Даже смерти не разлучить нас.

Прошёл ещё месяц. Нагибайка перестал выходить на работу. Сначала взял отпуск «по семейным обстоятельствам». Потом просто перестал отвечать на звонки. Мама приходила, стучалась в дверь, плакала. Нагибайка не открывал. — Открой, - просил Опти. — Не хочу. — Ей же больно. — А мне нет? - огрызался Нагибайка. Но он всё равно открыл. Через день. Мама зашла, посмотрела на него, на тёмные круги под глазами, на впалые щёки, и заплакала в голос. — Сынок, что с тобой? — Всё нормально, мам. Просто устал. Она не поверила. Принесла еду. Попыталась остаться. Нагибайка сказал, что хочет побыть один. И она ушла - сломленная, испуганная, любящая. А Опти стоял в углу и смотрел на это с такой болью, на которую способны только те, кто уже ничего не может изменить. — В следующий раз откроешь сразу, - сказал он. — Не указывай мне, - устало ответил Нагибайка. Они стали чаще ссориться. Пустые, злые ссоры, где каждый кричал на пустоту. Нагибайка кричал, что Опти виноват в своей смерти. Опти кричал, что Нагибайка медленно убивает себя. Потом они замолкали. Потом Нагибайка плакал. Потом Опти лежал рядом - не касаясь, просто рядом - и шептал: «Всё будет хорошо». Это была ложь. И оба это знали. Однажды ночью Нагибайка проснулся от странного чувства. Словно что-то изменилось. Он открыл глаза и увидел Опти, сидящего на краю кровати. Призрак был бледнее обычного. Гораздо бледнее. Почти невидимый. — Что с тобой? - испугался Нагибайка. — Я слабею, - сказал Опти. — Каждый день по чуть-чуть. Может быть, я исчезну совсем. Может быть, перестану быть. — Нет - выдохнул Нагибайка. — Нет, не смей. — Не я выбираю. Это просто... происходит. Нагибайка схватил его за руку - и снова рука прошла сквозь. Он попытался обнять - и упал на кровать, потому что не за что было зацепиться. — Не уходи, - прошептал он в пустоту. — Пожалуйста. Не снова. Я не выдержу ещё раз. Опти смотрел на него. В его глазах была нежность. Страшная, безнадёжная нежность. — Ты выдержишь,-сказал он. — Ты сильный. Всегда был сильнее меня. — Пиздабол.. — Может быть. Но я правда так думаю. Он склонился. Нагибайка почувствовал холод на лбу - как будто кто-то поцеловал его. Легко. Воздушно. Почти нереально. — Прощай? - спросил Нагибайка. — Посмотрим,-ответил Опти. Но утром он всё ещё был рядом. Слабый, но рядом.