Наруто: Старт с Двумя Подарочными Наборами!

Глава 39

Полдень! Когда Хаяма, как и было условлено, прибыл к кварталу клана Учиха, Великий старейшина уже давно поджидал его у главных ворот. — Друг мой... наконец-то ты пришёл... — завидев Хаяму, Великий старейшина тут же поспешил ему навстречу. — Великий старейшина, простите, что заставил вас ждать, — с улыбкой ответил Хаяма. — Вовсе нет... вовсе нет... Великий старейшина, отбросив всякие церемонии, с энтузиазмом взял Хаяму под руку и повёл вглубь квартала Учиха. В нём не было и тени той суровой властности, что обычно присуща главе клана; сейчас он походил на доброго и радушного старика. — Кто это такой? Сам Великий старейшина вышел его встречать? — Понятия не имею... Двое молодых Учиха, дежуривших у ворот, в полном недоумении уставились им вслед. Служба не позволяла им покидать пост, поэтому они и не знали, что человек, которого только что так тепло приветствовал старейшина, был тот самый Ширакумо Хаяма, о котором последние несколько дней судачил весь клан. По мере того как Хаяма в сопровождении Великого старейшины углублялся на территорию клана, ему встречалось всё больше и больше людей. Поскольку последние дни он бродил по деревне, зарабатывая очки авторитета, многие члены клана Учиха уже успели запомнить его в лицо. И вот теперь всё больше и больше людей начинали перешёптываться и показывать на него пальцем. Впрочем, поскольку его вёл сам Великий старейшина, никто не осмеливался подойти и затеять ссору. — Микото... Микото... Великий старейшина подвёл Хаяму к большому дому в самом сердце квартала Учиха и принялся барабанить в дверь, отчего Хаяма невольно смутился. — Дедушка... В этот момент из дома раздался мелодичный, словно журчание ручья, голос. Дверь отворилась, и перед взором Хаямы предстала Микото. На ней была простая домашняя одежда, а плечи укрывал свободный фартук, но даже это не могло скрыть её изящной фигуры. — Микото, дорогая... Иди сюда, я тебя познакомлю... — Великий старейшина, может, войдём внутрь и там поговорим? — поспешно прервал его Хаяма, заметив, как покраснели щёки Микото и как любопытно на них поглядывают собравшиеся вокруг члены клана. Девушки ведь так легко смущаются, и объявлять о чём-то подобном на глазах у всех было бы не слишком тактично. — Точно-точно... Смотри-ка на меня, от радости совсем голову потерял. Проходите... проходите в дом... Великий старейшина весело рассмеялся, взял Хаяму под руку, и они вместе прошли мимо Микото в дом. Девушка с облегчением вздохнула, закрыла за ними дверь и последовала внутрь. — Прошу, прошу! Старейшина провёл Хаяму прямо в гостиную. На обеденном столе уже красовалось множество изысканных блюд. — Должен сказать... всё это приготовила Микото... — усадив гостя, Великий старейшина принялся нахваливать кулинарные таланты своей внучки. «И всё-таки как хорошо, когда в доме есть женщина!» — глядя на богато накрытый стол, невольно подумал Хаяма. С тех пор как его родители погибли, он давно не видел такого пиршества. Обычно его трапезы были скромными и быстрыми — где уж ему было готовить столько вкусностей... — Кстати, а где дядя и тётя? — спросил Хаяма, немного осмотревшись и заметив, что в этом огромном доме, похоже, живут только Великий старейшина и Микото. — Эх... — услышав вопрос, старейшина тяжело вздохнул. — Родители Микото погибли во время прошлой Великой войны шиноби. Так что эта девочка с самого детства росла без отца и матери... — Ох... Хаяма осёкся. Он и не думал, что, едва открыв рот, затронет столь больную тему. К счастью, Микото не выглядела слишком опечаленной — возможно, она уже привыкла к этому. — Кстати! — чтобы сгладить неловкость, Хаяма быстро поднялся и обратился к Микото: — Это наша первая встреча, и я не знал, что подарить. Надеюсь, ты не будешь против! В его поднятых руках, словно по волшебству, внезапно появился букет алых роз. — Ах! — воскликнула Микото, когда её окутал дивный цветочный аромат. Мгновение назад, когда Хаяма поднял пустые руки, она с любопытством гадала, что же это за подарок и где он. И вот, откуда ни возьмись, появился огромный букет роз. — Ну же, бери... Что ты застыла... — поторопил её Великий старейшина, видя, что внучка лишь ошеломлённо смотрит на цветы. — Но... — Микото колебалась. Смысл, который несут в себе розы, был практически очевиден. Принять их — значило принять и чувства дарителя. Но они почти не были знакомы, и она сама не знала, что чувствует к Хаяме. Пока Великий старейшина втайне волновался, Микото украдкой взглянула на Хаяму и, залившись румянцем, всё же приняла цветы. «Фух...» Увидев, что Микото взяла розы, Хаяма мысленно выдохнул. Честно говоря, в тот момент, когда он достал целый букет, он уже пожалел о своём поступке. Для первой встречи в таком формате было бы достаточно и одной розы — это показало бы его внимание, но не поставило бы девушку в неловкое положение. А он, поторопившись, вручил целый букет, и теперь ему казалось, что это было банально и безвкусно... — Хорошо, хорошо! Давайте есть... есть... — Великий старейшина с улыбкой разрядил обстановку, и напряжение спало. — М-м-м... эта темпура просто восхитительна... — едва они взялись за палочки, Хаяма, не скупясь на похвалу, принялся расхваливать стряпню Микото. И это была не лесть — блюда и вправду были великолепны, даже вкуснее, чем те, что готовила его мать, насколько он помнил. — Ну что... я ведь не обманул тебя, — услышав похвалу Хаямы, Великий старейшина расплылся в довольной улыбке, словно это была и его заслуга.