Второй раз в свет

Пролог. Я открыла глаза и удивлённо уставилась в потолок. Старая резьба на стенах совсем потускнела. Тонкий слой пыли покрыл красивые, вручную вырезанные узоры, ещё сильнее затемнив их. Спирали, круги и солнце… знак империи. Я нахмурилась. Что? Резко села. Слишком знакомо. И… слишком моё. Сердце болезненно сжалось, привычно сдавливая грудь. Взгляд сам собой метнулся к зеркалу. Большое отражение показывало не меня. Теперь — чёрные, как смоль, локоны, спадающие чуть ниже узких, худощавых плеч. Неровная чёлка, доходящая до глаз, придавала неряшливый вид. Тёмные, как ночь, глаза и маленькая родинка под левым глазом — единственное, что добавляло этому лицу хоть немного мягкости. Холодные черты вновь напомнили о прошлом, которое я так хотела отпустить. Медленно подняв руку, я коснулась лица. Кожа мягкая, но ледяная. Нос щипало от холода, дыхание давалось тяжело. По телу уже бежали мурашки. Холодно. Очень. Именно от этого я проснулась. Опустив взгляд, я заметила на себе старую тонкую летнюю сорочку, усыпанную снизу крошечными, едва заметными дырочками. Осмотрев непривычную, но до боли знакомую комнату, я увидела давно потухший камин. Дров рядом, разумеется, не было. Я усмехнулась. Не может быть… Я снова здесь? Встав с просевшего матраса, я выпрямилась во весь рост. Значит, все усилия были напрасны? Раздался резкий стук в дверь. Она вошла, не дожидаясь разрешения. Рыжеватые кудри были собраны в высокий хвост — слишком вызывающий для горничной. Та же мерзкая ухмылка до сих пор вызывала во мне страх. Она окончательно переступила порог комнаты. Я медленно повернула голову. Наши взгляды встретились. Меня качнуло. Через несколько секунд она скрестила руки, потирая их от холода. — Долго собираешься прохлаждаться? Вещи ещё не собрали? Завтра наконец-то уезжаете… Она посмотрела на меня с откровенным презрением. Я поджала губы, принимая решение. Медленно шагнула к ней, пересекла комнату. Волосы качнулись в сторону. — Не думаешь, что переступила порог без разрешения? Я улыбнулась. В голове постепенно складывался пазл. Значит, я снова поменялась душой с владелицей этого тела. Софа… Да, так меня звали в последний раз. — Рудбекия! Не слишком ли долго? — с издёвкой протянула она. Сейчас бесполезно что-либо предпринимать. Не зная всей ситуации, действовать опасно. Вероятно, старшая горничная до сих пор держит власть в доме, и до моего отъезда мне придётся несладко. Хотя я понятия не имею, как вернуться обратно в Питер. Надеюсь, Софа там справится… Погрузившись в мысли, я слишком поздно заметила её приближение. Я посмотрела ей прямо в глаза. Шлёп. Голова резко дёрнулась в сторону. Щёку обожгло болью. Я стиснула зубы. — Вчера хоть что-то говорила, а сегодня почти ни слова. Может, завтра станешь посговорчивее. А да, ты же уезжаешь. Завтрак, — она долго разглядывая, протянула, — вот. Она протянула на стол поднос. На удивление, там оказалась нормальная еда. И она вышла, оставив меня наедине с холодом, пробирающим до костей. Из окна тянуло сквозняком. Рама совсем рассохлась. Я повернулась к нему. Но взгляд зацепился за другое. Осень. Листья, потерявшие зелень, пылали красным, жёлтым и оранжевым. Картина за окном казалась слишком яркой для происходящего. Конец октября — мысль вспыхнула мгновенно. Так печально, что быстро прошло столько лет. Календарь показывал двести первый год от начала правления империи Кайрен. Прошло ровно семь лет. Уже находясь перед зеркалом, меня озарила привычная для меня та истеричная улыбка. Слегка отпустив веки, я приняла другое выражение лица. Снова. Милое. Дружелюбное. Как всегда.