Свинцовое небо

Виктор Шмелев позвонил неожиданно и попросил о встрече. Виктор вкратце знал, что тот является водителем насильника Дани, но друг Тоши вскользь проронил, что Юрий ему помогает. Дело сугубо личное, раз Данька с ним, значит, ему это нравится! Шмель был непростым человеком, Виктор это просёк на раз, и сразу пришла мысль, что тот что-то задумал. Ну не может человек, который возится с жертвой мерзкого парача, отдать парня на растерзание! Так и вышло: Юрий позвонил Виктору и попросил о встрече. Встретились вечером, около заброшки, тогда Шмелёв и рассказал все без утайки. И про месть, и про то, что сделал с Горюновым. Витю это несколько удивило, но мало взволновало. Сам был на войне и ещё не такое видел. Конечно, он для себя решил, что Шмелев был прав. — На Терновщине у меня родственники, я им позвоню, и они примут тебя без вопросов. А дальше что будешь делать? — Водителем устроюсь. Можно таксовать, можно еще куда. Не пропаду. – ответил Шмелёв. – На какой-то домик денег хватит, пенсия есть. — А Даня? – мужчина выжидающе посмотрел на Шмелёва. — Даня в безопасности. И мне пока нужно лечь на дно. Пусть он подумает, и я тоже. Да, я обещал ему не бросать, но сделал все для того, чтобы он был свободен. Хочу быть с ним, но слишком рано и опасно для него в первую очередь. Я должен исчезнуть на время. Напишу ему, а уж как он решит.. – Юра махнул рукой. Хотелось покоя, хотелось просто человеческого тепла, ведь он слишком долго мёрз. Тепло Дани идеально подходило, но захочет ли сам парень этого? Если нет, то Шмель, конечно, переживёт, но будет снова холодно. Надежда, как раненая птица, подняла голову, но если нет, то она умрёт окончательно. Данил А ведь говорил, что не бросит! И Виктор ничего не рассказывал, хотя Даня был почему-то уверен, что Шмель разговаривал с ним. Если так, то он просто не нужен Шмелю! Главное, что теперь Левин свободен, ему ничего не угрожает, но как же бесконечно жаль, что он больше никогда не увидит Юру! Придется жить с нуля. Вставать по утрам на работу, писать какие-нибудь статейки, у Алёнки и Тоши тоже своя жизнь. А что остаётся ему? Отношения? Нет, на них Даня был не способен, по крайней мере пока. Ему хотелось выбросить из головы и Горюнова, и Шмеля, но ничего не получалось. А смог ли бы он быть со Шмелем? Интимно.. Там бы не было киношной страсти, любви или чего-то похожего, но было нечто иное. Да, человеку нужен человек, и эти отношения со временем могли бы перерасти во что-то большее. Даня вздохнул, бездумно смотря на шторку в кухне. Уже сентябрь, скоро зима, если так посудить, и кофе совершенно остыл. Шмель Так нужно было: удостовериться, что никто не ищет, самому найти место, обустроиться, подумать. Андрей редко снился во сне, а сейчас и подавно. Говорят, что человека нельзя заменить другим, но никто в здравом уме и не будет этого делать. Все отношения – разные. Говорят.. Говорят.. Да не будет место пустовать никогда! Если смотреть по факту, то если место освободилось, то его через какое-то время займет другой человек. Займет. Дело не в этом, а в последующих отношениях и чувствах. Вот и сейчас место возле Шмеля не пустовало. — Я не верю в ад и рай, но если ты меня слышишь, знай – я буду любить тебя. И еще, мой хороший, мне выпала привилегия полюбить дважды. Прости меня и благослови, Андрей. Я хочу быть счастливым, хочу жить.. Все это в тишине маленького дома и шептал мужчина, не сдерживая слез утраты. Но теперь, если Даня согласится, то будет все иначе. Декабрь Скоро праздник, начало нового года, но Даня не хотел отмечать, хотя Тоша с Виктором собирались в гости к Алёне с Мишей и его с собой. На свадьбе Даня отгулял как положено и даже веселился, но отмечать новый год не хотелось. Для настроения он все же купил ёлочку, которая помещалась на столе, и даже украсил ее золотистым дождиком. Нужно было еще написать небольшую статью и обязательно сдать до первого января. В редакции намечались короткие каникулы. Сев за ноутбук, Даня начал набирать текст. Работа шла споро, но уже было за полночь, и у него слипались глаза. Сонно проморгавшись и зевнув, он закрыл крышку ноутбука, сейчас обычные дела: туалет и почистить зубы, но колокольчик-сигнал на смартфоне оповестил его о смс-ке. Потянувшись за телефоном, он открыл сообщение и сглотнул: оно было прислано с неизвестного номера. В груди стало горячо, Даня стал читать, шевеля губами: "Здравствуй, прости, наверное, разбудил тебя, но вот пишу.. Я исчез, но сразу предупредил, что так было нужно. Знаешь, у меня все ровно. Устроился на работу водителем автобуса, купил небольшой домик. Дань, не злись на Виктора, это я запретил ему говорить о себе. Пишу, чтобы сказать, что ты моя надежда, Дань. Именно встретив тебя, я захотел жить снова. Дышать. Мне не хотелось подводить тебя под удар, да и время требовалось обоим. Смею надеяться, что ты дашь мне шанс. Дашь шанс такому, как я. Если так, то просто напиши, очень буду ждать". Как уютно стало, тепло и с тем волнующе. Даня не злился ни на Витю, ни на Шмеля, он все понимал. А внутри его тоже теплилась надежда. Улыбнувшись, он написал в ответ одно слово: "Да". И кажется, этот новый год он будет справлять не один. Май Май теплый, зеленеют листья, распускаются цветы, соловьи разливаются трелью. На кладбищенской алле тихо, даже птицы щебечут не так весело, как в других местах. Сама атмосфера будто охраняет сон тех, кто уже не встанет. Даня и Юра стоят у могилки Андрея Ясина, жизнь которого оборвалась так и не начавшись нормально. Тогда, в декабре, Даня уехал в Терновщину и был там все новогодние каникулы. Мужчины и по сей день пока не вместе. Отношения завязались, но Дане нужно было решить вопрос с работой и квартирой. Теперь уже пара, решили, что уедут жить на юг, правда, домик присмотрели онлайн, и тем не менее в южном городке работа найдется для обоих, нужно только рискнуть. А что? Если есть силы и желание жить, то все выйдет. Но пока они стояли здесь, в этом спокойно-скорбном месте, и молчали. Даня принёс темно-бордовые розы, а Юра чистил могилку от жухлой травы. — Вот, Андрей, я и приехал, буду навещать тебя. Прости, но теперь часто не выйдет. Все за закончено, ты спи спокойно, и ещё знаю, ты был бы рад за меня. Прости меня за все. Даня не ревновал, и ему было жаль молодого парня, так окончившего свою жизнь. Он положил розы около памятника и молча взглянул на мужчину. Юра, обтерев руки о влажную салфетку, чуть коснулся пальцев Левина. Все сложилось так, как сложилось. А в безоблачном небе над ними пролетал самолёт. Люди жили, радовались, летали и ездили на отдых. Жизнь продолжалась.