Там, где свет

Следующие три дня Хёнджин жил как обычно. Лекции, кофе, Феликс с его вечными энергетиками, Сынмин с идеальным порядком на столе. Вечером — посиделки в забегаловке, смех и планы на выходные. Ничего нового. Ничего, что бы его зацепило. Кроме Миён. Он замечал её повсюду. Она сидела на третьем ряду на лекции по философии — курсе, который Хёнджин посещал через раз. Обедала в углу столовой, одна, с книгой и наушниками. Выходила из библиотеки в шесть, когда темнело, и шла к автобусной остановке быстрым шагом. Она никогда не смотрела по сторонам. И никогда первой не заговаривала. — Ты чем-то увлечён? — спросил Феликс в четверг, поймав взгляд Хёнджина, направленный в другой конец коридора. — Нет. — Уже четвёртый день смотришь на ту тихую девушку с коричневыми волосами. — Не смотрю, а наблюдаю. — Это называется «пялиться», — встрял Сынмин, не отрываясь от телефона. — Ты обычно проще знакомишься. — Я уже знаком с ней. Её зовут Миён. Феликс присвистнул. — Ого. И когда ты успел? — В понедельник. Утром. Мы просто встретились у входа. — И что дальше? — спросил Сынмин, вскинув бровь. — Ничего. Сказал «привет», она назвала своё имя. И всё. — Всё? — Феликс недоверчиво посмотрел на друга. — Хёнджин, который на прошлой неделе познакомился с барменшей за пять минут, говорит мне «всё»? — Это другое. Не знаю. Она какая-то… другая. — Странная? — Феликс хитро прищурился. — Наверное. — Тогда понятно. Любишь сложности. Хёнджин промолчал. Он не мог объяснить, что его зацепило. Не красота — хотя Миён была красивой. Не таинственность — хотя её хватало. В ней было что-то… надломленное. Как у человека, давно научившегося нести тяжесть так, чтобы никто не заметил. В пятницу судьба вновь свела их вместе. Хёнджин зашел в университетское кафе за латте. Очередь была короткой, он уже достал карту, когда услышал за спиной: — Латте, пожалуйста. Голос был ему знаком. Миён стояла позади. Та же кофта, распущенные волосы, в руках книга — теперь он разглядел название: японский роман. На лице привычное выражение: спокойствие с оттенком усталости. — Привет, — сказал Хёнджин. Она подняла глаза, узнала его. На секунду в её взгляде мелькнуло что-то — удивление? Или лёгкая тревога? — но тут же исчезло. — Привет, — ответила она. — Тоже за кофе? — Похоже, — кивнула она. — Я угощаю. Миён моргнула. — Не стоит, — сказала она быстро, будто испугавшись. — Почему? — Просто… не надо. Спасибо. Хёнджин не стал настаивать. Он помнил её настороженный взгляд в первый раз — как у зверька, проверяющего, не ловушка ли это. — Ладно, — улыбнулся он. — Тогда просто посидишь со мной? Она замялась, крепче сжала книгу. — Я не очень хорошая компания, — сказала она тихо. — Мне кажется, это не тебе решать, — мягко ответил Хёнджин. — Я решу сам. Миён долго смотрела на него. Хёнджин выдержал её взгляд, не отвёл глаз и не улыбнулся слишком настойчиво. Просто ждал. — Пять минут, — наконец сказала она. — У меня лекция. — Договорились. Они сели за столик у окна. Миён взяла латте — всё-таки решила заплатить сама, хотя Хёнджин едва успел открыть рот. Её тонкие, почти прозрачные пальцы с простым серебряным кольцом слегка подрагивали. — Учёба на юридическом? — поинтересовался Хёнджин, чтобы начать разговор. — Нет, литература, — ответила Миён. — Я на филфаке. — Филфак? — удивился он. — Я думал, ты из нашего потока. — Нет. Просто общие лекции иногда пересекаются: философия, иностранные языки. Поэтому мы и встретились. — Понятно. Наступила тишина. Миён не пыталась её нарушить. Она смотрела в окно на студентов, спешащих по своим делам. Её лицо было спокойным, но Хёнджин заметил, как её нога чуть подрагивает под столом. Не от холода, а от напряжения. — Ты всегда такая тихая? — спросил он. Миён повернулась к нему. — А что, проблема? — Нет, просто интересно. Она помолчала. — Да, всегда, — наконец ответила она. В этом «всегда» было столько всего, что Хёнджин не стал продолжать разговор. Они допили кофе почти в полном молчании. Миён сухо поблагодарила за компанию и встала. — Увидимся, Хёнджин, — бросила она, направляясь к выходу. Он не успел ничего сказать. Она уже смешалась с потоком студентов. Спина прямая, шаг стремительный. Ни единого взгляда назад.

...

— Ну как? — спросил Феликс, когда Хёнджин вернулся к друзьям. — Никак, — ответил тот. — Мы просто выпили кофе. Она почти не говорила. — Классика, — бросил Сынмин. — Ты ей не интересен. — Может быть, — согласился Хёнджин. Но в глубине души он знал, что это не так. Она согласилась встретиться с ним. Называла его по имени. Смотрела дольше, чем на незнакомца. И когда уходила, её губы едва заметно дрогнули. Не улыбка. Но и не равнодушие. Миён шла по коридору, считая шаги. Один, два, три. Это помогало сосредоточиться. Когда голова занята, меньше тревожных мыслей. Она знала, что не должна была соглашаться. Пять минут с незнакомцем, который смотрит слишком внимательно и улыбается слишком непринуждённо — это риск. Люди задают вопросы, лезут в душу, уходят, если видят, что ты не такая, как они. Но Хёнджин не спрашивал лишнего. Даже когда она долго молчала, когда её нога дрожала. Он просто пил свой американо и смотрел в окно. Это казалось странным. Но от этого становилось спокойнее.