Импульсный рейд

      Темнота. В этом бескрайнем месте царила умиротворяющая тишина. Казалось, тело стало легким, неосязаемым. Пространство не имело никаких границ, а потому и не ограничивало движения. Босые ноги стояли у мелководья, ощущая легкий холод, проходящий по всему телу. «Это загробный мир?» — подумал про себя Рико. Тихие, почти неуловимые звуки начали доноситься из-под толщи воды. Парень не сразу понял, что или кто их издавал. Пытаясь прислушаться и различить хоть малейшую подсказку, что это могло быть, его резко пронзил крик, откликаясь острой головной болью прямо в висках. Он ухватился за голову, чтобы хоть как-то ослабить не прекращаемый поток агонии, и упал прямо на колени. Длинные руки начали вырываться из-под толщи воды, обхватывая тело парня, утаскивая его за собой в глубины неизвестного. Он из последних сил пытался в тщетных попытках найти хоть что-то для опоры, но такового не оказалось, и он погрузился вниз. Запах пепла ударил в нос, прожигая легкие копотью по всей поверхности. Открыв глаза, перед ним открылся взор на город, полностью окутанный огнем. Здания в полуразрушенном виде рассыпались по кускам, превращая все в руины. Люди бежали в разные стороны в попытках спрятаться от надвигающейся беды. Мертвые тела усыпали землю в кровавом месиве, в центре которого стояло огромное дерево, прорастающее своими корнями по всем улицам города. Око в его стволе озаряло светом сквозь темные тучи, но этот свет не был спасительным жестом. Только сейчас, придя в себя, Рико осознал, что в руках у него лежало чье-то бездыханное, изуродованное тело, можно сказать, останки от него. Руки и ноги были полностью оторваны от туловища, а глаза искалечены глубокими, стянутыми ожогами, провисая вниз. На лице ничего не осталось для определения личности, лишь маленькая татуировка в области щеки с римской цифрой "два", оставляя след о когда-то существовавшей душе. Пока он рассматривал чужое тело, он и не заметил, как по рукам начали бежать капли. Первая пришедшая мысль была о дожде, но, посмотрев на небо, он ничего не увидел. Только сейчас парень понял, что это были его собственные слезы. Дикий вопль вырывался из его уст, разрывая гланды до предела. Тело болело от бесчисленных травм и переломанных костей. Рико не знал, почему плачет и почему на душе так паршиво, словно по ней скреблись когтями. Видеть, как один человек теряет другого, было тяжело, невольно проводя параллель с матерью, которая умерла при его родах, оставив младенца одного в холодном доме. Ему стало дурно. В её кончине маленький мальчик винил себя. Жизнь целого дерева стоила одного лепестка – этот обмен казался неравным. Больше всего разъедала изнутри мысль, что эта потеря для семьи не стоила и цента. Неожиданно тяжелый удар прошелся по земле, поднимая пыль во все стороны. Кто-то приземлился рядом, и этот кто-то был очень силен. Черный плащ развевался по ветру от поднявшейся метели, холодные льдинки моросили в воздухе, оседая на лице каплями. «Снег?» – подумал про себя мальчик. Сильная аура источалась от незнакомца, казалось, все близлежащее замирало, пытаясь притаиться. На поясе у него была подвешена катана, заправленная в сая. Правой рукой, обтянутой черной перчаткой, он придерживал цука, медленно подходя ближе. Из-за сильной метели было невозможно различить черты лица, но сквозь шумный поток ветра он услышал звонкий перелив колокольчика, привязанного к сагэо. Рико узнает тонкую мелодию из тысячи – этот маленький судзу на красной ниточке ,мальчик в детстве сделал сам, когда глубокая тоска опустошала, разъедая на куски. Очертания меча стали четче, он опознал в нем семейную реликвию, которая передавалась поколениями к преемникам клана Морияма – катану Кенго Мориямы - Дайтидзан Содрогнувшись, мысль пробежала недоумением: откуда у этого человека меч отца? Тот самый недосягаемый меч, о котором грезил Рико и который так и не стал его. — Рико… Рико… Рикоооо! — Незнакомец, увидев японца, начал отчаянно кричать, истошно продолжая звать его по имени. Но сильная мгла замела обзор, ослепительный свет, ударяя прямо в глаза, заставлял его проснуться. Резкий запах аммиака врезался в нос, отрезвляя от сна. Осадок после увиденного не уходил еще долго. Он лежал с открытыми глазами, смотря в потолок, пытаясь понять, что это вообще было. Опомнившись, парень медленно встал, придерживаясь рукой за голову, которая беспощадно болела, принося дикий дискомфорт. Решив наконец-то осмотреться, он, закусив губу, начал пробегать глазами по вещам: белая стерильная комната, завешенная занавесками, кровать, на которой лежал парень, рядом с которой находилась целая куча медикаментов — всё это встретило его так неожиданно. Обычно он залечивал свои раны самостоятельно, сидя у себя в комнате, поэтому для него это было первое посещение медпункта. Попытавшись вспомнить, почему он вообще здесь оказался, воспоминания потекли рекой. Он вспомнил об адской тренировки, как после пошел в раздевалку, встретив двух чокнутых амбалов и там же с ними подрался. — Вы проснулись? — вопрос прозвучал со стороны двери. Это была молодая девушка, одетая в белый халат и с волосами, зачесанными назад в пучок. — Вас принесли сюда ваши друзья. Они были встревожены вашим состоянием и потому попросили предупредить, когда вы очнетесь. — Друзья? — От такого высказывания по телу пробежали мурашки. Большей нелепости в жизни не слышал! Да что бы эти два отморозка еще назывались друзьями! Если второй парень, в высоту Эверест, еще нормальный, то этот мелкий — настоящий дикарь, который выбрался в цивилизацию из явной дыры. Со стороны они казались еще более нелепее. Кто в здравом уме будет возле себя держать кого-то, кто значительно меньше как в физической, так и эмоциональной стабильности? Нет уж в страшном кошмаре! Рико был выше этого, а потому знал, что когда вырастет и станет выше, в его команде не будет ни одного лилипута или безумца с тараканами в голове. Аккуратно встав с кровати, упершись в подлокотник, он поблагодарил медсестру и отправился в свою комнату. Время уже близилось к десяти, а потому в коридорах была кромешная тьма. Найдя в карманах рюкзака ключ-карту, он открыл дверь и, проходя внутрь, увидел, как софиты автоматически включились, освещая комнату слабым светом. Из последних сил он добрался до своей койки, удобно раскладываясь на ней. День выдался нелегким, высосав из тела всю жизненную энергию. Еще более тяжелым его делала мысль о несделанной домашке на завтра. Желание оставить все и забить прервалось на мысли о том, что Тэцудзи может сделать, когда узнает об этом. Собрав последние силы в кулак, он поплелся к столу, доставая из рюкзака необходимые принадлежности и книги. Под тусклым светом настольной лампы он провозился над работой до двенадцати ночи, уснув прямо на месте. Утро следующего дня началось как по графику: подъем в пять утра, изнуряющая тренировка, завтрак, а затем на учебу, куда Рико подвозил личный водитель. Здание школы восхищало новичков с первого взгляда. Фасад кричал о наличии денег, власти и имеющейся силе, так и говоря: "Здесь учатся непростые дети, а влиятельные потомки высокого общества". Оно и таким было: пансион Эдгара Аллана считался закрытой территорией для детишек элитного слоя. Совсем неудивительно, если в одном с тобой классе окажется какой-нибудь сын депутата или, вовсе, президента. Конкуренция в учебе была дикая, держать лидерские позиции было тяжело, но Рико это удавалось, хоть и с большим трудом, ценой нескольких бессонных ночей и пропущенных приемов пищи. Прозвеневший звонок оповещал учащихся об окончании уроков. Выйдя из здания, Рико направился прямиком к ожидавшему его водителю, но, не успев пройти через главные ворота, заметил две высокие фигуры. Ну, как высокие — один с половиной человека. — Только этого мне не хватало! — Попытавшись проскользнуть незамеченным, пряча лицо и отворачиваясь, насколько это было возможно, он почти смог, но неожиданный отклик дал знать о провале операции. — Эй, малой! Куда так спешим? — Лысая макушка высунулась из-под крупного тела своего товарища, держа на лице жуткую, местами глупую улыбку. — Слышь, мы как-то неровно начали общение, давай побазарим. — Мне нечего с вами обсуждать. — Ты посмотри, какой резвый! Я с ним по-доброму, а он кочурится. — Эш! — К разговору присоединился до этого молчавший блондин. Его золотые кудри притягивали внимание японца, а невинная улыбка напоминала счастливого лабрадора. Контраст с лысым дикарём был сильным, оттого и сочетание экзотической дружбы казалось странным. — Мы планировали не так. Будем добрее. — Эх, куда с тобой денешься, макаронная фабрика! Короче, не по-мужски, типа, получилось, вспылил я. — Небрежные слова вылетали, пытаясь сконструировать предложение, но единственное, что выходило, — это наждачкой проходиться по слуху. Может быть, стоило признать, что человек искренне хочет извиниться за поступок, ведь, как-никак, Рико тоже не был ангелом. — Ты тоже меня извини, мне не стоило так вспылить. Громкий гудок автомобиля резко разорвал идиллию разговора, предупреждая японца быстрее поторопиться. Не смея больше задерживаться, он поправил лямку сумки и отправился к машине. — Эй, мелкоглазый! В одиннадцать на Порт-Рояле. Рико не сразу понял, зачем и для чего — одиннадцать и без того позднее время, и тут тратить драгоценное время для сна на непонятно что. — У тебя ведь проблемы с выпуском импульса? Так вот, если хочешь, приходи, научу. Откуда он знал, что у него действительно есть эта проблема? Ведь только Тэцудзи индивидуально тренировал его и проверял все показатели, это была для него загадка. Но сама мысль попробовать убрать этот изъян, чтобы хозяин больше не злился, была заманчивой. Не ответив на его предложение, он сел в машину и пропал за поворотом, оставив одного и половину человека стоять на месте. День продолжился по своему однотипному сценарию. Придя после обеда в общежитие, у него было немного свободного времени, которое он всегда тратил на усвоение школьного материала, и уже не замечал, как наступало время идти на тренировку. Их никогда нельзя было начать без подготовительного анализа и кардио нагрузки: тридцать минут на беговой дорожке, отжимания, подтягивания, прыжки — и сразу на биосканер, который анализировал физическое состояние резонатора и выводил на экран все его минусы и сильные стороны. Вся эта процедура занимала около двух часов, остальные же часы тратились на арене. Новые синяки и ушибы по всему телу — всё это сопровождало из раза в раз, становясь рутиной. Вернувшись к себе, из последних сил державшись на ногах, он упал на круглый диван в гостиной, в центре которого стоял камин. Огонь трещал, медленно танцуя и поднимая смолу в воздух. На часах было полдевятого, а это значило, что отбой через полтора часа . За это время ему надо было успеть сделать уроки и подготовиться ко сну. Решив не ждать больше, он с трудом поднялся, направился в свою комнату, уселся за рабочий стол и, доставая книги, решил начать со своей нелюбимой истории. Этот скучный набор текста никогда не нравился Рико, но для поддержания высокой статистики оценок в школе предмет необходимо было знать. Иногда парень ловил себя на мысли, что было бы хорошо, если бы рядом оказался человек, который читал бы ему её или интересно рассказывал. Закончив с последней математической задачкой, Рико выключил компьютер и собрал рюкзак. Подтянувшись, поднимая руки над головой, он, зевая, завалился на кровать. Радуясь окончанию дня, перед закрытием глаз, он пробежался по комнате и остановился на часах у тумбочки. Стрелки показывали 23:07. Воспоминание об утренней встрече пронеслось кадрами в памяти, напоминая о приглашении, куда он благополучно опоздал. Желание лежать в удобной кровати, которую он согрел своим телом, боролось с необходимостью вставать. Казалось, может, оно и не надо ему вовсе. Эти два клоуна для него ничего не значили, да и последствий при отсутствии никаких быть не могло. Единственный авторитет, имеющий право устанавливать какие-либо правила, был Тэцудзи, и потому было бы логичнее выспаться, чтобы не опоздать на завтрашнюю тренировку. Закрыв глаза, он почти было заснул. — Черт вас дери! — Но желание поскорее решить свою проблему с импульсом было сильнее. Быстро надев на себя что попало под руку, он тихо открыл дверь и на цепочках отправился прямиком в Порт-Рояль. Молодые парни находились на месте, они оттачивали боевые техники друг над другом. Быстрые атаки и ловкие уклонения завораживали глаз. Было непривычно видеть их в таком виде. Стоя на трибуне и внимательно следя за ними, Рико понял, что и вовсе забыл, что эти игроки являлись лучшими в дивизионе и поддерживали статистику сильной команды ЭКСИ. Наконец-то один из них заметил его и, прервав их занятие, направился к мальчику. — Ты опоздал, это дурной тон. — Эш, обтёр лицо полотенцем и закнул его на плечи. Свободной левой рукой он потянулся за бутылкой с водой. — Я забыл. — Как-то оправдываться или придумывать историю Рико не видел смысла. Факт он и есть факт, просто «забыл». Такое решение приняли и парни, не задавая больше лишних вопросов. Один из них рукой подал знак, приглашая на поле. Было странно проходить без какого-либо костюма или хотя бы оружия. Память его точно не могла подвести: лысоголовый обещал помочь с импульсом, а делать это без необходимого арсенала — всё равно что палками друг в друга бросаться, никакого толка. — Ты говорил, что поможешь с резонированием. — Не стоит так спешить, мелкий будет тебе еще. Его вечно расслабленный тон и физиономия, до самых костей бесило Рико. Он не мог понять, как, прожив большую часть жизни в Эверморе, можно было оставаться таким спокойным. От мысли, что тот мог употреблять что-то запрещенное, его ограждали запрет на употребление наркотиков и невозможность пронести что-либо незамеченным перед охранниками или тренерами. — Если ты не собирался мне помогать, то не стоило предлагать! — Полный раздражения, он развернулся, собираясь уходить. — Успокойся, мелкоглазый, — медленно повернувшись в сторону уходящей спины, Эш продолжал говорить. — В Эверморе всем спортсменам и так известно, что до достижения пятнадцати лет нельзя резонировать с чем-либо. Это может привести к пожизненным травмам или смерти. Типа игра без сохранения, шаришь? Взяв в руки один из клинков, что стояли на железной подставке у арены, он раскрутил его на пальце. — То, что здесь смиренно приняли отсутствие закона, уже не секрет. Но что самое любопытное: почему хозяин решил такой мелкой сопле дать взрослые игрушки? Я, конечно, не лезу в ваши семейные отношения и всякую драму, но складывается впечатление, что из тебя хотят сделать машину. Бред от услышанного заставил парня встать в ступор и начать задумываться об адекватности человека. Но недолго размышлять ему пришлось, как резкая атака исподтишка в виде клинка, что он держал все это время в руках, полетела в его сторону. — Ты совсем ненормальный! Ты мог мне навредить! — Че, зассал? Не парься, реакция-то у тебя неплохая. А ну-ка, проверим тебя на знание школьного материала. Расскажи мне, какие принципы работы взаимодействия с предметом? — Это смешно, ребенок знает это! — Не тяни, какие? Складывалось впечатление, что всё это было сделано только чтобы поиздеваться, но желание поскорее со всем закончить и не идти на конфликт было разумнее. — Резонаторы — это люди со сверхспособностями. В зависимости от его силы он может преобразовать элемент в любом предмете, сделанном из псилионикса, становясь посредником между ним и волнами частиц. Другими словами, пока у человека в руках есть нужная палка, он может из неё сделать смертельное оружие. — Неплохо, сразу видно — лучший ученик Эдгара Аллана. А скажи мне, без палочки резонатор может пользоваться сверхспособностями? — Нет, если у него её отобрать, он становится открытой мишенью на поле, и, скорее всего, его ждёт тайм-аут. — Эй, Джейсон, я же говорил — парень огонь! Видеть, как на лице расцветает жуткая ухмылка, пробирающая до мурашек, Рико всё никак не мог понять, для чего всё это. Может, действительно стоило просто остаться в комнате и спать. Выдернув из стены недавно прилетевший клинок, он призадумался: получается, у этого человека элемент воздуха, наверное, ему действительно подходит — лёгкий, свободный, неуловимый. Интересно, когда сам Рико пробудится, какой элемент будет у него? — Чего ты там стоишь? У нас, так-то, немного времени, давай дуй сюда. — Слушай внимательно, узкоглазик, существует не так много способов пробудить импульсный рейд на ранней стадии. Первое — создать стрессовые условия, которые заставят тело выплюнуть весь свой предел. Второе — уродиться чертовым гением, но так как это тебе не дано, будем вывозить за счёт первого! — Я заставлю твоё тело молить меня остановиться! — С той погоди, Эш, это разве безопасно? — Пока я здесь — всё безопасно! Пять клинков разных форм и размеров поднялись в воздух, направляя свои острые конечности прямо на мальца. Тело мгновенно напряглось, но не сдвинулось с места. Надежда, что это всего лишь маленькая шутка и что еще есть шанс все прекратить, наивно тешилась в душе. Поднятая рука Волкова устремилась вперед, направляя циркулирующие потоки воздуха прямо на Морияму. Больше ни секунды он не медлил, рывком побежал по лестнице, прячась за креслами трибун. Ранее ему не доводилось тренироваться в таких опасных условиях без костюма, который обычно был уже заполнен импульсным рейдом. Атаки продолжались непрерывно, втыкаясь в твердую поверхность сидений. В стрессовой ситуации на ум не пришло ничего, кроме как взять рюкзак, лежавший рядом, и попытаться найти там что-нибудь. Все оказалось тщетно: там ничего не лежало полезного, кроме барахла. Ситуация оказалась полностью безвыходной, деваться было некуда. — Эй, долго прятаться будешь? Я так и от скуки помру. Точно, концентрация! Он полностью держит свое внимание на том, чтобы поддерживать лезвия в воздухе. Если его отвлечь… Ожидая между ударами, он насчитал три клинка из пяти, значит, он почти безоружен. Выдернув один ближайший, он присвоил его себе в карман, на всякий случай. Резко кинув рюкзак в небо, все вещи разлетелись в разные стороны, подхватываемые ветром. Это действие казалось бесполезным, но этого было более чем достаточно, чтобы приблизиться к Эшу, пока тот пытался вернуть контроль над клинками в циклоне полного беспорядка. Острие ножа оказалось прямо у шеи юноши. Это была победа над Эшем Волковым. — Вау, вот это я понимаю, мощь! Тяжело дыша, пытаясь перевести дыхание, он не убирал лезвие. Возможно, интуитивно он боялся, что это продолжится, а потому пытался подстраховаться. Окажись они в реальном бою, такой удачи бы не было. Только дурак не поймет, что парень поддавался Рико. В действительности он бы просто навёл их на поражение, не окутывая их плотным сгустком воздуха изнутри, и просто бы пронзил цель. Это было явно сделано, чтобы не наделать дырок в теле юнца. — Ладно, ладно, все, молодец, сопляк, ты меня круто на колени поставил. Всю угнетающую атмосферу как рукой сняло. Отпустив руку, он упал на пол полностью без сил. Эш ярко улыбался, вытирая пот с лица своей майкой, направляясь к сумке за водой. К ним подбежал Джейсон с лицом, полным беспокойства. — Рико, с тобой все в порядке? Нигде не поранился? Давай я тебя подлатаю, если надо! — Со мной все хорошо. Вся заслуга в этом была явно в нападавшем: его точные, профессиональные действия позволили избежать каких-либо ранений, а потому даже пластырь не потребовался. — Ты хорошо держался, молодец. Обычно варварский язык между парнями куда-то исчезал, а сейчас этот парень говорил с идеальной американской речью, без какого-либо акцента. — Эш бывает иногда грубоват, но не обижайся на него, он не с злым умыслом. — Что ж, в следующий раз так и подумаю, когда он решит опять мне вмазать. Лицом полной растерянности блондин махал руками перед лицом, пытаясь как-либо оправдать это. — На самом деле вспыльчивый характер Эша связан с триггерами. Он родился в неблагополучной семье, где отец, страдающий лудоманией, сбежал с деньгами, оставив мать с ребёнком тухнуть одних в трущобах. Понятное дело, что счастливым концом это не кончалось. Немного поникнув и сложив руки в замок, пряча их между ног, скрещенными на полу, он закусил губу. — Его мать во всех несчастьях обвиняла маленького ребёнка, а чуть позже, полностью спившись, не выдержала и решила повеситься на виселице. Наверное, по большей части из-за этого он так яростно отреагировал… — Эй, чубзики, вы чего на полу сидите?! — молчание прервал Эш, держа в руках две бутылки с водой, одну из которых он отдал Рико. — Уже поздно, детям давно пора ложиться спать. Медленно встав и отряхнувшись, он направился к скамье за сумкой, забыв, что при жарком сражении кинул её в воздух, раскидав всё по полю. Волна разочарования от неминуемой уборки полностью сломала желание что-либо делать. Тело ныло, требуя немедленного отдыха и грозясь отключением сознания. Подавший голос Джейсан положил руку на плечо мальчика, успокаивая его тем, что они помогут. Картина со стороны казалась умиляющей: парень ростом 190 см, полусидя, держал гигантской рукой на плече маленького мальчика не выше 135 см. Взяв себя в руки, они быстренько разбежались по углам, собирая вещи по всему участку и складывая их в рюкзак. Управились быстро и, выключив основной свет, вышли из зала. Пойдя до главного холла, Джейсан, попрощавшись, направился в сторону старшего корпуса, где находились их комнаты. — Сегодня ты хорошо себя показал, узкоглазик. — Перестань меня так называть! — А что, от этого твои глаза станут больше? — рассмеявшись, тот потрепал его по волосам. — Ладно, иди давай. Собравшись уходить в направлении, куда ушёл друг, его остановил негромкий восклик паренька. — Эй, Эш… Ты извини меня, пожалуйста, за те слова по поводу твоей мамы. Я не должен был такого говорить. Неловкое молчание воцарилось в большом помещении. Неоновое освещение от бансая освещало их лица, пока никто не решался продолжить разговор. Громкий вздох и улыбка в тридцать два зуба отшатнули азиата от неожиданной реакции. — Не парься ты так. Я тоже поступил не по-мужски: вон какую оплеуху тебе прописал, что аж отключился. Но ты хороший малый, считай, мы теперь братаны. Вспоминая тот удар, Рико стало стыдно, он даже покраснел. Неловко поправив волосы, он всё-таки направился к себе, где от бессилия завалился на кровать. На часах было час ночи. По графику он уже отставал, и, скорее всего, завтра будет тяжело вставать. Аккуратно поднявшись, чтобы переодеться и почистить зубы, он направился в ванную, где принял горячий душ, смывая с себя остатки пота и грязи. Обвернув вокруг себя полотенце, он вышел в холодную комнату, тянув за собой плотный сгусток пара. Наконец-то подобравшись к двери комнаты, он положил руку на ручку, оттягивая её вниз, пока щеколда не издала характерный звук. Распахнув дверь, он подошёл к гардеробу и надел на себя белую футболку и чёрные пижамные штаны. Присев на кровать, японец вспоминал весь прошедший день. За год пребывания здесь у него никогда не было друзей, а теперь у него есть «братаны». Лёгкая, незаметная улыбка мелькнула на губах, быстро исчезая. Теперь ему казалось, что всё будет хорошо, и весь тот ад наконец-то не будет столь страшным. Лёгкий ветерок подул со стороны стены прямо в спину, что показалось неестественным, ведь в замке под землёй не могло быть окон и тем более сквозняка. Обернувшись, перед ним встала картина: по всей стене расползались трещины, разрывающие пространство, похожее на чёрную дыру только страшнее и темнее , из неё просачивались липкие ,пульсирующие корни. Казалось, в глубине нет ничего, кроме пустоты и смерти. Рывком он побежал к выходу, но неестественная сила обхватила все конечности, затягивая его внутрь. Всеми силами он пытался уцепиться за простыни и матрас кровати , но крой ткани начал расходится по швам ,полностью разорваясь на клочья, и улетая вместе с Рико в глубины неизведанного, оставляя лишь тишину. Вернувшись в комнату, где его уже ждал Джейсон, Эш ударил себя по лбу. — Ти чого? — Да я забыл малого пригласить на наши тренировки. — Тебе он понравился? — Мелкий талантливый, было бы неплохо, будь он с нами. — Що ж, я завжди за будь-яку твою ідею, якщо вона в рамках розумного. — Ща, быстро сгоняю к нему, скажу. Преодолев немалое расстояние от старшего блока до младшего, Эш добрался до нужной комнаты. Аккуратно постучав,ему никто не открыл. Решив потянуть за ручку, он понял, что дверь все это время была открыта, и, не ожидая приглашения, зашел внутрь. — Мда, богатенько живет. В отличие от Рико, у остальных в комнатах не было большого дивана с камином и отдельной обеденной зоной. Личная ванная — это и вовсе привилегия. Не найдя никого в гостиной, он направился в сторону спальни. Дверь была открыта на распашку, из которой прорывался тускловатый свет настольной лампы, но, пройдя внутрь, он никого не нашел. Лишь разорванная постель клочьями лежала по всей комнате...