Только щелчок

Столовая на базе ОТГ-141 находилась в подвале казарм. Коридор до неё выглядел так, будто в нём не появлялись с прошлого века. Стены обшарпаны, на голову сыпется штукатурка. Тусклые лампы дневного света мигали над головой, вытяжка работала на полную, но запахи кухни всё равно въедались в одежду. Алекса вошла в помещение столовой в пол седьмого, когда людей было не много и не мало. Столовая уже наполнилась голосами, но очередь на раздаче была небольшой и продвигалась достаточно бодро. Роуч уже занял место в дальнем углу и махал ей оттуда. Алекса кивнула один раз и встала в очередь. Гари сидел с незнакомыми мужчинами, чьи лица не выражали ничего, несмотря на то что Сандерсон улыбался. Уэллс взяла поднос. На раздаче полная женщина с родинкой под губой от души навалила ей каши, дала два куска хлеба и налила чёрный чай без сахара. Она не смотрела на Алекс, механически выполняла свою работу быстро, чтобы никого не задерживать. Алекса прошла к столику за которым сидел Роуч, чувствуя на себе взгляды, многие из которых дружелюбными не были. Она села напротив Роуча, поставив поднос на липкий пластик стола. Гари молчаливо придвинул к ней солонку, даже не спросив, нужно ли. — Это Мит и Ройс, — кивнул он головой на мужчин рядом. Уэллс снова подняла взгляд на крупно сложенных мужчин и постаралась улыбнуться, что получилось криво из-за тугой неуверенности внутри. — Приятно познакомиться, —мужчина с густой щетиной на подбородке, кажется, Ройс, протянул ей руку. Она без сомнения пожала крепкую ладонь, с силой сжав её пальцами. Второй, Мит, даже не кивнул ей. Только скользнул по ней глазами, которые не выражали ничего и снова уткнулся ими в тарелку с пресной кашей. — Сержант, — неожиданно заговорил Мит, когда стол погрузился в молчание, и солдаты начали жевать. — Говорят, генерал Шепард лично тебя порекомендовал. — Так точно, — она даже не подняла на него глаза, отхлебнула горячий чай и поставила кружку с тихим стуком на стол. Мужчина скептично хмыкнул и обменялся с сокомандником взглядами. — Не забывайте про построение и Бриффинг через час. Роуч, проведи новенькую, а то заблудится, — Ройс первый поднялся со своего места и, перешагнув через лавочку, вместе с Митом направился относить поднос на мойку. Алекса вскинула глаза на Гари и слегка наклонила голову набок. В её глазах повис немой вопрос. — Не обращай внимание, — Роуч пожал плечами и вернулся к своей тарелк. Он почти не ел, только водил ложкой по каше и не поднимал взгляд. — Они всегда такие с новобранцами. Я не говорю ничего против, но имей ввиду, что девушка в отряде – нонсенс, особенно рекомендованная самим… — он не закончил, просто показал ложкой в потолок, намекая на конкретную фигуру. Алекс поймала себя на том, что уголки её губ всё же немного дрогнули в полуулыбке. Напряжение в плечах чуть отпустило, но не полностью. Она чувствовала изучающие взгляды соседних столов. Двое мужчин переглянулись, глянув на неё, и тут же зашептались. Потом один из них прыснул со смеху. — Не кисни, — Сандерсон перегнулся через свою половину стола и ударил её кулаком в плечо. — Видишь того, возле двери? — он кинул быстрый взгляд на солдата, который ждал кого-то, поглядывая на наручные часы. Алекса глянула за своё плечо и тоже увидела его. — Робот. Его в первый день так затёрли, что он в столовую ходил только во второй смене. И ничего, быстро влился, теперь свой в доску. — Я не кисну, — буркнула Алекса и быстро отправила в рот очередную ложку каши, которая уже остыла. Гул в столовой стих, а потом вернулся, только стал тише и как-то неувереннее. Дверь столовой хлопнула, Алекса подняла глаза на вход и замерла с ложкой у рта. Роуч тоже обернулся, но в его взгляде не было страха, только улыбка на уголках губ. — А… — он как-то понимающе посмотрел на неё и кивнул. — С ним сложнее всего. Гоуст не смотрел по сторонам, но его появление заметили все. Маска-череп на месте, очки всё так же прикрывают глаза, как ранее на полигоне. Он не пошёл за подносом, а сразу направился в дальнюю часть столовой, где сидел МакТавиш. Капитан один раз кивнул ему, крепко пожал руку и придвинул кружку с горячем чаем. Но пить лейтенант не стал, только сложил руки на груди и кивал на слова капитана. — Но он лучший, — продолжил Роуч тише, соответствуя напряжённости вокруг. — Если пройдёшь его проверку, считай, что тут ты теперь своя. — Ты прошёл? — она посмотрела на Гари с надеждой. Ей нужен человек, который поможет пройти эту проверку, чтобы она не значила. — Сначала нет, — плечи Роуча опустились вниз, руки упали на стол. — Я уже говорил, что первая же моя миссия была провальной? Я не был виноват, просто какая-то неудача или подлость…сути нет. Но Гоуст смотрел на меня волком в тот день и следующие недели тоже. Виноваты были все, а новобранцы – в особенности. Потом стало легче. Прикрыл отход и вроде как влился. Друзьями мы не стали, но положиться он на меня может. Сам сказал. — Что за миссия? — не сдержалась Уэллс. Ей нужно знать всё, чтобы влиться. Ну или хотя бы большинство. Но Гари замялся. Он отвёл глаза в сторону и тут же откинулся назад, выпрямляясь в спине. — Не могу сказать…но в тот день мы потеряли важного человека. Теперь его не вернуть, а отряд всё ещё не может оправиться от этого. Алекса только пожала плечами. Больше не стала спрашивать, потому что Гари не ответит ей. Точно не сейчас. — Ладно, не важно, — она постаралась сгладить углы разговора. — Во сколько построение? — В восемь, но лучше прийти заранее, — ответил Сандерсон без задней мысли. — Капитан не любит, когда его заставляют ждать. Он взял свой поднос со стола и поднялся, глазами приглашая Алекс следовать за ним. Она без сомнения встала следом и поплелась за Роучем, снова почувствовав взгляды в спину. Если не появляться на глазах и стать незаметной – всем будет плевать на неё. Отлично, первый закон усвоила. — Не ссы, Спэрроу, — бросил он ей через плечо, когда ставил поднос на стойку. — Ага, — она сделала то же самое и выровняла с ним шаг. Теперь они шли в ногу. — Тебе легко говорить. — Мы все через это прошли, Алекс, — он убрал руки в карманы камуфляжных штанов и чуть сгорбился, пока командование не видит. — Просто у тебя… — он замялся на секунду. — Знаешь, попахивает «особенной» по документам. Но ты не ведись, это не так. Ты такая же, как и все мы. Есть отличительная особенность, но под пулями она не важна, — он не посмотрел на Алекс, но она сразу поняла, про что он говорит. От этого щёки вспыхнули, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — Я не хочу быть «особенной», — она остановилась посреди коридора. — Я пришла работать. Какая разница, что у меня в штанах? — Тогда докажи, — Гари тоже остановился и обернулся на неё. — Делай свою работу, остальное приложиться. Он посмотрел на неё серьёзно, но без злости или жестокости. Он знал о чём говорит, проходил тот же путь, только не имел этой особенности, которая выделяет её среди других. В подвале пахло сыростью, где-то капала вода. Алекса на секунду задержала дыхание, чтобы унять дрожь в руках и прикрыла глаза. Лампы мерзко мигали над головой, били по векам. — Через сорок минут у штаба. Не забывай, — напомнил Гари. — Я пойду переоденусь. Встретимся там. Он свернул направо. Она пошла налево, к выходу на свежий воздух. Ей нужно было дышать чем-то кроме жира и сырости. Свежий воздух ударил в нос, как только она вышла на улицу, вымывая из лёгких запах кофе и подвальной плесени. Алекса сделала несколько шагов от дверей и остановилась у стен. Подставляя лицо ветру. Холодный и колючий, он дул с гор и задувал под ворот флиски, заставляя щуриться. Она посмотрела на часы и двинулась в сторону главного штаба, дорогу до которого уже очень хорошо знала. База была не такой уж и большой: несколько зданий, вертолётная площадка, ангар, гараж с техникой. Если не считать подземных проходов в основном корпусе, то потеряться тут было сложно. К тому же везде были указатели. Она двинулась быстрым шагом, стараясь не смотреть по сторонам. Но никто уже не обращал на неё такого внимания. Или делали вид. Уже не было разницы. Возле штаба стояла небольшая группа солдат. Среди них – Мит и Ройс делили одну сигарету на двоих, перекидываясь короткими фразами. Она встретилась взглядами на секунду с Ройсом и кивнула на его кивок. Больше ничего. Алекса отдёрнула себя от мысли попросить закурить. Просто продолжила стоять подальше от компании мужчин, в которой ей явно были не все рады. — Спэрроу, — раздалось справа. Алекса обернулась на Гари, который появился так же быстро, как и исчез. Он был в свежей форме без следов утренней усталости и завтрака. — Ты рано. — Сам сказал прийти пораньше, — бросила она и отвернулась. — Хотя бы за пять минут, а не тридцать, — он хмыкнул и встал рядом, прислонившись к стене. — Но не важно, сойдёт. Они стояли молча несколько минут. Где-то за гаражами завелась тяжёлая техника, лязгнули ворота. Горы на горизонте с каждой минутой становились всё яснее, туман понемногу сходил. Ровно в восемь двери штаба открылись. На пороге возник МакТавиш с папкой под подмышкой и сигаретой, сжатой между губ. Он обвёл взглядом всех собравшихся, быстро пересчитывая их. — Сюда, — сказал он скорее себе, чем им. — Заходите. Алекса двинулась последняя, пропустив вперёд сначала мужчин, а потом зашла сама. Внутри пахло сыростью, старыми бумагами и табаком. Они прошли по коридору мимо тех самых серых стен с трещинами, свернули налево и оказались в комнате, которую Алекса раньше не видела. Небольшое помещение без окон. Посередине стол с картой, на стенах несколько мониторов, два из них уже работали, транслируя спутниковые снимки. — Располагайтесь, — МакТавиш кинул папку на стол и встал во главе. Сигарету он не потушил, дым тянулся к потолку, где едва крутился старый вентилятор. Алекса встала у стены, стараясь сделаться как можно более незаметной. Роуч рядом, но на расстоянии вытянутой руки. Мит, Ройс и ещё несколько парней у самого стола, напротив МакТавиша. Последним вошёл Гоуст и остановился в дверях, сложив руки на широкой груди. — Каспийское побережье. Порт Актау, — он вывел на большой экране вдоль стены мелкие спутниковые снимки. — Единственный морской порт Казахстана на восточном побережье Каспийского моря. Там находится единственный человек, знающий код доступа ACS – модуля управления спутниковой группировкой, — капитан кивнул кому-то. Гоуст обошёл стол и остановился плечом к плечу с МакТавишем. — Это наша цель, — он выложил на стол папку и ткнул в неё пальцем. — Объект под кодовым названием «Барсук». Он бывший офицер российской военной разведки. Два года назад перебежал к Макарову. Он единственный человек знающий коды доступа спутника, который упал в Казахстане. Эта штука в его руках контролирует половину американских разведывательных спутников. Кто владеет модулем, тот видит всё: передвижения войск, пуски ракет, координаты целей. Макаров хочет его заполучить. Мы – тем более. — Через сорок восемь часов мы отправимся на Хребет Тянь-Шань. Но без кодов допуска эта система, которую мы заберём, бесполезна, — капитан повернулся к карте на стене. Поверх порта Актау появилась новая точка – горный хребет, северный склон, отмеченный красным кружком. Алекса перевела взгляд с карты на Гоуста. Тот стоял неподвижно, но она почувствовала, что он смотрит на неё через свои чёрные очки. Роуч пихнул её локтем в бок, подбадривая. — Через час вылет, — закончил капитан. — Готовьте снаряжение и запомните, что Барсук нужен нам живым. ACS без него просто груда бесполезного железа. Обратный путь до казармы Алекса почти не помнила. Она шла, погруженная в свои мысли, пока её не догнал Роуч с двумя флягами в руках. — Ты как? — одну флягу он протянул ей. — У тебя лицо было такое, словно тебя уже похоронили. — Спасибо, — буркнула она, но флягу приняла. Вода была пластиковой на вкус, но освежала от тяжёлых мыслей. — Просто много информации. — Запоминай на ходу. Здесь так всегда, — Гари хлопнул её по плечу и пропустил вперёд. — Через час вылет. Успеешь? — Должна, — она ускорила шаг, и они снова распрощались на полпути к комнатам. Комната 203 встретила её всё той же серостью. Алекса скинула берцы, быстро стянула флиску и принялась собирать разгрузку. Всё по местам, как учили. Каждый предмет лежал в ячейке так, чтобы можно было нащупать вслепую. Она остановилась на секунду у тумбочки. Фотография отца смотрела на неё с лёгкой, почти насмешливой улыбкой. — Ну что, пап, — она сунула фото во внутренний карман разгрузки, рядом с сердцем. — Настоящая работа начинается. Глок она не взяла с собой. Старый, негодный для официального табеля, он должен был остаться здесь. Она вышла из комнаты через десять минут без лишних мыслей, не оборачиваясь. Фотография отца грела изнутри.