Burning secrets/Обжигающие секреты
7 июня 2026 г., 16:00
Бинты исчезли.БЛЯТЬ...
Изуку резко развернулся, прислонившись спиной к стене, в попытке скрыть это от Кацуки. Дым от взрывов медленно рассеивался, и это было бы хорошо, если бы все не увидели спину Изуку с крыльями, но, по крайней мере, он мог видеть Бакуго, который, судя по всему, был готов - мягко говоря - убить Изуку.
— «Юный Бакуго! Если ты ещё раз применишь эту атаку, я немедленно остановлю матч!» — На этот раз из динамиков раздался голос Всемогущего. Он звучал почти...панически?
— «ЧЕГО?! »— прорычал Бакуго, отняв руку от кровоточащего носа, и повернулся к Изуку с еще большей яростью на лице, нежели ранее — «ДЕКУ! Если из-за тебя я облажаюсь, ты, мать твою, УМРЁШЬ!»
Мальчик резко вдохнул и почувствовал острую боль в ребрах. Бакуго сделал всего несколько быстрых шагов в сторону Изуку, и его кулак врезался в живот зеленоволосого, заставив того согнуться.
Он, конечно, знал, что ему далеко до силы Каччана. Но сейчас? Он не мог просто развернуться и убежать.
Потому что он не только буквально НЕ МОГ этого сделать – по понятным причинам, – но и... хотел выиграть. Он хотел победить Каччана, чтобы помочь Урараке одержать победу, он должен был выиграть.
Изуку схватил Бакуго за плечи, с силой толкнул его назад и бросился на него, намереваясь повалить на землю. К сожалению, удача отвернулась от него так же быстро, как и появилась, потому что Бакуго оказался намного быстрее.
Рука высокого парня схватила Изуку за шею. Ткань костюма никак не защищала от жара ладони Бакуго, и он тут же почувствовал, как кровь зашумела в ушах, а все его существо охватила паника.
Он попытался дернуться, но безуспешно, и хватка взрывного подростка на его горле усилилась. У него была одна мысль, одна-единственная, которая могла сработать, пока Бакуго не прожег ткань, отделявшую его от кожи на шее.
Изуку запрокинул голову и стиснул зубы. Он зажмурился и с силой мотнул головой вперед.
— «АААА»! — Бакуго с криком отпустил мальчика. Отшатнувшись, он застонал, схватившись за лоб.
Изуку захрипел и отступил, с трудом втянув воздух сквозь стиснутые зубы, и тут же закашлялся. Он вырвался из хватки Бакуго, и это было хорошо, но на этом хорошие новости заканчивались.
Ему в голову пришла идея, и это было одно из многих возможных решений, которые могли прийти ему в голову в ближайшие минуты, если не секунды.
Он потянулся к наушнику и включил рацию: — «Урарака, я...если ты меня слышишь, у меня есть идея. В комнате должны быть опорные балки, возьми одну и приготовься использовать свою причуду. Велика вероятность, что Каччан воспользуется своей перчаткой и устроит мощный взрыв» —
Если ему удастся заставить Кацуки направить перчатку на потолок, а затем использовать ее, она может пробить потолок и дать Урараке отличный шанс нанести удар. Перчатка нанесла значительный урон земле и пробила стену, так что это должно была сработать.
Но вот о чем он не успел подумать: как заставить Кацуки направить перчатку на потолок? Потому что в тот момент, когда он убрал руку с наушника, раздался звук, означающий, что перчатка полностью заряжена.
Бакуго бросился на него и замахнулся быстрее, чем Изуку успел увернуться. Твердый материал перчатки столкнулся с его правым плечом и бицепсом, и что-то хрустнуло.
Изуку застонал от боли и чуть не упал от удара, а Кацуки отдернул руку. Он потянулся к чеке на перчатке и зацепил ее пальцем, собираясь вытащить.
Изуку не дал себе упасть и в панике. На долю секунды задумавшись, извернулся, упираясь в землю одной ногой, он поднял правую ногу, чтобы перенаправить удар.
Весь его вес пришелся на левую ногу, и Изуку попытался поднять правую руку, чтобы защититься, но тут услышал тихий щелчок вытаскиваемой чеки. Жар от взрыва успел опалить бок и руку, прежде чем удар достиг цели.
Потолок взорвался, и Изуку почувствовал только порыв ветра, а еще услышал громкий звон бьющегося стекла и треск разлетающегося на куски бетона.
Он не почувствовал, как что-то выскользнуло из его обгоревшей и разорванной спины.
────────────────────────────
Она не совсем поняла, что имел в виду Мидория, когда связался с ней, но доверилась ему. Он сказал, что знаком с Бакуго, и оказался прав насчет того, что Бакуго нападет на них, пока Иида будет охранять оружие. Но если уж на то пошло, Очако не нравился Бакуго. За те два дня, что они проучились в одном классе, у них было не так много времени для общения, но она сразу поняла, что он ей не по душе. Он был груб со всеми…но особенно с Мидорией. Он обзывался и сверлил его взглядом, а сегодня утром, еще до начала занятий, даже попытался напасть! Кто вообще так делает? Она недолго была знакома с зеленоволосым, но, судя по тому, как он спас ее на вступительном экзамене, он умный и станет великим героем. А вот Бакуго? Не такой уж он и герой. — «Нет! Я не могу судить о людях по первому впечатлению! Сейчас мне просто нужно сосредоточиться и делать то, что сказал Мидория. Мы можем победить!» — Иида снова говорил свою злодейскую речь и…она не могла врать…это было немного чересчур, но забавно. А еще круто, что Иида так серьезно отнёсся к роли злодея! Прошло всего пятнадцать секунд с тех пор, как Мидория связался с ней через наушники, которые им выдали, когда пол взорвался. Быстро! Очако сделала так, как велел сокомандник, и схватилась за обломок опорной балки, а затем активировала свою причуду. Она так же использовала причуду на бревне, и, пока обломки щебня и бетона парили в воздухе, она размахивала бревном, как бейсбольной битой. Ну, не совсем так. Она использовала силу воздуха, чтобы направить обломки в сторону Ииды. Это была одна из идей Мидории о том, как использовать свою причуду для внезапных атак. Она возникла у него незадолго до начала тренировки. Какое-то время они обсуждали возможные внезапные атаки и стратегии, и ему удалось придумать эту и как минимум еще четыре идеи. Как только Иида пригнулся и ослабил бдительность, Очако прыгнула и воспользовалась шансом завладеть оружием. За мгновение до того, как Урарака приземлилась, она высвободила свою причуду. Обхватив оружие руками, она улыбнулась. — «Я сделала это!» — Иида издал что-то среднее между визгом и стоном, в ужасе наблюдая за тем, как она захватывает оружие — «Не-е-ет!» — И да, Иида переигрывал, но было слишком весело, чтобы ему об этом говорить.────────────────────────────
Он не почувствовал, как что-то выскользнуло из обгоревшей и порванной задней части его костюма, и не почувствовал, как что-то ударило его по макушке, пронзив всю голову. Единственное, что он чувствовал, была знакомая, горячая, жалящая боль, пронизывающая множество частей его тела. Воздух вокруг был густым от дыма, было трудно дышать. Единственным звуком, который он мог слышать, было собственное неглубокое дыхание и случайный треск осколков, теперь разбросанных повсюду. Изуку почувствовал, что его тело дрожит. Мышцы сжались, он не мог пошевелиться, пока стоял, перед глазами всё плыло. Он чувствовал себя...напуганным. Ему было больно, но странно…он мог думать только об одном...о Бакуго. Он знал Каччана, знал его причуду, его поведение, его привычки...он просто знал его с самого детства. И он знал, что если ничего не предпримет, то ничего не изменится... он так и останется жалким, бесполезным слабаком, который никого не может спасти. Изуку по-прежнему был бы обузой, которая только усложняла бы жизнь другим. Он по-прежнему был бы уродом, которому было бы лучше родиться без причуды или вообще не родиться. Теперь у него был шанс – возможно, единственный – доказать, что он может быть героем. Доказать, что он может спасать людей, защищать их. Доказать, что у него есть хоть какая-то цель. И именно Бакуго столько раз пытался убедить его в этом. Он намекал на это, шутил, вставлял эту тему в разговор и даже несколько раз прямо об этом говорил: —«Деку» — «Посмотри на этого неудачника, какой же он слабак» — «Деку значит "бесполезный", потому что ты и есть бесполезный» — «Жалкий бесполезный Деку!» — «Никчемный урод!» — Перед глазами замелькали черные точки, всё вокруг поплыло, и он мог только дрожать. — «Ты...» — прохрипел Бакуго, глядя на зияющую дыру в потолке. Казалось, он простоял там несколько часов, хотя на самом деле прошло всего несколько секунд. Он всё еще прикрывал лицо рукой, его всё еще трясло, ему всё еще было трудно дышать, а Кацуки всё еще стоял перед ним. — «Ах ты ублюдок…» — прорычал блондин, сверля взглядом Изуку. Он стиснул зубы и был похож на разъяренного пса, готового наброситься в любой момент. Лицо Бакуго исказилось от гнева. Его зубы скрипнули друг о друга, когда он сжал челюсти в приступе ярости…и на его лице появилось что-то вроде шока, удивления или, может быть… недоверия (?) Дым начал медленно рассеиваться, и зеленые глаза встретились с разъяренными красными. Зрачки размером с игольное ушко смотрели в такие же разъяренные глаза. — «Ты, блять, всё спланировал, да?! Решил использовать на мне свою мерзкую, дурацкую тактику?! ЧТОБЫ ЭТО ВЫГЛЯДЕЛО ТАК, КАК БУДТО ТЫ ЛУЧШЕ?!» — закричал он, и его ладони снова начали дымиться. — «Нет... Я не хотел, чтобы ты представал в плохом свете, Каччан...» — слабо ответил Изуку. — «ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО МОЖЕШЬ СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ СВЕРХУ ВНИЗ?!» — возразил Кацуки и продолжил — «ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО МОЖЕШЬ..?!» — — «Я докажу...что могу быть героем..». — Изуку прерывисто вздохнул. — «Несмотря ни на что. И... я сделаю всё , что потребуется, чтобы доказать, что ты ошибаешься, Каччан» — Его голос звучал высоко и почти напряженно. — «Я не сдамся...» Его глаза оставались сосредоточенными и немигающими. Выражение лица не менялось, пока он говорил, но когда Изуку произнес последнее слово, перед его глазами поплыли темные пятна. Он почувствовал, как усталость овладевает телом, разливаясь по венам. Все конечности обмякли, мышцы перестали напрягаться, а затем глаза закатились, и Кацуки застыл в изумлении. В этот момент из динамиков раздался голос Всемогущего — «Команда героев…» — Герой номер один замолчал. Казалось, время замедлилось, напряжение повисло в воздухе, но через несколько долгих секунд голос нарушил тишину — «ПОБЕДИЛА!!!» — И тут дым наконец рассеялся. Тело Изуку, раненое и без сознания, лежало на земле. На виду у всех.────────────────────────────
Тошинори был уже не так силен, как раньше. Но он все равно делал всё возможное, чтобы успеть спасти как можно больше людей за отведенное время. Поэтому, когда он увидел мальчика, который отчаянно барахтался в какой-то жиже под мостом, он, не раздумывая, бросился на помощь. Он вырубил злодея одним ударом и засунул его в пластиковые бутылки, которые собирался выбросить в мусорку. Гораздо больше проблем доставлял мальчик, который – уже без сознания – лежал на земле, пока Тошинори пытался привести его в чувство. Он старался бить по щекам как можно слабее, чтобы не повредить мышцы. Вскоре мальчик пришел в себя и, казалось, был в порядке. Итак, Тошинори – после того, как у мальчика случился настоящий фанатский приступ, когда он нашел в своем блокноте подпись Всемогущего, — собрался уходить. Сегодня он уже достиг лимита, к тому же, ему нужно было передать злодея полиции. Так что представьте себе его шок, когда мальчик вцепился в его ногу, когда тот прыгнул в воздух. Он быстро приземлился на ближайшую крышу и хотел уйти, но время шло, и он понимал, что скоро ему придется принять свой истинный облик. Но потом мальчик задал ему вопрос. Когда он сказал, что у него есть вопрос, Тошинори ожидал услышать что-то вроде того, что обычно спрашивают фанаты: — «Каково это — быть героем № 1?» — Или что-то в этом роде. Но этот вопрос заставил его замереть на месте. — «Как вы думаете, могу ли я стать героем, даже не имея причуды?!» — – И, конечно же, именно в этот момент у него закончилось время, отведенное на этот день, он принял свой истинный облик, и ему пришлось объясняться. Он не знал, что сказать…этот мальчик...неужели он только что…спросил его об этом? Тошинори не хотел разрушать мечты мальчика, но и не хотел, чтобы тот погиб, столкнувшись со злодеем. Итак...Тошинори сказал то единственное, что, по его мнению, было правильным. — «Извини, но нет, я, честно говоря, не думаю, что ты можешь стать героем без причуды» — Он добавил объяснение и ушел. Через несколько минут, осознав, что потерял злодея, которого до этого держал в пластиковой бутылке в кармане брюк, блондин оказался на месте, где на него нападал злодей. Это был не кто иной, как слизняк, которого он одолел ранее. После минутной слабости, нерешительности и наблюдения за тем, как зеленоволосый мальчик, которого он видел несколько минут назад, бросается в драку, в то время как ни один из стоящих рядом героев не пытается помочь, он начал действовать. Герой спас и зеленоволосого, и другого мальчика. Репортеры окружили его, и, когда ему удалось ускользнуть, его осенило. Он попытался найти мальчика, но тот словно испарился. Он бежал по улицам, надеясь, что тот свернет за угол или перейдет дорогу, но тщетно. Зеленоволосый мальчик исчез, а вместе с ним исчезла и надежда на то, что у него появится преемник. В последующие месяцы Тошинори постоянно вспоминал мальчика, и его терзало чувство вины – или, точнее...то, что от него осталось. Он помнил выражение лица мальчика, его разочарование, странную отрешенность и дрожь в голосе, когда тот ему ответил. Это было ужасно, он чувствовал себя ужасно. Он должен был стать символом целостности, надежды, а не придурком, разрушающим мечты. Он по-прежнему считал, что быть героем без причуды крайне опасно, потому что это...слишком. Однако, это было возможно. Он много думал об этом, когда мысли не давали ему спать по ночам, когда кошмары из прошлого прерывали его сон и даже когда он видел маленьких детей, играющих в героев. Он не хотел признавать, что, скорее всего, больше никогда не увидит того мальчика. Но Всемогущий не хотел дергать за ниточки, беспокоить Цукаучи или использовать какие-либо другие способы, чтобы найти мальчика. Ему оставалось только надеяться, что мальчик не воспринял всё это всерьез. Поэтому удивление и странное облегчение, которые он испытал, когда его взгляд упал на копну зеленых локонов на одном из мониторов в комнате для наблюдателей во время практической части вступительного экзамена в Академию, были просто невероятными. Он наблюдал, как мальчик спасает своего товарища по команде и сбивает нулевого, и от этого чувствовал себя еще более виноватым. У этого мальчика был потенциал, однажды он станет великим героем, и если бы он сдался, несмотря на все его слова, это была бы вина Тошинори. Блондин был рад, что мальчик его не послушался. После того как он записал видео для Мидории — как он узнал, так звали мальчика, — о том, что его приняли на курсы героев в Юэй. Он решил извиниться перед мальчиком и предложить ему стать его преемником, на что, как он надеялся, тот согласится. Сейчас Тошинори смотрел на экран одной из камер в комнате наблюдения, где несколько секунд назад он объявил о победе команды героев. Дым от мощного взрыва, устроенного Бакуго, наконец рассеялся. Остальные ученики, стоявшие позади него, ахнули и издали возгласы удивления или растерянности. Все смотрели в ту же сторону, что и он, на один-единственный экран. Там неподвижно лежал Мидория... его костюм был обожжен и местами порван, особенно сильно пострадала спина. Его спина...На спине человека, которого считали безпричудным, на спине человека, который спросил его, может ли он стать героем без причуды...были крылья.
