Пустобокая

Глава 4. Воспоминания

      Я хорошо обустроилась в своём новом доме. Мне очень здесь нравится — ведь никто не знает мою особенность. На улицу я почти не выходила: сначала было некогда, слишком много дел по дому, а потом… потом я просто привыкла к тишине за порогом. Но это не та тишина, от которой страшно. Спокойная. Моя.       Однажды вечером, разбирая старые коробки с книгами, я вдруг вспомнила о том пони. О том, кто дал мне надежду на будущее. С ним я могла быть собой. Даже без кутимарки. Даже странная. Даже потерянная.       Я закрыла глаза и начала собирать его черты по крупицам.       Он был пегасом. Я помнила крылья — сложенные за спиной, аккуратные, чуть более тёмные, чем белоснежная шерсть. Песочная грива. Волнистая, мягкая, будто спелая пшеница на ветру. Карие глаза — тёплые, без капли насмешки. И шерсть белоснежная, как первый снег в Кантерлоте. Я помнила их отчётливо, словно мы расстались только вчера.       А вот кутимарка… Долгие годы она ускользала от меня. Я пыталась представить её снова и снова — и каждый раз неудачно.       И вдруг, когда я водила тряпкой по подоконнику в своей маленькой гостиной, образ пришёл сам собой.       Свитки.       На его боку были свитки — может, два, может, три. Я не помнила точно. Но главное — рисунок ожил в моей памяти, чёткий и яркий. Что означали эти свитки, я не знала. Быть может, знания. Или тайны. Или что-то, что ему предстояло хранить.       Но теперь у меня было всё. Внешность. Отличительная черта. Оставалось только понять — где искать этого пони?       И, может быть, Понивиль станет тем самым местом.