ложусь на подушку, зевая, и укрываюсь,-прирежу на этом же диване. -Боишься конкуренток? Я останавливаюсь, так и не взяв одеяло, прожигаю Адониса взглядом: -У меня нет конкуренток,-затем добавляю спокойнее, чтобы он ничего себе не надумал,-не хотелось бы, чтобы тебя кто-то заразил или убил, а последнее теперь вполне вероятно. Или понёс от тебя ребёнка. Это будет неудобно. -Спасибо за всевозможные худшие сценарии,-он тоже ложится, и теперь мы не видим друг друга,-очень красочно. Я накрываюсь, чувствую приятную прохладу от лёгкого одеяла, и довольно улыбаюсь: -Не за что,кириас. Крепких тебе снов. -Постараюсь спать после таких-то угроз. Доброй ночи.