Придворный лекарь

      – Виктор, там принц… – девушка заглянула в кабинет придворного врачевателя и жестом показала на себе круглый живот, будто была беременна.       – О боги, – пробормотал Виктор, тут же подрываясь с места. Кидая быстрые взгляды на этикетки, он загрузил в чемоданчик несколько склянок с лекарствами и быстрым шагом устремился по коридору вслед за служанкой.       В покоях принца был приглушен свет. Двое служанок суетились в глубине комнаты, с еще одной доктор столкнулся в дверях. На роскошной постели под балдахином метался молодой принц, шелковые простыни под ним измялись, одеяло откинуто в сторону. На фарфорово-розовой коже юноши выступила испарина. Он обеими руками обхватывал большой вспученный живот, под его растопыренными пальцами все бурлило и перекатывалось. Ужасные звуки несварения были слышны еще с порога.       Виктор аккуратно присел на край кровати и поставил чемоданчик на пол рядом с собой.       – Ваше Высочество? – вкрадчиво позвал он, осматривая молодого человека и пытаясь убрать его руки от живота, – Ваше Высочество, что вы ели?       Но принц только застонал в беспамятстве, крепче обхватывая вспученное брюхо. Похоже, он бредил от боли.       – У Его Высочества жар, – серьезно доложила главная служанка, – Он жаловался на дискомфорт с пищеварением и никак не мог облегчиться до того, как потерять сознание.       Одна из девушек как раз меняла влажную тряпку на лбу принца. Главная служанка немного помедлила и, наклонившись к лекарю, шепотом добавила:       – Нам кажется, Его Высочество отравили, доктор!       – Отравление?.. – задумчиво пробормотал Виктор только чтобы что-то ответить. Пока служанка говорила, он мягко, но настойчиво пытался пробраться к животу принца, и наконец ему это удалось.       Сдвинув руки юноши в сторону, лекарь приподнял его ночную рубашку и прижал обе ладони к бурлящему юношескому животу, который сейчас больше напоминал воздушный шар. Даже от легкого прикосновения принц заворочал головой и замычал, его пальцы с силой вцепились в простынь. Виктор постарался щупать еще аккуратнее, чуть сдавливая с боков, вокруг пупка и по низу живота. Кишечник молодого человека явно был переполнен и работал наизнос, пытаясь вытолкнуть из себя нечистоты.       "Черт, при таком вздутии он уже должен пердеть на весь замок! А газы совсем не отходят”, – размышлял лекарь, прикасаясь тыльной стороной ладони к раскрасневшимся щекам и лбу принца, – “Да и жар есть…”       – Давно ли Его Высочество не может облегчиться? – очень тихо спросил он у главной служанки. Остальным девушкам ни к чему знать о степени деликатности проблем своего господина.       – Не могу знать такие подробности, – в тон шепнула она, – Но на застои принц никогда до этого не жаловался, вы и сами знаете, доктор. Тут что-то другое.       – Ваше Высочество! Вы меня слышите? – еще раз попробовал позвать лекарь, поглаживая принца по щеке, – Что вы съели накануне?       – Ммм… В-виктор? Это ты? – простонал принц, приоткрывая глаза, – Боже, Виктор, избавь меня от этих мук, прошу! Живот просто разрывает, а я не ел ничего дурного, клянусь!       Юноша заметался по постели, снова вцепившись руками в живот. Доктор, обеспокоенно нахмурившись, тут же придержал его за плечи, опасаясь, как бы мальчик не стукнулся об изголовье. Каждый стон молодого наследника отзывался у него ударом кинжала по сердцу.       – Я здесь, мой мальчик. Ты ни в чем не виноват, не бойся… Просто нужно вспомнить, что ты такое съел… – вкрадчиво заговорил Виктор. Должность придворного лекаря требовала от него не только высочайших навыков медицины, но и обладания исцеляющим голосом, – Пожалуйста, вспомни! Никаких новых блюд или странных десертов? Может быть, тебя кто-то угостил?       Гипнотизируя принца ласковыми словами, Виктор поймал одну его руку в свою ладонь, успокаивающе сжимая. Другой рукой он тут же закружил по животу, стараясь подавить спазмы. Руки его, как и голос, обладали необъяснимым исцеляющим эффектом, и принц наконец замер, доверяясь ему, продолжая лишь рвано дышать и постанывать.       – Я ел только то, что было на обеденном столе, – проскулил он, – Ничего нового не пробовал… Мне точно что-то подсыпали, я тебе клянусь… О, боже!       Глаза принца вдруг резко расширились, а рот застыл в горестной букве “О”. Он чуть приподнялся на локтях, глядя прямо на лекаря, в его глазах плескалась паника. По животу юноши прокатилась видимая судорога, кишечник взвыл на всю комнату.       Виктор быстро подхватил принца за плечи, перекладывая на бок и подтягивая ему ноги к груди. Одновременно с этим чуткая рука доктора жестко массировала самую вздутую точку живота. Коротко ахнув, принц обильно проперделся.       – Скажите остальным девушкам уйти. Дальше будет только хуже, не будем смущать Его Высочество, – с ухмылкой обернулся доктор к главной служанке.       Она тут же сделала знак остальной прислуге и, нахмурившись, уточнила:       – Мне остаться?       – Смотря как вы оцениваете свою верность короне, – загадочно проговорил Виктор, возвращаясь к животу принца.       “Может, конечно, и правда отравили, – думал он, пока молодой человек под его рукой натужно освобождался от газов, – Да только всю еду подают на стол под строжайшим надзором, и больше ни у кого из замка проблем не возникло, иначе бы я сейчас разрывался между пациентами. Скорее всего, мальчишка налопался чего попало, закусил рыбу пирожными с кремом да еще влил вина сверху, вот его и пучит”.       – Боже… Хааа… О боже… – забормотал принц, – Сделай так еще раз… Надави… Прошу тебя, Виктор, надави еще раз…       Он схватил руку лекаря и с силой вжал в свой раздутый живот.       – Ч-чувствуешь? – страдальчески прошептал он, – Но наружу ничего не идет!..       Принц ослаб и уронил голову на подушки.       – Потерпите, Ваше Высочество, – продолжал массировать Виктор. Конечно же, он чувствовал. Под его рукой в чреве юноши бушевал настоящий апокалипсис, что-то беспрестанно бурлило и перекатывалось, лопались какие-то пузырьки. Принц вцепился в его запястье, постанывал и ерзал, стараясь удобнее прижаться к теплой ладони.       Не отрываясь, доктор потянулся к своему чемоданчику и нащупал там флакон. Обернулся, чтобы посмотреть, ушла ли главная служанка.       Девушка стояла чуть поодаль, сложив руки на переднике, пальцы ее лихорадочно теребили ткань. Взгляд служанки отнюдь не был целомудренно опущен к полу, как того требовал этикет; наоборот, она завороженно уставилась на доктора с принцем, глаза ее ловили каждое движение, а уши – каждый вздох и стон. Когда Виктор обернулся, она попыталась отвести взгляд.       – Все-таки вы верны короне? – прошептал лекарь, с ухмылкой передавая ей флакон, – Разведите с водой четыре капли!       “Клизму он себе все равно сделать не даст”, – рассудил он про себя, – “А вот это поможет ему облегчиться”.       – Вот, выпейте, – Виктор поднес бокал, который принесла служанка, к губам принца.       – Что это? – капризно скривил губы тот, уставившись на прозрачную жидкость.       – Обычная вода, – спокойно соврал Виктор, – Пищеварению нужна жидкость.       Принц пожал плечами и приник к бокалу. Его и правда мучила жажда. Осушив лекарство в несколько глотков, он вернул емкость лекарю.       – Ох, – он тут же резко втянул воздух и, рефлекторно приподняв ноги, несколько раз пукнул.       Виктор продавливал живот, чувствуя, как целые массы газов движутся к выходу. Его сознание затуманилось от вида страдающего мальчишки, далеко не к каждому пациенту он проникнуться тем же сочувствием.       – Мххха!.. Ох… Уфф! – тяжело дыша, принц откинулся на постели, оглаживая живот поверх руки доктора, – О боги… О, спасибо, Виктор… Кажется, уже не так больно…       – Нет, мой мальчик, ты еще полон всякой дряни, – проговорил доктор, внимательно щупая живот. Юноша немного сдулся, его больше не распирало, однако жидкие нечистоты, бурлящие в недрах кишечника, прихлынули ближе к выходу и теперь явно готовились к эвакуации, – Тебе полегче? Сможешь встать на четвереньки?       Опираясь на подоспевшую служанку и на Виктора, принц с оханьем перевернулся, его живот отвис под тяжестью собственного веса, едва не касаясь простыней.       – Ох! – болезненно вздохнул юноша, ему движение явно доставило дискомфорт.       Виктор тут же подхватил отвисшее брюшко, продолжая массаж.       – Можешь немного прогнуться. Найди удобное положение, – ласково предложил он.       Принц застонал и завозился, вжимаясь животом в ладонь доктора, и тут же его оттопыренная задница разразилась долгими вонючими трелями.       – Вот так, расслабьтесь, Ваше Высочество!       “Ну и запах!”, – про себя подумал Виктор, морща нос и переводя смешливый взгляд на служанку. Та смотрела на принца с всеобъемлющей жалостью, поддерживая его за плечо.       – Оох!.. О, простите… Простите… Н-не могу… Остановиться!.. – закатив глаза, стонал юноша, продолжая с диким облегчением пукать, освобождая живот.       Внезапно кишечник звонко забурлил на всю комнату. Служанка с испугом воззрилась на принца, сам же юноша, как и доктор, почувствовал, как что-то большое устремилось по петлям его пищеварения к выходу.       – В-виктор!.. – принц застыл в панике, бледнея как мел.       Он поднял на Виктора взгляд, полный немого отчаяния. На секунду все его существо до предела напряглось, скрутилось вокруг одной точки. Мальчишка весь сжался, но поздно. Из его ягодиц уже брызнул поток жидкого кала, пачкая белье и простыни, пузырясь на бледных бедрах. По комнате поползла вонь.       – О, боже… – пробормотал Виктор, поддерживая юношу, – Принесите полотенце и что-нибудь чистое!       Служанка быстро закивала и ретировалась. Доктор приспустил нижнее белье принца, облегчая выход каловых масс.       – Я… Еще не все… – простонал принц, и его снова громко пропоносило на постель. От жутких спазмов, разрывающих кишечник, он не мог сдвинуться с места. Совершенно не контролируя мышцы, принц излился на простынь струей мочи, под ним расплылось огромное мокрое пятно.       – Давай сюда, мой мальчик, скорее, – доктор ногой выдвинул из-под кровати ночной горшок и на руках стащил принца с кровати, усаживая на фарфоровую чашу, – Расслабься полностью, выпусти все. В такой позе кишечнику будет даже легче.       Принц заскулил, сгорбившись, и из его задницы в горшок ударила струя диареи. При этом он не мог прекратить мочиться, поток из его уретры неконтролируемо орошал ковер.       – Не напрягайся, – гипнотизируя, наговаривал Виктор на ухо юноше. Его чуткие руки профессионала продолжали массировать живот и поясницу, точно зная, куда необходимо надавить.       – Мннхааа… Аах!.. – постанывал принц, испражняясь. Силы его покинули, он обмяк, опираясь на доктора и уронив голову ему на плечо, – О, Виктор, почему так плохо?.. Боги, кажется, я умираю!       Он захныкал, по лицу побежали бессознательные слезы. Его задница продолжала извергаться, подобно вулкану, каждый пук выталкивал в горшок немного пузырящегося кашеобразного кала с влажными звуками: “Прррфлоп! Пффрруу!”.       Виктор нахмурился, видя страдания обессиленного мальчика.       – Плохо, потому что не надо было так объедаться, – шепнул он на ухо принцу. Умелая рука доктора потянулась вниз, к обнаженному половому органу юноши, начиная осторожные движения. Принц тут же ахнул, откликаясь на ласку, его голова запрокинулась к расписному потолку.       – В-виктор!..       – Тише, Ваше Высочество, тише! – зашипел Виктор, покусывая себе губы. Ему было ужасно неудобно: рука, на которой лежал принц и которой доктор продолжал поглаживать его живот, затекла так, что Виктор ее почти не чувствовал, да и в собственных штанах становилось жарко и тесно. Однако реакция того стоила: каждый сладкий стон мальчика, его закатившиеся глаза, дрожь и, наконец, заветное рваное:       – Вик!.. тор…       Служанка застыла в дверях, прижимая к себе стопку нового постельного белья, не в силах отвести глаз от зрелища.       Выстрелив спермой в руку доктора, принц уткнулся лицом ему в шею, и Виктор почувствовал влажный укус. Одного этого ему бы хватило, чтобы кончить.