Боги Олимпа

Глава 2 -Властью данной мне кровью Зевса,я провозглашаю Геру, из его двора,новой королевой своих земель и народа. Я чуть склоняю голову, чтобы под шквал аплодисментов дядя надел мне золотое венок-символ признания власти. -Да правит она долго!-прикрикивает он, смотря на меня с улыбкой. -Да правит она долго!-подхватывают люди, бросающие в нашу сторону цветы. Сегодня я могу коснуться их, если протяну руки, ведь стою на сцене площади, благосклонно освещаемая яркими лучами солнца. -Двор Аида приносит свои поздравления, юная королева. Хлопки и крики радости прерываются, сменяясь перешептываниями и вздохами. Я начинаю всматриваться в толпу, но это не обязательно, ведь чужой гость выделяется среди всех. Высокий, худой, но широкоплечий мужчина, укутан в плащ чёрного цвета, такого же, как его волосы, длиной чуть выше плеч. Кожа его белая, какой я ещё не видела, тонкий нос и губы, глаза цвета каштана. -Клеон,-дядя раскидывает руки в стороны,-давно не виделись. Познакомься, Гера, это советник Периклиса. Его вид кажется мне удивительным и пугающим, ведь он совсем не похож ни на одного моего человека. -Я вижу, что юная королева боится,-Клеон поднимается ко мне и дядя и улыбается,-уверяю, не стоит. Нам с вами предстоит долгий совместный путь. Вы готовы отправляться? -Сейчас?-я приподнимаю брови. -Мой король говорил, что мы должны отправляться сразу после коронации,-теперь брови приподнимает наш гость,- я бы не хотел заставлять его ждать. Вам должно быть понятно это, Ахиллес. -Что ж, конечно. Я сам виноват, что не уточнил,-дядя мягко берёт меня за предплечье,-мы отправимся сейчас. -Но мои люди... -Отлично повеселятся в твою честь, дитя. Идём. -Моя королева,-с конца сцены Хардикл подходит ко мне и, склонив голову, говорит,-позвольте мне отправиться с вами. Я бросаю короткий, ну вопросительный взгляд на дядю, который отвечает за меня: -Дорогой Хардикл, ты останешься пока смотреть вместо нас за народом. Но я скоро вернусь и буду замещать королеву, пока её не будет. Парень с надеждой смотрит на меня: -Кириа? -Мой дядя прав,-я старательно очаровательно улыбаюсь ему,-мы доверяем тебе, поэтому оказываем такую честь. До встречи, Хардикл. Я резко поворачиваюсь к Клеону и следую за ним по коридору из расступившихся людей. -Всё будет хорошо, дитя,-дядя берёт меня за локоть, ведя рядом с собой. Прямо передо мной выбегает девочка, которую не удаётся остановить матери. -Королева, куда вы?-громко спрашивает ребёнок, широко распахнутыми глазами смотря на меня,-вы каждый день были с нами. Женщина, по видимому её мать, всё же останавливает её за руку и бросает на меня виноватый взгляд: -Простите, королева... -Здесь не за что прощать,-я улыбаюсь и теперь обращаюсь ко всем людям, всё же понимая, что необходимо объясниться,-я отправляюсь в долгий путь, чтобы восстановить имя нашего двора. Когда я вернусь, ваша жизнь станет лучше, и все будут почитать нас. Пока меня не будет, вашим королём продолжит быть мой дядя Ахиллес, так что верно служите ему и помните обо мне. Я обещаю вам, что всё будет хорошо. Прощайте. Я огибаю мать и девочку, смахивая выступившую слезу,и иду дальше. -Не плачь,Гера,-дядя приобнимает меня, продолжая вести мимо людей,-ты покидаешь их для благой цели, и они будут помнить и почитать тебя как свою истинную королеву. Лишь когда мы оказываемся на приличном расстоянии от площади, Клеон останавливается, достаёт что-то из-под плаща и резко бросает это. Поднимается пыль, заставляющая закрыть лицо руками, и в следующий момент под ногами появляется длинная, слабо подсвечиваемая лестница, издающая запах сырости. Когда пыль опускается, Клеон даёт нам факел, горящий синим огнём. -Для чужих здесь темновато,-он улыбается одними уголками губ,-ведите королеву осторожно, Ахиллес, и не отставайте от меня. Перед тем как сделать шаг я боязливо смотрю вниз, чувствую я по телу дрожь от страха и холода. -Всё будет хорошо,-дядя перемещает руку мне на предплечье и берётся крепче, когда мы наконец ступаем,-всё хорошо. -Сколько здесь ступеней?-спрашиваю я, когда вокруг нас оказывается нечто, напоминающее стены замка, в котором есть только лестница. -Никто не считал, юная королева,-с усмешкой отвечает Клеон,-мы почти пришли. Через какое-то время мы оказываемся на земле, и я с изумлением осматриваюсь. Почти всё как у нас: дома, дороги, поля, вот только вместо солнечного света здесь свет от множества голубых и белых огоньков, образующих что-то вроде неба. Люди, смотрящие на нас во все глаза, тоже отличаются своей бледностью и тёмной одеждой: теплее чем наши, ведь здесь прохладнее. Самое главное-река, протекающая по всей территории, ведущая к величественному большому замку. Река, в которой то и дело видны люди, а точнее их души, но в остальном такая же обычная. -Едва ли такое место не напугает олимпийцев,-говорит Клеон, и он прав, ведь то и дело я, и даже дядя, вздрагиваем. -Да, довольно колоритно,-тихо отвечает Ахиллес, крепче прижимая меня к себе,-как тебе, милая? -Что изменится от моего ответа?-уклончиво говорю я,-мне предстоит здесь провести какое-то время, поэтому вряд ли мне стоит обличать свои настоящие чувства по поводу данного места. -Входите. Через ворота мы попадаем на территорию сада, состоящего из множества дорожек, фонтанов, кустов, деревьев и даже цветов. -Но как?-удивляюсь я, скользя взглядом по окружающему изобилию растительности,-ведь здесь нет солнца. -Это возможно и без солнца, юная королева,-кивает Клеон,-благодаря искусственному свету. Взгляните чуть дальше, на теплицы-вот наш помощник. В самом деле: где-то дальше множество продолговатых сооружений, горящих ярко-жёлтым. Вероятно, единственное жёлтое,что здесь есть,кроме нас. -Они всегда отличались сообразительностью,-уважительным тоном говорит Ахиллес, пропуская меня внутри замка, где мы сразу попадаем в зал, с тремя тронами в самом конце, на которых восседают трое мужчин. В центре-Периклис, который сидит, опираясь на подлокотник. У него чёрные, слегка волнистые волосы до плеч, частично закрывающее лицо. Как и у остальных, у короля бледная кожа, контрастирующая с тёмным плащом, на котором видны едва заметные узоры. На меня смотрят холодные ярко-синие глаза, выделяющиеся на красивом лице, с редкими морщинами. Слева поразительно похожий на отца Ликандр, старший сын. Те же чёрные волосы до плеч, те же ледяные глаза, вот только лицо молодое, а тёмная одежда больше напоминает боевую, где ткань сочетается с доспехами. Справа-Адонис, младший сын, который отличается от отца больше предыдущего. Его волосы такие же чёрные, вот только подстрижены коротко, что необычно, ведь прежде я не видела мужчин с такой причёской. Выражение лица кажется более мягким чем у его родственников, но самое главное-необыкновенные фиолетовые глаза, внимательно скользящие от меня к Ахиллесу, и наоборот. Его одежда уже больше состоит из доспехов, увенчанных черепами, но под ними всё равно виднеется мантия, надетая на атлетическое, как и у его отца и брата, тело. -Я рад приветствовать вас в своём царстве, дорогие гости,-Периклис чуть склоняет голову,-подойдите ближе. Не стоит задерживаться у порога. -Мы рады быть твоими гостями, Периклис,-дядя ведёт меня на несколько шагов вперёд,-впрочем, скоро мы, вероятно, породнимся. С каждой секундой кажется, что я замерзаю всё сильнее, и с каждой секунды мне становится физически хуже от пребывания здесь. -Разумеется,-улыбаясь Периклис поднимается, разводя руки в стороны,-для нас огромная честь завязать родственные узы с таким ранее великим двором. Впрочем, судя по всему, и для вас это принесёт какую-то пользу. Мой младший сын Адонис возьмёт вашу племянницу Геру в жёны, с условием, что через год она родит ему наследника. Я лишь сжимаю губы, потому что слова застревают в горле. Вероятно, об этом стоило догадаться, но я не думала, что мне выставят условия. -Не стоит вот так сразу озадачивать их,-Адонис вдруг поднимается и широкими шагами подходит к нам, останавливая взгляд на мне. Взгляд, от которого я ёжусь. -Я хочу поговорить с тобой, Периклис,-дядя кивает мне и отходит,-мы давно не виделись к тому же. -Вам холодно, анасса,-парень берёт мою ладонь в свою и на мгновение касается её ледяными губами,-нужна подходящая одежда. Я покажу вам часть замка и дам свой плащ, пока на вас не сошьют наряды. Я нахожу в себе силы только кивнуть, пытаясь сдержать душащее желание заплакать от безудержного желания вернуться домой. Слёзы наворачиваются на глаза, когда Адонис накидывает мне на плечи тяжёлый плащ. -Это место и без того мрачное,-парень задерживает руки на моих плечах,-не стоит омрачать его своим горем, анасса. Вы теперь моя невеста, и я хотел бы хоть немного узнать вас перед тем, как вы станете моей женой. Вы прекрасны, но без слёз всё же прекраснее. Я гордо вскидываю голову и смело встречаю взгляд Адониса, говоря самой себе, что моя цель и зачем я пришла. -Что же вы хотите узнать? -Вам тепло? Подобный вопрос вызывает у меня с мешок, у моего жениха-улыбку. -Тепло,-всё же отвечаю я, теперь смотря на Адониса как на возможно приятного человека. -Дочери неба и солнца здесь будет тяжело,-парень предлагает мне локоть, и я осторожно берусь за него, когда мы выходим на улицу,-после свадьбы мы поднимемся наверх. -Это не опасно для тебя?-я вопросительно вскидываю бровь. -Что для тебя необычно в моей внешности? -Ничего,-чуть смущённо отвечаю я, хоть это и неправда. -Неужели?-насмешливо спрашивает он,-обычно все говорят о моих глазах и коротких волосах, или там, наверху, это обыденность? Вам не стоит бояться, анасса, будьте честны со мной. -Впредь я не видела такого,-всё же сдаюсь я. -Хорошо. Так действует с младшими сыновьями. Они всегда рождаются отмеченными: с фиолетовыми глазами. Только они могут подарить двору наследника. -А причёска? -Лишь обычай. Все мужчины носят длинные волосы, такие как мы-нет. Да и мне так удобнее. -У вас всегда в роду только мальчики? -Да,-немного погодя отвечает парень,-так вот младшие сыны могут подниматься наверх и какое-то время жить там, но всегда должны помнить о родном доме и возвращаться в него. Ну а ты? -Что?-я перевожу взгляд с деревьев на Адониса. -Ты оставила свой дом, который, вероятно, никогда не покидала. Зачем? -Затем, что девушки должны выходить замуж,-я натянуто сладко улыбаюсь. -Девушки со дворов выходят замуж с какой-то целью,-он внимательно прищуривается,-какую цель преследуете вы с дядей, и почему именно с нами? -К сожалению, сейчас наши дворы примерно на одном уровне,-уклончиво начинаю я,-ваш, конечно, в более худшем положении, но сейчас мы можем помочь друг другу и достичь того, чего хотим. Вы-добьётесь власти, мы-вернём её. -Вы предлагаете нам помощь? -Взамен на вашу. Адонис усмехается: -Ты первый день как королева, а уже принимаешь такие серьёзные решения. Но ты не осмотрительно. Мы ведь можем отказаться от предложения и за награду передать его более могущественным людям. Я останавливаюсь и делаю шаг ему навстречу, более чем отчётливо видя весь расклад, улыбаюсь: -Вы никому не нужны уже тысячи лет. Так что я более чем осмотрительна. -В тебе точно кровь Зевса, а не Гермеса?-парень холодными пальцами касается моей щеки, пронзая при этом своими глазами,-впрочем, кожа горячая, значит, всё-таки Зевса. Отец рассказывал, зачастую у многих олимпийцев трудности с мозговой деятельностью. Посмотрим как с этим у тебя, анасса, потому что пока я вижу лишь задатки ума и слишком много амбиций. Его острые слова, безусловно, задевают, и я отступаю назад, при этом недовольно хмурясь. Не могу понять раздражает он меня или интригует. -Продолжим прогулку? -Я желаю посмотреть свои покои. -Свои покои?-Адонис удивлённо приподнимает бровь,-теперь нет твоего и моего. Есть общее. -Общее?-я развожу руками,-я желаю свою комнату. -Любая комнаты-пожалуйста, но, хочешь ты того или нет, покои у нас должны быть общие. Даже ради твоей безопасности. -Здесь есть кто-то, кто желает мне зла?-непонимающе спрашиваю я. -И кто-то, кто желает зла мне, анасса,-чуть тише говорит он,-поговорим об этом позже. Сейчас будет обед. Идёмте. Меня почти сшибает с ног мелкая девчушка, явно чем-то встревоженная. -Говори,-кивает Адонис. -Цербер...-она тяжело дышит,-разродился... Глаза парня округляются, затем он хватает меня за руку и тащит за собой, ничего не объясняя. Его пальцы мёртвой хваткой держит моё запястье, и я могу лишь хлопать глазами, пытаясь успеть за ним. Мы входим не в замок, а в деревянную дверь, ведущую куда-то вниз. Здесь ещё холоднее, а дышать становится тяжелее. Эхом раздаётся странный звук, напоминающий скулёж. Адонис останавливается у ещё одной двери, напоминающей каменные ворота, и резко открывает её. Помещение, в котором мы оказываемся, действительно огромное, напоминающее арену, с открытым потолком. Стены увешаны факелами с голубым огнём, которые освещают то, о чём я слышала лишь из рассказов дяди. Цербер. Огромная, с густой переливающейся чёрной шерстью и тремя головами, каждая из которых лежит на полу и отличается от другой. Центральная- самая крупная, с широко открытыми красными глазами и оскаленной при виде нас пастью. Левая поменьше, с опущенными ушами и приоткрытыми лишь немного глазами, из пасти которой слышно глухое рычание. Правая по размерам такая же как левая, вот только её глаза полностью закрыты, а ноздри широко раздувается от тяжёлого дыхания, содрогающего всё тело. -Стой на месте,-тихо говорит Адонис, выставляя руку вперёд и подходя ближе к существу, прикрывающему что-то лапой,-и не бойся. Она тебя не тронет. Он по очереди прижимается лбом к каждой голове, чтобы все слова благодарности, а затем животное само убирает лапу, открывая своих детищ. Как заворожённая я делаю шаг ближе и вижу трёх обычных маленьких щенят, плотно прижимающихся друг к другу. -Ну и уродцы. Голос брата Адониса раздаётся прямо над моим ухом, от чего я вздрагиваю. -Их нужно утопить, чтобы сильно не привыкла. Я оборачиваюсь, теперь видя ещё и Периклиса, за которым стоит мой дядя, широко распахнутыми глазами смотря на цербера. -Это плохо?-непонимающе спрашиваю я, смотря как на лицо Адониса падает тень печали и жалости. -Милая,-Периклис становится рядом со мной, смотря как на глупое дитя,-ты видишь перед собой огромная трёхглавое оружие для убийств, которое должно было произвести на свет такое же, а не трёх обычных щенков. -Они её дети,-голос Адониса дрогает,-в них-её сила. -Мы не можем гарантировать этого,-почти с презрением отвечает Ликандр,-такого ещё не было, а значит не нужно допускать. Ты жалеешь щенков, братец? Я смотрю на Адониса, затем на мать-цербера, потом на щенят, и когда взгляд останавливается на них, сердце пронзает жалость и какое-то странное чувство невидимой связи с ними. -Я хочу их себе,-уверенно говорю я, получая одобрительный кивок от Ахиллеса,-в качестве свадебного подарка. Периклис смеётся: -Да уж, два сапога пара. Что ж, забирай их себе, только от матери возьмёшь сама. Ликандр, Ахиллес, вернёмся к обеду. И вам советую присоединиться, добросердечники. -Поговорим после обеда,-приобнимая меня говорит дядя,-ты молодец. Он уходит вслед за мужчинами, а я делаю несколько маленьких шагов в сторону Адониса и цербера, которые начинают рычать, снова закрывая своих детей. -Всё хорошо,-тихо говорит парень и смотрит на меня,-почему? -А это мой свадебный подарок тебе,-я улыбаюсь,-к тому же, они могут быть полезны. И мне их жалко. Адонис подходит ко мне и берёт за руку, ведя прямо к церберу. -Что ты делаешь?-испуганно спрашиваю я, упираясь ногами в каменный пол. -Ты берёшь её детей. Получи её доверие. Сердце стучит чаще, я закрываю глаза от страха, когда парень мою ладонь кладёт на нос центральной головы, и я чувствую её разгорячённое дыхание. -Открой. Я делаю это и вижу, что голова покорна лежит на полу, смотря на меня снизу вверх. Затаив дыхание, всё ещё под ладонью Адониса,я касаюсь двух оставшихся голов, которые делают то же самое. -Она чувствует, что у тебя нет злобы,-объясняет парень, когда животное снова показывает щенков,-она вверяет тебе их. Не моргая я опускаюсь на корточки ближе к щенкам, но не трогай их, лишь наблюдаю за тем как подрагивают их тела. -Нужно забрать через несколько дней,-отрывает меня Адонис,-пока им необходимо молоко матери. Идём. Поедим сами, а ей распоряжусь подать свежего мяса и молока. Он подаёт мне руку, помогая подняться. -Всё будет в порядке,-говорю я, напоследок трепля каждую голову за ушами,-твои дети будут в порядке. Никто их не тронет. -Сыграем свадьбу через три дня. Останьтесь на это время у нас, дорогой Ахиллес,-Периклис поднимает кубок, наполненный вином,-надеюсь, у вас есть во дворе хоть один умный человек, который сможет справиться с властью. Я не понимаю подобную резкость словах мужчины, ведь у нас не принято насмехаться над гостями. -У нас достаточно умных людей,-снисходительно отвечает дядя, нехотя улыбаясь и незаметно кивая мне,-спасибо за вкусный обед-мы с племянницей желаем прогуляться и обсудить свадьбу. Мы поднимаемся, но перед тем как уйти, я задерживаю взгляд на Адонисе, который тоже пронзительно смотрит на меня, прожигая. Не в силах выдержать это я быстро покидаю зал вслед за дядю. -Ты попросила себе щенков. Зачем?-спрашивает он, когда мы сворачиваем в один из коридоров. -Мне жалко их,-я пожимаю плечами. -Не только поэтому,-Ахиллес останавливается и кладёт ладони мне на предплечья,-что ты почувствовала, когда посмотрела на них? -Откуда вы знаете?-удивляюсь я. -Ты не находишь странным, что цербер ощенился сегодня?-он понижает голос,-и что разрешил тебе, чужой, посмотреть на щенков? Адонис-её хозяин, ты-их. Понимаешь, насколько это большое преимущество в наших дальнейших планах? -Почему?-я хмурюсь,-почему я? -Так решили Мойры, дитя,-дядя мягко прижимает меня к себе, а затем шепчет на самое ухо,-береги их, и себя, а после свадьбы как можно быстрее возвращайся наверх. Что-то мне не нравится здешнее окружение... Совсем не нравится...