Gasolina

Утро не принесло облегчения. Айрис открыла глаза и несколько минут просто смотрела в потолок. Рядом пустая половина кровати, простыня уже остыла. Блейк ушёл затемно, даже не поцеловав её в щёку. Она полежала ещё немного, потом села, обхватив колени руками. Вчерашнее платье висело на спинке стула. Айрис спустилась на кухню, заварила кофе, села за стол, включила телефон. Никаких сообщений от Блейка. Ни «доброе утро», ни «как спалось». Тишина. Она начала вспоминать. Когда это началось? Когда он перестал смотреть на неё? Когда секс превратился в обязанность? Месяц назад? Два? А может, это всегда было так, просто она не замечала, потому что надеялась на лучшее. Нет, в кампусе точно было иначе. И до свадьбы всё было прекрасно. А после… Нет, всё же это началось два-три месяца назад. Подозрительно знакомая ситуация. Она вроде совсем недавно читала похожую историю. Так, так, секунду… Она открыла Reddit. Быстро пролистала ленту, пока не наткнулась на пост в каком-то женском сообществе. История была до боли знакома: муж охладел, вечно на работе, секса нет, на разговоры отвечает уклончиво. Айрис задержалась на этом посте. Потом нашла другой. Потом третий. С каждым прочитанным тредом внутри разрасталось липкое тяжёлое чувство. Слишком много совпадений. Слишком много женщин описывали то же самое — до того момента, как одна из них решилась проверить телефон. — Я не хочу быть той, кто лазит в чужом телефоне, — думала Айрис. — Это низко. Это значит, что нет доверия. Но доверия уже не было. Она сама не заметила, как оно ушло. Выветрилось, как духи из пустого флакона. Она пролистала ещё несколько тредов. Одна женщина рассказывала, как нашла переписку мужа с любовницей, тот даже не удосужился удалять сообщения. Другая давала советы, как разблокировать телефон, если муж сменил пароль. Айрис не вчитывалась в подробности, но краем глаза заметила: оказывается, можно обойти защиту, если заранее подготовиться. Какие-то специальные приложения, сброс через облако, отпечаток пальца во сне. Она отложила телефон. Встала, прошлась по комнате. Села обратно. Блейк всегда был скучным. Предсказуемым и надёжным. Именно за это она его и выбрала. После всего, что было с Лео, ей нужна была тихая гавань. И вот теперь тихая гавань оказалась просто холодной водой, в которой она медленно тонет. Айрис сжала губы. Злость накатывала медленно, но верно, подобно приливу. — Хватит, — сказала она себе. Она решила: сегодня ночью, когда Блейк заснёт, она возьмёт его телефон и посмотрит. Не потому что ревнивая дура. А потому что имеет право знать. Вечером Блейк приехал уставший, как всегда. Поужинали в тишине. Он выпил два бокала вина, она — один. Он сказал, что завтра важные переговоры, и лёг спать. Айрис ждала. Лежала рядом, смотрела в потолок, слушала его дыхание. Через час он засопел ровно. Она подождала ещё полчаса. Потом тихонько приподнялась на локте, протянула руку к тумбочке, его телефон был на месте. Она взяла его, бесшумно выскользнула из кровати и вышла в ванную, плотно закрыв дверь. Экран загорелся. Запрос пароля. Она ткнула наугад «1234». Не подошло. Попробовала дату рождения Блейка. Не подошло. Свою дату рождения… Тоже нет. Телефон выдал предупреждение: «Повторите попытку через 5 минут». Айрис откинулась на край ванны, сжимая телефон в руках. За окном горел уличный фонарь, бросая жёлтые блики на кафель. Она посмотрела на своё отражение в зеркале, бледное и растерянное. — Что я делаю? — подумала она. Айрис выдохнула, провела ладонью по лицу. Ладно. Был ещё один вариант. Дата, которую Блейк никогда не называл вслух. Он просто брал выходной в этот день, и они вместе ездили на кладбище. День смерти матери. 20 февраля они всегда ездили ее навестить. Точнее, он просто молча стоял у могилы родителей около часа, словно его дух покидал тело и отправлялся в другой мир, чтобы поговорить с ними. Она набрала цифры. Экран телефона моргнул, появился рабочий стол с её фотографией. На ней она улыбалась, волосы развевал гавайский ветер. Их медовый месяц. Вот же лицемер! Айрис открыла мессенджер. Много деловой переписки: Блейк давал кому-то указания, ругал, хвалил, требовал. Но среди недавних чатов был один, который выбивался из этого правила. Переписка с контактом, который значился как Gasolina. На аватарке оранжевый спорткар. Такой же стоял в их гараже. «Lamborghini Huracán». Блейк на нём никогда не ездил, говорил, что это память об отце. Айрис нажала на диалог. Gasolina: Ты вчера был какой-то дерганый. BThorne: Работа. Gasolina: Работа это удобное оправдание для всего. Gasolina: Завтра в час? BThorne: Да. Gasolina: Не опаздывай, а то расскажу твоей женушке. BThorne: Прекрати. Gasolina: Шучу. Gasolina: Или нет. Айрис смотрела на экран, перечитывая последнюю строчку. У неё похолодело внутри. Эта женщина угрожала Блейку. Или дразнила. Айрис не могла понять, что хуже. Она пролистала выше, надеясь найти ещё что-нибудь. Но сообщения были краткими: встречи, время, короткие подтверждения. Ни имён, ни мест. Айрис сделала несколько скриншотов, отправила себе. Потом открыла историю звонков. Они звонили друг другу редко, в основном вечером, незадолго до того, как Блейк приезжал домой. Она представила, как он сидит в машине перед их домом, набирает этот номер, говорит с ней, а потом заходит с каменным лицом, целует её в щёку и идёт ужинать. Желудок сжался в тугой комок. Айрис вышла из профиля. Сбросила историю вызовов и уведомлений, как учили в том треде. Потом положила телефон на место, вернулась в кровать. Блейк даже не пошевелился, только ровно дышал во сне. Айрис легла на спину, глядя в потолок. Перед глазами всё ещё всплывали слова из переписки. «Расскажу твоей женушке». «Шучу. Или нет». Кто она? Постоянная клиентка, с которой завязался роман? Эскортница, которая теперь его шантажирует? Бывшая? Нет, точно не бывшая. У Блейка не было девушек до Айрис. Или он её обманывал? Теперь ему точно нельзя ни в чём верить. Она не спала до утра. На рассвете, когда Блейк завозился в кровати, она зажмурила глаза и стала равномерно дышать. Он невесомо поцеловал её в плечо и ушёл. Айрис открыла глаза, когда за ним закрылась дверь. Сегодня она всё узнает.