Dance under ground

БанЧан еще на мгновение задержался в опасной близости от чужого лица. "Не надо" - услышал Хан и у самого в голове отзывалась эта мысль. Парня потряхивало от неожиданного выпада Чана. В висках стучало и в полумраке все плыло перед глазами. Бан Чан мотнул головой назад, немного отстраняясь, но хватку на руках не ослабил. Не желая ждать пока старший отойдет от него, Хан делает рывок навстречу парню с затуманенными глазами. "Только не отходи сильнее, у меня так руки не выкрутятся" - подумал Хан, чувствуя как ощутимо тянет мышцы. Парень буквально хватает чужие губы своими, не отпуская от себя. Две руки на запястьях сменяются одной и с новой чудовищной силой сжимают их. Вторая рука опускается на бок и спина Хана повторно ударяется о стену. БанЧан берет на себя инициативу. Целует жадно и дерзко. Тем временем рука уже забирается под майку, отодвигая края массивной кожаной куртки, которую парень так и не удосужился застегнуть, пока был на улице. Хан поддавался чужой ласке и прижимался ближе бёдрами к старшему. Парень искренне удивлялся тому, что Бан Чан свято верил в то, что может удерживать его заведенные над головой руки одной своей. Ну ничего, пусть еще немного почувствует себя главным, что он контролирует ситуацию. Как тогда, когда невзначай подглядывал за тренировками Хана. Признайтесь. Видеть парня, голого по пояс, лежащего на полу и изгибающегося в соблазнительной позе, очень приятно. Особенно приятно, когда это педагог. Человек, чье мастерство отточено до идеала, движения широкие и выразительные. Сколько бы ты не смотрел на исполнение одной и той же связки, всегда захватывает дух. Вид парня, преподававшего экзот, дополняли темные джинсовые бриджи и огромные латексные ботильоны. Хан иногда замирал в самых невообразимых позах, демонстрируя прекрасную растяжку, параллельно объясняя что-то классу. Он преподавал и девушкам и парням, нередко вызывая слюновыделение и комплекс неполноценности и у тех и у других. Бан Чан честно пытался оторваться от зрелища, но в третий такой поздний вечер плюнул и просто старался свести шансы быть замеченным к минимуму. И каждый раз было немножко стыдно подсматривать в щелочку приоткрытой двери. Но стоять часами, вызывая онемение в ногах, он продолжал с завидным упорством. Бан Чан спускался ниже. Укусил Хана за линию челюсти и дальше перешел поцелуями к шее. Хану выпала возможность коротко забрать новую порцию кислорода и следом шумно выдохнуть. Чужая рука сжимала кожу, заставляя прикрыть глаза и расслабиться. Пара секунд и Хан рывком высвобождает руки. Массивная куртка летит на пол. Оба на мгновение замирают. Бан Чан успевает подумать о том, что должно быть сделал что-то не так, обидев младшего. Глаза напротив медленно моргают, взгляд мутный. К пухлым губам поднимается рука, стирая влажную слюну. Красиво. У Хана получилось сбить старшего с толку. Он рукой толкает Бан Чана к стене за его спиной и Хан, внезапно оказавшись таким сильным, переводит стрелки в свою пользу, прижимая Чана к гладкой вертикальной поверхности. Дикий поцелуй возобновляется с новой силой, футболки летят на пол. На бок Чана закидывается нога. Хан буквально виснет на парне и они медленно сползают по стене на пол. Чан сажает к себе на колени, кусает ключицы, маячившие у него перед глазами. Хан зарывается обеими руками в белых коротких волосах, двигая бедрами. Чан притягивает к себе теснее за талию, обхватив рукой сзади поперёк спины. Прелюдия не могла длиться вечно. Все взрослые люди, всем хотелось секса. Здесь, сейчас, в подвале. В коридоре закрывшейся танцевальной студии. Чан срывает джинсы с младшего, держась за хороший кожаный ремень. Хан, извернувшись снимает с Чана спортивки. Их синхронности могли позавидовать парные фигуристы на олимпиаде. Хан разворачивается к Чану спиной и берет в руки член на манер пилона, ставя его между ягодицами. Он скользит вверх-вниз, двигая коленями по полу и дразня старшего. - С-с-сука. Чану тяжело видеть это и не действовать. Но и не смотреть он не может. Танцорская солидарность как-никак. Хан смотрит на него через собственное бедро, начиная ненавязчиво дрочить старшему. Чан скалится, смотря глаза в глаза. Как же много раз он видел эту картину. Как Хан, зажав пилон между ног терся, не стесняясь ни класса, ни его за дверью. Да, он подозревал, что Хан давно засек его, но до последнего надеялся: "Может все таки нет?" Чан берёт младшего за бедра. Сейчас он намного ближе, что заставляет испытывать своего рода диссонанс. Он массирует спортивные ноги и бедра, испытывая невероятный кайф. Он медленно проводит большим пальцем по расслабленному анусу, заставляя его сжаться. Сиё действо вызывает у Хана короткий стон. Второй рукой Чан опрокидывает парня вперёд, выныривает из-под младшего и нависает над широкой спиной. Входит в два толчка, чувствуя сопротивление. У Хана раньше никого не было. Коллекция фаллоимитаторов дома в комоде не в счёт. Чан, не услышав возражений, делает два мягких толчка. Снизу доносится тихий протяжный стон. Чан берёт Хана одной рукой за талию, а другой за бедро и начинает неспешно двигаться. Хан упирается рукой в стену, чтобы не ползти по полу от действий старшего и утыкается лбом в пол от смущения. Только сейчас начинает доходить что именно и где они делают. Хан даже успевает подумать о том, что это всё ему снится. Он уже давно дома, спит в своей кроватке и видит в постыдном мокром сне как его ебёт БанЧан. Но нет, чужое сопение прям над ухом не даёт усомниться в реальности происходящего. БанЧан опускается одной рукой на локоть и кусает младшего за край уха. Хан поднимает голову с пола и обернувшись целует Чана. Их губы то и дело размыкались от настойчивых толчков парня. Тишину коридорного полумрака разрывает телефонный звонок. Позвонит и перестанет, думают парни. Но Хан, не сумев забить на это дело, разрывает поцелуй и смещается к своей сумке. Чан всё ещё был в нём и сидел теперь за его спиной на коленях, отвернув голову куда-то в сторону. - Ало. - парень очень сильно старался дышать как можно ровнее. - Ты дома? Выдержав паузу, Хан решил не врать. - Нет, я... Я в студии. - в который раз голова опускается на пол. - Ого. Как знал - позвонил тебе...- БанЧан решает рискнуть и проводит по расслабленной спине младшего рукой. Тот реагирует положительно и поднявшись на локтях, прогибается в спине. - Я в этом районе, я могу забрать тебя? - Да, наверное. - Хан оборачивается назад, ловит лучистую улыбку. - Хорошо, буду через минут десять. Хан не отвечает, дождавшись пока с той стороны сбросят вызов. - Кто это был? - Тебе так важно это знать? Хан переворачивается на спину, не выпуская Чана из себя. Старший удивленно поднял брови и ухмыльнулся. - Ты не узнал по голосу кто это? - Нет. - Это ЧанБин и он будет через десять минууут. На последнем слове Хана, Чан придвинул его ближе, насаживая на себя и опускаясь поцелуями на грудь. Хан цепляется за плечи, заставляя нависнуть на собой. Чан возобновляет толчки, тесно прижимаясь грудью к чужой груди. Хан скрещивает ноги за спиной, подтягивая старшего к себе на каждом движении, заставляя двигаться более резко... Большая железная дверь закрывается на ключ. Хан ставит студию на сигнализацию и оба остаются на маленьком крыльце под микро козырьком. На улице успел разыграться нешуточный ливень, а машины друга всё не было. Парни стояли, слегка касаясь локтями и не знали как завязать непринужденную беседу. Что тут скажешь? Через пару минут из-за угла вывернула темная бэха, парни направились к ней. Хан садится спереди на пассажирское сиденье, БанЧан на заднее. Оба молчат, оба не смотрят друг на друга. ЧанБин, знавший парней довольно давно, старался прикинуть чем они могли заниматься так поздно на работе. Хан ему как-то жаловался, что у них в студии плинтуса все поотклеялись. Может они затеяли ремонт после работы? Об этом думал ЧанБин, выруливая со двора на оживленную, даже в такой поздний час улицу. Хан пристегнулся и спрятал глаза в ладонь, закусив губу и упёршись локтем о стекло. БанЧана было видно в зеркало заднего вида. Он закрыл лицо двумя руками и лыбился. - Парни, да что с вами? Те ничего не ответили. В салоне раздался лишь смех двух зарумянившихся от смущения парней.