Учись любить меня

Четверг. Вечер. Лаура сидела в гостиной, смотрела на пустой бокал из-под виски и чувствовала, что сходит с ума. Маша не звонила. Не писала. В школе на уроках смотрела в окно, не подходила, не заговаривала. Лаура знала, что так правильно. Но внутри всё выло. Она взяла телефон. Пролистала контакты. Нашла Вику. Ту самую, с которой позавчера пила кофе после показа. Красивая. Высокая. С длинными чёрными волосами. «Приезжай», — написала Лаура. Через полчаса Вика стояла на пороге. Духи, улыбка, лёгкое платье, которое явно было не для разговоров. — Скучала? — спросила Вика, заходя. — Что-то вроде того, — ответила Лаура, наливая ей бокал. Они пили. Смеялись. Лаура делала вид, что ей весело. Вика рассказывала о показах, о моделях, о сплетнях. А Лаура думала о белых волосах и карих глазах. — Пойдём в спальню? — спросила Вика, ставя пустой бокал. Лаура кивнула. Вика оказалась хороша. Умела всё, что нужно. Лаура закрыла глаза и пыталась забыться. Представляла, что эти волосы — белые. Что эти глаза — карие. Не получилось. — Всё нормально? — спросила Вика, замирая. — Да, — Лаура открыла глаза. — Продолжай. Но внутри было пусто. Холодно. Мёртво. Час спустя Вика ушла. Чмокнула в щёку, оставила номер — на случай, если Лаура захочет повторить. Лаура выбросила номер в мусорку, как только дверь закрылась. Села на диван, обхватила голову руками. — Ты идиотка, — сказала она себе. — Полная идиотка. Она не знала, сколько так просидела. Может, час. Может, два. Телефон пиликнул. Сообщение от Маши: «Ты спишь?» Лаура смотрела на экран. Пальцы дрожали. «Нет. Что случилось?» «Ничего. Просто не спится. Думаю о тебе.» Сердце пропустило удар. «Можно я приеду? Я запомнила адрес. Ты сама дала. На всякий случай.» Лаура замерла. Вспомнила. Да, в тот вечер в кафе, когда Маша плакала, она написала адрес на салфетке. «Если станет совсем плохо». И отдала. «Приезжай», — написала она. Через двадцать минут дверь открылась. Маша стояла на пороге, закутанная в большой свитер, с длинными белыми волосами, растрёпанными ветром. Карие глаза смотрели устало, но тепло. — Проходи, — сказала Лаура, отступая в сторону. Маша вошла. Оглядела квартиру. Большую, светлую, дорогую. И пустую. — Красиво, — сказала она. — Просто комнаты, — ответила Лаура. Она предложила чай. Маша кивнула. Сели на кухне. — Мать опять буянит, — сказала Маша, грея ладони о кружку. — Я ушла. Не могла больше слушать. — Ты правильно сделала. — Знаю. Но всё равно грустно. Они помолчали. — Лаура, — сказала Маша. — Мм? — У тебя сегодня была девушка. Я видела, как она выходила из подъезда, когда подходила к дому. Лаура замерла. — Ты поэтому не позвонила? — спросила Маша. — Не попросила приехать раньше? — Да, — честно ответила Лаура. — Я пыталась забыть тебя. С ней. Маша смотрела на неё. Без злости, без обиды. Просто внимательно. — И как, получилось? — Нет, — ответила Лаура. — Не получилось. Ни с ней, ни с прошлой. Ни с кем. Она встала, подошла к окну. Спиной к Маше. — Я не умею любить. Не умею быть хорошей. Я только делаю больно. Но я не могу перестать думать о тебе. Маша молчала. Потом тихо сказала: — Лаура, повернись. Лаура повернулась. Маша стояла рядом. Очень близко. Карие глаза смотрели серьёзно, без страха. — Я тоже не умею, — сказала Маша. — Ломать и делать больно — это я умею. А любить — не умею. Но с тобой хочется научиться. Она взяла Лауру за руку. Пальцы холодные, тонкие. — Поцелуй меня, — тихо сказала Маша. — Не как тех девушек. Как меня. Лаура смотрела на неё. Сердце колотилось где-то в горле. Она медленно подняла руку. Коснулась щеки Маши. Гладкая кожа, тёплая. Длинная белая прядь скользнула между пальцами. — Я боюсь, — прошептала Лаура. — Я знаю, — ответила Маша. — Я тоже. Лаура наклонилась. Осторожно. Медленно. Первый поцелуй — лёгкий, почти невесомый. Губы Маши мягкие, пахнут мятой и сигаретами. Лаура закрыла глаза. Это было не похоже ни на что, что она делала раньше. Не страсть, не похоть, не попытка забыться. Просто нежность. Она отстранилась. Открыла глаза. Маша смотрела на неё. В карих глазах — слёзы. — Ты плачешь? — спросила Лаура. — Нет, — Маша улыбнулась. — Это счастье. Я думала, ты меня оттолкнёшь. — Не могу, — ответила Лаура. — Попробовала. Не получилось. Она обняла Машу. Крепко. Так, как не обнимала никого за много лет. — Что теперь? — спросила Маша. — Не знаю, — честно ответила Лаура. — Может, просто побудем вместе? Пока можем. Лаура кивнула. Они сели на диван. Маша прижалась к ней, положила голову на плечо. Длинные белые волосы рассыпались по груди Лауры. Так они сидели до глубокой ночи. Молча. Слушали, как тикают часы. — Я пойду, — сказала Маша. — Останься, — ответила Лаура. Маша подняла голову. Посмотрела на неё. — Ты уверена? — Да, — Лаура кивнула. — Не хочу, чтобы ты шла домой. Не хочу, чтобы ты была одна. — А ты не будешь одна? — С тобой — нет. Маша улыбнулась. По-настоящему. Тепло. — Хорошо, — сказала она. Лаура принесла плед, укрыла Машу. Легла рядом. Они лежали на широком диване, глядя в потолок. — Лаура, — прошептала Маша. — Мм? — Что мы делаем? — Может, просто живём. Маша повернулась на бок, посмотрела на неё. — Мне нравится, как ты пахнешь, — сказала она. — Дорогими духами и почему-то домом. Лаура улыбнулась. — Ты тоже. Она протянула руку, убрала прядь белых волос с лица Маши. — Спи, — сказала Лаура. — А ты? — Я рядом. Посмотрю на тебя. Маша закрыла глаза. Её дыхание стало ровным. Лаура смотрела на неё. Маленькую, хрупкую, с длинными белыми волосами, разметавшимися по подушке. «Что я делаю?» — подумала она. Но ответа не было. Было только чувство, которого она не испытывала никогда. Тепло в груди. Желание защищать. И страх потерять. Она поняла, что это называется любовь. И испугалась ещё сильнее.