Ты мой парень или кто?

Даже такой быстрый, как Бакуго, может попасть под действие чужой причуды. Правда случилось это в максимально тупой ситуации, нежели во время серьезной поимки злодея во время стажировки у Старателя. Один из граждан так испугался нападения, что случайно использовал свою причуду, попавшую ни на кого, кроме Кацуки. Он не сразу заметил изменения в своём теле, пока не пришлось переодеться из геройского костюма в домашнюю одежду. Разволновавшись, не придумал ничего лучше, кроме как спросить у своего парня задрота, всё ли в порядке. — Деку, это срочно! – с ноги открывает он дверь в комнату, закрывая её на замок. Лежащий на кровати поднимает голову, с недоумением посмотрев на ворвавшегося. — Помнишь мы на стажировке ловили мелкого воришку и идиот, на которого напали, охуел от испуга? – начинает он из далека, стараясь отдышаться. Изуку, не понимая ровным счётом ничего, приподнимается на локтях, медленно кивая. — Его причуда подействовала на меня, блять, я без члена! Мидория хлопает ресницами, нервно улыбнувшись. — Чего..? — Сука, как можно быть задротом и одновременно таким тупым созданием?! – взбешивается Кацуки, подойдя к кровати, в которой его парень уже принял сидячее положение. — Ты же у нас шаришь за причуды, посмотри, что со мной. — А ты сам, что-ли, ещё не видел? — Я решил оставить это тебе. — Я в гинекологи, вроде, не нанима... – не договаривает, ведь его хватают за грудину футболки, притягивая ближе. — Ты мой парень или кто блять!? Просто посмотри, всё ли там нормально! – дёргает вперёд назад, сжимая ткань в кулаке сильнее. — Ладно, ладно! – соглашается он, поднимая ладони в сдающемся жесте. — Ложись тогда на спину..? Бакуго, дёрнув Мидорию в сторону, скидывает его с кровати, занимая его место. Ложится посередине, приподнимаясь на локтях и с нервозностью наблюдая за своим парнем. Тот забирается следом на постель, не медля хватаясь за резинку домашних штанов, аккуратно стягивая их и откладывая в сторону. Там, где должен быть член, не было ничего и он был готов уже увидеть абсолютную плоскость, бесполого человека перед собой, но снимая боксеры, замирает. Под мягкой тканью оказались аккуратные красивые половые губы и выглядывающие между ними малые губы. Сглотнув, прикасается пальцами к гладкой коже и от этого чужие ноги малость дёргаются. Изуку смотрел так, как будто никогда в порно не видел такое, никаких горячих артов с голыми девушками не лицезрели его невинные глаза. Пальцы двигаются к серединке, проводя еле ощутимо. — Ну, у тебя женский половой орган, правда насколько он у тебя, я уже не могу знать. – делает он заключение своим наблюдениям, убирая руку. — С этим можно что-то сделать? — Отлизать и вставить. – отвечает не задумываясь, получая ногой в грудь. — Ты тупой блять! Я в другом смысле. Изуку поджимает губы, уставившись между чужих ног. Дух захватывало, это так необычно и красиво, что с трудом себя сдерживал, чтобы не прикоснуться более настойчиво. — А ты не хочешь.. попробовать? Я хочу тебе отлизать. – щёки начинают ощутимо гореть от стыда, хотелось провалиться под землю и остаться там до следующего столетия. Бакуго молчит, лёжа с раздвинутыми ногами и дёргаясь, когда чувствует, как из него что-то вытекает крупной каплей. — Ты чего? – спрашивает Мидория, поглаживая своего парня по ноге. — Из меня что-то вытекло. — Я могу посмотреть? – ладонь ненавязчиво поднимается по бедру, доходя по внутренней его части к паху. — Да делай уже, блять, что хочешь. – и опускается головой на подушку, закрывая лицо ладонями. Для Изуку эти слова стали спусковым крючком. Он принимает лежачее положение, шире раздвигает накачанные ноги и касается большими пальцами половых губ, разводя их в стороны и открывая перед собой ещё более удивительную картину. Розовая поблёскивающая слизистая и полупрозрачная капелька, виднеющаяся из влагалища. Высунув язык, кончиком касается влажной дырочки, от чего вздрагивает Кацуки и им по серединке ведёт до самого клитора, от касания к которому его голову сжимают бёдрами. Сверху слышится громкий, резкий вздох. — Я ведь еле прикоснулся. – замечает он, ухмыляясь и касаясь большим пальцем горошины сверху, надавливая на неё и стимулируя круговыми движениями. Бакуго глухо стонет в прижатые ладони, сильнее разводит ноги и приподнимает бёдра, почти сразу опуская. По телу разносятся волны удовольствия, в паху становится теплее, а из влагалища вытекает ещё немного смазки. Её сразу собирают пальцем и размазывают по малым половым губам, добираясь до клитора, на который слегка давят. — Твою мать. – только и произносит, шумно выдыхая и убирая ладони от лица, приподнимаясь на локтях. — Там всё пиздец чувствительное. Мидория хитро улыбается, приближается лицом и языком надавливает на дрогнувшую дырочку, после чего расслабляет мышцу и проходится до самого клитора. Его обхватывает губами, лижет самым кончиком, наблюдая за тем, как под ним извиваются и делает вакуум, слегка всасывая в рот. Слышится совсем тихий вздох, чужие бёдра вновь норовят сжаться, но их разводит обратно, большими пальцами касаясь половых губ. Их держит на расстоянии друг от друга, отлипает от чувствительной горошины и мягким расслабленным языком принимается облизывать слизистую, громко причмокивая губами. Кацуки выгибается в спине, хватается пальцами за зелёные кудри, сдавливая их и оттягивая вверх, словно пытаясь от себя отстранить. Движения внизу ощущались до ужаса приятно и одновременно вызывали щекотку, тепло внизу живота стягивалось гуще, а от слюны становилось прохладнее. Чужой горячий язык ввинчивается в пульсирующую дырочку, слизывает смазку и следом мажет по малым половым губам. Изуку присасывается к отвердевшей горошине, прикрывает глаза и с большим удовольствием её посасывает, втягивая в рот. Кончиком языка быстро водит вверх-вниз, слушая над своей головой удовлетворённые, как и всегда зажатые стоны. Смазки вытекает всё больше, её только и успевает слизывать и размазывать по слизистой, и так влажной и блестящей от его количества слюны. Пахом прижимается к постели, трётся об неё, блаженно постанывая в моменте, когда посасывал клитор. По промежности Кацуки проходится приятная вибрация, от которой он удовлетворённо стонет, приподнимая бёдра и крепче хватаясь за зелёные волосы. — Каччан. – зовёт он, отстранившись. На него, сквозь пелену возбуждения, смотрит два рубиновых глаза. — Давай сменим позу, я хочу шестьдесят девять. — Нихуя себе пожелания. – выдаёт он, громко выдыхая, когда клитор начинают активно облизывать и целовать. — Бля-я-ять, ладно, я сверху? В ответ положительное мычание и поза быстро меняется: Изуку ложится на место, где был Бакуго, а тот в свою очередь перекидывает через него ногу, оказываясь к нему задницей. За неё он сразу хватается и тянет на себя, усаживая того на своё лицо и сразу обхватывая чувствительную горошину губами, втягивая в рот. Раздаётся хриплый стон, Кацуки пытается приподняться, но его обратно тянут вниз, крепко сдерживая на месте. Дрожащей от ощущений между ног рукой касается чужого паха, хватаясь за твёрдый член и сжимая его. Сзади, прям ему в половые губы, прозвучал сдержанный стон. Решая поиздеваться, сдавливает головку, когда находит её, принявшись массировать большим и указательным пальцами. Губы Мидории дрогнули, язык дёрнулся ещё быстрее, выбивая из Бакуго воздух и заставляя испытать попытку отстраниться. Шорты быстро оказываются на середине бёдер и единственное препятствие, которое было перед Кацуки – это тонкая ткань нижнего белья, через которую он начинает покрывать горячими поцелуями всю длину. Прям в малые половые губы выдыхают через нос, заставляя поёжиться. Из влагалища вытекает ещё одна крупная капля смазки и её слизывают, вжимаясь языком в маленькую дырочку. Бакуго выгибает спину, хрипло стонет и стягивает следом с Изуку боксеры, приподнимая член за основание. Губами обхватывает головку, всасывает её в рот и облизывает по кругу, насаживаясь чуть дальше. Мидория приподнимает ягодицы, вгоняя эрекцию глубже в чужой рот и сжимает бёдра верхнего до боли, широко мазнув языком по влажной, скользкой от его слюны и смазки слизистой. Всё ощутимо подрагивает и стоит только обвести клитор губами, как он тут же активнее пульсирует, а мышцы сокращаются. Бакуго прикрывает глаза, сжимает основание члена под сдавленное мычание и, сморщив брови, заглатывает целиком, прижимаясь к паху. Горло плотно обволакивает, сжимает, пытается вытолкнуть уже привычный предмет наружу. Стимуляция медленно проходится по половому органу, Мидория кратко, но гортанно стонет, закатывая глаза от удовольствия. Расслабляя язык, принимается активно им облизывать между малыми губами, на что последовал дрожащий, продолжительный стон, пускающий до жути приятные вибрации по члену. Из головки вытекает капелька смазки и Кацуки, медленно отстраняясь, слизывает её, мазнув прям по уретре, от которой не отстаёт: кончиком языка касается маленькой узкой дырочки, нажимает на неё, слегка массируя. Половой орган дёргается несколько раз, ударяет по губам, которыми вновь обхватывает его, на громком выходе опускаясь к основанию и сразу поднимаясь, повторяя цикличные движения в том же темпе. Себе помогает рукой, сжимая эрекцию в кулаке, зная, что Деку это нравится. Тот в свою очередь дрожал от удовольствия, закатывал глаза и еле слышно постанывал, стараясь не отвлекаться от своей задачи. Бакуго ускоряет темп, движется быстрее и резче, громко дыша через нос. То и дело постоянно дёргался от ощущений сзади, но когда Изуку надавливает языком на клитор, круговыми движениями проходясь по нему, он необычно громко стонет, прижимается пахом к лицу нижнего и отстраняется от члена, видя перед глазами звёзды. Всё тело пробило словно током несколько раз подряд, а между ног становится ещё теплее. — Ты кончил? – уточняет Мидория, получая в ответ положительное мычание с кивком. Кацуки меняет своё положение: переворачивается лицом к лицу нижнего и садиться ему на пах, придавливая член того к животу своим половым органом, размещая его между малыми губами. Изуку только и успевает приоткрыть рот, чтобы спросить, что тот задумал, как вдруг Бакуго, опираясь об его грудь ладонями, начинает не спеша проезжаться по всей длине. Сам же мелко дрожит от трения об очень чувствительный после оргазма клитор. Движения становятся быстрее и намного легче из-за смазки, оставшейся на слизистой. Мидория вжимается макушкой в подушку, выстанывая в ладонь и изливаясь на свой живот. Кацуки поднимается, приближается лицом к прессу и слизывает небольшую часть спермы со смуглой кожи, ухмыляясь. — Тебе понравилось? Я всё правильно делал? – расспрашивает Деку, когда рядом с ним ложатся ему на грудь, вытерев предварительно все лишние выделения с них обоих. — Блять, это было охуенно. – признаётся он честно, не имея смысла скрывать. Пожалуй, такого пиздатого во всех смыслах этого слова и яркого оргазма у него не было никогда. — Надеюсь, что причуда имеет в себе возможность возвращать всё так, как было... – начинает он, поглаживая Каччана по плечу. — Но если ты навсегда потеряешь член, то я тебе куплю страпон, чтобы ты не расстраивался. — Пошёл ты нахуй. Мидория смеётся, чмокнув в светлую макушку.