Часть 40
11 июля 2026 г., 04:38
Глава 40
Резиденция Хокаге, кабинет Хокаге. Сарутоби Хирузен, поглощённый разбором документов, вдруг услышал стук в дверь. — Войдите! — отложив дела, громко произнёс Третий Хокаге. Дверь отворилась, и в кабинет вошёл оперативник АНБУ в маске. — Хокаге-сама! — опустившись на одно колено, доложил шиноби. — От нашего агента, наблюдающего за кланом Учиха, поступило сообщение: Ширакумо Хаяма только что вошёл на их территорию. — Что ты сказал?! Сарутоби Хирузен, только что склонившийся над бумагами, резко вскинул голову, и на его лице застыло недоумение. Что этому парню понадобилось у Учиха? Неужели он снова ввязался в какой-то конфликт? — Известна ли цель его визита? — поспешно спросил Хирузен. — Точная причина неизвестна... — почтительно ответил оперативник АНБУ. — Однако, согласно донесению, его лично встречал Великий старейшина клана Учиха! Лично встречал Великий старейшина Учиха? Услышав это, Сарутоби Хирузен озадаченно нахмурился. Впрочем, если его встречал сам старейшина, то вряд ли речь идёт о конфликте. При этой мысли Сарутоби Хирузен с облегчением вздохнул и жестом отпустил оперативника. … Квартал клана Учиха, дом Великого старейшины. После обеда старейшина под благовидным предлогом удалился, намеренно оставив двух главных героев наедине. После неловкого начала разговор между Хаямой и Микото становился всё более и более непринуждённым. Хотя они и не были выпускниками одного года, оба учились в Академии ниндзя, пусть и в разных классах, так что общие темы для беседы нашлись сами собой. По мере того как их беседа продолжалась, Хаяма всё лучше узнавал характер Микото. Она была нежной, доброй и скромной девушкой, которая, однако, очень легко смущалась. Хаяма время от времени рассказывал шутки из своей прошлой жизни, и каждая из них заставляла её долго смеяться, прикрывая рот рукой. … — Уже поздно, мне, пожалуй, пора, — заметив, что на землю опускаются сумерки, Хаяма медленно поднялся, чтобы попрощаться с Микото. Хотя ему и хотелось продолжить беседу, он прекрасно понимал, что во всём хороша мера. Только соблюдая границы, можно было произвести наилучшее впечатление. — Я провожу тебя... — покраснев, поднялась Микото. Сегодня она была по-настоящему счастлива; весь день прошёл в смехе и веселье. Она и подумать не могла, что за холодной внешностью Хаямы скрывается такой весёлый и остроумный человек. Услышав, что Микото хочет его проводить, Хаяма, разумеется, очень обрадовался. Похоже, его послеобеденные шутки принесли ему немало очков. Они вышли из дома, и Микото пошла провожать Хаяму к главным воротам квартала Учиха. Как и по пути сюда, на них то и дело бросали косые взгляды и указывали пальцами. Но Хаяму это не волновало, лишь бы никто не лез на рожон. — Кстати, Микото! — обратился Хаяма к девушке, которая смущённо шла рядом, опустив голову. Поколебавшись, он всё же спросил: — Я заставил клан Учиха потерять лицо. Ты не ненавидишь меня за это? Задай он этот вопрос в полдень, это наверняка стоило бы ему немало очков в её глазах. Но сейчас они уже достаточно хорошо узнали друг друга и даже обращались по именам, так что вопрос не прозвучал ни неуместно, ни грубо. — Нет, конечно... Ведь это они первыми тебя спровоцировали... — словно угадав его опасения, ответила Микото. Её голос был тихим и нежным, но в нём звучала непоколебимая серьёзность. Проговорив с Хаямой весь день, Микото поняла, что он вовсе не высокомерный человек. Это лишь укрепило её во мнении, что всю эту заваруху устроили Учиха Эйко и его приятели. — Фух... вот и хорошо! — получив ответ Микото, Хаяма с облегчением выдохнул. Глядя на перешёптывающихся членов клана, он начал было беспокоиться, что давление со стороны соклановцев может повлиять на Микото и помешать их отношениям. Но теперь стало ясно, что он зря волновался. — Что ж, тогда я пошёл, — дойдя до ворот квартала Учиха, Хаяма с улыбкой попрощался с Микото. Однако, сделав несколько шагов, он вдруг обернулся и спросил: — Кстати, можно мне прийти к тебе завтра? — М... можно, — ответила Микото, чувствуя, как бешено колотится её сердце, а лицо заливает румянец. Она прекрасно понимала, что означает его вопрос, но всё же нашла в себе смелость ответить. — Тогда договорились! — помахав ей рукой, Хаяма снова развернулся и пошёл прочь, но теперь его улыбка стала ещё шире. Ответ Микото, по сути, был согласием на их отношения. Наконец-то его холостяцкая жизнь подошла к концу... Микото стояла у ворот клана Учиха и смотрела вслед удаляющейся фигуре Хаямы, пока та не скрылась за поворотом. Только тогда её бешено колотящееся сердце немного успокоилось. «Фух...» Приоткрыв алые губы, она тихо выдохнула. Ещё раз взглянув в ту сторону, где исчез Хаяма, Микото развернулась и пошла домой. … — Ну что, Микото... Как он тебе? Понравился? Когда Микото вернулась, Великий старейшина, который невесть когда успел вернуться, уже ждал её. Увидев внучку, он тут же с улыбкой засыпал её вопросами. — Ч-что «как»? Я не понимаю, о чём ты, дедушка... Щёки Микото снова залил густой румянец. Схватив букет роз, подаренный Хаямой, она легко развернулась и, словно спасаясь бегством, скрылась в своей комнате. — Ха-ха-ха... — глядя ей вслед, Великий старейшина от души рассмеялся, и в его смехе звучало искреннее счастье и удовлетворение.
