Цена возвращения
29 мая 2026 г., 14:36
(до сборов Сборной)
Тренировка «Акул» близилась к завершению. На льду активно работал Олег Валенцов. После долгого восстановления он выглядел неплохо, двигался уверенно, старался показать всем, что вернул прежнюю форму.
Андрей Викторович и Антон Владимирович стояли у бортика, наблюдая за ним. Взгляд у обоих был тяжелым.
— Он рвется в бой, — тихо сказал Антипов, скрестив руки на груди. — Даже если не в основной состав, то хотя бы в список расширенной заявки.
Кисляк молчал, пока Валенцов не закончил упражнение и не подъехал к ним, тяжело дыша, но с надеждой в глазах.
— Андрей Викторович, Антон Владимирович, — начал Олег, опираясь на клюшку. — Я готов. Физику подтянул, с дыхалкой всё нормально. Проверьте меня на любых тестах!
Кисляк посмотрел на него без тени сочувствия, как на любого другого игрока, который претендует на место в сборной.
— Олег, — голос Андрея Викторовича был сухим и спокойным. — Ты тренируешься с клубом, это хорошо. Но сборная — это не реабилитационный центр. Здесь темп в три раза выше, чем в «Акулах».
— Я потяну! — перебил Валенцов.
— Нет, не потянешь, — жестко отрезал Антипов. — Мы проанализировали твои показатели. Ты «взрываешься» на полторы минуты, а потом «проваливаешься» в обороне. В сборной такая ошибка стоит кубка. Ты не готов ни физически, ни, что важнее, морально. Твоя голова ещё в той травме, ты боишься идти в стыки, хотя пытаешься это скрыть.
Валенцов сжал челюсти. Лицо его побелело.
— Вы меня просто списали.
— Мы не списали тебя, — сказал Кисляк, глядя ему прямо в глаза. — Мы говорим тебе правду. Если ты хочешь вернуться на высокий уровень, начни с регулярного чемпионата, докажи это там, а не прыгай через ступеньку. В заявку сборной ты не попадаешь.
Олег развернулся и уехал прочь, ударив клюшкой о борт так, что звук разнесся по всей пустой арене.
***
Весть о том, что Валенцова «отцепили», быстро разлетелась по команде. Егоров и Самсонов сидели в раздевалке, обсуждая это. — Жестко они его, — сказал Егоров. — Всё-таки Олег столько прошел, чтобы восстановиться. Самсонов, который уже привыкал к капитанской роли, задумчиво вертел в руках крагу: — Жестко? Да. Но справедливо. В сборной нельзя давать поблажки, иначе мы все посыплемся. Кисляк и Антипов не играют в демократию, они строят машину. И если деталь не подходит — её меняют. В этот момент в раздевалку зашли Кисляк и Антипов. — Мужики, — объявил Кисляк. — Время жалости закончилось. Мы готовимся к турниру. Теперь о подарке... — Андрей Викторович, — Егоров поднялся со скамейки. — Мы тут посовещались. В общем... Антону Владимировичу. Команда дружно выкатила в центр раздевалки большой сверток. Это был качественный профессиональный комплект экипировки для новорожденного — маленькая джерси сборной с номером «1» и фамилией «Антипов», а также крошечные сувенирные коньки. Антон, замер, глядя на подарок. — Спасибо, парни, — голос его дрогнул. — Это... это круто. Кисляк едва заметно улыбнулся, глядя на эту сцену. Его «машина» начинала обретать человеческое лицо, и это было именно то, что нужно перед решающей битвой.
