Даже смерти не разлучить нас.

Дни потекли по-новому. Нагибайка ходил на работу - он рабол, потом возвращался домой, и там его ждал Опти. Сидел на диване. Или на подоконнике. Или просто стоял посреди комнаты, бесцельно, как человек, которому больше некуда идти. — Ты не можешь выйти на улицу? - спросил как-то Нагибайка. — Могу, но недалеко, - ответил Опти. — Радиус - метров триста. Дальше - белая стена. Я пробовал пройти сквозь неё, но меня просто отбрасывает назад. Как резинку. — Как собаку на привязи. — Сравнил. Я хотя бы на ковёр не гажу. Нагибайка засмеялся. Коротко.Первый смех за долгое время. Опти улыбнулся в ответ, но в его глазах не было радости. — Ты похудел, - сказал призрак. — Все худеют. — Нет. Ты таешь на глазах. Я смотрю на тебя каждый день, и ты становишься меньше. Тоньше. Бледнее. — Ты просто ко мне привык, - отмахнулся Нагибайка. — Дело не в привычке. - Опти шагнул ближе. Холодом повеяло от его прозрачных рук. — Ты перестал есть. Ты спишь по три часа в сутки. Ты разговариваешь со мной - с мёртвым - больше, чем с живыми людьми. Это путь в никуда. — А что ты предлагаешь? - спросил Нагибайка. — Чтобы я тебя прогнал? Чтобы сделал вид, что тебя нет? — Да. Слово повисло в воздухе, тяжёлое как камень. — Ты серьёзно? - Нагибайка опешил. — Я серьёзен как смерть, - горько усмехнулся Опти. — Смотри на меня. Я призрак. У меня нет будущего. А у тебя есть. Если ты сейчас не остановишься, ты станешь таким же, как я. — Может быть, это не так плохо. — Плохо. Поверь мне, это очень плохо. - Опти сел на пол. Опустил голову. — Ты не представляешь, каково это - быть рядом, но не мочь дотронуться. Видеть, как ты плачешь, и не мочь вытереть твои слёзы. Слышать, как ты зовёшь меня во сне, и не мочь ответить. Нагибайка сел рядом. Осторожно, боясь спугнуть. Он протянул руку - и она прошла сквозь плечо Опти. Ничего. Только холод. Пустой, голодный холод. — Прости, - сказал Нагибайка. — Я не знал, что тебе тоже больно. — Мы все теперь в боли. Я - от того, что застрял. Ты - от того, что не можешь отпустить. Они сидели на полу. Два парня — один живой, один мёртвый. И никто из них не знал, что делать дальше..