Он - мой единственный шанс не умереть этим летом

‎— Почему у вас не было грузчика?! ‎‎Есть люди, которые… которых ты любишь с первого взгляда. ‎ ‎— Почему… я заказал такси доставку, а у вас не было грузчика? ‎ ‎А есть люди, которых ты с первого взгляда ненавидишь! ‎ ‎— Вы не указали грузчика… ‎ ‎— Я заказал такси грузовое доставку! ‎ ‎Пидор мерзкий! ‎ ‎— Это же должно подрамзумзи… ‎ ‎Уёбище! ‎ Он не сдавался. ‎Повторил по складам. ‎ ‎— …по-дра-зу-ме-вать, что вместе с машиной приедет и грузчик. ‎ ‎— С хуя ли? ‎ ‎— Что? ‎ ‎Я это вслух сказал?! ‎ ‎— Что? ‎ ‎Мразёвка вылупил глаза. ‎ И без того мерзкие. ‎ Я упёрся в них своим взглядом. ‎Я за рулём. Да похуй! Въебёмся так въебёмся! Уже похуй на всё! ‎Но взгляд он не отвёл. ‎Выдержал! ‎Это плохо! ‎Значит, передо мной скандалист-профессионал. ‎Это плохо! ‎ ‎— Простите, но… ‎ ‎Мерзота! ‎ ‎— Прощаю! ‎ ‎— Кого? ‎ ‎— Тебя! ‎ ‎Он полоснул меня взглядом ледяных глаз. ‎ ‎— За что? ‎ ‎Глаза его наполнились колючей яростью. ‎ ‎— Ты сказал «простите», и я ответил «прощаю». ‎ ‎Он замолк на пять секунд… Соображая… ‎ И это была победа. Пять секунд я выиграл. ‎Пять секунд, пока эта мразёвка молчала, сбитая с толку. ‎Это так прикольно — наблюдать, как у людей в головах со скрипом проворачиваются ржавые шестерёнки осознания. ‎ ‎Хи! ‎ ‎— Я спрашиваю, почему… ‎ ‎Три минуты пятнадцать секунд… осталось этой падали. ‎ Фух-х-х. ‎Держись! ‎ ‎— Почему я заказал грузовую машину, а грузчиков в ней не… ‎ ‎У меня было два варианта. ‎Первый. ‎ ‎Гнида эта выбесила меня сразу, как только села. ‎Подняла мне давление. ‎Переполнила меня энергией. ‎ Если ты обижен жизнью — отыграйся на таксисте. Ох, отыграйся! ‎ ‎Правда… ‎если у таксиста есть справка из психбольницы… ‎Да шучу, шучу! Как говаривал мой психиатр, добрый дядька армянин, «перед тем как совершить поступок, подумай — сможешь ли ты выбраться из последствий». ‎ ‎— Почему в грузовой машине не было предоставлено грузчика? ‎ ‎Так вот — у меня было два варианта выхода. ‎ ‎Осталось две минуты пятьдесят секунд! И это до хуя! ‎Спокойно! ‎ ‎Первый вариант… ‎ ‎Блядская «Мазда» решила повернуть не со своего ряда! Наискось! Ну конечно! Курица крашеная! ‎ ‎— Почему в грузовой машине… ‎ ‎Вот этот вулкан (фу, какое пошлое сравнение!) чувств, который эта мразёвка во мне вызвала, я удержать в себе не смог. ‎ И у меня было только два варианта… ‎ ‎— Почему в грузовой машине… ‎ ‎Либо расхлестать на хуй всю его мерзкую рожу! ‎ ‎— Почему в грузо… ‎ ‎Либо прикинуться дурачком. Шутом. Поебать ему мозги. Поглумиться и… ‎ Потянуть время. ‎ ‎Потерпи! Сейчас ты его абортируешь и никогда больше не увидишь! ‎ ‎Осталось две минуты до финиша. ‎ ‎— Так Яндекс запрещает втроём сидеть непристёгнутыми… ‎ ‎Пять секунд мразь соображает. ‎ ‎— Где? ‎ ‎Аборт! ‎ ‎— Ну по правилам. ‎ ‎— Каким? Почему… ‎ ‎— Вот сюда же, направо? ‎ ‎Аборт! Аборт! Аборт! ‎Минута пятьдесят секунд! ‎ Пока ещё никаких абортов! ‎Очень! Очень долго ещё! ‎ Мля-а-а! ‎Тихо. Тишина… ‎Заткнулся тупорылый! ‎ Но до чего же мерзкая рожа! ‎А ещё молодой парень! ‎ А уже хуже бабки! ‎ Еби таксиста! Еби! ‎На все бабки — еби! Хоть на несколько минут почувствуешь себя… Кем? Ну типа хозяином жизни… ‎ Я не знаю, кем они себя чувствуют… ‎ Мразёвки. ‎ ‎— Почему не было предоставлено… ‎ ‎Напьюсь сегодня! ‎Напьюсь, напьюсь, напьюсь! ‎ ‎— Почему не было пре… ‎ ‎А может, всё-таки въебать ему с локтя? ‎ ‎— Ваше? Подъезд. ‎ ‎Мразёвка смотрит на меня. ‎И я тоже смотрю на него. ‎Как мразь. ‎ ‎— Приехали. ‎ ‎Я говорю как мразь. ‎ Как максимальная мразь. ‎Мразёвочка мерзотная мерзотностью своею мерзкою… ‎ ‎— Оно же? Сюда же? ‎ ‎Улыбнись пидору. Улыбнись. ‎Улыбнись пошире. ‎Ведь и ты такой же… ‎Такая же… ‎ ‎Когда-то ты был мальчик-солнышко, но люди научили тебя быть мразью. ‎ ‎Многоуважаемый клиент улыбается в ответ. ‎ ‎Он тоже не так уж и прост. ‎ ‎— А вот сейчас смотри сюда! — ‎сжимая свои мерзотные губки в мерзотной улыбке, говорит эта мерзотная мразь. ‎ ‎Сердце моё… Несчастное, ублюдское… проклятое сердце моё требовало, чтобы я сказал мразёвке, что он мразь. ‎ ‎Но я молчал. ‎ ‎Клиент всё-таки… ‎ ‎Целый пассажир Яндекс Такси, а не фуфел какой-то. ‎ ‎— Ага! Давай, показывай! — улыбнулся я. ‎ ‎Он достал телефон, открыл приложение. ‎ ‎— Смотришь? ‎ ‎— Давай-давай! ‎ ‎И он лепит мне одну звезду. ‎ ‎Вах! Без ножа застрелил! Без ножа по беспределу насквозь сердце милое разбил! Вай-я! ‎ ‎— И ещё… грубое отношение водителя… ‎ ‎— Я не грубил! — улыбнулся я. ‎ ‎— Ну по сути грубил же. ‎ ‎Он закрыл приложение и собирался вылезать. ‎ ‎— Э! Постой! Не спеши. ‎ ‎Он посмотрел на меня насторожённо. ‎Но до чего же мерзкие у него губёшки! ‎‎— Ты же в курсе, что в эту игру можно играть вдвоём? — С улыбкой снимаю телефон с держателя. — Вот тебе раз одна звезда. И вот ещё — пассажир испачкал салон. ‎ ‎— Я не пачкал! ‎ ‎— Коврик был чистый, а после тебя остались следы. Значит, испачкал. Ну по сути испачкал же. ‎ ‎Он посмотрел на меня. Долго. Пристально. ‎ ‎— У вас уже платное ожидание идёт. ‎ ‎— Да мне похуй! ‎ ‎Похуй больно, долбоёб! ‎ ‎Мы вылезли. Я открыл ему двери фургона. ‎Всего и делов-то у него было — одна картонная коробка. А ныл он за неё полчаса, как бабка. Что у него там могло быть? Коллекция дилдо? Кровь христианских младенцев? Набор пластинок Мари Кран-Бери? ‎ ‎— Ведёшь себя, как мудак! — бросил он напоследок. ‎ ‎Ох, милый, это для меня комплимент. ‎ ‎— Так ты первый начал! ‎ ‎Он фыркнул, схватил коробку и пошёл к подъезду. ‎ ‎— Хорошего вам дня. Удачи, здоровья, счастья. ‎ ‎Он опять уставился на меня. ‎Впрочем — шутка уже затянулась. ‎Я вернулся за руль. Начал сдавать назад. Упёрся в шлагбаум. Поехал вперёд — и опять шлагбаум. ‎ По лицу моему прошла судорога. ‎ И вот тут колпак у меня и сорвало. ‎Последний. ‎ Напрочь. ‎