препараты плохо влияют

Апрель На прикроватную тумбочку опускается фиолетовый лепесток сирени, попавший в комнату через приоткрытое окно. Потянувшись за стаканом воды, Рэйчел случайно роняет с тумбочки на пол полупустой блистер таблеток. За окном расцветает сирень. Рэйчел уже все равно на нее. Она запивает таблетки и не тянется за упавшим блистером. Слишком все равно на это, Рэйчел слишком устала. На стене напротив висит пробковая доска. На ней разноцветными булавками приколоты разные важные и не очень листочки с записями, старые фотографии, рисунки. Одно недавнее фото сильно бросается в глаза своей яркостью и жизнью: на нем запечатлена сама Рэйчел в кустах сирени. Смотря на это фото, Рэй ничего не чувствует. Оно просто красивое. Чуть ниже висит рецепт врача, на котором крупным корявым почерком выведена дозировка «50 мг, 2 раза в день». А рядом стикер, жёлтый, липкий край которого уже отклеился. На нём написано от руки: «Ангел или жертва?» Рэйчел смотрит на стикер. Потом встаёт, подходит к доске и выдёргивает булавку. Стикер летит на пол. На него падает красная капля, впитываясь в желтую бумагу. Потом ещё одна на пол, на кровать, на тумбочку. Лепестки сирени окрашиваются багровым. В прихожей звонит старый телефон. Рэйчел не хочет подходить. Телефон звонит и звонит длинными тревожными гудками, как сигнал бедствия. Она садится на пол, прижимается спиной к холодной стене. Кровь капает на нее откуда-то сверху. Звонки не прекращаются. Рэйчел смотрит в потолок. Там, где раньше была люстра, теперь смотрит глаз. Он истекает кровью, плачет, создавая кровавый дождь в ее комнате. И очень медленно моргает. Рэйчел моргает в ответ. Глаз исчезает, кровь тоже. Телефон не звонил. С потолка на нее смотрит только не горящая лампочка люстры. Как давно ее мучают галлюцинации? Август Фотография сирени заменилась сделанным вчера фото огромной голубой луны, полностью повторяющем ночной пейзаж за окном. Смотря на луну, Рэйчел видела свою смерть. Белые, болезненные полосы падают на пол, разрезая комнату, как шрамы – бледную кожу. Рецепт не изменился. Добавился другой стикер с новой надписью: «Грешная ведьма? Обычный человек.» Жарко, но окно закрыто. На подоконнике лежит мертвая муха, ударившаяся о стекло. За цветочным горшком ее почти не видно, хоть цветок никак не вырастет. Из земли торчит что-то красное, длинное и тонкое, с пятью отростками. На цветы это не похоже, и Рэйчел не хочет это поливать. Но запив очередную таблетку, она выливает оставшуюся воду в землю. Вылезает кровавая, без кожи, с обнажёнными сухожилиями рука. Под поломанными кривыми ногтями застряла земля и засохла кровь. Рэйчел протягивает свою руку. Из горшка на подоконник капает густая тёмная жидкость. Страшная рука шевелится, разгибает указательный палец, показывая на дверь. Рэйчел оборачивается туда, но она не хочет уходить из своего дома. Повернувшись обратно, она видит только мокрую землю и ничего более. Кто посадил руку в горшок? Может, она сама? Может, тот, кто живёт у неё в голове, тот, кто растёт с каждой таблеткой, с каждым глотком воды? Ноябрь С подоконника стекает дождевая вода и падают сухие листья, попавшие в комнату через открытое настежь окно. Дождь не заканчивается уже очень долго, кажется, где-то два года? Выдвинутый ящик тумбочки заполнен пустыми блистерами таблеток. Под тумбочкой от сырости в комнате растет что-то черное, пахнущее гнилью. Комната разлагается. Она заперта изнутри. Ключ торчит в замочной скважине, с той стороны, где Рэйчел. Она его не вытаскивает – не надо, никто не придёт. На доске всё те же бумажки. Рецепты, фотографии, стикеры с вопросами, на которые никто не ответил. Но добавилась новая, с выцветшим текстом, написанным карандашом: "ни ангел, ни жертва, ни человек, ни ведьма..." Рэйчел аккуратно крепит новое фото на четыре булавки, как накалывают бабочек. На нем запечатлен маленький белый кролик, которого почти не видно из-за расплывшихся по бумаге кровавых пятен. Он мертв. В его пушистое тело вонзались иголки с нитками и ножницы. Где же он сейчас? Рэй давно его не видела... Рэйчел садится на кровать, поджав колени. Руки в крови, но она не помнит, откуда. Обои на стене изменились. Раньше они были светлые, в мелкий цветочек. Теперь на них засохли кровавые разводы и пятна. Она протягивает руку, трогая стену. Пальцы прилипают. Липко, тепло и солёно на вкус. Пальцы прилипают. Она отдёргивает руку, слышится звук, как отрывают пластырь от свежей раны. Рэйчел не помнит, когда это появилось. Может, в прошлом году. Может, вчера. Декабрь В разбитое окно залетают снежинки. В доме холодно, снег лежит на подоконнике, на кровати, в пустом цветочном горшке уже достаточно долго. На тумбочке стоит фотография в рамочке с черной лентой. У девочки на ней неестественно пустые глаза, из-за которых кажется, что она никогда и не существовала. На стене, на пробковой доске, следователи нашли несколько странных бумажек. Рецепт врача, фотографии, стикеры с вопросами. Последний с почти нечитаемым текстом был приколот к доске криво, на одну булавку, с размытой надписью: «Просто кукла?» Ответа не было. Комнату опечатали.