120 дней

      Гермиона закрыла книгу. Все уроки были сделаны. До возвращения Домой оставалось ещё несколько часов. Девушка решила побродить по замку, чтобы убить время. Нужно было подумать, а мысли всегда становились яснее в движении. Когда она шла. Или бежала. После года в бегах эта привычка въелась слишком глубоко.       Гермиона свернула в пустой коридор восьмого этажа. Вечер медленно опускался на замок, размывая золотистый свет факелов в холодные пятна на каменных стенах. Где-то внизу слышались голоса студентов, смех, хлопанье дверей — обычная школьная жизнь, к которой все так отчаянно пытались вернуться. Только Нечистые стояли в стороне небольшими группами. К ним никто не подходил. Старались даже не смотреть, словно они прокаженные. Гермиона грустно усмехнулась. Вот так вот. Вчерашние герои теперь вечные изгои.       Пальцы скользнули по шероховатому камню стены. Хогвартс восстановили почти полностью: исчезли следы пожаров, залатали трещины, поставили новые окна. Но стоило закрыть глаза...и замок снова наполнялся криками, дымом и запахом крови. Девушка открыла глаза и вздрогнула. Нет, всё-таки Хогвартс больше никогда не будет ей домом. И от этой мысли стало невыносимо грустно. Её лишили даже этого.       У неё больше не было ни дома, ни родителей, ни друзей. Только клеймо. Только принадлежность к Дому Гонт. Только Тёмный Лорд...       От этой мысли захотелось сброситься с Астрономической Башни. Но даже если она захочет, она не сможет. Ей даже умереть не дадут тогда, когда она пожелает. Девушка ускорила шаг, словно могла сбежать от собственных мыслей.       Гермиона спустилась на второй этаж, прошла мимо бывшей гостинной, подняла голову и... Замерла.       Впереди стояли три рыжие головы. Перси радостно махал руками и что-то говорил, а Джинни крепко вцепилась в руку другого рыжего парня, словно если она его отпустит, тот исчезнет. Сердце Гермионы забилось как сумасшедшее. Рыжие волосы. Широкая спина. Чуть сутулые плечи. Такая знакомая фигура. Такая родная...Она узнает его из тысячи.       — Рон... — еле слышно прошептала она. Парень её услышал. Или почувствовал. Он резко обернулся, и наконец их взгляды встретились.       У Рона один глаз был заплывший. На губе ссадина. Но это всё меркло перед одной простой мыслью: он был жив. Жив! И стоял в каких-то пяти метрах от Гермионы.       Парень смотрел несколько секунд с долей неверия и шока, словно перед ним стоял призрак. А затем бросился к ней.       Пять месяцев. Она не видела его почти пять месяцев, и вот сейчас Гермиона наконец его обнимет. Вдохнет его запах, почувствует тепло его рук... Если счастье существовало, то это именно оно. Девушка протянула руки навстречу парню, и, когда оставалось до него каких-то десятки сантиметров, их отбросило друг от друга, словно кто-то поставил невидимое поле.       Гермиона вскрикнула от неожиданности, больно ударившись спиной о стену. Воздух выбило из лёгких. Рон рухнул на пол в нескольких шагах от неё, тяжело проехав ладонью по камню. Клеймо на руке защипало.       «...твой Уизли к тебе не сможет приблизиться ближе чем на метр и коснуться тебя. Не хватало мне ещё, чтобы ты в подоле принесла.»       Она думала, что это просто слова. Угроза. Но нет... Тёмный Лорд никогда не угрожал просто так. Гермиона почувствовала, как глаза защипало от подступивших слëз. Ублюдок! Какой же он ублюдок!       Рон резко поднялся на ноги и снова шагнул к ней, не веря происходящему. И невидимая сила опять ударила. На этот раз сильнее. Парня отбросило назад прямо к стене. Джинни вскрикнула и бросилась к брату.       — Какого чёрта?! — прохрипел парень, вставая и отряхивая мантию. — Гермиона... — парень снова сделал шаг к ней, но девушка отступила.       — Нет, Рон... Не подходи. Нам... Нельзя... — тихо прошептала девушка давясь слезами. Парень потрясенно смотрел на девушку не зная, что ему делать.       — Но... Я могу подходить к Джинни.. И Перси...       — Но не ко мне... Не ты, — тихо ответила девушка. Повисла тишина. Гермиона поймала сочувствующий взгляд Джинни, а затем девушка быстро подошла к Гермионе и крепко её обняла.       — Мой брат просил передать тебе объятья, — улыбнувшись, сказала подруга. Гермиона громко всхлипнула и прижала девушку к себе. Как же ей этого не хватало!       — А ты передай ему мои, — сквозь слезы улыбнулась девушка. Джинни разжала объятья и, вернувшись к брату, обняла его.       — Тебе просили передать, — усмехнулась девушка.       — Поцелуи так же передавать будешь? — спросил Рон.       — Я вам не сова! — воскликнула Джинни. Повисла тишина. А затем коридор наполнился их общим смехом.       Рональда сегодня выписали из Мунго. Его привёл в Хогвартс Яксли, чтобы решить личные вопросы и зарегистрировать своего Нечистого студента. Пока Корбан решал административные вопросы, Рональду было разрешено увидеть семью (разумеется, исключительно по милости Великого Тёмного Лорда, о чем ему не забыли упоминать).       Жилось Рону у Яксли не сладко. Ежедневные пытки и истязания были вечными спутниками. Яксли бесило, что Рональд не сдавался и не ломался. При попытке бегства он и был наказан так, что оказался в больнице Святого Мунго. Яксли за это тоже наказали. Ведь он должен был перевоспитать, а не убить Подопечного. Так что пока Корбан вёл себя сдержанно. Ударил его всего один раз, когда Рональд спросил, почему у Яксли такое лицо, словно он дерьмо сожрал.       — Ох, Рон... Не нарывался бы ты... — тихо прошептала Джинни.       — Да пошёл он, козёл! — огрызнулся Рональд, — оно того стоило!       — Нет, Джинни права. Не нарывайся, Рон. Ты нам нужен живым и здоровым, — строго сказал Перси.       — Да хватит обо мне, вы как? Джинн? — парень повернулся к сестре.       — Лучше, чем могло бы быть. Я принадлежу Дому Нотт и Тео... Хорошо ко мне относится. Не обижает. — Успокоила брата девушка, сжимая ему руку. Рон скептически на неё посмотрел, но распрашивать не стал. Джинни действительно выглядела целой и сытой. Это главное.       — Гринграссы тоже ко мне хорошо относятся, потому что я послушен и трудолюбив. Во время летних каникул мне доверили восстанавливать Хогвартс, а теперь сделали старшим по... — Перси осёкся, — Нечистым...       — В тебе я ни капли не сомневался, — грустно усмехнулся Рон. Перси покраснел от его тона, а Джинни пихнула брата в бок.       — Мы просто пытаемся выжить, Рон, — строго сказала она, — не смей его осуждать!       Рон никак это не прокомментировал и перевёл взгляд на Гермиону.       — А ты... Как ты? Тебя не было на распределении Домов и я думал... Я думал... — Рон не смог закончить предложения. Этого и не надо было.       — Меня держали в подземелье. А потом сразу доставили в Хогвартс. Со своим Покровителем я встретилась только в сентябре. Я...       — Гонт. Её Покровитель Тёмный Лорд. — Перебила подругу Джинни. Рон посмотрел на Гермиону с ужасом.       — О, Мерлин, Герм....       — Всё впорядке. Настолько, насколько это возможно, — тут же перебила его девушка. Не хватало ещё, чтобы он её начал здесь жалеть. Если начнёт... Она окончательно расклеится. А этого нельзя делать. Не здесь. Рон хотел ещё что-то сказать, как вдруг в коридоре раздались резкие шаги. Всё повернулись на их звук. Из-за поворота вышел Яксли.       — Какая прелесть. Семейное воссоединение, — зло выплюнул мужична. — Пошли рыжий. Нам пора возвращаться.       Рон открыл рот, чтобы сказать явно что-то лишние, но Джинни пихнула его локтем в бок и многозначительно посмотрела.       «Молчи»       Рон тяжело вздохнул, но послушался и промолчал. Яксли довольно усмехнулся.       — Видишь, как быстро Нотт объяснил все правила своей шлюшке. Учись у сестры, как себя надо вести.       Яксли медленно перевёл взгляд с Джинни на Рона и довольно ухмыльнулся, явно наслаждаясь тем, как напряглись все трое Уизли. Рон дёрнулся вперёд раньше, чем успел подумать.       — Закрой пасть!       Гермиона почувствовала, как внутри всё похолодело. Нет. Только не сейчас.       — А вот и характер прорезался, — довольно протянул Яксли. — Уже лучше. А то в Мунго лежал такой тихий, воспитанный...       Рон сжал кулаки. Костяшки побелели.       — Рон, — предупреждающе произнёс Перси.       Но тот будто не слышал.       — Если ещё раз откроешь рот и скажешь гадость о моей сестре...       — То что? — мягко перебил Яксли, делая шаг ближе. — Снова попытаешься сбежать? Или, может быть, ударишь меня? Интересно даже стало.       Джинни вцепилась брату в рукав мёртвой хваткой.       — Не надо...       Гермиона смотрела на Рона и почти физически ощущала, как внутри него кипит ярость. Он всегда был таким. Сначала бросался защищать, а уже потом думал о последствиях. Раньше это казалось ей правильным. Благородным. Теперь — смертельно опасным.       — Рон, пожалуйста, — тихо сказала она. И именно её голос остановил его. Парень тяжело выдохнул и отвёл взгляд. Яксли разочарованно цокнул языком.       — Ну вот. А я уже надеялся провести вечер повеселее...       — Тёмный Лорд поручил вам перевоспитать Подопечных, а не доводить их, — холодно сказала Гермиона. — Как Вы думаете, сильно Вы преуспеете в этом, если Рон только и будет думать, как придушить вас ночью?       — Грязнокровка, ты забыла своё место?! — рявкнул Яксли направляя палочку на неё.       — Только тронь... — зашипела девушка и задрала рукав мантии, показывая клеймо H G.       — Я Подопечная Тёмного Лорда! Ты не смеешь ко мне прикасаться!       — Ты — тварь Нечистая! — с ненавистью выплюнул Корбан.       — Да. Но не ТВОЯ! Давай, рискни. Прокляни меня. И в больнице сегодня окажешься ты! Тёмный Лорд не потерпит порчу своего имущества.       Слова были отвратительны. Ужасно было говорить о себе как о вещи, но Гермиона знала, что так переведёт удар на себя, а про Рона забудут. План сработал. Яксли с ненавистью смотрел на неё, совсем позабыв о дерзости своего Подопечного. Несколько секунд мужчина крутил палочку в руке, а затем резко развернулся к девушке спиной.       — Уизли, за мной! — рявкнул он. Яксли быстрым шагом двинулся по коридору, даже не проверяя, идёт ли Рон следом. Будто заранее знал — выбора у него всё равно нет.       Рон задержался всего на секунду. Этой секунды хватило, чтобы снова посмотреть на Гермиону. Им так много друг другу надо сказать... Рон открыл было рот, но тут снова раздался голос Яксли       — Уизли! — рявкнул он.       — До завтра! — прошептал Рон и пошёл вслед за Покровителем.       — Будь осторожен! — сказала вслед Гермиона.       — И благоразумен! — крикнула вслед Джинни. Рон махнул рукой и скрылся за поворотом. Коридор погрузился в тишину. Только шаги Яксли и Рона ещё несколько секунд эхом отражались от каменных стен, а потом исчезли совсем.       Гермиона продолжала смотреть в пустой поворот, будто если не отведёт взгляд, Рон вернётся. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле. Он жив. Избитый, измученный, злой — но живой.       Джинни осторожно коснулась её локтя.       — Герм...       Гермиона повернулась лицом к подруге.       — Ты как? — тихо спросила Джинни.       — Просто чудесно... — буркнула она, вытирая рукавом слезы, которые, оказывается, потекли с её глаз. — Попросишь меня держаться подальше от твоего брата?       Джинни грустно усмехнулась.       — Ну, у тебя и не получится близко к нему подходить...       — Да, точно. Спасибо, что напомнила...       — Мне очень жаль, Гермиона... И да. Постарайся... Сделай так, чтобы Рон не обсуждал при тебе опасные темы. Ради его же блага.       Джинни взяла под руку Перси, и они ушли дальше по коридору, оставляя Гермиону опять одну.

***

      — Вы сегодня удивительно молчаливы, — сказал Тёмный Лорд, не сводя с неё красных глаз.       — Слова мешают питанию. А я, если помните, сегодня ещё не ела, — холодно ответила девушка. Уголки губ Лорда слегка дрогнули. Ему нравилась её языкастость.       — Как дела в школе, мисс Грейнджер?       — По Астрономии строили карту созвездий. По трансфигурации проходили человеческие трансмутации, — спокойно продолжила Гермиона, разрезая мясо на тарелке. — У когтевранцев неплохо получается, кстати.       — Это всё, что происходило интересного в школе? — с нажимом спросил Лорд.       Знает. Конечно же он всё знает.       — Если вас интересует что-то конкретное, так и спросите, — сказала девушка, откладывая вилку в сторону. — Но я думаю, вы и так обо всём в курсе, зачем же тогда меня спрашиваете?       — Потому что мне нужна ТВОЯ правда, — снова перешёл на неформальный тон Лорд. Гермиона укусила изнутри щеку, чтобы не сказать что-то грубое в ответ.       « Нужна ему правда, как же! »       — Рона Уизли выписали из больницы. Яксли приводил его в замок, пока решал документальные вопросы, — безэмоционально ответила девушка.       — И как прошла ваша встреча?       Гермиона медленно подняла взгляд от тарелки. Красные глаза смотрели внимательно. Слишком внимательно. Будто он пытался вскрыть её мысли прямо здесь, за столом. Она заставила себя спокойно взять бокал с водой.       — Так, как вы и планировали, — ровно ответила девушка. — Мы не смогли даже прикоснуться друг к другу. Поздравляю.       — А вы, значит, пытались? — Лорд усмехнулся. — И что вы хотели сделать? Полезть к нему в рот своим языком, как лезли ко мне? — будничным тоном спросил Лорд. Гермиона сжала кулаки.       — И долго вы это будете вспоминать?! Я была не в себе и я извинилась. Сколько можно?!       — Столько, сколько я захочу.       — О, значит вы хотите это вспоминать?! — съязвила Гермиона. Глаза Лорда опасно сузились.       — Ты не ответила на вопрос.       — Потому что вас это не касается!       — Отвечай! — рявкнул Лорд, стукнув кулаком по столу. Девушка вздрогнула. — Круциатуса утром тебе оказалось мало?! Память короткая?       — Хотела обнять. Не получилось...       Лорд довольно хмыкнул.       — Ну вот. Можешь же отвечать, когда хочешь. — И снова принялся за еду, словно только что не кричал на неё. Гермиона последовала его примеру. Если он её решит наказать за что-то, то ей надо быть хотя бы сытой.       Спустя пять минут Лорд снова спросил:       — Что с твоими отравителями? Паркинсон и Забини?       — Они принесли свои глубочайшие извинения, — фыркнула девушка. Лорд поднял бровь.       — Покажи, — и протянул ладонь. Девушка опасливо на неё посмотрела. — Если ты добровольно откроешь разум, то больно не будет. Я в любом случае просмотрю всё, что захочу. Выбирай: покажешь ты мне добровольно или я возьму силой.       Гермиона замерла. Вилка в её руке едва заметно дрогнула. Конечно. Он не мог просто спросить. Ему нужно было залезть в голову. Посмотреть. Проверить. Владеть даже её воспоминаниями. Девушка медленно положила ладонь в его руку. Пальцы Тёмного Лорда сомкнулись вокруг её запястья неожиданно осторожно.       — Не закрывайся.       Мир дрогнул. События сегодняшнего дня пронеслись перед глазами. Она бьёт Забини. Драка с Пэнси. Её оправдания. Малфой и Нотт.       Девушка слышала, как Лорд тихонько рассмеялся. Ему понравилось шоу. Дальше воспоминания понеслись быстрее. Уроки. Уизли. Рон, летящий к ней через коридор. Удар. Отчаянный ужас в голубых глазах. «…не ты.» Гнев. Объятья Джинни. Яксли. — Я Подопечная Тёмного Лорда! Ты не смеешь ко мне прикасаться!       Лорд замер. Прокрутил это воспоминание ещё раз. И ещё. Гермиона видела свои воспоминания, словно он их прокручивал на плёнке. Он прослушал её слова трижды. И только потом двинулся дальше. — Ты — тварь Нечистая! — с ненавистью выплюнул Корбан. — Да. Но не ТВОЯ! Давай, рискни. Прокляни меня. И в больнице окажешься сегодня ты! Тёмный Лорд не потерпит порчу своего имущества!       Лорд вынырнул из её воспоминаний и медленно разжал хватку на её запястье. Как только его пальцы разжались, девушка тут же одернула руку. Змей откинулся на спинку стула, внимательно изучая её лицо, а пальцами стал барабанить по столу. Он молчал. И это сильно нервировало.       — Что ж, наказывать Паркинсон и Забини я не буду. Ты сама отлично справилась. Да ещё и запугала их моим именем... Удобно быть под моим крылом, не правда ли? Даёт некое чувство власти.       Гермиона промолчала.       — Но ты не только учеников пугаешь, но и моих верных слуг. Ты действительно думаешь, что ты неуязвима, раз на тебе моя печать?       — Конечно нет. Но думаю, без вашего дозволения они меня не тронут. — ответила девушка, смело смотря ему в глаза.       —Ответь мне на один вопрос, Грязнокровка. Только учти... Соврешь мне — получишь круциатус. Итак. Что ты почувствовала, когда показала Яксли печать моего Дома и сказала ему, что он не может тебя трогать?       Вопрос был явно с каким-то подвохом. Но каким? Что она должна ответить, чтобы выйти целой из комнаты? Он же видел её воспоминания, чувствовал то же, что и она... Тогда к чему этот вопрос?       — Я... Мне было унизительно говорить о себе как о вещи.       — Тааак.... — протянул Лорд, явно ожидая от неё какого-то продолжения. Гермиона нахмурилась, пытаясь вспомнить свои чувства.       — Я была зла на Яксли. И хотела отвести внимание от Рона.       — И? Это не всё, Гермиона.       Не всё. Что ещё он хочет услышать?!       — Я... — начала девушка и осеклась. Потому что там, в воспоминании, было ещё кое-что. То, что она попыталась не замечать даже тогда.       Как на секунду — всего на долю секунды — когда она показала клеймо, внутри вспыхнуло не только раздражение и страх за Рона. А ещё… странное, холодное облегчение. Что её действительно не тронут. Что у неё, в отличие от всех остальных Нечистых есть кое-что ещё...       — Ну! — раздражённо сказал Лорд       — Я почувствовала власть.       Лорд довольно расплылся в улыбке.       — Правда приятно? Быть особенной. Быть той, кто может заткнуть за пояс Пожирателей одним лишь словом. Быть... МОЕЙ.       Вот оно что... Вот чего он добивался! Не бывать этому!       — Нет! Это ужасно!       — Лжёшь. Тебе понравилось, я же видел.       — Секундное помутнение, — ответила Гермиона. Лорд укоризненно покачал головой.       — Я прощаю тебе твою наглость и твою ложь. Сегодня ты достаточно меня позабавила. И ты верно сделала замечание Яксли. Он должен сделать из Уизли преданного слугу, а не выращивать врага режима. Корбан не понял, что ты этим оказала ему услугу. Ведь если бы говорил с ним об этом я... Ему бы не понравилось. Из нас выйдет отличный тандем.       — Я не собираюсь... — начала было девушка, но Лорд её перебил.       — Ты уже в моей команде, Гермиона. Даже если этого ещё не приняла. Советую скорее свыкнуться с этой мыслью и продолжать наше выгодное сотрудничество. Ты можешь быть полезна мне. А моё имя даст защиту тебе. Подумай об этом. Иди, день был насыщенный на события. Тебе пора отдыхать. Гермиона молча встала и вышла из столовой. Лорд блаженно откинулся на спинку стула.       «Значит, помимо гордыни у малышки есть ещё и жажда власти...» Её перевоспитание займёт даже меньше времени, чем он думал.