Пролог. M.I.A.:
11 мая 2026 г., 13:16
Отец погиб в августе 2009 года.
В тот день солнце пекло над головой. В доме одного из спальных районов Манчестера, кондиционер работал на полную мощность, но не мог спасти от плотной жары.
Алекса Уэллс сидела на полу в своей комнате, прижимаясь спиной к кровати и слушала музыку в наушниках на полной громкости. Всё, чтобы заглушить игру сестры на пианино и громкие мысли в голове.
Грейс – старшая сестра, играла на пианино в соседней комнате, иногда громко стуча по клавишам, когда сбивалась с ритма. Мама – Кэтрин была в кухне и готовила ужин на четверых, старая привычка, от которой было сложно избавиться, когда Джейкоб уезжал на службу.
Сейчас, когда в мире зрел конфликт, отпускные давали редко и на несколько дней, в идеале – на пару недель. Джейкоб Уэллс часто находился на службе, почти не видел жену и дочерей даже пропустил тринадцатый день рождения Алекс месяц назад.
Мама часто плакала по ночам, ждала стука в дверь, звонка на телефон. Но отец не звонил уже три недели.
В шесть вечера раздался стук в дверь. Три коротких, формальных удара, от которых сердце Алексы перестало биться на пару секунд. Она услышала этот звук даже сквозь наушники и выбежала в коридор вместе с сестрой.
Мама вытирала руки о фартук, прошла в коридор. Она тихо выглянула в окошко возле двери, после чего раздался щелчок замка. Алекса и Грейс переглянулись и побежали по лестнице вниз, топая ногами по скрипучим ступеням.
— Миссис Уэллс? — спросил тихий голос солдата. Девочки выглянули на него из-за перил лестницы и затихли за спиной матери, стараясь не дышать слишком громко.
На пороге их дома стоял офицер. На нем была военная форма, на руке красовался флаг Британии, и несколько медалей на груди блестели в свете летнего солнца. Сзади него капеллан с сочувственно сжатыми губами.
Кэтрин привалилась к дверному косяку плечом, когда увидела то, что мужчина держал в руках. На письменном уведомлении и брошюре лежала военная фуражка с повязанной на ней чёрной лентой.
— С глубоким сожалением вынужден сообщить вам, что ваш муж, — он перевёл быстрый взгляд на двух девочек позади матери, а потом вновь глянул на женщину, не видя её. — И отец…был убит в бою.
Кэтрин зажала рот ладонью, глубоко дыша. Она не забрала уведомление из рук офицера, только прижала к груди фуражку мужа и горько заплакала, глотая слёзы.
— Я не могу, — шепнула Грейс, которая уже бежала вверх по лестнице, оставив младшую сестру внизу. Она громко хлопнула дверью и больше не производила ни звука.
— Пройдёмте? — вышел вперёд капеллан, следуя за Кэтрин в зал.
Алекса медленно, на ватных ногах, открыла заднюю дверь и выползла в гараж, стараясь дышать носом. Внутри пахло маслом, порохом и нотками мужского парфюма. Она слушала приглушённые голоса из зала сквозь тонкие стены, чувствовала, как щиплет глаза от слез, которые старалась проглотить.
Мёртвых слезами не вернёшь.
Алекса медленно прошлась по гаражу, где стоял отцовский джип, лежали его старые вещи, которые мама просила выкинуть, а он всё откладывал на потом. Потом не наступит уже никогда. Только не с ним.
Она дошла до полок возле ворот и уставилась на коробку без надписей. Внутри лежал его старый пистолет – Глок, который уже давно отслужил отцу, но многому научил Алекс. Она взяла его в ладонь и потрясла, проверяя, остался ли в нём вес или ушёл вместе с отцом. Она направила его в пол и нажала на курок.
Раздался щелчок, магазин пуст, внутри ни одной пули.
Она не могла заставить себя плакать.
Могла только стоять с пистолетом в руке и по-глупому нажимать на курок, который издавал только щелчок и больше ничего.
В тот день Кэтрин нашла её в гараже, нажимающей на курок отцовского глока. Забрала пистолет и убрала на антресоль, до которой Алекса не могла достать. И сколько бы она не просила вернуть ей пистолет, мама была непреклонна, потому что женское сердце болело по мёртвому мужу, она не могла позволить дочери идти по его стопам.
***
Она ехала на заднем сиденье тонированного и бронированного Хаммера, оглядывая тот же самый пистолет, который стал точкой отсчёта для её будущего. Прошло 13 лет со смерти отца, надежд не осталось никаких. Никто не видел трупа, они хоронили пустой гроб. Официальная версия: пропал без вести, на самом деле уже давно мёртв для всех. И для неё тоже. Гостей, в день его похорон, было много. Почти все были сослуживцами, но она не пошла, мать не настаивала. Она просто не могла смотреть на пустой гроб, укрытый британским флагом, и слушать слова капеллана о том, что жертва её отца не была напрасна. Хаммер свернул на подъездную дорогу Базы. Контрольно-пропускной пункт, проверка документов, автоматические ворота. Охрана, прижимающая к себе пистолет-пулемёт, ходила туда-сюда. Ствол смотрел в землю, но палец замер у спусковой скобы. Алекс смотрела на них пару секунд, перед тем как убрать глок в поясную кобуру. Она откинулась на спинку сиденья, позволяя себе расслабиться впервые за всю дорогу. — Прибыли, сержант, — сказал водитель, глянув на Алекс через зеркало заднего вида. Она один раз кивнула и открыла дверь, шагая в новую жизнь, не оглядываясь назад.
