Наследник по праву крови: Точка невозврата

      Утро встретило Сириуса привкусом дешевого табака и тяжелой головой. Девушка ушла на рассвете, оставив после себя запах приторных духов, который теперь казался единственной реальной вещью в этом стерильном мире.       Он посмотрел на себя в мутное зеркало над раковиной. Те же скулы, что у Альфарда. Тот же холодный блеск в глазах, что у Вальбурги. Каждая черта его лица была уликой. Его существование было преступлением против самой природы, упакованным в дорогой костюм и диплом престижной школы. — Урод, — выплюнул он своему отражению.       В доме Блэков начался хаос. Вальбурга сорвалась. Она крушила фарфор в столовой, и звон битых тарелок разносился по всему этажу. — Это всё ты! — кричала она на Альфарда. — Ты должен был контролировать его! Ты должен был быть его наставником, а не просто… донором!       Альфард стоял неподвижно, сложив руки на груди. — Я был его отцом, Вальбурга. Тем, кем Орион никогда не стремился стать. Я любил его. А ты любила только идею о «совершенном Блэке». Посмотри на себя. Ты создала монстра, который тебя ненавидит. И знаешь что? Он прав. — Убирайся, — прошипела она. — Убирайся из этого дома. Ты лишен наследства. Ты больше не Блэк. — О, — Альфард грустно усмехнулся, — я с радостью. Но помни: без моих денег и моих связей этот дом — просто склеп. А Сириус… Сириус — это лучшее, что мы сделали, и единственное, что мы потеряли навсегда.       Регулус нашел старый номер друга Сириуса, Поттера, и звонил туда до тех пор, пока ему не ответили. — Джеймс, я знаю, он у тебя! Дай ему трубку! — Редж почти рыдал, запершись в своей комнате. — Он должен знать… Мама собирается заявить в полицию об угоне мотоцикла. Она хочет заставить его вернуться силой!       Сириус, сидевший на кухне в доме Поттеров, молча взял трубку из рук Джеймса. — Слушаю. — Сири! — Регулус всхлипнул. — Пожалуйста, вернись. Мы всё исправим. Мы можем сказать, что это ошибка, что документы подделаны… — Редж, — голос Сириуса был сухим и безжизненным. — Посмотри в зеркало. Мы с тобой даже не братья в нормальном смысле этого слова. Я — результат эксперимента. А ты — тот, кто остался в этом дерьме. — Я не выбирал это! — крикнул Регулус. — Я тоже. Но я выбираю уйти. Скажи Альфарду, что если он еще раз попытается меня найти, я сожгу всё, что ему дорого. Начиная с его акций и заканчивая этим проклятым домом. Для меня вы все мертвы.       Сириус нажал отбой.       Вечером Сириус сидел на крыше гаража Поттеров. В кармане лежала пачка сигарет и нож, которым он час назад срезал со своей кожаной куртки нашивку с семейным гербом.       Его банковский счет был заблокирован Вальбургой через час после его ухода — она действовала быстро. Но Альфард, предвидя это, успел перевести часть средств на офшорный счет, о котором она не знала. Сириус смотрел на карту в своих руках.       Он был богат. Он был молод. Он был чертовски красив.       И он был абсолютно пуст.       Он достал зажигалку и поднес пламя к единственной фотографии, которую взял с собой. На ней они с Регулусом еще маленькие, стоят в саду поместья Сигнуса. За их спинами видны тени взрослых — Вальбурги, Ориона и Альфарда.       Бумага занялась быстро. Огонь сожрал лица родителей, потом — лицо маленького Сириуса, оставив лишь Регулуса, который смотрел с пепла потерянными глазами. — Прощай, Реджи, — прошептал Сириус, сбрасывая пепел вниз.       Он встал, расправил плечи и вдохнул полной грудью. Воздух был холодным, пах бензином и дождем. Это был запах свободы. Горький, грязный, но его собственный.       Блэков больше не существовало. Остался только Сириус. И этого было достаточно.