Gasolina

Они решили никуда не ехать, просто остались в машине. Райли раз за разом просматривала запись, сделанную Айрис. Она сидела, вжавшись в кресло, и нервно теребила край платья. Райли же откинула сиденье чуть назад, положила камеру на руль и уже в который раз запускала видео. — Давай ещё раз… — пробормотала она, щурясь. На экране Блейк подходил к сейфу. Райли увеличила зум до максимума. Картинка слегка дрожала, руки Айрис тогда тряслись не по-детски. — Левый… два полных оборота… — шептала Райли, не отрывая глаз. — Стоп. Здесь. Четырнадцать. Она перемотала назад, включила замедление. — Потом вправо… тридцать семь. Точно. Дальше влево… Райли замолчала. Айрис видела, как у неё напряглась челюсть. — Coño, здесь бликует. Солнце попало прямо на колесо. Она запустила видео заново. Потом ещё раз. И ещё. — Райли… — тихо начала Айрис. — Cállate, — отрезала та, не отрываясь от экрана. — Дай сосредоточиться. Прошло ещё две минуты. Райли выругалась по-испански, длинно и грязно, откинулась на подголовник и провела ладонью по лицу: — Этот cabrón крутит, как будто у него руки из жопы. Я вижу три цифры, а четвёртая… то ли восемь, то ли девять, quién sabe, coño. Айрис почувствовала, как внутри снова начинает подниматься паника. Сердце заколотилось чаще. Райли вдруг выпрямилась. Она поднесла камеру почти к самому лицу, включила максимальное замедление и остановила кадр. — Стой… — прошептала она. — Стой, стой, стой. Айрис затаила дыхание. Райли несколько секунд молчала, потом медленно, почти по буквам, произнесла: — Двадцать два… четырнадцать… тридцать семь… восемь. Она подняла взгляд на Айрис. В серо-зелёных глазах горел азарт. — Двадцать два — четырнадцать — тридцать семь — восемь, — повторила она уже увереннее. — Левый, правый, левый, правый. Классика. — Точно? — дрожащим голосом спросила Айрис. Райли перемотала видео в нужный момент, включила и показала ей: — Смотри. Вот здесь, когда он останавливается в последний раз. Видишь, как слегка рука дрогнула? Восьмерка. Точно восьмерка. Я готова поставить свою «Ламбо» на это. Айрис выдохнула. Но тут же снова напряглась: — А если ты ошибаешься? Если там другая комбинация… Райли положила камеру на торпеду, повернулась к ней всем телом и хищно улыбнулась. — Тогда я открою сейф с третьей попытки. А если заблокируется, подожду полчаса и попробую снова. Но я не ошибаюсь, Айри. Она протянула руку и провела большим пальцем по нижней губе Айрис. — Ты молодец. Видео — огонь. Даже с трясущимися руками сняла casi perfecto. Но Айрис не радовала ее похвала. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. В голове крутились обрывки: Блейк с пистолетом в руке, камера в башне, родители Тревора в прихожей, наручники, тюрьма, суд… — Я не могу… — прошептала она дрожащим голосом. — Райли, я не смогу это сделать. Мы с ума сошли. Если он нас поймает… если… Грудь сдавило. Воздух стал густым и горячим, как патока. Айрис начала часто и поверхностно дышать, пальцы рук онемели. — Эй, эй, tranquila… — Райли резко повернулась к ней. Но Айрис уже проваливалась в панику. Перед глазами плыли тёмные пятна, в ушах шумело. Она судорожно вцепилась в ремень безопасности, будто тот мог её удержать. Райли не стала тратить время на слова. Она перегнулась через центральный тоннель и запустила горячую ладонь Айрис под лёгкое летнее платье. Пальцы уверенно скользнули по внутренней стороне бедра вверх и сразу прижались к уже влажной промежности. — Райли… — выдохнула Айрис дрожащим голосом, но сопротивляться не стала. Райли отодвинула тонкие трусики в сторону и без прелюдий глубоко и резко ввела в неё два пальца. Айрис всхлипнула, выгнувшись на сиденье. — Дыши, Айри, — хрипло прошептала Райли, начиная быстро и жёстко трахать её рукой. — Вот так… Сосредоточься на этом. Салон наполнился влажными звуками. Райли работала уверенно, сильно, большим пальцем ритмично надавливая на клитор. Айрис судорожно хватала ртом воздух, её бёдра дрожали. Паника и возбуждение смешались в одно удушающе-сладкое ощущение. — Más duro… — она сама не поняла, как это вырвалось у неё. Райли добавила третий палец, входя резко и глубоко. Другой рукой она крепко схватила Айрис за затылок, притягивая к себе. — Кончай, Айри. Сейчас же, — рыкнула она ей в ухо. Тело Айрис напряглось дугой. Оргазм ударил резко, почти болезненно, мощной волной, от которой потемнело в глазах. Она закричала, вцепившись ногтями в плечо Райли, и сильно сжалась вокруг её пальцев. Дрожь прокатилась по всему телу, ноги мелко затряслись. Несколько долгих секунд Айрис просто сидела, тяжело дыша, прижавшись лбом к плечу Райли. Паника отступила, оставив после себя приятную слабость и пустоту в голове. Райли медленно вытащила руку, облизнула блестящие пальцы, не отрывая взгляда от лица Айрис, и довольно усмехнулась. — Лучше? Айрис только слабо кивнула, всё ещё пытаясь отдышаться. — Хорошо. — Райли чмокнула её в висок. — А теперь сиди здесь и никуда не высовывайся. Она выбралась из машины, открыла заднее сиденье и быстро переоделась в чёрный балахон с капюшоном. Натянула перчатки. Проверила, легко ли вытаскивается рация из кармана. — Если что, сразу на кнопку. Я в пределах квартала, услышу. Райли наклонилась в салон, взяла лицо Айрис обеими руками и поцеловала, прикусив ей губу до крови. — Жди меня, mi chica. Я быстро. Она накинула капюшон и растворилась в жаркой темноте, направляясь обратно к дому. Райли двигалась бесшумно, как кошка. Чёрный балахон сливался с ночью. Кондиционеры работали на полную, поэтому внутри было почти холодно. Свет нигде не горел, Блейк, видимо, лёг спать. Она поднялась по лестнице, стараясь ступать ближе к стене, где ступени меньше скрипели. Дверь кабинета была закрыта. Райли откинула капюшон, вытащила из причёски шпильку, которую всегда носила «на удачу», тонкую, с чуть загнутым кончиком. Замок был простейший, язычковый. Через сорок секунд раздался тихий щелчок. Райли осторожно приоткрыла дверь и проскользнула внутрь. В кабинете было темно. Только слабый свет уличного фонаря пробивался в окно. Она подошла к сейфу, присела на корточки и набрала комбинацию: «22 — 14 — 37 — 8». Ничего... Райли выдохнула сквозь зубы, сбросила механизм и попробовала «22 — 14 — 37 — 9». Дверца не шелохнулась. — Coño… — прошипела она, чувствуя, как по спине пробежал холодный пот. — Я же видела… На третий раз она чуть изменила финальный оборот и сделала половину деления меньше. Послышался щелчок. Тяжёлая стальная дверь медленно отошла в сторону. — Вот так, perra… — хищно улыбнулась Райли. Внутри лежали аккуратные пачки долларов, перетянутые резинками. Она быстро начала перекладывать их в две большие спортивные сумки. Денег было очень много, гораздо больше, чем она ожидала. Сумки были уже заполнены, а в сейфе еще оставались пачки. Ладно, это мелочь. Оставим брату на операционные расходы. Но что-то было не так, Райли не могла понять, что именно. У неё в тюрьме выработалось это иррациональное чувство опасности. Что-то было не так... Верхний ящик, там, где обычно хранят оружие, был немного смещен. Райли медленно выдвинула его до конца и похолодела. Пистолета внутри не было. А на задней стенке тихо мигал маленький красный диод. — Puñeta… — прошептала она. В ту же секунду за спиной раздался выстрел. Пуля прошла в нескольких сантиметрах от её головы и с визгом рикошетнула от толстой двери сейфа. Левое предплечье обожгла резкая боль. В дверях стоял Блейк в одних домашних штанах, с пистолетом в руке. Лицо светилось в темноте от ярости: — Ты… Какого хера, Райли?! — выдохнул Блейк, держа её на прицеле. — Привет, hermanito, — спокойно ответила она, зажимая кровоточащую руку. — Я знал! Я знал, что ты это сделаешь! — голос Блейка дрожал от ярости. — Ты всегда всё портила! Всё! — Портила? — Райли горько усмехнулась, делая шаг вперёд. — Ты серьёзно? Вы втроём с Алланом и мамашей испортили мне жизнь, а потом ты меня вообще из неё вычеркнул. И теперь ты говоришь, что я портила? — Ты убила отца! — заорал Блейк. — Ты его в могилу свела! — Я его не убивала, — процедила Райли, продолжая идти на него. — Это твоя любимая мамочка убила. И тебя заодно превратила в такой же трусливый жалкий кусок дерьма, как она сама. — Ещё одно слово, и я прострелю тебе башку! — палец Блейка на спусковом крючке побелел. — Стреляй, — тихо сказала Райли, глядя ему прямо в глаза. — Ну же. Давай. Убей родную сестру. Мать всегда об этом мечтала. Блейк задрожал. Райли сделала ещё шаг. — Ты всегда мне завидовала… — процедил он. — С самого детства. Боялась, что отец будет любить меня больше. И ради этого сама стала мальчиком, да, Райли? — Что за бред ты несёшь? — фыркнула она. — Ты ревновала меня ко всему! Стоило мне получить хоть что-то — ты сразу это отбирала. А теперь решила разрушить всё, что я построил… и забрать мою жену! Райли усмехнулась, хищно и зло: — Твою жену? Она сама меня выбрала... Сразу потекла, когда меня увидела. У тебя просто энергия маленького члена. Настолько маленького, что мой клитор больше. Ты всегда плакал, что я всего добиваюсь, а потом, наверное, радовался, когда меня посадили? Надеялся, что я там сдохну? — Я ждал тебя! — выкрикнул Блейк. — Хотел помочь, когда ты выйдешь! Но ты неисправимая сука! Ты решила меня ограбить! — Ты хотел прибрать к рукам всё отцовское наследство. То, что я забираю, скромная компенсация за то, что ты мне должен, cabrón. — Идиотка… Эти деньги… Он не успел договорить. Райли резко выбросила здоровую руку, перехватила его запястье, так, что оно хрустнуло. Пистолет вылетел и с грохотом упал на пол. В следующую секунду Райли мощным толчком сбила его с ног. Блейк тяжело рухнул спиной на пол. Она носком отбросила оружие подальше, схватила сумки и побежала. Она несла добычу одной рукой, вторая сильно болела, кровь уже пропитала рукав балахона. Выскочив на улицу, она побежала к «Ламборджини», прижимая раненую руку к груди. Каждый шаг отдавался острой болью, но она лишь сжимала зубы. Айрис, увидев её окровавленную, в ужасе выскочила из машины. — Райли!!! — Заводи! — рявкнула та, бросая тяжёлые сумки на заднее сиденье. — Уезжаем прямо сейчас!