External Anomaly

Удар по металлической двери эхом разнесся по округе, и свет снаружи проник сквозь трещины в бетоне. Доктор поначалу даже не отрывал глаз от телевизора. На заднем плане продолжала играть романтическая комедия, которую Тога решила включить, с той целью, что он не догадается о её сюжетной составляющей. «ЭТО ГЕРОИ! НЕ ДВИГАЙТЕСЬ!» — раздался голос снаружи. Вошли два человека. Один был обмотан белыми лентами, которые двигались, словно жили своей жизнью; второй — элегантный мужчина, вокруг которого вились синие нити, словно склад был его личным ткацким станком. Герои. Прототипы социального контроля с полезными особенностями. Повязки устремились к его торсу. Доктор позволил им коснуться себя, пока изучал материал, который оказался прочным и эластичным. В то же время волокна схватили девушку. Они подняли её, как плохо собранную марионетку. Тога запрокинула голову и улыбнулась во все тридцать два зуба, радуясь новой игре. Тот, что был в лентах, уставился на него. Его черные волосы топорщились, а глаза за прорезями очков сверкали ярко-красным. Дотторе почувствовал что-то странное: едва ощутимое давление, которое не привело ни к каким видимым результатам. Что это вообще за причуда? Он позволил лентам обернуться вокруг руки, чтобы почувствовать странный материал, из которого они сделаны. Они были слишком податливыми, но их можно было легко затянуть, чтобы надежно обездвижить противника. По его коже пробежала фиолетовая искра — защитный рефлекс. Бетон под его ногами треснул, а воздух зазвенел от электричества. Герой отступил на полшага, чтобы прийти в себя. Предвестник не сводил глаз с героя; что-то промелькнуло у того в голове и, казалось, заставило его колебаться. Может быть, его причуда не сработала? В конце концов, он так и не увидел, на что она способна. Дотторе сохранял расслабленную позу и, воспользовавшись моментом замешательства, резко потянул за веревку. Она натянулась до предела, перекрыв кровоток в его руке. В ответ герой потянул его в противоположную сторону, используя инерцию, чтобы вывести его из равновесия. Это было... умно. Доктор шагнул вперед, не ожидая такого внезапного нападения. Мужчина воспользовался его замешательством, прыгнул к нему и обмотал его лентами. С натянутой улыбкой учёный выпустил фиолетово-красный электрический разряд, который с резким звуком рассек воздух. Энергия прошла по повязке, как молния по кабелю. Мужчина тут же отпустил ткань и отступил на шаг, чувствуя, как боль пронзает предплечье, словно раскаленные иглы. Позади себя он услышал, как лезвие рассекает волокна. Тога упала, перерезав несколько нитей, и теперь атаковала Джинса резкими, почти игривыми движениями. На его вкус, её атаки были слишком предсказуемыми, и он был почти уверен, что герой ей потакает. Блондин сменил тактику: вместо того чтобы полностью обездвижить её, он стал посылать тонкие, как иглы, волокна в её суставы, стараясь блокировать плечи и локти. Тога увернулась от двух волокон, но третье пронзило тыльную сторону её ладони. Она весело взвизгнула и слизала собственную кровь. На мгновение он позволил себе представить свою повседневную жизнь без её детского присутствия. В глубине души ему хотелось бросить её и отдать на попечение героев, чтобы она больше не докучала ему. Но он оборвал эту мысль, когда герой в бинтах нанес ему точный удар в живот, от которого у него перехватило дыхание. Ах… …Это совсем не больно. Он насмешливо улыбнулся, прежде чем нанести ответный удар в подбородок (который ему удалось провести идеально). Герой пошатнулся, с слегка закружившейся от боли головой. Удивительно, но он все ещё был в сознании и готов продолжать рукопашный бой. Ему нанесли удар ногой в голову, но Доктор отразил его предплечьем. В качестве контратаки он выпустил небольшую струю энергии в ногу героя. Дотторе краем глаза следил за происходящим вокруг, уклоняясь от атак в самый последний момент. Воздух уже начал сгущаться от пассивной скверны, высвобождаемой его Электро глазом порчи. Для него это было совершенно незаметно, поскольку его организм быстро усваивал яд, но для остальных было очевидно, что затянувшаяся битва дает о себе знать. Их дыхание стало прерывистым, а движения — менее точными. Побочный эффект оказался полезным, хотя он и не рассчитывал на него в этой стычке. Оба героя заметили это с некоторым опозданием: воздух стал тяжелее, как будто они дышали через мокрую ткань. Тот, что был в лентах, снова поймал его взгляд. И он снова почувствовал то странное ощущение, вызванное геройской причудой. Доктор чуть не рассмеялся под маской. Он не знал, в чем на самом деле заключается способность этого человека, но, очевидно, она работала не так, как должна, и это заставляло его нервничать. Доктор бросился на него, вытянув руку, в которой потрескивала электрическая энергия, и уже почти схватил героя. Он не ожидал, что белые полосы придут в движение и схватят его руку. Он снова выпустил электрический разряд. Бинты снова стали проводником электричества, но мужчина уже был готов к этому, поэтому отпустил ткань, позволив ей упасть на землю, а затем снова схватил ее, когда электричество рассеялось. Герой, который был с Тогой, изящно уклонился, но лезвие ножа все же порвало ему рукав, и на предплечье появилась кровавая полоса. На месте разреза мгновенно выросли новые волокна. Девушку снова схватили, и ее облик изменился. Она приняла облик мальчика, пропавшего несколько дней назад. Доктор впервые увидел, как работает её способность. Он не мог не задаться вопросом, действительно ли она выпила кровь из тела, которое разлагалось целую неделю. Герой-блондин колебался меньше секунды. Но этого было достаточно, чтобы девушка вырвалась. Доктор позволил бинтам распуститься веером. Он ударил током всех троих одновременно. Тот, что был в черном, зарычал и перекатился, уворачиваясь от электрического разряда, который последовал за ним и расколол бетон в том месте, где он был за секунду до этого. Волокна среагировали мгновенно. Блондин, стоявший позади мужчины, занял выгодную позицию с точностью, на которую был способен только человек с приличным опытом. Нити, словно цепи, обвились вокруг ног Предвестника, потянув его в противоположную от лент сторону. Координация была безупречной. — Сдавайтесь, — твёрдо приказал элегантный мужчина. Он не выказывал ни паники, ни особого напряжения. Лишь слегка повернул голову, словно оценивая ситуацию с неуместным спокойствием. Дотторе прищелкнул языком и свободной рукой слегка поправил свою картонную маску. Он перевел взгляд на удерживающие его волокна, и напряжение в них возросло. Волокна начали дымиться, а затем обуглились. Повязки ослабли, и резким движением плеч (едва не вывихнув их при этом) он разорвал путы. Как только он это сделал, по его телу пробежала волна, заставившая обоих героев зажмуриться. Герой нахмурился. «Что?..» У входа появился офицер с пистолетом в руке. Тога со смехом бросилась на светловолосого мужчину, у нее еще оставались силы. Она нарезала нитки и попыталась уколоть его. «Это лучше, чем в кино!» — взвизгнула она. Доктор обдумывал варианты. Битва затягивалась. Он мог позволить им захватить Тогу. Одной проблемой стало бы меньше. Эта девушка была нестабильным фактором. Но она все еще могла отвлечь внимание или стать разменной монетой. А он не хотел терять актив, которым так легко манипулировать. Да, было бы просто убить героев. Но это только усложнило бы ситуацию. Судя по тому, что он наблюдал, они были устойчивы (в большей степени, чем подопытные, которых он допрашивал). Такая устойчивость требовала высокого уровня концентрации его «Порчи». Если он это сделает, Тога погибнет раньше времени. Идея была заманчивой, но нереализуемой. Тот, что в черном, продолжал пялиться на него. Вынуждая эту его бесполезную причуду продолжать работать. Дотторе, наверное, счел бы его посредственным союзником. Порча в воздухе накапливалась, и его спутница тоже начала тяжело дышать, хотя и скрывала это за смехом. Тот, что с нитями, снова выпустил волокна, на этот раз целясь в них обоих. Дотторе протянул руку. Более мощный разряд ударил в потолок, разбив балки и превратив подвесные светильники в мелкие осколки. На и без того тускло освещенном складе воцарилась темнота, остался только голубой свет от телевизора, по которому все еще показывали дурацкий романтический фильм. Предвестник стоял в центре склада, энергия потрескивала под его кожей, картонная маска была слегка перекошена, порвана, а края обожжены. Но этого было недостаточно, чтобы разглядеть его лицо. Тем не менее его черты, такие как цвет волос и глаз, можно было различить, если присмотреться. Он подавил вздох. Сила его глаза порчи проникла в его кожу и пыталась использовать его жизненную энергию в качестве разменной монеты. Он хотел остаться подольше и поиграть с героями, но не хотел, чтобы подросток так быстро погиб из-за длительного воздействия скверны. — Отступай, — холодно процедил Дотторе. Он по-прежнему уворачивался, не прилагая особых усилий, а вокруг него ярко сияла электроэнергия. Герои занервничали и стали атаковать быстрее, используя остатки энергии. Тога появилась рядом с ним, уворачиваясь от лент, которые пытались ее схватить. «Уже? Но ведь это только начало!» Белокурому герою снова удалось схватить Тогу за руку. Доктор не колебался. Электроэнергия снова заструилась по металлическим конструкциям склада, прошла сквозь балки, стены и открытые трубы. Его кожа потрескивала, а мышцы напрягались, пока он направлял силу глаза порчи. Два выстрела подряд эхом разнеслись по разрушающемуся складу. Первая пуля пробила ему правое плечо, вторая застряла в животе, и из-под маски донеслось шипение. Брызнула кровь, и над раной затрещала электро энергия. Доктор проигнорировал это и высвободил энергию, которую накопил в артефакте за этот короткий промежуток времени. Он не пытался убить, просто хотел отвлечь внимание, чтобы выбраться отсюда. Конструкция задрожала и громко заскрипела. Айзава тут же отступил назад и резким движением перехватил балку, которая оторвалась от потолка и чуть не придавила Цукаучи. Удар пришелся на его руки, но он сумел отклонить балку в сторону, и она упала на пол. Последний удар эхом разносился по округе еще несколько секунд. Затем наступила тишина, и пыль начала медленно оседать. Когда серое облако рассеялось, на складе стало видно, что осталось от места происшествия. Там никого не было. На том месте, где стояли злодеи, теперь зияла впадина с трещинами в бетоне и почерневшими обломками. Обугленные волокна свисали, как сгоревшая паутина. Телевизор все еще работал, его синий свет мерцал над хаосом. В центре по пыли медленно растекалась темная лужа: кровь смешалась с обломками. Цукаучи медленно опустил пистолет, его пульс все еще бешено скакал. В ушах звенело от электрического разряда. Он еще раз осторожно оглядел периметр, проверяя, не мелькнет ли в темноте чей-нибудь силуэт. Они исчезли. Айзава прислонился к частично потрескавшейся стене. Он дышал тяжелее, чем обычно. Его глаза пересохли от длительного использования причуды, но было и что-то еще: сильная усталость, которую он не мог толком объяснить. «Я не смог стереть его причуду... даже на секунду». В его голосе не было разочарования, только констатация факта. Бест Джинс рассматривал почерневшие волокна, перебирая их пальцами, словно изучая испорченную ткань. В воздухе все еще чувствовалось остаточное тепло. Цукаучи с фонариком на поясе сделал шаг в центр склада. Его ботинки захрустели по осколкам бетона и стекла. Он присел на корточки рядом с разбитым телефоном возле телевизора. Экран был разбит вдребезги, а корпус деформирован. Самая важная фигура на доске. Он мысленно вернулся на несколько дней назад, к разговору с библиотекарем. Икома Комари говорила неуверенно, пытаясь вспомнить детали, которые в тот момент казались ей неважными. Безпричудный. Его взгляд снова упал на маленькую лужицу крови. На этот раз описание совпало. Все детали, которые упомянула женщина, были у этого злодея. Стройный и высокий, алые глаза, светло-голубые волосы. Даже одежда была описана в точности. Цукаучи медленно поднялся. Это было не разочарование. Все было гораздо хуже. Это было узнавание. Они преследовали человека, который поначалу показался им жертвой падения метеорита. Предполагаемый Безпричудный, которого никто не замечал, оказался злодеем с ордером на арест. И единственный вопрос, который он успел сформулировать, пока в воздухе еще витал запах озона, был: Кто он такой, черт возьми? … Они оба оказались в переулке в нескольких километрах от места, где произошел налет. Мужчина бросил девушку на тротуар. Тога пожаловалась на грубость, вытерла пот со лба и с радостью посмотрела на Доктора. «Это было невероятно!» — воскликнула она, кружась вокруг него, пока Предвестник стоял, прислонившись к потрепанной кирпичной стене. Он не обратил внимания на девушку и положил левую руку на живот, зашипев от легкого дискомфорта из-за попавших в него пуль. Было не больно, только раздражало, что регенерация не возобновлялась из-за металла, который все еще пронзал его внутренности. — Ты ранен? — Тога склонилась над ним, и на ее лице не было и следа беспокойства. Ее щеки пылали, а в глазах читалось восхищение, когда она увидела теплую кровь Предвестника. — Можно я попробую? Доктор щелкнул языком и окровавленной рукой отодвинул ее голову от себя. — Забудь об этом. Он не хотел, чтобы её тело разрушилось, ведь она уже надышалась тленом его глаза порчи. Он не хотел так скоро узнать, что произойдет, если девушка выпьет его кровь, концентрация порчи в которой намного выше. Тога надула губы и сделала вид, что собирается слизать кровь, которую он размазал по ее щеке. Но пронзительный взгляд Предвестника заставил её остановиться. — С тобой скучно, — заметила она, прислонившись к стене напротив него. Адреналин уже выветрился, и она почувствовала усталость, даже дыхание давалось с трудом и причиняло боль. Доктор не обратил на неё внимания и левой рукой нащупал дыру, которую пуля оставила в его правом плече. Он расстегнул несколько пуговиц на рубашке, чтобы было удобнее нащупать рану. Он ощупал рану в поисках пули и, найдя примерное место, слегка надавил большим и указательным пальцами и погрузил их в отверстие. Он поморщился от боли, когда задел нерв, но наконец нащупал металлический осколок. Вытащить его было непросто, и ему пришлось несколько раз копнуть, чтобы подцепить его, но когда наконец удалось, он глубоко вздохнул и отпустил пулю. Рана начала затягиваться очень медленно, почти незаметно. Он поднял глаза и встретился с недоуменным взглядом Тоги. — Это было... — она сделала драматическую паузу и восторженно улыбнулась. — ...очень горячо. — Не говори глупостей, — пробормотал он, прищелкнув языком. Он пошевелил правой рукой, проверяя, нормально ли работает регенерация, прежде чем повторить процедуру с пулей в животе. Этот фрагмент... было сложнее вытащить, потому что он находился в слишком мягком и широком углублении. Поэтому ему пришлось еще немного покопаться, прежде чем он его нашел. Подросток не перестал раздражающе улыбаться, но больше ничего не сказал о его крови. Он снова застегнул рубашку, порванную в драке. — У тебя в запасе есть несколько трюков, да? — пробормотала она. Дотторе с любопытством приподнял бровь. — Что ты имеешь в виду? — Ну... — Тога наклонилась к нему, как всегда вторгаясь в его личное пространство. — ...у тебя есть несколько странностей, не так ли? — она сделала паузу. — Эта электрическая сила... регенерация... устойчивость к боли? Доктор ответил не сразу. Он просто наблюдал за ней сверху, пытаясь понять, был ли этот вопрос задан из искреннего любопытства или из более опасного побуждения. Тога не выглядела напуганной, скорее заинтригованной. «Несколько причуд?» — наконец резюмировала она, словно эта мысль её позабавила. — «Хотя это невозможно…» Он слегка отодвинулся от стены, не обращая внимания на темную полосу, которая все еще тянулась по его животу. Регенерация в области живота завершилась легким покалыванием под кожей. Он не спеша поправил рубашку, как будто разговор не требовал срочности. Предвестник тихо выдохнул. «Твои представления ограничены, — равнодушно заметил он. — Ты пытаешься подогнать всё под систему, которую едва понимаешь». Подросток моргнул, не понимая этих цветистых слов. “Звучит как ”да". Доктор изобразил слабую улыбку, которую не было видно под его маской. “Звучит так, будто ты не знаешь, как задавать правильные вопросы”. В середине разговора между ними появился фиолетовый туман. Когда они открыли глаза, их уже не было в переулке.