Анатомия хищника

Клаус Майклсон

      Как только Клэр покинула город, мне доложили в ту же секунду. Я даже не стал тратить время на подозрения о чужом внушении. Сальваторе еще в прошлый раз на своей шкуре усвоили, что со мной такие фокусы не пройдут. Я внимательно слежу за тем, что меня интересует.              Пришлось тащиться за ней в Вашингтон. Столица, галстуки, невыносимая скука. Но мы столкнулись весьма удачно, она как раз была в компании своих коллег-федералов. Одна из них, забавная блондинка с разноцветными прядями, по секрету шепнула мне причину отъезда. Оказалось, доблестный шериф Мистик Фоллс накатала рапорт. На собственную дочь. Подумать только, а еще мою семью называют ненормальной.              А потом случилось то, чего даже я не мог предвидеть. Оказаться в постели федерального агента определенно последнее, чего я хотел в этой жизни. Но раз уж так сошлись звезды, почему бы и нет? Отказывать себе в удовольствиях не в моих правилах, а хороший секс я любил всегда. В ней была та искра, которую редко встретишь в обычных людях.              Правда, утро выдалось до нелепого странным. Особенно та часть, где она просто выставила меня за дверь. Вышвырнула, как какого-то случайного студента после пьянки. Очаровательная наглость.              Но я не привык терять время на уязвленное самолюбие. Вместо этого я отправился прямиком к ее начальству. С самого основания их хваленого Бюро мне ни разу не доводилось бывать в главном штабе, но чего не сделаешь ради того, чтобы вернуть Клэр в Мистик Фоллс. Пара шагов в кабинет, немного зрительного контакта, капля внушения и вот важный мужик в пиджаке уже покорно берет трубку. Прямо при мне он звонит и дает ей полное право работать дальше. Проблема решена, игра продолжается.              Стоило мне вернуться в город и заглушить мотор у особняка, как меня тут же перехватил Элайджа. Он стоял на крыльце в своем безупречном костюме, скрестив руки на груди, и всем своим видом излучал то самое фирменное благородное неодобрение, от которого у меня обычно сводит скулы. Старший брат был, мягко говоря, не в духе.              — Один из твоих болтливых щенков поведал мне весьма занятную новость, — начал он своим ровным, чеканящим тоном, — агент Форбс спешно покинула Мистик Фоллс. И надо же, какое поразительное совпадение, ты исчез в ту же самую секунду. Прошу тебя, Никлаус, только не говори, что ты отправился за ней в Вашингтон.       — Хорошо, Элайджа, не буду, — легко согласился я, даже не сбавляя шага.              Я попытался обойти его, уже предвкушая тишину кабинета и стакан приличного бурбона, потянулся к ручке двери, но не тут-то было. Едва уловимый свист воздуха и брат моментально преградил мне дорогу, встав вплотную. В его темных глазах читалась та самая холодная усталость, зарезервированная исключительно для моих поступков.              — Ты играешь с огнем, — тихо, но с нажимом произнес он, — Федеральное бюро — это не местная полиция. Ты привлекаешь к нам абсолютно ненужное внимание ради мимолетной интрижки.       — Ну что еще? — я раздраженно развел руками, — у девочки возникли проблемы с начальством из-за собственной чокнутой мамаши-шерифа. Мне просто надо было решить кое-какие бюрократические делишки.       — Ты ворвался в штаб-квартиру ФБР, чтобы выслужиться перед девчонкой? — Элайджа не шелохнулся. Его лицо оставалось каменным.              — Я обеспечил нам лояльного агента с полными полномочиями, — нагло парировал я, похлопав брата по плечу, — считай это моей долгосрочной инвестицией в безопасность семьи. А теперь, если ты закончил читать мне мораль, дай пройти. Дорога из столицы выдалась невероятно утомительной.              — Ты выбрал себе в игрушку не того человека, Никлаус, — внезапно, с тяжелым вздохом заявил Элайджа.              — Вот как? И кто же мне запретит с ней играть? — медленно обернувшись, я скривив губы в вопросительной усмешке и в упор уставился на него.              — За ней стоит Кэролайн, — жестко оттветил брат, не сводя с меня укоряющего взгляда, — а раз она близка с Кэролайн, значит, Елена, оба Сальваторе и вся их остальная свора тоже здесь. Они не дадут тебе спокойной жизни, если ты продолжишь втягивать ее в свой хаос. Вспомни, чего нам стоила та история с лунным камнем, двойником и ритуалом. Освобождение твоей волчьей сущности подняло на уши всех в этом чертовом городе. Ты правда хочешь снова разворошить этот улей ради мимолетной прихоти?              Я не выдержал и тихо, почти искренне рассмеялся. Шагнул обратно к Элайдже, подходя вплотную, чтобы он мог рассмотреть каждую эмоцию на моем лице.              — Улей? — фыркнул я, — ты называешь эту жалкую кучку истеричных подростков улеем? Брат, ты меня разочаровываешь.              — Я просто констатирую факты, Никлаус. Они умеют доставлять проблемы, когда дело касается их близких. И они чертовски упрямы, — Элайджа даже не моргнул, но я видел, как напряглась его челюсть.              — А я констатирую, что ты стал слишком сентиментальным, — я слегка понизил голос, — я разорвал проклятие. Я бессмертный гибрид, Элайджа. И если Стефан или Деймон решат снова поиграть в благородных спасителей и сунуться ко мне со своими нотациями, я просто вырву им сердца.              Элайджа наконец-то скрылся из виду. Я не питал иллюзий, он еще пару раз точно заявится ко мне со своими проповедями и параноидальными опасениями, но пока что я мог выдохнуть. Переступив порог дома, мне пришлось резко уклониться.              Увесистый фолиант в кожаном переплете просвистел буквально в миллиметре от моего уха и с глухим стуком впечатался в стену позади. Замешкайся я хоть на долю секунды и этот талмуд снес бы мне голову или, как минимум, неприятно врезался в шею. Очаровательное приветствие.              Я медленно перевел взгляд, прослеживая траекторию полета. Гостиная выглядела так, будто в ней взорвалась оккультная библиотека. На полу, прямо посреди этого хаоса, сидела Карина. Вокруг нее громоздились древние, пахнущие сыростью и чужой магией гримуары, полуистлевшие свитки и целые горы бумаг. В углу монотонно и натужно жужжал принтер, продолжая выплевывать из себя свежие распечатки.              Я остановился в дверях и деликатно кашлянул. Ноль реакции. Она даже не моргнула, продолжая лихорадочно скользить взглядом по строчкам и что-то бормотать себе под нос. Пришлось повторить на этот раз громче и с явным раздражением в голосе.              Карина вздрогнула, словно ее окатили ледяной водой, и резко вскинула голову. Выражение ее лица было таким, будто передо мной появился призрак, она явно не ожидала, что я вернусь так скоро.              — Что-то выяснила? — деловито поинтересовался я, перешагивая через стопку каких-то пыльных записей.              — Места, — мигом отозвалась она, все еще не до конца вынырнув из своих мыслей. А затем ее взгляд сфокусировался на мне, и она подозрительно прищурилась. — Так быстро решил свои дела?              — Я первородный, дорогуша. Не забывай об этом, — легко бросил я и подошел к ней вплотную.              Мой взгляд опустился вниз. Только сейчас я заметил, что Карина сидит прямо на огромной, развернутой карте Мистик Фоллс, которая была густо испещрена маркером и какими-то пометками. Я чуть склонил голову набок, с интересом всматриваясь в бумагу.              — Так что за места? И почему ради них стоило устраивать в моем доме такой погром?              — Ты же в курсе этой серии убийств в последнее время? — спросила Карина, устало потирая переносицу, на которой уже отпечатались чернила от старых газет.              Я коротко кивнул, прислонившись плечом к стене.              — Так вот, — вздохнула она, — очень похоже, что наш сумасшедший мясник не единственный, кто топчется на этих местах. Кто-то еще ищет Осколки Безмолвия. Ну, или наоборот, пытается их наглухо запечатать от греха подальше. А может, это вообще дурацкое совпадение, я правда не знаю. Я собрала и распечатала все статьи, где есть хоть малейший намек на эти смерти. Даже те, что местные идиоты-копы списали на нападение пумы. И вот, смотри.              Карина резко крутанулась на полу. Огромная карта под ней жалобно хрустнула и смялась, но ведьму это совершенно не волновало. Она ткнула пальцем в первый круг, жирно обведенный красным маркером. Затем во второй. И в третий. Рядом с каждым скотчем были криво прилеплены газетные вырезки и куски полицейских отчетов.              Третье место я узнал моментально. Именно там я впервые наткнулся на Клэр, когда она только приехала в город расследовать этот бардак. Забавно, как тесно порой переплетаются нити.              — Три места, — забормотала Карина, энергично кивая, словно пытаясь убедить саму себя, — почти идеально ровная линия. Одно из них может быть именно тем осколком, который нам нужен. А может, это только одна грань… ну, не знаю… треугольника? Защитного контура? Если мы сядем и подождем, то маньяк убьет снова и мы увидим весь узор. А если он закончил в этом районе, то нам придется буквально рыть землю на всех трех точках.              Я отлип от стены, подошел ближе и сверху вниз вгляделся в изрисованную бумагу.              — А если я прямо сейчас запихну тебя в машину и отвезу на все три места? — спросил я, — сможешь понять чуть больше?              — Не-а, — она категорично мотнула головой, откидывая растрепанные волосы с лица, — я для этих мест чужая. Такую тонкую настройку, чтобы нащупать сам осколок, могут уловить только те, чья кровь напрямую связана с предками древних ковенов этой земли. Есть кто-то на примете?              — О да. Есть одна кандидатура. Слышала о роде Беннет? — я не сдержал самодовольной усмешки, чувствуя, как пазл складывается.              — А ты слышал о роде Соловьевых? — Карина снизу вверх смерила меня абсолютно скептическим взглядом.              — Нет, — я вопросительно приподнял бровь, не понимая, к чему она клонит.              — Ну вот и я ни черта не слышала о твоих Беннетах, — фыркнула она, возвращаясь к картам.       

Кэролайн Форбс

      Когда машина Клэр скрылась за поворотом, я буквально выдохнула. Выдохнула так, будто до этого целую неделю задерживала дыхание. Полтора дня абсолютной, блаженной свободы и иллюзии безопасности.              А потом я вернулась домой и в гостиной был идеальный порядок. Слишком идеальный. Вещи, которые сестра в спешке разбросала и забыла, просто испарились. Первой мыслью было, что это мама. Но, зная ее сумасшедший график в участке, я все же набрала ее номер и между делом поинтересовалась, не заезжала ли она домой.              «Кэр, милая, я по уши в бумагах, хорошо, если вернусь раньше десяти», — устало ответила она.              Холодок пробежал по спине. Значит, кто-то побывал в нашем доме. И я очень сомневалась, что это Клаус вломился к нам, как какой-то извращенец-фетишист, чтобы похитить забытые блузки Клэр.              В нашем крошечном городе было всего две гостиницы. Я поехала в первую, ту, что подороже. Администратор с кислой миной заявила, что они не разглашают информацию о постояльцах. Пришлось слегка обнажить клыки, заглянуть ей в глаза и применить внушение. Пару секунд спустя выяснилось, что сестры тут нет. Либо она заехала под чужим именем, либо… оставался второй вариант.              Дешевый, пропахший сыростью придорожный мотель. Парень на ресепшене даже не попытался изобразить конфиденциальность.              — Да, есть такая. Двадцатый номер. Оплачено на неделю вперед, — спокойно выдал он, жуя жвачку.              Я вышла на улицу и меня просто накрыло. Втянула спертый воздух сквозь стиснутые зубы. Неделя! Какого черта?! В порыве ярости я со всей силы пнула первый попавшийся под ногу камень. Я даже не рассчитала свою вампирскую силу, камень со свистом отлетел и вдребезги разнес боковое стекло чьего-то припаркованного пикапа. Завыла сигнализация. Тихо чертыхнувшись, прыгнула в свою машину и ударила по газам, пока на улицу никто не выскочил.              Мозг кипел. Значит, мамин рапорт вообще не сработал? Или Клэр навешала начальству лапши на уши и ей разрешили вернуться? А может, Деймон, как всегда, оказался прав в своих худших прогнозах и она просто уволилась ради этого проклятого дела? Столько вопросов и ни единого ответа.              Я сунула руку в карман куртки и нащупала холодный металл. Кулон Клэр с вербеной все еще был у меня. Технически, я могла бы просто ввалиться в ее двадцатый номер, заглянуть ей в глаза и внушить рассказать мне абсолютно все. А потом приказать уехать и забыть дорогу в Мистик Фоллс. Но… она моя сестра. К тому же, я слишком, до тошноты хорошо помнила это мерзкое состояние. Фагментированная память, провалы, липкий страх от того, что ты не контролируешь собственный разум. Спасибо Деймону за этот опыт. Я не могла и не хотела поступать так с Клэр.              Я сидела в машине, до побеления костяшек вцепившись в руль, пытаясь придумать план, когда телефон на соседнем сиденье завибрировал. На экране высветилось: «Елена». Я не хотела отвечать. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось рассказывать им, что моя сестра снова в городе и лезет в хрен знает что. Я проигнорировала звонок. Она позвонила снова. И еще раз. И еще.              — Алло? — сдалась я на пятый раз и с тяжелым вздохом прижала трубку к уху.              — Господи, Кэр! — выдохнула Елена так истерично, что я инстинктивно отодвинула телефон от уха, — ты в порядке?!              — Да, вполне, — я нахмурилась, чувствуя, как ее паника передается и мне, — а что случилось?              — Ты Бонни видела?! Она сегодня вернулась с Джереми. Он сидит дома, а она исчезла! Я не могу до нее дозвониться! — голос подруги дрожал и срывался, — я ходила к ней домой! Машина стоит на подъездной дорожке, а ее самой нигде нет!              — Так, дыши. Успокойся, — протянула я, хотя у самой внутри образовался ледяной ком. Клаусу и Элайдже нужны ведьмы, я это прекрасно знала. Черт. — Может, она просто пошла пешком куда-нибудь поужинать?              — Думаешь? — жалобно, с надеждой выдавила Елена.              — Ей до Грилля рукой подать, так что вполне возможно, — я старалась звучать максимально бодро и рассудительно, чтобы не пугать ее еще больше, — давай подождем немного, а потом уже будем наводить панику по всему городу и звонить шерифу. Ты сейчас где? Я приеду.              — Я у Деймона, — шмыгнула носом Елена, сдаваясь, — жду тебя. Приезжай быстрее.              На широкой гравийной дорожке перед особняком Сальваторе не было ни единой машины. Абсолютно пусто. Я ударила по тормозам, заглушила мотор и буквально влетела в дом, чувствуя, как внутри разворачивается липкая, холодная паника. В голове билась только одна мысль: если я сейчас обнаружу Елену без ее вечных телохранителей, значит, дела совсем дрянь.              И да, бинго. Гилберт нервно наворачивала круги по огромной гостиной в полном одиночестве.              — Где они? — с порога выпалила я, даже не пытаясь скрыть тревогу.              — Деймон шерстит все бары и забегаловки, а Стефан просто прочесывает улицы, — судорожно выдохнула подруга, останавливаясь и заламывая руки.              — Только не говори мне, что ты думаешь, что это…              — Клаус? — резко перебила она. В ту же секунду Елена сорвалась с места и оказалась передо мной на вампирской скорости, обдав порывом воздуха. В ее глазах плескался неподдельный ужас. — А кто еще, Кэр?! Ему постоянно, просто жизненно необходимы были ведьмы Беннет. С чего бы этому разу стать исключением?!              — Ну, как минимум с того, что его вообще нет в городе, — твердо произнесла я.              Я вцепилась в плечи Гилберт, слегка встряхнув ее, и заставила посмотреть мне прямо в глаза. Мне нужно было ее как-то остановить, иначе эта истерика окончательно поглотила бы нас обеих.              — Тайлер сказал мне, что он уехал еще вчера утром.              Ага. Уехал. Прямо вслед за Клэр. А сегодня моя упрямая, невыносимая сестра снова торчит в зачуханном местном мотеле. Складывать эти дважды два мне категорически не хотелось. Мой мозг просто отказывался выстраивать эту пугающую цепочку, поэтому я с упоением и полной отдачей занималась спасительным самообманом. Я заталкивала все свои подозрения на самое дно сознания. Плевать на то, что я видела тогда в Гриль-баре. Плевать на их странные пересечения.              Ну не может древний, бессмертный, эгоистичный первородный гибрид сорваться в другой штат за совершенно обычным человеком! Просто не может, это бред. У него тысячелетние планы и армия оборотней на уме, а не человеческие девушки. Даже если эта девушка носит мою фамилию. Даже если она федеральный агент.              Так ведь?              Мы просидели в этом выматывающем, нервном ожидании несколько часов. Я успела в одиночку выглушить целую бутылку элитного бурбона Деймона и, кажется, впервые в своей не-жизни искренне пожалела, что на вампиров алкоголь нормально не действует. Да, с каждым стаканом поначалу становилось чуточку легче, но минут через пять отупляющий туман рассеивался и абсолютная трезвость возвращалась обратно. А вместе с ней возвращался и ледяной ужас. Мысль о том, что Клаус действительно похитил Бонни. И, возможно, прихватил Клэр в придачу. Твою мать, ну почему я не догадалась сунуть пару баксов этому прыщавому администратору в мотеле, чтобы он набрал меня, как только сестра заявится в номер?!              Я смотрела на Елену, которая уже буквально припрыгивала на месте, готовая в любой момент сорваться на поиски хоть в этот гребаный ночной лес и изо всех сил заставляла себя сидеть ровно. А еще отчаянно, всеми силами гнала от себя мысль набрать номер Майклсона.              Прошли те времена, когда он присылал мне шикарные платья, рисовал портреты и засыпал приглашениями. Я сама безжалостно обрубила эти знаки внимания на корню. Но если бы я только знала… если бы хоть на секунду могла представить, что мой отказ приведет этого тысячелетнего психопата к посиделкам в баре с моей упрямой сестрой, я бы уже стонала под ним, не раздумывая. Я вампир, черт возьми! У меня есть хоть какой-то мизерный шанс пережить его общество. А у Клэр его нет. Она обычный человек. Перед глазами помимо воли вспыхнула до тошноты яркая картинка: ее бледное, бездыханное тело и две рваные раны на шее. Точь-в-точь как у меня когда-то. Вот только Деймон по сравнению с первородным гибридом просто безобидный божий одуванчик.              Внезапный звонок мобильного разорвал давящую тишину гостиной, как выстрел. Я вздрогнула и моментально выудила телефон из кармана джинсов. На экране высветилось: «Мама».              — Да?! — рявкнула я слишком резко и нервно. Елена тут же оказалась рядом, затаив дыхание и вглядываясь в мое лицо.              — Милая, я заказала нам пиццу, — мягкий, такой домашний голос мамы заставил меня невольно выдохнуть и слабо улыбнуться, — встреть курьера, пожалуйста.              — Ты задержишься? — я сразу поняла, к чему идет разговор.              — У нас очередной труп, — мама тяжело и невероятно устало вздохнула в трубку, — Деймон уже едет ко мне.              — Поняла, я все заберу.              Сбросив звонок, я крепко поджала губы, обдумывая ситуацию. Стандартная схема. Сейчас Деймон приедет на место, посмотрит в глаза всем копам и внушит, что бедолагу разорвало дикое животное. А потом помощник шерифа послушно закрепит эту байку в официальных отчетах. Раньше меня бы это полностью успокоило, проблема решена, вампиры не раскрыты, город спит спокойно. Но сейчас я знала то, чего не знали они: Клэр вернулась. А это значит, что она, как федеральный агент, расследующий эти самые «животные нападения», сто процентов примчится на этот свежий труп. Они с мамой неизбежно столкнутся лоб в лоб прямо над телом и это будет просто эпичный взрыв.              И мне определенно лучше держаться от этой семейной драмы как можно дальше. Клэр пока ничего не угрожает, по крайней мере, она среди полицейских и при своем табельном оружии. А вот Бонни… Бонни пропала без следа и мне нужно срочно сосредоточиться на том, как вытащить подругу из беды.       

Клэр Форбс

      Вернувшись в Мистик Фоллс, я первым делом тайком наведалась домой. Проскользнула внутрь, стараясь не шуметь, и быстро скидала в сумку остатки своих вещей — нужно было успеть до того, как мама или Кэролайн вернутся и начнут задавать вопросы.              Сразу после этого я поехала на окраину и сняла номер в зачуханном придорожном мотеле сразу на целую неделю. Директор, конечно, дал мне добро на работу, но черт его знает, на сколько затянется эта кровавая карусель. К тому же, злить нашу бухгалтерию чеками из приличного отеля мне совершенно не хотелось. У этих строгих женщин с калькуляторами есть какая-то сверхспособность: они могут управлять самим директором ФБР с помощью одной лишь магии федерального бюджета. Одно их недовольное слово про перерасход и моей операции конец.              Заселившись в свой номер, я успела только бросить сумку на пол и залезть в душ. Но стоило мне включить воду, как зазвонил телефон. Гарсия. И новости у нее были паршивые, у нас появился еще один труп. Теперь она работала по этому делу официально, как и я, так что все сводки от полиции прилетали ко мне моментально. Уж не знаю, что за озарение снизошло на начальство в Вашингтоне и почему мне дали добро, но я была этому только рада.              Выскочив из номера прямо с мокрыми волосами, я прыгнула в машину и ударила по газам. Одной рукой крутила руль, второй набирала номер Майклсона.              — Да, — раздался в динамике его ленивый голос.              — Очередной труп, — оповестила я, всматриваясь в темную дорогу, — примени свои хваленые таланты и достань мне настоящий отчет о вскрытии, пока местные копы опять не списали все на нападение медведя или пумы.              — А если я хочу лично поучаствовать в осмотре места преступления? — вдруг прилетел мне в ответ донельзя странный вопрос.              Я на секунду замялась, притормаживая перед поворотом.              — Тогда я сейчас скину тебе координаты, — коротко отозвалась я и сбросила вызов.              Бросив телефон на соседнее сиденье, я недовольно поджала губы. Его просьба показалась мне дикой. С какой стати мне пускать гражданского за полицейскую ленту? Но потом я вспомнила, что прошлую жертву нашли как раз на территории его угодий. Ну да, все логично. Типичный скучающий британский богач с кучей свободного времени. Что ему еще делать ночью в этом сонном городке, как не стоять у меня над душой, задавать вопросы и строить из себя детектива?              В конце концов, наша сделка на том и держалась, он помогает мне с местной полициейц, а я позволяю ему удовлетворять свое аристократическое любопытство. Главное чтобы не мешался под ногами.              Мигалки полицейских машин резали ночную темноту красно-синими вспышками. Припарковав машину чуть в стороне, я накинула куртку и быстрым шагом направилась к желтой оградительной ленте. Какой-то местный помощник шерифа попытался преградить мне путь, но я просто молча сунула ему под нос значок, заставив отступить.              Мама стояла спиной ко мне в нескольких метрах от тела, отдавая резкие указания экспертам.              — Какого черта периметр такой узкий? — громко спросила я, переступая через поваленную ветку.              Мама резко обернулась. На секунду на ее лице отразился настоящий шок, словно она увидела перед собой призрака, а затем ее глаза сузились, губы сжались в тонкую линию, и неверие мгновенно сменилось обжигающей яростью.              — Клэр? — она в два шага сократила между нами расстояние, понизив голос до шипения, — что ты здесь делаешь?! Ты должна быть в Вашингтоне! Я видела, как ты уезжала!              — И сразу радостно выдохнула? — я криво усмехнулась, скрестив руки на груди, — да, мам, я в курсе про рапорт. Трогательная материнская забота. Только вот начальство оценило мои наработки несколько иначе.              — Это мой город и мое расследование! — прошипела она, нервно оглядываясь на своих подчиненных, — у тебя нет никаких полномочий лезть в это дело. Я прямо сейчас позвоню твоему руководству и…              — Звони, — я спокойно вытащила из внутреннего кармана сложенный лист бумаги и впихнула ей прямо в руки, — это официальный приказ за подписью директора Бюро. Дело о серийных ритуальных убийствах в округе переходит под юрисдикцию ФБР. Я здесь официально. И теперь я главная.              — Ты не понимаешь, во что ввязываешься, — процедила она, скомкав приказ в кулаке, — это не обычные убийства. Тебе нечего здесь делать!              — О, позвольте с вами категорически не согласиться, шериф.              Я едва сдержала тяжелый вздох, услышав этот бархатный британский акцент. Клаус вынырнул из темноты леса так бесшумно, будто соткался из самого воздуха. Свет полицейских мигалок на мгновение скользнул по его фигуре, темная кожаная куртка, небрежно расстегнутый ворот рубашки и легкая походка человека, который привык забирать себе все внимание в любой ситуации. Он остановился рядом со мной, обводя нас обеих насмешливым, цепким взглядом.              — Нет ничего более трогательного, чем воссоединение матери и дочери над еще не остывшим трупом, — пропел он с издевательской полуулыбкой, — прямо классика американского кинематографа. Впечатляет до слез.              Мама уставилась на него с таким первобытным ужасом и ненавистью, что мне на секунду стало не по себе.              — А он что здесь забыл?! — рявкнула она, переводя ошарашенный взгляд на меня, — Клэр, ты вообще в своем уме?!              — Мистер Майклсон мой официальный информатор и консультант по этому делу, — соврала я, даже не моргнув глазом, — прошлую жертву нашли на его земле, он отлично знает местность и детали, которые вы, копы, упускаете.              — Консультант? — Клаус тихо хмыкнул, шагнув ближе. В его глазах плясали откровенно дьявольские искры, он явно наслаждался всем происходящим. — Звучит слишком сухо и официально, милая. Я бы предпочел статус твоего личного…              — Заткнись, Клаус, — рявкнула я, не оборачиваясь в его сторону, — еще одно слово, и пойдешь ждать в машине, как провинившийся подросток.              Мужчина картинно примирительно поднял руки, сдаваясь, но его улыбка стала только шире.              — Так что, мам, — я снова перевела на нее тяжелый, непроницаемый взгляд, отсекая все лишние эмоции — либо мы сейчас перестаем устраивать цирк на месте преступления и начинаем работать вместе, либо ты и твои ребята можете ехать по домам спать. Что выбираешь?              Мамино вымученное согласие далось ей тяжело, но как только она процедила сквозь зубы тихое «ладно», цирк закончился и началась рутина. Я натянула латексные перчатки, отгородилась от сверлящего взгляда матери и подошла к телу.              Сегодня мне ассистировала совсем молоденькая девчонка — младший эксперт, которую Фоули, видимо, отправила сюда ради стажировки. Она выглядела так, будто еще вчера выбирала платье на выпускной, а сегодня ее бросили ковыряться в посиневшем мясе. Ее руки заметно подрагивали, когда она светила мощным фонарем на неестественно бледную кожу жертвы, но держалась девчонка на удивление стойко. Не зеленела и не отворачивалась. Мы методично осматривали каждый дюйм: полное отсутствие следов борьбы под ногтями, ровные, хирургически точные срезы на венах и ни единой капли крови на влажной земле вокруг. Маньяк снова слил все.              К моему огромному удивлению, Клаус даже не пытался отыгрывать привычную роль занозы в заднице. Поначалу он, конечно, постоял у меня над душой. Буквально нависал сзади, прожигая взглядом затылок и делая вид, что ему безумно интересны анатомические подробности ночного сторожа. Но его терпения хватило ненадолго. Вместо того чтобы путаться под ногами и отпускать едкие комментарии, он начал наворачивать круги по периметру. Бродил у самой кромки леса за оградительной лентой, вглядывался в темноту, пинал носком дорогого ботинка землю и в целом вел себя так, будто искал оброненные ключи от машины. Меня это вполне устраивало, чем бы британский аристократ ни тешился, лишь бы не дышал мне в шею.              Закончив с первичным осмотром трупа, я выловила одного из маминых помощников. Парень топтался у патрульной машины с таким потерянным видом, что грех было не загрузить его работой. Я всучила ему планшет с бланками и заставила писать протокол осмотра строго под мою диктовку. Никаких местных «возможно» и «предположительно нападение животного». Только сухие, железобетонные факты. Он пыхтел, потел, по три раза переспрашивал медицинские термины, но покорно фиксировал каждую деталь.              Когда последняя строчка была дописана, я забрала у него планшет, бегло просмотрела текст и размашисто расписалась. Затем сунула ручку маме. Она черканула свою подпись с таким непроницаемым лицом, будто визировала собственный смертный приговор.              Оставался последний штрих. Я выцепила взглядом Майклсона, который как раз вынырнул из своих лесных блужданий, отряхивая руки, и решительно шагнула к нему. Всучив ему бланк и ручку, я ткнула пальцем в пустую графу в самом низу. Ему пришлось расписаться как официальному свидетелю и присутствующему на месте преступления лицу. Видеть, как этот самодовольный британский сноб, привыкший, видимо, что правила существуют для кого угодно, но только не для него, с легкой усмешкой послушно выводит свою фамилию в федеральном протоколе, было чертовски приятно. Бюрократия все же страшная сила. Перед ней равны все.              Стоило мне захлопнуть за собой дверцу машины, как пассажирская тут же открылась. Майклсон скользнул в салон с такой вальяжной грацией, будто это было его законное место и он катался со мной каждый божий день. Он удобно устроился на сиденье, вытянул длинные ноги, насколько позволял тесный салон, и повернул ко мне голову.              Я медленно перевела на него взгляд и выразительно приподняла брови.              — Труп трупом, а ужин по расписанию, — чуть ли не пропел он, отвечая на мой немой вопрос абсолютно невинной улыбкой.              — А ты разве не должен сейчас мчать в морг и подкупать Фоули, чтобы достать мне настоящий отчет о вскрытии? — осведомилась я, искренне поражаясь его безалаберности. У нас сделка, а он тут про еду рассуждает.              — Ты же у нас теперь официально правишь балом, — протянул мужчина, расслабленно откидываясь затылком на подголовник.              — То, что дело теперь под юрисдикцией Бюро, еще не значит, что мне не начнут вставлять палки в колеса при первой же возможности, — хмыкнула я, поворачивая ключ зажигания. Двигатель тихо заурчал. — Так что давай, выметайся и иди выполнять свою часть уговора.              — Завтра наведаюсь к доктору Фоули, — лениво пожал плечами Клаус, — ближе к вечеру. Никто не станет дергать ее посреди ночи ради срочного вскрытия какого-то ночного сторожа.              — Это еще почему? — натурально удивилась я. Обычно судмедэкспертов вытаскивают из постели в любое время суток, если на месте работает ФБР.              — Потому что она в отпуске, Клэр, — снисходительно пояснил он, — думаешь, почему сегодня в грязи ползала мисс Шервуд?              — Кто?              — Эксперт. Ну, та молоденькая девчушка с трясущимися руками, — он поморщился, словно вспомнил что-то крайне неприятное, — Фоули оставила ее за старшую.              — Ладно, — со вздохом сдалась я, понимая, что он прав. Вытрясать душу из стажера до официального вскрытия бессмысленно. — Тогда где меня ждет этот твой ужин? Только учти, к тебе в особняк я не поеду.              — О, ну что ты, — губы Майклсона внезапно растянулись в наглой, откровенно провокационной ухмылке, — в нашей паре это только ты любишь тащить к себе всех подряд.              — Майклсон! — рявкнула я и, недолго думая, с размаху от души въехала ему кулаком в плечо.              Удар вышел приличным, я даже костяшки отбила о плотную ткань его куртки, но этот чертов британец только тихо рассмеялся, картинно потирая плечо.              — Полегче, агент Форбс. Нападение на ценного информатора это вообще-то должностное преступление.              — Ты консультант. И я легко могу переквалифицировать тебя в главного подозреваемого, — парировала я, выруливая с обочины на темную трассу, — у меня даже мотив для тебя есть, ты меня невыносимо раздражаешь.              — Ты разбиваешь мне сердце, — он приложил ладонь к груди с таким видом, будто я его смертельно ранила, — я ведь просто хочу тебя накормить. Ты выглядишь так, будто твой рацион состоит исключительно из паршивого кофе из автоматов и праведного гнева.              — Это называется сбалансированная диета ФБР, — огрызнулась я, хотя желудок предательски стянуло от голода, — так куда мы едем? И учти, если это какая-то закрытая забегаловка для снобов с крошечными порциями, я разверну машину.              — Поверь мне, милая, — мягко произнес Клаус, глядя на освещенную фарами дорогу впереди, — это место тебя не разочарует. Езжай прямо, я скажу, где свернуть.