Особый механизм любви. Любовь старшекурсника. Книга спешлов 1-2.

«Си Чадвол» [Си Чадвол] Многие мои друзья считали меня странным, и в детстве я иногда думал, что я не такой, как все. У меня нет ни отца, ни матери – они умерли, когда я был ещё маленьким. Я помню тот день: мама изо всех сил пыталась спасти мне жизнь. Та красивая женщина пожертвовала собой, сгорев в огне вместо меня. На исцеление душевных ран ушли годы. К счастью, у меня было двое прекрасных дядей, которые обо мне заботились. Порой я сам удивлялся, почему тогда решил остаться с дядей Марком, ведь, по сути, я должен был жить с бабушкой Орн. Возможно, всё дело было в его взгляде, в его заботе, в том, как он выражал свои чувства с самого первого дня, когда мы встретились, и до завершения похорон. Всё это сделало мой выбор простым. Я доверял дяде Ви и знал, что он будет добрым со мной. А когда познакомился с дядей Марком, понял, что он тоже сможет хорошо за мной присматривать. И он действительно заботился обо мне очень хорошо. Хотя он мужчина, для меня он стал как мать. – Марк стал таким же ворчуном, как мама, - сказал дядя Ви, разговаривая по телефону либо с дедушкой дяди Ви, либо с дядей Ю. Затем я услышал, как дед дяди Вивиса ворчливо ответил: [– Твоя мама не была ворчливой!] И дядя Ви рассмеялся в ответ. Значит, это был не дядя Ю. – Си, ты готов? - спросил дядя Марк, выходя из своей комнаты и глядя на меня. Я кивнул. – Да, готов, - ответил я, поднимаясь с дивана. – Я не пойду с тобой, - сказал дядя Ви, а дядя Марк кивнул в ответ. Мне хотелось сказать ему, что никто и не приглашал его. – Пойдём, Си. В этот день мы с дядей Марком собрались оформить моё отчисление из старой школы. Начались каникулы. Мой классный руководитель сказал, что, оценки были выставлены, но учительская работа продолжалась. Мне было любопытно, чем именно занимались учителя, но я не стал спрашивать. Мне всегда казалось, что быть учителем – это круто. Я хотел стать учителем, потому что хотел учить детей так, как говорил дядя Марк – чтобы сделать их лучше. – Очень жаль, что Чавдол уходит. Он такой талантливый ученик, - сказал мой классный руководитель. Я улыбнулся в ответ. – Мне нужно переехать, - сказал дядя Марк. – Да, конечно. Будь хорошим мальчиком, Чавдол, - учитель согласился и обратился ко мне. – Да, я всегда стараюсь быть хорошим, - ответил я и улыбнулся дяде Марку. Он ласково погладил меня по голове. – Малыш. В глазах дяди я всегда остаюсь милым и жизнерадостным ребёнком, а в классе я скорее заводила. Никак не могу понять, почему учитель говорит, что я умный. Если судить только по оценкам, то да, я неплохо учусь, но главным образом потому, что списываю у Ома. Дело не в том, что я чего-то не понимаю, мне слишком лень слушать учителей. Не знаю, знает ли об этом учитель, но если и знает, то, возможно, прощает из-за моего влиятельного дедушки. Куда бы я ни пошёл, люди относились ко мне с почтением, и это давало свои бонусы: друзья, учителя, которые были ко мне добры... Мне это не всегда нравилось, зато вокруг не было завистников или тех, кто хотел меня обидеть. Лучше иметь друзей, чем врагов. – А, Ом! Здравствуйте, папа Ома! - воскликнул я, выходя из учительской и видя своего лучшего друга. Того самого, который разбил мне сердце. Но я не злился на Ома. Я поприветствовал его раньше, чем он заметил меня. Злился я больше на себя – хотел обидеться на него, но он был слишком милым, чтобы долго на него обижаться. Я планировал злиться на него месяцами, если не годами, но в итоге первым поздоровался с ним. Эх... Си, ну что ты за человек? – Здравствуйте, дядя Марк, Си, - поклонился дяде Марку Ом, а затем повернулся и посмотрел на меня. Он явно удивился, увидев меня здесь, ведь я не сказал ему, что тоже буду менять школу. – Что вы здесь делаете, Марк? - спросил отец Ома. – Я пришёл оформить перевод Си в другую школу, - ответил дядя Марк. – Перевод в другую школу? - переспросил отец Ома. – Да, у нас возникла необходимость переехать в Бангкок из-за бизнеса, - объяснил дядя Марк. – А, понятно. Мы тоже переезжаем – в Корат. Мы с женой расширяем бизнес, поэтому будем там работать, - сказал отец Ома. После этого дядя Марк и отец Ома начали обсуждать что-то о бизнесе – типичные разговоры взрослых. Я, не желая слушать эти скучные беседы, потянул Ома за руку и увёл оттуда. Он, конечно, удивился, но привык к тому, что я часто таскал его туда-сюда. Однажды Ом сказал, что я избалованный ребёнок, который всегда получает, что хочет. Но я редко показывал эту сторону своей личности – только с теми, кому полностью доверял. Я боялся, что другие могли меня невзлюбить. Но с друзьями, Омом или с дядей Марком и дядей Ви всё было иначе. Эти трое точно никогда не будут меня ненавидеть. – Си снова тащит меня, - спокойно и вежливо произнёс Ом. – Си не интересны разговоры взрослых. Они такие скучные, - ответил я, когда мы пришли в наше любимое укрытие. – Но Си всё равно стоило бы послушать. Может, потом сможешь помочь дяде Марку с бизнесом, - сказал Ом. – Как Ом помогает своему отцу? - спросил я. Ом кивнул. – Но Ом пока ничего не делает. Ом знает, что родители занимаются бизнесом, - добавил он. Я нахмурился Почему я не знаю, чем занимается дядя Марк? – Си всего тринадцать. У Си ещё будет время узнать, - сказал я Ому. – Ому тоже тринадцать. – Ом! Ом, не торопись, а то состаришься быстрее, - сказал я, и Ом улыбнулся в ответ. – Си старший, хоть Си и тринадцать. Си уже взрослый, - ответил он. – Правда?... - я был старшим с детского сада. – Си должен учиться и расти. Си переезжает в Бангкок? - спросил Ом, и я кивнул. – Да, в Бангкок, где нет моря... и нет Ома, - произнёс я, зная, что мой голос звучит грустно, но именно Ом перевёл разговор в эту печальную тональность. – Си должен быть сильным и справиться, понимаешь? - сказал Ом. Но на этот раз я покачал головой. – Ом знает, у Си не так много друзей. – Си весёлый и милый человек. Все захотят полюбить Си. И без Ома у Си будут те, кто полюбят Си, - уверенно сказал Ом. Но мне не нужны были другие люди. Я хотел, чтобы Ом любил меня. – Но... – Без 'но'! Езжай в Бангкок, становись взрослым, будь милым для других людей там. – Но там не будет Ома. Ом хочет, чтобы я был милым с другими людьми? - спросил я, потому что, если бы это был я, я бы не хотел, чтобы Ом был добрым к кому-то другому. Хотя Ом всегда добр ко всем. – Да, Ом хочет, чтобы Си был милым со всеми. Чтобы все могли видеть милую сторону Си, как это делает Ом, - ответил Ом. – Ом только что сказал, что Си милый? – Да, очень милый, - ответил Ом с одной из своих обворожительных улыбок. Я не знал точно, что чувствовал в тот момент, но ощутил, словно получил всё, чего когда-либо желал. За столько лет Ом ни разу не говорил мне ничего подобного. – Если так, то Ом тоже должен оставаться таким же хорошим человеком, - сказал я и лёгким жестом похлопал его по плечу. – Когда мы вырастем, встретимся снова, хорошо? - предложил Ом. – Ом будет связываться со мной? - спросил я. – Конечно! Си – мой лучший друг, как и Ом лучший друг Си. – Си никогда не забудет Ома. И Ом не смей забывать Си! – Ом не забудет тебя, Си. Ом произнёс эти слова, и я широко улыбнулся. В тот день мы попрощались с Омом с улыбками на лицах. После этого мы все занялись переездом. Под "мы" имею в виду меня, дядю Ви и дядю Марка. Мы решили переехать, но перед этим началась традиционная перепалка между моими дядями. Дядя Ви хотел сдавать старый дом в аренду, чтобы получать доход, а дядя Марк хотел сохранить его для отдыха. Я склонялся к мнению дяди Ви, потому что, когда мы отдыхали, всё равно снимали отели или дома. Но в итоге дядя Ви уступил дяде Марку, не спросив моего мнения. На сборы и подготовку ушло немного времени. Через семь дней мы переехали в Бангкок, чтобы жить с дедушкой и бабушкой – родителями дяди Марка (я это знал). Дядя Ви напомнил мне, чтобы я не капризничал, иначе дедушка рассердится. Но он не знал, что дедушка очень любил меня. Он никогда не сердился на меня, а, наоборот, баловал больше, чем дядя Ви. Я снова стал невероятно счастлив. Я чувствовал себя невероятно удачливым: куда бы я ни пошёл, меня любили. Дедушка любил меня, бабушка тоже. Жизнь в Бангкоке была весёлой. На выходных я часто ездил в Корат, где местные взрослые также радовались моему присутствию. Но каждый раз, когда я думал о Корате, я вспоминал Ома. Мы больше не общались. Не знаю почему, но Ом не звонил мне, и я тоже ему не звонил. Я начал учиться в новой частной школе в восьмом классе. Дядя Марк выбрал её для меня. Она находилась недалеко от дома. Дядя Марк сказал, что сам когда-то учился в ней, прежде чем перейти в другую школу. Он тоже часто менял школы. Дядя Ви шепнул мне, что дядя Марк менял школы чаще, чем я. Я легко адаптировался к новому месту. Здесь я стал тем же милым Чавдолом, каким был для Ома. У меня стало больше друзей, я познакомился с новыми людьми и был ещё счастливее. Но я никогда не забывал своего друга Ома. – Си, собирайся! Сейчас я отвезу тебя в районное управление, чтобы поменять документы, - крикнул дядя Ви со второго этажа. – Хорошо-о! Этот день был ещё одним особым днём в моей жизни. Я должен был сменить своё обращение с "Мальчик" на "Мужчина". Дядя Марк повёз меня делать новый ID*, чтобы изменить обращение в документах. Я действительно стану взрослым. Когда я получу свой новый ID, я покажу его дяде Ви и скажу: "С этого момента я больше не ребёнок!". (П/П: *В Таиланде ID, – это национальный удостоверяющий личность документ (Thai National ID Card), официально называемый บัตรประจำตัวประชาชน (бат пхра-джак таи-кон). Таким образом, получение национальной ID-карты в 15 лет – это важнейший юридический и социальный ритуал в Таиланде, означающий переход к взрослой жизни и получение полного гражданского статуса.) Я был невероятно взволнован. – Одевайся красиво, малыш! - сказал дядя Марк, пока мы ехали в машине. – Я уже не ребёнок! - ответил я, желая напомнить дядям, дедушке и бабушке, что скоро стану "Мужчиной". Эх, неловко как-то... Мне уже пятнадцать лет, и я вырос замечательно! – Да, ты уже не ребёнок, – с улыбкой повторил Марк. Но взрослые всегда считают детей детьми. Кто-то однажды сказал, что дети всегда остаются детьми для своих родителей. А остаюсь ли я ребёнком в глазах дяди Ви и дяди Марка? Возможно, они так не думают, ведь я не их настоящий сын. Однако, я вырос благодаря их заботе. Если они не считают меня своим сыном не страшно, я чувствую, что они стали для меня настоящими родителями. – А можно мне улыбаться? - спросил я дядю Марка, пока мы ехали в машине. – Можно улыбаться... но совсем чуть-чуть, - ответил он, показывая пальцами маленькое расстояние между большим и указательным пальцем. – Почему нельзя широко улыбаться? - спросил я. – А то ты будет слишком милым, - ответил дядя Марк. – Эх... Дядя Марк, дедушка говорит, что, когда подрастаешь, не называют милым, а говорят 'красивый'!" - сказал я, вспоминая отдыхающих родителей. Я жил с дедушкой и бабушкой – родителями дяди Марка. В первые дни они очень беспокоились обо мне и не хотели отпускать меня никуда одного. Куда бы я ни пошёл, за мной всегда кто-то следовал. Тогда я понял, что дядя Марк был богатым ребёнком с телохранителями как в фильмах, и они относились ко мне так же, как к его сыну. Проще говоря, я стал внуком для дедушки и бабушки. Они уехали отдыхать в Японию неделю назади стали присылать мне много фотографий снега, и мне тоже захотелось поехать туда. – Иди сниматься, красавчик, тебя зовут, - сказал дядя Марк, указывая на место, куда я должен был идти. – Я волнуюсь, - признался я, а он улыбнулся и кивнул, поддерживая меня взглядом. Взгляд дяди Марка говорил о том, что он гордится тем, как я повзрослел. И именно поэтому я чувствовал себя невероятно счастливым и гордым. Я горжусь тем, что дядя Ви и дядя Марк стали моими опекунами, и благодарен себе за то, что в тот день решился на этот шаг вместе с ними. Они всегда меня поддерживают. Щёлк! Я задумался всего на пару секунд, честное слово! А сотрудник сделал несколько снимков. «Извините! Я не смотрел в камеру, правда!» – Хотел было сказать, но он торопился. Он быстро ушёл оформлять или печатать мою фотографию, оставив меня стоять в замешательстве. Подождите... Когда мне было семь лет, мы с дядей Ви фотографировали меня целую вечность! И сотрудник тогда попросил меня сделать серьёзное лицо! – Готово, Кхун Чавдол, - сказал сотрудник примерно через десять минут. Я не заметил, когда успел снять отпечатки пальцев или подписать какие-то документы. Всё запуталось с того момента, как я стоял перед камерой, и никто не считал вслух «1-2-3». – Ну что, получился красивым? - спросил дядя Марк, заглядывая на мою карточку. – Не улыбался, - ответил я, немного капризничая, как обычно делаю с дядей. – И без улыбки ты красивый, - сказал Марк. – Правда? Но вообще-то... да, я реально красивый, - прошептал я ему с нескромной уверенностью, дядя Ви учил меня быть уверенным в своей внешности и достоинствах. У меня милый характер, а внешность и телосложение тоже весьма хороши. Можно сказать, что я становлюсь всё красивее с возрастом. Я должен гордиться этим, как и говорил дядя Ви. – Завтра в школе покажешь друзьям, - предложил дядя Марк. – Что?! Ни за что! Какой стыд, дядя Марк! - воскликнул я. – Разве дети больше не хвастаются своими ID-картами? - спросил человек за рулём, а я покачал головой. – А кто-то хвастается своими ID-картами? - удивился я. Странно хвастаться такой фотографией, но, если подумать, это важный момент в жизни. Только раз в жизни тебе исполняется пятнадцать лет, и только один раз ты делаешь такой ID. Это важно, но на фото нет красивого фона, и оно совсем не крутое... На следующий день мне нужно было идти в школу. Дядя Марк отправился на работу. Его работа кажется мне лёгкой. Компания была огромна, и однажды я сказал дяде Ви, что хочу работать там, когда вырасту. Больше не хочу быть учителем. Дядя Ви ответил: "Учись хорошо.". Я старался выполнять его совет. Я приходил в класс вовремя каждый день, внимательно слушал учителей и завёл много друзей. Но ни с кем особенно близко не сошёлся. Я думал об Оме. – Дети! Сегодня у нас новый друг. Пожалуйста, представься, - сказала учительница. Я поднял голову от математических заданий и посмотрел на нового ученика впереди. Я привык к таким ситуациям, в прошлом году это был я, стоявший там. Правда, я пришёл в начале первого семестра восьмого класса, а этот парень пришёл во второй семестр девятого класса. Так поздно? – Привет, меня зовут Яй, - коротко представился он. Я незаметно осмотрел его. Он крупный, типичный заводила с задних рядов, который втягивает других в плохие дела. Он совсем не похож на Ома. Я решил держаться от него подальше, чтобы не попасть в неприятности. – Хм... Яй, сядь рядом с Чавдолом, хорошо? - сказала учительница. Весь класс повернулся ко мне, и все закивали. Я посмотрел на стол своего друга Аома в заднем ряду – он положил свою сумку на свободное место. Значит, новый друг Яй своим видом напугал и тех, кто был более смелым. – Эээ... Хорошо, - ответил я с улыбкой. – Там, пожалуйста, - сказала учительница Яю, указывая на место рядом со мной. Яй подошёл и сел рядом. Вокруг начались шёпоты, что он сын какого-то большого человека. Я не знал точно, чьим сыном он был, потому что половина учеников здесь были из влиятельных семей. Единственный, кто немного выбивался, был я – племянник дяди Марка. Но никто здесь не обижал меня, потому что с самого начала мой дядя дал всем понять, что защищает меня. А когда дядя Марк не мог забирать меня, дедушка присылал телохранителей в чёрных костюмах. Друзья их боялись. Пум! Он положил рюкзак на стол и некоторое время смотрел в сторону передней части класса. Когда учитель вышел, он уронил голову на рюкзак. Я повернулся к своему другу Бэйсу, который сидел в другом ряду, надеясь, что он даст мне совет: стоит ли заговорить с ним или оставить его в покое? Но Бэйс покачал головой. Ладно, лучше не связываться с этим парнем по имени Яй. Я очень счастлив в школе. Мне весело, но всё равно немного одиноко, потому что у меня не было близких друзей. Многие пытались, но близкое общение не продлилось долго. Я пробовал присоединиться к разным группам, но ничего не получилось. Эти ребята совсем не такие, как Ом. Это не значит, что они плохие, просто я не чувствую той же близости, как когда был с Омом. Пришёл учитель математики и начал объяснять уравнения, которые дядя Ви научил меня решать раньше, так что мне было очень легко. Потом на уроке английского я внимательно слушал, дядя Ви сказал, что мне нужно хорошо знать английский, если я хочу работать с дядей Марком. Я стану прилежным племянником, буду стараться учиться и не позволю никому плохо отзываться о своих дядях. – Хорошо, сегодня ученики должны взять документы домой, чтобы родители подписали их, подтверждая анализ поведения детей. Заполните все данные. Ээ... А ты, Яй, только пришёл... можешь забрать завтра в учительской, - сказала учительница. Все начали вставать, чтобы забрать бумаги. – Зачем это делать? - спросил новенький Яй. – Ну... в прошлом году тоже делали, - тихо ответил я. В прошлом году я тоже принёс эту форму дядям для подписи, но они оба были заняты. Поэтому вместо них её заполнил и подписал мой дедушка. Вот почему учительница и одноклассники узнали, кто он такой. Она показала мои документы перед всем классом и сказала, что моё отношение к жизни очень хорошее. Но, честно говоря, я до сих пор не понимаю, зачем мы это делаем. Некоторые вопросы бесполезны. Например: где работают родители, сколько им лет, как они оценивают поведение своего ребёнка и чего ожидают от него. Я считаю, что эти пункты не имеют практической пользы, особенно для школы. Кроме того, они создают почву для сравнений. – Чавдол и Яй, заберите свои документы! - крикнула учительница, и я встал. А пока я вставал, услышал, как Яй тихо произнес: – Скучно. После того как мы взяли документы, учительница отпустила нас домой. Я вышел ждать машину перед школой. Дядя Ви прислал сообщение, что они с дядей Марком сами за мной приедут. Мне так нравится, когда они оба приезжают за мной! Я люблю видеть их вместе. Не знаю точно, что это такое, но многие говорят, что это называется "любовь". Похоже, дядя Ви и дядя Марк действительно сильно любят друг друга. Я это чувствую! – Ждёшь маму и папу? - спросил я человека рядом, который тоже ждал автобус. Сначала я не хотел с ним разговаривать, но после такого долгого обоюдного ожидания странно было бы игнорировать его. – Нет, - коротко ответил он, глядя на меня. – Тогда кого... – Автобус, - сказал он и быстро пошёл к подъехавшему автобусу. – Ох... - совершенно невежливо. Я встречал людей, которые мало говорили, например, Ом. Но Ом никогда не вёл себя так. Будучи молчаливым, Ом всегда оставался вежливым и милым. А этот парень? Сказал "жду автобус" и ушёл, когда автобус прибыл. Что за спешка? Чтобы занять место? Я никогда не ездил на автобусах. Подняв взгляд, я увидел, как люди внутри смотрели на меня. Их лица были безразличны. Бип!! – На что смотришь, Си? - крикнул дядя Марк из машины. – Ничего, - ответил я и побежал сесть на заднее сиденье. – Когда вы приехали? – Минуты три назад. Машина остановилась, но малыш не обернулся, - сказал дядя Ви. – Я* уже не малыш, дядя Ви. Я же показал вам свой ID! (П/П: *По мере взросления дети начинают использовать "ฉัน" (chan – женщины) или "ผม" (phom – мужчины); Дети почти всегда называют себя по имени. Использование "ฉัน/ผม" в этом возрасте крайне редко и может звучать неестественно или даже комично, если ребёнок пытается звучать "взросло". Общение со старшими строится на имени. Поэтому он говорит «Я» как признак взросления (получения ID) – Правда? – Я теперь Кхун Чавдол, - сказал я, но дядя Ви никак не отреагировал. Он продолжил ехать домой. Почему он не рад тому, что я повзрослел? Но, возможно, дядя Ви не удивился, ведь ему давно исполнилось пятнадцать. Когда я показал ему свой ID, как дядя Марк посоветовал, дядя Ви остался равнодушен и сказал, что в пятнадцать лет он выглядел на фото гораздо лучше, чем я. Пришлось согласиться, дядя Ви всегда был красивым. Дядя Ви отказывается признавать, что за сорок – это "старость". Да, внешне он не выглядит на свой возраст, но в документах его возраст перевалил за отметку "за сорок". Ему стоило принять реальность. Кстати... а есть ли что-то выше звания "Кхун"? – Много домашнего задания сегодня? - спросил дядя Марк, когда мы входили в дом. – Нет, только одно, но его должны сделать вы, - ответил я. – Что? Зачем даёшь своё задание другим? - удивился дядя Ви. – Это ваше задание, - сказал я, кладя рюкзак в гостиной. Оба дяди последовали за мной, чтобы посмотреть, что я делаю. – Чего-нибудь ещё желаете, молодой Кхун? - спросила домработница, войдя в гостиную. Она принесла фрукты, включая виноград, который я любил. – Си, хочешь молока? - спросил дядя Марк. – Нет, спасибо, - ответил я, улыбнувшись домработнице. – А вам, Кхун Марк? Может, ещё сок? Сегодня я приготовила лимонад с бабочкой*, - предложила она. (П/П: *лимонад из синего чая, который называют клитория тройчатая или мотыльковый горошек) – Я буду лимонад с бабочкой, - сказал дядя Ви, а дядя Марк попросил кувшин сока, явно для меня. Я достал домашнее задание. Так происходило каждый день. Утром мне готовили завтрак, дяди больше не спорили, кому готовить. Дядя Марк просыпался рано и шёл на работу, иногда провожал меня в школу, иногда уходил позже. А что делал дядя Ви? Читал какие-то книги, потом выходил поливать цветы в саду. Однажды я спросил, почему дядя Ви не работает. Он ответил: "У меня достаточно денег, чтобы обеспечить семью.". Я понимаю, но должен признать, что у дяди Ви действительно было много денег. По вечерам, когда я возвращаюсь из школы, всё повторяется. Я делаю уроки в гостиной. Если дядя Марк свободен, он помогает мне. Если дядя Ви свободен, он тоже помогает. А в этот день оба моих дяди оказались дома, что замечательно, ведь это их задание. – Что это вообще такое? - воскликнул дядя Ви, прочитав форму, которую дал учитель. – Вы всё ещё делаете такие вещи? - добавил дядя Марк, закончив чтение. Я кивнул. – Скучно. – Ах! - вскрикнул я, когда дядя Ви произнёс это. – Что случилось? - спросил дядя Ви. – Ты говоришь как мой новый друг, - сказал я. – Новый друг? – Да, сегодня пришёл новый ученик. Он тоже сказал, что это скучно. Оба дяди переглянулись. – Чей это ребёнок, что смог поступить в середине семестра? - спросил дядя Ви. – Какая разница, чей он? Давай лучше займёмся нашим ребёнком, - сказал дядя Марк, глядя на несколько пустых листов бумаги. Но... дядя Марк назвал меня "ребёнком"? Он имел в виду, что я его... – Это графа для имён отца и матери, - сказал дядя Ви и указал на неё, затем повернулся ко мне. – Запишем моё имя как отца, а Марка – как мать. – Что?! Как я могу быть матерью? Я должен быть отцом! – воскликнул дядя Марк, и они начали спорить, кто будет записан как отец. В прошлом году это делал дедушка, а в старой школе такого вообще не требовалось. – У меня уже есть имена отца и матери, - сказал я. – А... – Мм... - дядя Марк выглядел так, будто опечалился после моих слов. – Дядя Марк... ты злишься на меня? - спросил я, боясь встретиться с ним взглядом, но также опасаясь, что он может рассердиться. Мне казалось, что я слишком обременяю их своим присутствием, хотя они всегда заботились обо мне. – Марк хотел бы быть твоим отцом. – Пи Ви! - резко повернулся дядя Марк к дяде Ви, а я потерял дар речи. Дядя Марк хочет быть моим отцом? Но у меня уже есть родители. Это не значит, что я против или что-то в этом роде. Я тоже хочу, чтобы дядя Марк был моим отцом. Я же говорил, что отношусь к ним как к своим родителям. Я люблю их именно так – как вторых родителей. Просто... я никогда не думал, что дядя Марк захочет этого. Я считал, что они заботятся обо мне только из необходимости. – Дядя Марк, ты правда хочешь быть моим отцом? - спросил я, а дядя Марк уставился в пол. – Нет... Пи Ви говорит ерунду. – Да, растить Си хлопотно, да? - сказал я, и дядя Марк резко посмотрел на меня, словно собираясь отругать. – Когда я говорил, что это хлопотно? - спросил дядя Марк. – Никогда, - ответил я. – Почему ты думаешь, что для меня забота о тебе – это трудно? Разве я плохо заботился о тебе? - голос дяди Марка дрожал, и глаза наполнились слезами. – Похоже, сейчас заплачу, - сказал дядя Ви. – Я тоже сейчас заплачу. Я никогда не думал, что забота о Си – это что-то трудное. Мне нравится заботиться о нём. Если бы не было его родителей, я бы хотел быть для него больше, чем дядей, - сказал дядя Марк, обращаясь к дяде Ви, но, казалось, говорил он это для меня. Наверное, он обиделся из-за того, что я подумал так о нём. – Дядя Марк... Я чувствую себя виноватым и боюсь тебя обременять. Я не имел в виду, что не хочу, чтобы ты был моим отцом, - сказал я, и оба дяди посмотрели на меня. – Я никогда не думал, что забота о тебе – это что-то трудное. Не смей придумывать за меня такие мысли. Я хочу заботиться о тебе как можно лучше. Я люблю тебя как родного сына, - строго сказал Марк. – ... - дядя Ви молчал. – ...Дядя Марк, стань моим настоящим отцом, - сказал я, подняв голову и глядя на него. – Что? - был удивлён моими словами дядя Марк. – Я люблю тебя и дядю Ви как своих родителей. Если ты и дядя Ви думаете, что забота обо мне не обременительна... вы можете стать моими родителями, - сказал я. Оба замолчали, а я ждал их ответа. Они действительно хотят считать меня своим ребёнком? Разве они не обязаны были заботиться обо мне, потому что мне было одиноко? Они так хорошо обо мне заботятся, и я хочу, чтобы они стали моими родителями? Может, я слишком эгоистичен? Или слишком много думаю о себе? Все трудности, которые я преодолел, стали возможны только благодаря их заботе. Инцидент с пожаром в моём доме больше не беспокоил меня, когда я видел огонь, – это благодаря тому, что дядя Марк водил меня к врачу. То, что я ни в чём не нуждался, – благодаря тяжёлой работе дяди Ви. Они дали мне столько всего... и я всё ещё прошу их стать моими родителями? – Я... Я думаю, что слишком многого прошу. Ладно, я пойду приму душ, - сказал я, решив не расстраивать их больше и не показаться эгоистом. Но, возможно, уже слишком поздно? – Ты будешь мамой, а я папой, - сказал дядя Ви, когда я собирался выйти из комнаты. – Нет, я буду папой! - возразил дядя Марк и протянул руку ко мне. – Си, подойди. Я буду твоим отцом. – Нет... это мой племянник и я буду папой! - попытался перехватить меня дядя Ви, но дядя Марк первым притянул меня к себе на колени. Значит ли это, что они не против стать моими родителями? – Дяди... вы правда хотите стать моими родителями? - спросил я. – Я буду твоим отцом, - сказал дядя Марк. – Марк будет мамой, а я папой, - добавил дядя Ви. Я улыбался, наблюдая, как они спорили о том, кто станет папой. – Я никогда не думал, что вы действительно хотите быть моими родителями. Я думал, что вы жалеете меня, - сказал я, и оба дяди одновременно склонились, чтобы посмотреть на меня. – Малыш, ты слишком много думаешь! - сказал дядя Ви и щёлкнул меня по лбу. – Я люблю тебя как сына. Если я раньше не говорил об этом, то говорю сейчас, - сказал дядя Марк и поцеловал меня в левую щёку. – Да, не думай, что мы заботимся о тебе из жалости. Мы воспитываем тебя, потому что хотим, чтобы ты стал нашим настоящим сыном, - добавил дядя Ви и поцеловал меня в правую щёку. Я радостно улыбался и смеялся, пока они по очереди целовали меня. Они продолжали спорить о том, кто будет отцом, но как бы то ни было, я всё равно называю их дядями. Я люблю и помню своих родителей, но этот момент стал для меня чем-то особенным. Он помог мне понять, что они любили меня как своего родного сына, а не из жалости. Эта связь стала такой сильной, что я не знаю, как за неё благодарить. Они никогда не требовали ничего взамен, лишь желали, чтобы я вырос хорошим человеком, я знаю, что они – мои благодетели. Но отныне это уже нечто большее. В этот день я официально стал их сыном. И этот день – один из самых счастливых дней в моей жизни. Конец Привет! Эта история долго планировалась мной для написания. В "Любви механиков 2" была идея о том, что Марк хочет заботиться о ребёнке, и с тех пор я думала: если бы Ви и Марк действительно могли бы растить малыша, они бы испытали огромное счастье. Это дополнило бы их историю и сделало её более завершённой. Я надеюсь, что каждый, кто прочитает эту историю, улыбнётся, видя, как Ви и Марк заботятся о маленьком Си. Спасибо, что остаетесь со мной. Я буду продолжать писать истории, чтобы вы не скучали! Спасибо. Faddist