На твоих руках

Путь был долгим и страшным. Особенно, когда они взлетели на маленьком частном самолёте, и Ники увидел внизу вдали мигание полицейских машин. К счастью полёт был очень коротким, через сорок минут они начали снижение. В аэропорту Мехико было шумно и людно. Ники крепко сжимал ручку чемодана, пока они шли к стойке регистрации, и старался дышать ровно. — Паспорт, — тихо напомнил Райан, когда они подошли к стойке. Ники достал. Чужое имя, чужая дата рождения, но его фотография. Он протянул паспорт женщине за стойкой, и ему показалось, что пальцы дрожат слишком заметно. Райан стоял чуть позади, спокойный, как скала, но Ники чувствовал его напряжение, тот следил за каждым движением сотрудницы. Женщина мельком глянула на фото, потом на Ники. Её лицо осталось бесстрастным. Она что-то сказала по-испански, быстро и неразборчиво. Ники замер, не зная, что ответить. Вдруг она спрашивает что-то важное? Вдруг уже поняла, что паспорт поддельный? — Equipaje, — повторила она и указала на чемодан. Ники выдохнул. Багаж. Она просто спросила про багаж. Райан помог поставить чемодан на ленту, Ники придерживал ручку, хотя Райан бы справился и сам, просто Ники старался не встречаться взглядом с сотрудницей. Райан едва заметно коснулся его спины, ободряюще и тепло. Они отошли от стойки с посадочными талонами в руках. Ники чувствовал, как пот стекает по вискам, хотя в аэропорту работали кондиционеры. — Молодец, — шепнул Райан. — Ты отлично справился. Но впереди был паспортный контроль. Очередь двигалась медленно, и каждый шаг приближал их к стеклянной будке, где сидел пограничник с усталым лицом и холодными глазами. Ники смотрел на его руки: вот он берёт паспорт, листает, сверяет, поднимает взгляд... Когда подошла их очередь, Райан шагнул первым. Протянул паспорт, что-то коротко ответил на вопрос, Ники не расслышал, кровь стучала в ушах слишком громко. Пограничник кивнул, поставил штамп. Теперь Ники. Он подошёл, стараясь выглядеть естественно, но губы пересохли, а пальцы, сжимавшие паспорт, побелели. Пограничник взял документ, открыл. Сверил фото. Перевёл взгляд на Ники. Ники казалось, что время остановилось. Пограничник смотрел слишком долго. Секунда, две, три... Потом он вдруг быстро заговорил по-испански, и Ники различил только слово «Tokio». — Sí, — выдавил он. — Tokio. Пограничник хмыкнул, поставил штамп и протянул паспорт обратно. Ники взял его, чувствуя, как подгибаются колени. Райан, ждавший его по ту сторону, обнял. Ники практически упал в его объятия. — Я так больше не смогу, — прошептал он. — И не нужно. Ты справился. Они прошли в зал ожидания. Райан нашёл два свободных места у окна, и Ники почти упал в кресло, закрыв глаза. — Ты дрожишь, — сказал Райан, накрывая его руку своей. — Я думал, он понял... — прошептал Ники, не открывая глаз. — Нет. Он задаёт всем одни и те же вопросы. Из динамиков над головой полилась испанская речь. Ники вздрагивал от каждого объявления: голос звучал резко, слова сливались в сплошной поток, и воображение рисовало одно и то же: "Задержать. Арестовать. Обыскать". Он ловил обрывки фраз —"...atención...", "...pasajeros...", "...embarque...", и каждый раз сердце пропускало удар. Райан заметил, как Ники напрягается при каждом объявлении. — Они говорят про посадку, про забытый багаж, про то, что кто-то опаздывает на рейс, — сказал он мягко. — Ничего про нас. — Ты понимаешь по-испански? — удивился Ники. — Совсем немного, но достаточно, чтобы знать, что нас не ищут. Ники выдохнул и прижался плечом к Райану. В зале ожидания бизнес-класса пахло кофе, выпечкой и чужими духами. Люди вокруг смеялись, разговаривали, кто-то спал, положив голову на сумку. Обычная жизнь, обычный аэропорт, обычные пассажиры. И они среди них, просто двое влюблённых, летящих в Токио. — Я раньше боялся одного твоего взгляда, — признался Ники. — А теперь мы вместе обманываем ФБР. Райан усмехнулся. — Ты уже не тот мальчик, которого я встретил два года назад. — Нет, — согласился Ники. — Но теперь я хочу к тебе на ручки. Особенно сейчас. Райан обнял его за плечи, притянул ближе. Ники закрыл глаза, слушая, как объявляют посадку на Мадрид, Сан-Паулу, Лондон — города, в которых он никогда не был. Когда объявили рейс на Токио, Ники уже успокоился. Он встал, поправил лямку рюкзака и первым шагнул к выходу на посадку. Они сидели рядом в мягких креслах бизнес класса, шумели двигатели. — Ты никогда раньше не летал? — спросил Райан. Ники покачал головой, глядя в иллюминатор. — Вообще никуда... — признался он тихо. — Даже не ездил особенно. Родители очень много работали и почти не бывали в отпуске. А когда бывали, отдыхали дома. Он смотрел на облака за окном: белые, пушистые волны над бескрайней землёй. — Я, наверное, никогда не увижу брата, — задумчиво протянул Ники. — Что чувствуешь по этому поводу? Ники медленно выдохнул, сжимая подлокотники. — Сложно... — сказал он честно. — Но это не больно. Просто пустота где-то здесь, — коснулся груди над сердцем. — Он меня не любил, сделал мою жизнь адом, а я терпел. — Мне жаль, — вздохнул Райан. Ники потянулся и нежно поцеловал Райана в щёку. — Не надо жалеть... — прошептал он. — Я получил тебя. Это стоило того. Самолёт слегка покачивало на турбулентности, но Ники это даже нравилось: ощущение движения, скорости. — Я не обещаю показать тебе весь мир, — сказал Райан, когда им раздали кофе. — Ho существует много стран, где нам безопасно. Ники с благодарностью принял кофе, ощутив его тепло в ладонях. — Я хочу увидеть как можно больше... — произнёс он, глядя на Райана поверх чашки. — Даже если это будет в одной стране. Даже если мы будем жить тихо и скромно, а ездить на автобусе. Его глаза светились мечтами: горы, моря, чужие города... За свои двадцать он нигде не был, родители вечно работали, а после их смерти брат вообще запрещал ему уходить от дома. Ники хотел наверстать упущенное. Полёт предстоял долгим. Вскоре им подали обед. Рыбу, морепродукты, свежие овощи и десерт — милый розовый тортик на керамическом блюдце — О чём ты мечтаешь? — спросил Райан. Ники аккуратно разрезал рыбу ножом, подумав над ответом. — Я хочу увидеть море... — начал он. — Настоящее, большое, где вода не пахнет городской грязью. Где можно просто лежать на песке и слушать волны... И города с фонарями по набережным... Или горы, где осенью листья красные-красные! А ещё старинные дворцы, храмы, современные магазины и парки аттракционов... Райан мечтательно улыбнулся. — Я рад, что в силах исполнить твои желания. Ники счастливо улыбнулся в ответ, его глаза блестели от предвкушения. Еда была вкусной, но сейчас ему больше нравилось смотреть на Райана. На его профиль, на ресницы... Он никогда не думал раньше о том, как могут быть красивы мужчины. — Когда прилетим? — спросил Ники шёпотом. — Отдыхай. Ещё часов двенадцать. И Ники быстро заснул. Шум двигателей, стресс прошедшего утра, безопасность самолёта и присутствие любимого заставили расслабиться. Ему снилось море, белые барашки, тающие на мокром песке, далёкие крики чаек и облака: объёмные, пушистые и удивительно близкие.