Биполярная звезда || Блейн.

Блейн донёс её в дом почти автоматически. Дверь закрыл за собой плечом, не глядя. Темнота внутри не включалась сразу — и это даже не имело значения. Он просто прошёл дальше, будто знал каждый шаг на ощупь. Асию он уложил на кровать резко, но не так, чтобы ударить — скорее, как точку, где её состояние заканчивается и начинается "его пространство". Плед сверху — коротким, почти раздражённым движением. Секунда. Две. Он смотрит на неё так, будто проверяет: жива или нет. Потом отворачивается. Окно. Щёлк зажигалки. Сигарета. После месяца тишины дым кажется чужим. Он затягивается один раз — и сразу морщится, будто сам себе противен. На кухне бутылка виски. Он даже не думал её открывать последние недели. Сейчас — открывает. Без стакана. Без пафоса. Просто глоток. Резкий. Горло дергает, но он не останавливается. Смотрит в окно, не моргая. За спиной — движение. Сначала тихое. Потом резкое. Асия проснулась, будто её выдернули из воды. Сразу не понимает, где она. Потолок. Тишина. Слишком чистая тишина после клуба. И это хуже всего. Паника приходит не сразу — она нарастает. Дыхание сбивается уже на первом вдохе. Руки дергаются под пледом. — Нет... — тихо, почти без звука. Она пытается сесть. Не успевает. Блейн разворачивается мгновенно. И в следующую секунду его голос бьёт в комнату: — Лежи. Не громко. Но так, что спорить не получается. Асия замирает на долю секунды. И тут же снова дёргается — инстинктивно, хаотично. — Не... трогай... Он подходит ближе. Быстро. И просто хватает её за плечо. Не больно. Но так, что движение обрывается сразу. Полностью. — На меня смотри, — резко. Асия моргает. Не сразу понимает. Пытается отвернуться. Блейн сильнее сжимает пальцы — коротко, жёстко, без лишней силы, но так, что тело перестаёт спорить. — Я сказал: на меня. Тишина. Она медленно поднимает глаза. И встречается с ним взглядом. Холодным. Пустым. Слишком собранным для этой ситуации. Он держит её взгляд, как фиксирует. Не даёт уйти внутрь паники. — Вот, — коротко. Пауза. Асия пытается вдохнуть — и снова срывается. Блейн выдыхает через нос, резко, с раздражением. — Хватит. Одно слово. Как команда. Она дрожит сильнее. Слёзы уже на глазах. Но он не смягчается. Не меняется. Просто стоит над ней. — Ты либо здесь, либо нет, — холодно говорит он. — Выбирай быстрее. Асия застывает. Это не поддержка. Это давление. И оно работает грубо, почти жестоко. Потому что выхода не оставляет. Она снова смотрит на него. И в этом взгляде — не контроль. А потеря контроля. Блейн фиксирует это сразу. — Достаточно, — тихо добавляет он, будто ставит точку. И только после этого отпускает её плечо. Но не уходит. Остаётся рядом. Как будто даже не доверяет тишине без себя. Блейн встаёт у кровати. Молча. Слишком спокойно для человека, у которого внутри всё ещё держится на тонкой грани. Асия лежит неподвижно. Смотрит в потолок. Потом — в сторону. И только сейчас до неё доходит: это не квартира. Дом. Окно. Настоящее. Не запертая высота. Мысль приходит быстро. Слишком быстро. Она садится. Медленно. Будто случайно. Блейн не сразу реагирует. Пару секунд тишины. И только потом — его взгляд смещается. Он замечает направление её глаз. Окно. Понимание приходит резко. — Нет, — коротко говорит он. Но она уже двигается. Рывком. Не думая. Инстинкт. Страх. Свобода в одном шаге. Стул. Подоконник. Блейн срывается с места мгновенно. — Я сказал нет. Голос уже другой. Резкий. Глухой. Он оказывается рядом слишком быстро и просто перехватывает её движение, разворачивая спиной к стене и прижимает. Не бьёт. Не ломает. Но останавливает так, что воздух сбивается у обоих. — Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! — резко. Асия дёргается. Паника у неё уже не тихая — она рваная, хаотичная. — Отпусти... Блейн впивается пальцами ей в волосы и дергает так, чтобы девушка смотрела на его. — СТАНЬ НА МЕСТО, — срывается он. Тишина. И в этой тишине он на секунду слишком близко. Слишком жёстко в голосе. Слишком резко в движении. Асия замирает. И в этот момент Блейн вдруг сам это чувствует. Её дрожь. Настоящую. Не упрямство. Не игру. Страх. И это ломает его выражение лица за долю секунды. Как будто что-то внутри щёлкает обратно. Он резко выдыхает. Отпускает её так же резко, как схватил. Отступает на шаг. Проводит рукой по лицу. — Чёрт... — глухо. Пауза. Он берёт со стола почти пустую бутылку. Сжимает пальцами. Секунда. И швыряет в стену. Стекло взрывается резким звуком. Осколки разлетаются по полу. Тишина становится ещё тяжелее. Блейн стоит, не двигаясь. Грудь поднимается резко. Он не смотрит на неё. Потом выдыхает. Тише. — Больше не делай так. Пауза. И уже холоднее, но тише, чем раньше: — Иначе я перестану успевать останавливаться. Он отворачивается к окну. Как будто разговор закончился. Но в комнате остаётся ощущение, что на самом деле ничего не закончилось — просто стало опаснее говорить дальше. Блейн молчит ещё несколько секунд. Сидит, опустив локти на колени. В комнате всё ещё пахнет алкоголем и разбитым стеклом. Асия сидит на полу у стены, подтянув к себе ноги. Пытается успокоиться. Безуспешно. Тишина давит сильнее крика. Потом Блейн поднимает взгляд. Спокойный. Снова слишком спокойный. Как будто минуту назад ничего не произошло вообще. — Ты остаёшься здесь. Просто факт. Без интонации. Асия хрипло усмехается сквозь остатки слёз. — Нет. Он даже не моргает. — Да. — Я не собираюсь жить с тобой. — А тебя никто не спрашивал. Это звучит не грубо. Хуже. Потому что абсолютно серьёзно. Асия резко вытирает лицо ладонью. Смотрит на него зло. Почти с вызовом, за который сама цепляется как за последнее нормальное чувство. — Ты вообще ебанутый? — Сначала таскаешь меня сюда, потом кидаешь на кровать, душишь, орёшь — и теперь решил, что я тут останусь? Блейн медленно откидывается на спинку стула. Слушает. Не перебивает. Только взгляд становится холоднее. Тише. Опаснее. — Да. Одно слово. И от него снова хочется вжаться в стену. Асия качает головой. — Я не буду спать с тобой в одной комнате. Пауза. Вот здесь что-то в его лице едва заметно меняется. Не злость. Раздражение. Будто сам факт этого разговора начинает утомлять. Он проводит языком по внутренней стороне щеки. Отводит взгляд в сторону. И спустя пару секунд говорит уже ровнее: — Комната напротив. Асия замирает. Не ожидая, что он вообще уступит хоть в чём-то. Но это длится недолго. — Я вообще не останусь в этом доме. Блейн медленно поднимает на неё глаза. И вот теперь воздух снова становится тяжёлым. Очень. Он встаёт. Не резко. От этого хуже. Подходит ближе. Останавливается в нескольких шагах. — Ты сейчас либо начинаешь понимать, в какой ситуации находишься. Пауза. — Либо начинаешь меня заёбывать. Голос тихий. Абсолютно ровный. Но именно так он звучит, когда злится по-настоящему. Без крика. Без истерики. Как лёд. Асия чувствует это сразу. И всё равно упрямо вскидывает подбородок. — А если я уйду? Блейн смотрит на неё долго. Так долго, что начинает шуметь в ушах. Потом отвечает спокойно: — Не уйдёшь. — Это ещё почему? — Потому что ты не дура. Пауза. Он чуть склоняет голову набок. — И потому что после сегодняшнего ты сама понимаешь, что снаружи сейчас опаснее, чем рядом со мной. Эти слова звучат неправильно. Очень неправильно. Потому что человек, от которого ей должно быть страшнее всего, сейчас говорит это так, будто считает себя безопасным вариантом. Асия нервно усмехается. — Ты сейчас серьёзно пытаешься убедить меня, что с тобой безопасно? — Нет. Сразу. Без паузы. — Я пытаюсь объяснить тебе, что живой ты гарантированно будешь только здесь. Тишина. Он отворачивается первым. Подходит к двери. Берётся за ручку. И уже не глядя на неё, холодно бросает: — Комната напротив. — Не шастай по дому ночью. — И не заставляй меня повторять очевидные вещи дважды. После выходит. Дверь закрывается тихо. Без хлопка. И почему-то именно это пугает сильнее всего. Асия ещё долго сидела на полу после того, как дверь закрылась. Не двигалась. Только смотрела в одну точку перед собой. В голове всё ещё шумело. От страха. От злости. От усталости. И сильнее всего бесило то, что часть слов Блейна звучала слишком логично. Это раздражало почти до тошноты. Она медленно поднялась только спустя несколько минут. Ноги всё ещё дрожали. На запястьях остались красные следы от верёвки. Асия задержала на них взгляд. Потом резко отвернулась. Будто если не смотреть — этого вечера не существовало. Комната напротив оказалась тёмной. Никакого уюта. Будто здесь никто никогда по-настоящему не жил. Она закрыла дверь сразу. На замок. Хотя прекрасно понимала, что если Блейн захочет войти — это его не остановит. Но хоть что-то. Хоть какая-то иллюзия контроля. Асия легла поверх одеяла, даже не раздеваясь. Смотрела в потолок. Потом — в окно. Потом снова в потолок. Сон не приходил. Каждый раз, когда глаза начинали закрываться, в голове снова вспыхивала та комната в клубе. Два выстрела. Холодный голос Блейна. Кровь на полу. И то, как он смотрел на неё потом. Не как на свидетеля. Хуже. Как на проблему, которую почему-то не смог решить привычным способом. Асия резко перевернулась на бок. Зажмурилась. Без толку. Дом был слишком тихим. И именно поэтому любой звук становился громче. Скрип дерева. Шум дождя. Тихий ветер за окном. А потом— голос. Очень тихий. Почти неразборчивый. Сначала Асия даже не поняла, что её разбудило. Она медленно открыла глаза. Прислушалась. Тишина. Пару секунд ничего. И снова. Ниже. Хриплее. — ...Рейн... Асия замерла. Сердце вдруг ударило сильнее. Голос шёл из соседней комнаты. Из комнаты Блейна. Она медленно села на кровати. Не шевелясь. Будто любое движение могло спугнуть этот момент. Снова тишина. Потом тяжёлый вдох за стеной. Скрип кровати. И очень тихо, почти болезненно: — Не надо... Асия нахмурилась. Это не было похоже на человека, которого она видела весь день. Не на того Блейна, который говорил спокойно рядом с трупами. Не на того, кто смотрел холодными зелёными глазами и будто вообще ничего не чувствовал. Во сне его голос звучал иначе. Сломанно. Будто там, под всем этим льдом, до сих пор оставалось что-то живое. Имя снова ударило в голову. Рейн. Кто она вообще такая? Асия медленно подтянула ноги к себе. Сидела в темноте, слушая чужое тяжёлое дыхание за стеной. • Кухня была тёмной, только тонкая полоска света из коридора резала стол и край шкафов. Асия всё-таки не уснула. Сколько бы ни пыталась — в голове слишком шумело. Слишком много всего. Слишком живо он стоял перед глазами даже тогда, когда его не было рядом. Она вышла тихо. Без обуви. Просто потому что так проще не издавать звука. Дом оказался странно большим. Не квартира — это она поняла ещё вчера, но сейчас, ночью, это ощущалось иначе. Холоднее. Пустее. И именно поэтому она не сразу поняла, что уже не одна. — Я же сказал... Голос прозвучал сзади. Низкий. Хриплый от сна и раздражения. — ...не шароёбиться по дому ночью. Асия замерла. Секунду — просто стояла, спиной к нему, не успев даже вдохнуть нормально. Потом почувствовала: он рядом. Слишком близко. Блейн подошёл почти бесшумно. И в следующий момент её уже прижали к столу — не грубо до боли, но так, что тело само прекратило любые попытки двигаться. Руки он поставил по обе стороны от неё. Ловушка. Не физически жёсткая — но из которой просто так не выходят. Ася резко выдохнула. — Ты вообще слышишь, что я говорю? — его голос стал холоднее. — Я сказал не выходить. Она молчала. Спина напряжена. Плечи зажаты. И впервые за всё время — без привычной дерзости в ответ. Потому что сейчас это было не про игру. Сзади было слишком тихо. Слишком близко. — Ты всегда так... контролируешь всё? — выдавила она наконец, стараясь звучать ровно. Он не ответил сразу. Только чуть наклонился ближе. — Я контролирую то, что у меня под рукой. Пауза. — Ты сейчас — под рукой. Тишина снова упала между ними. Асия сглотнула. И вдруг, почти резко, как будто сама не хотела задавать этот вопрос, но уже не могла остановиться: — Кто такая Рейн? Тишина. Мгновенная. Тяжёлая. Блейн не двигается вообще. Только воздух вокруг будто становится ледяным. Асия чувствует, как его пальцы медленно сильнее упираются в столешницу. Секунда. Вторая. А потом он очень спокойно спрашивает: — Что? Она сглатывает. Но теперь уже поздно отступать. — Ты говорил это имя во сне. После этих слов Блейн медленно выпрямляется. Отходит на шаг. И это почему-то пугает сильнее, чем близость. Асия оборачивается. Он стоит напротив. В темноте. Смотрит на неё так пусто, что внутри всё неприятно сжимается. Никакой злости. Вообще ничего. Именно это — самое хуёвое. — Ты охуела? — тихо спрашивает он. Без повышения голоса. Без эмоций. Но от этого тона по коже идёт холод. Асия упрямо вскидывает подбородок. Хотя сердце уже колотится где-то в горле. — Я просто спросила. Блейн коротко усмехается. Без улыбки. — Нет, Звёздочка. Пауза. — Ты полезла туда, куда тебе нельзя. Он делает шаг ближе. Медленный. Спокойный. — И если ты хочешь продолжать жить в этом доме нормально — наклоняется чуть ниже, — ты больше никогда не произнесёшь это имя. — Я не собираюсь здесь жить в целом, — добавила она уже жёстче. — И вообще не собираюсь в это всё влезать. Блейн медленно выпрямился за её спиной. И вот это было хуже всего. Потому что его спокойствие исчезло. Не взрывом. А ровным, холодным обрывом. — Ты думаешь, у тебя есть выбор? — спросил он тихо. Асия резко повернулась корпусом, насколько позволял стол. — А ты думаешь, у тебя есть право решать за меня? Пауза. Она тяжело дышала уже не от страха — от злости. От бессилия, которое превращалось в привычную для неё агрессию. — Я напишу маме, — резко сказала она. — И скажу, что у подруги. Меня заберут отсюда. Она выпрямилась чуть сильнее. — И всё. Конец истории. Блейн смотрел на неё молча. Долго. И чем дольше он молчал, тем яснее становилось — он уже всё это просчитал. — Телефон, — добавила она, протягивая руку. — Дай. Секунда. Вторая. И в какой-то момент его взгляд стал почти скучающим. — Ты реально думаешь, что всё так работает? — спокойно спросил он. Асия дернула подбородком. — Работает именно так. И в этот момент она снова включила то, что у неё было вместо защиты. Злость. — И вообще, — она усмехнулась, уже явно на грани, — как же меня затрахали твои ебучие демоны. Тишина. Резкая. Плотная. Как будто воздух стал тяжелее. Блейн не двинулся. Но его взгляд стал темнее. Гораздо. Он медленно выдохнул. И впервые за всё время в его голосе появилась не просто холодность. А предупреждение. — Не говори о том, чего не понимаешь. Пауза. Он отступил на шаг. Потом ещё один. Как будто специально убирая давление. Но легче не стало. — Телефон ты не получишь. Коротко. Окончательно. — И никуда ты отсюда не выйдешь, пока я не решу иначе. Асия сжала челюсть. — Ты больной. Он даже не отреагировал. Только отвернулся к столу, будто разговор для него закончился. — Иди спать, Асия. Пауза. — Пока я ещё пытаюсь разговаривать нормально., — бросил он через плечо. — И не проверяй границы ещё раз.